Новые колёса

КИЛЛЕР И ФСБ-2.
Сначала его сделали стукачом, а потом — наёмным убийцей

Теоретически “дело Адамовича” (“Спецслужбы и... киллер. Олега Поканевича убил его бывший телохранитель” - “НК” №256; “Киллер и ФСБ. В ходе допроса Адамович заявил: заказ на убийство поступил от чекистов” - “НК” №258) имеет все шансы перерасти в процесс века. Но - только теоретически. Потому что на практике... будет сделано все, чтобы ЭТО дело до суда не дошло. Банда фээсбэшников на скамье подсудимых - крутовато будет. Особенно по нынешним временам, когда люди Конторы с благословения Главного Чекиста Страны занимают ключевые посты и вообще должны считаться “рыцарями без страха и упрека”. Не случайно и калининградская пресса, раструбившая две недели назад о поимке убоповцами целой организованной преступной группы (ОПГ), помалкивает в тряпочку о том, как развиваются события дальше. Хотя развиваются они самым ошеломляющим образом.

Напомним: Александр Адамович, в прошлом - сотрудник агентства охранной безопасности “СВЕЧВ”, был задержан сотрудниками УБОПа (управления по борьбе с организованной преступностью) в тот щекотливый момент, когда он и его “коллеги” по ОПГ везли в лес похищенного ими и зверски избитого компьютерщика Шамару - явно не за тем, чтобы собирать там цветы-ягоды.

...За пять дней до этого в УБОП УВД Калининградской области поступила информация о том, что участники некоей ОПГ готовят убийство председателя ООО АОБ “СВЕЧВ” Александра Скоробогатова. В ходе оперативно-розыскных мероприятий было установлено, что организаторами данного преступления являются лидеры ОПГ - Александр Адамович и Иволга (Ива) Анатольевна Воронина, сорокачетырехлетняя “бизнес-леди”. Когда прослушивались телефоны Адамовича и Ворониной, “всплыла” и “операция” с Шамарой - потому-то и удалось спасти компьютерщика от верной смерти, а десяток “братков” прихватить по ч. 2 ст. 126 УК РФ. При обыске у Адамовича был изъят пистолет и взрывчатое вещество.

Адамович сначала хорохорился - всячески показывая, что у него имеется серьезная “крыша” (которая дает зеленый свет по всей России) и все ему до фонаря, вот-вот его вытащат. Но... видя, что вытаскивать его не торопятся, а статья инкриминируется тяжелая (из компьютерщика “выбивали” $370.000, чтобы затем убить), задержанный “поплыл”. И признался во многом. В том числе - в убийстве руководителя “СВЕЧВ” Олега Поканевича. Заявив, что расстрелять “командира” из автомата Калашникова ему, Адамовичу, приказали... чекисты. В смысле, офицеры ФСБ.

...В нашем распоряжении оказались сведения о допросах Адамовича в УБОПе двумя следователями - милицейским (Воробец) и прокурорским (Гантура). Процитируем “избранные места”.

Снайпер из спецназа

Александр Адамович

Следователь: “Давно вы живете в Калининграде?

Адамович: “С 1987 или 1989 года - когда отец был ещё военным и приехал сюда служить. Сначала здесь я начинал учиться в инженерном училище и уже где-то в 1995 году уехал в Казань. Начал учиться в Казанском танковом училище. Был отчислен - по недисциплинированности. И попал в спецназ Республики Татарстан, был снайпером.

- Почему вы вернулись в Калининград?

- Я служил в спецназе с 1997 по 1999 год, а когда уволился, поехал к родителям в Гусев.

- У вас есть брат?

- Да, Адамович Сергей Валерьевич, 30 ноября 1976 года рождения. Мы близнецы.

- Где вы еще учились в Калининградской области?

- В КГУ, я был заочником. Факультет физической культуры. Тренер по боксу.

- У вас есть спортивные разряды?

- Да, я мастер спорта по боксу и мастер спорта по тайскому боксу. Также выступал в профессиональных боях.

- Владеете каким-либо видом оружия?

- Да, любым видом оружия.

- И холодным, и огнестрельным?

- Да. В совершенстве.

- У вас есть любимые виды оружия, которым вы отдаете предпочтение?

- Винтовки. Охотничьи, любые, Только не “вертикалки”, а “горизонталки”. И чтобы там был затвор.

- Чем вы занимались после службы в армии?

- Приехал жить сюда, в Калининград. Пошел в казино “Универсал”, работал там охранником.

- Сколько там проработали?

- Больше года. Потом меня выгнали. Палку перегибал, гонял народ, клиентов... Как-то в спортзале, недалеко от Яналова, рядом с Центральным РОВД, там есть учебные корпуса КГУ, познакомился с одним парнем. Вместе занимались рукопашным боем. Он посмотрел на меня и предложил сходить в “СВЕЧВ”, устроиться туда на работу. Я пошел на Сергеева, 2. И меня взяли. Сначала я работал в “Шарме” (ночной клуб)... Потом в дежурной группе. Я хотел быть везде первым... Через полгода меня взял к себе Поканевич Олег Дмитриевич, президент АОБ “СВЕЧВ”. Он начал меня обучать работе телохранителем. Я получил разрешение на оружие - сначала на пистолет “ИЖ”, затем полуавтоматический пистолет ПКСК, почти “Кедр”. Вскоре я стал телохранителем Поканевича.

- Ваше оружие было газовым?

- Нет, боевым.

Телохранитель

- За какие заслуги Поканевич взял вас в свою личную охрану?

- Я в совершенстве владел приемами рукопашного боя, также он знал, что я хорошо стреляю. Мы выезжали, стреляли... Также он проверял мои качества - дурак я или не дурак.

- Вы упомянули, что стреляете из любого вида оружия. Не могли бы пояснить, как стреляете?

- Из автомата Калашникова... ну, из пулемета Калашникова... Могу с левой или с правой руки стрелять. При движении, сидя с колена...

- Вы левша или правша?

- Я могу с любой руки стрелять.

- Где вы научились так стрелять?

- Еще в детстве с отцом ездил на полигоны, мы стреляли из автоматов и пистолетов.

- Отец у вас кто?

- Он танкист. (Бывший командир танкового полка, - прим. ред.)

- Кто еще, кроме вас, охранял Поканевича?

- Денис Васильев... Савченко Игорь... Леня Кондрат. Группа сопровождения. Это я их научил.

- Как осуществлялась охрана в течение дня?

- Сначала я получал оружие в оружейной комнате. Перед этим забирал “Мерседес” Поканевича. Тогда еще был 202-й (госномер). У Поканевича всегда был с собой пистолет... ну, оружие. Где- то часам к 10-11 я подъезжал к нему. Отзванивался, что я на месте. Он выходил, садился за руль - он всегда сам водил, очень быстро - и мы ехали на Сергеева, 2. Там была планерка. Он встречался с людьми. Я всегда находился рядом с машиной. Когда я узнавал, что он будет выходить, я ждал. Он выходил, садился в машину за руль. Я - справа от него, и мы ехали кушать. Вечером, в зависимости от обстоятельств, он мог поехать к девушкам, еще куда-то или к сыну. Это могло быть до 1 часа ночи или до 2-х. Могли выехать за город. Он доверял мне полностью.

- Поканевич давал вам какие-нибудь важные поручения?

- Разные. К примеру, к женщине пришел бывший муж, просил денег. Она работала недалеко. Салон на Пролетарской, справа. Я приехал один. Вытащил мужа и его приятеля из машины, сказал: “Ребята, у вас есть минута времени, чтобы вы отсюда ушли”. Они не поняли - и получили по полной программе. Была другая женщина, там жили наркоманы. Они шалили. Я тоже приезжал, разговаривал, долбил их.

Револьверы из Литвы

- Осенью 2002 года я поехал по заданию Поканевича в Литву. Он мне сказал, что около Ниды меня будет ждать человек. Я должен буду у него забрать три револьвера, переделанные под боевые патроны. Он мне сказал, что есть свои люди на Косе, что пройду границу без проблем. Я выехал с утра на 103-м “Мерседесе”, 124-й кузов. Доехал до Куршской косы. На погранпереходе прошел границу. С тем человеком я не созванивался. Просто знал номер машины - С 30 или 030, не помню. У него был 123-й “Мерседес”. Я передал ему деньги - по 1000 долларов США за каждый револьвер. Он мне сразу их передал, в целлофановом пакете. Я посмотрел, достал. Фуфло. Положил в машину, под заднее пассажирское сиденье. И поехал назад... В поселке Морское, недалеко от границы, меня задержали сотрудники ФСБ.

- Сколько их было?

- Четверо. Там есть белый ларек - в поселке Морское. Я вышел за сигаретами. Смотрю, едет машина. Я понял, что что-то здесь нечисто... Среди них узнал одного знакомого... Они меня положили сразу. Я понял, что они искали оружие. В машине сначала не нашли. Я сказал, что оно под задним сиденьем.

- На каком автомобиле они были?

- “Пятерка” или “шестерка”. “Жигули”.

- Почему вы решили, что это были сотрудники ФСБ?

- Это я уже потом узнал, когда меня привезли на улицу Генделя в Калининграде.

- Что за знакомый?

- Ну, мы с ним учились в Гусеве, в школе. Потом в инженерном училище... Николай Филипченко.

- Где он живет?

- В Гусеве я знаю. И здесь, в Калининграде, тоже - на ул. Дзержинского, был у него дома, знаю, что 55-я квартира.

- Остальных вы смогли бы описать? Как они выглядели? Во что были одеты, что говорили?

- Они все были в штатском. Коля был в галстуке, второй и третий - в рубашке, черной куртке, четвертый был в полупальто и джинсах.

- Они представлялись вам?

- Там один белобрысый представился оперуполномоченным федеральной службы безопасности.

- Они объяснили, за что вас задержали?

- Да, они сказали, что поступил сигнал, что есть информация, что я повезу оружие.

Вербовка

- Что происходило после вашего задержания?

- Меня привезли на Генделя. Там, ну как это... есть подвалы... Там меня чуть “попрессовали”.

- Вы не могли бы более подробно описать, что за кабинет?

- Там не кабинет, там голые стены, разобранные столы... Я помню, когда начали бить, что они хотели узнать все про Поканевича, хотели, чтобы я сотрудничал.

- Сколько их было человек?

- Сначала двое, потом ещё один подошел... Они били полупрофессионально... Особенно неприятно было, когда били по ногам.

- А чем били?

- Ногами. Руками и ногами.

- Во время избиения они что-либо требовали от вас?

- Чтобы я сотрудничал с ними и собирал информацию про “СВЕЧВ”.

- Что потом происходило?

- Потом меня подняли с пола, я не помню, на какой этаж привели. Со мной разговаривал сотрудник ФСБ подполковник Дорофеев Александр Ильич. Он говорил, чтобы я сотрудничал с ними, собирал информацию... Я не соглашался. Зашел мой знакомый Коля Филипченко. Он хотел как бы познакомить меня с ним. Я сказал, что знаком. Он сказал: “Ты сядешь за эти стволы”. Тоже пугал, пугал... но я молчал. Потом меня вывели, повезли в сторону Светлогорска. Там какой-то дом строился. Там тоже были три сотрудника. Все то же самое продолжалось где-то три дня. Пока я не согласился. Привезли опять на Генделя. Дали мне бумагу. Я написал: такой-то такой-то, буду сотрудничать, помогать органам в борьбе с бандитами... с терроризмом, сотрудничать с органами ФСБ. Также я выбрал их подпольную кличку - “Сахаров” у меня была.

- Откуда вы узнали, что с вами разговаривал подполковник ФСБ А.И. Дорофеев?

- Он представился.

- Сам лично представился?

- Да.

- Во что он в тот момент был одет?

- В гражданскую форму, в штатском. Пиджак был такой, зеленого цвета... Не зеленого, а такого “фуфлового”. Купленный где-нибудь в “Ромашке”.

- Вы не могли бы его описать внешне?

- Он метр восемьдесят пять ростом, плотного телосложения, прическа - темные волосы, чуть набок.

- Характерные какие-нибудь приметы были у него?

- Лицо в оспах, нос такой мясистый.

“Смертельный правой”

- Опишите разговор, который состоялся между вами и Филипченко?

- На Генделя, когда меня привезли, он начал мне опять: “Всё, ты согласился, оружие оставим здесь. Ты выйдешь, и все будет нормально. Будешь для нас собирать информацию по “СВЕЧВу”. Ну, любую информацию, плюс на тех людей, которых тебе скажут”.

- Вы упомянули, что вас возили в сторону Светлогорска. Кто вывозил, на чем вывозили, куда и с какой целью?

- На той же “пятерке” или “шестерке”. Тонированная была. Вывозили три сотрудника.

- Среди них присутствовал Дорофеев?

- Нет.

- Куда вас привезли?

- Там был строящийся дом, первый этаж уже был сделан, второй этаж не до конца. Вот на первом этаже меня содержали. Трое суток или четверо. Я точно не помню. Что там происходило? Со мной сначала разговаривали по-нормальному. Потом началось... Били нормально. По ногам, в живот. Как говорили они: “Отработаем смертельный правой”. Били ногами и руками. В грудь, по ногам. Один раз в шею попали... Я падал - они подымали... когда я в наручниках был. Когда спереди били, когда - сзади... На стул сажали, пытались мешок полиэтиленовый...

- Что потом происходит?

- Они меня отпускают... Я созвонился с Поканевичем. Пришел в офис.

- Уточните, вы уже дали согласие сотрудничать с сотрудниками ФСБ?

- Да, согласился. Подписал их бумажки. Взял их кликуху.

- Псевдоним?

- Да, псевдоним. Они говорили, что я буду получать там какую-то зарплату. Но я её не видел.

- С кем вы об этом разговаривали?

- С Дорофеевым, а потом с Филипченко.

- Вы помните, как выглядел контракт, содержимое этого контракта, условия?

- Я писал сам, своей рукой на чистом листе, стандартном. Написал своей рукой, что я такой-то такой-то, буду сотрудничать и помогать в борьбе с терроризмом и еще с чем-то... И потом уже, как они уже сказали, псевдоним. Они сказали, что тебя, типа, звали “Сахара” раньше. Я сказал: “Ладно, буду “Сахаров”.

- Получается, вы сами выбрали себе псевдоним?

- Нет, они говорили “Сахара”, “Сахара”...

“Скутер”

- Оговаривались условия встреч, давались ли какие поручения?

- Да, на меня мог выходить Филипченко Николай, он звонил мне. Потом уже назначались встречи с Дорофеевым. Он мне говорил о сборе информации, за кем смотреть... Про какого-то бандита... узнать там всё про него, с кем общается, где.

- Как с вами связывался Филипченко?

- Звонил по телефону. Я подъезжал. Ну, так не сразу, а через некоторое время.

- Вы сами могли связаться с Дорофеевым и Филипченко?

- Номер Дорофеева я сначала не знал. Филипченко - я знал.

- Впоследствии вы узнали номер Дорофеева?

- Да, да. Он записан сейчас в телефоне. Телефон изъят. В мобильном, под буквой “Д”.

А Филипченко обозначен “Скутер”.

- А почему так?

- Ну, он раньше бегал хорошо в школе. И в училище тоже. Ну, он такой верткий был. Хотя сам такой толстый.

- По указанию Поканевича через сколько дней вы должны были вернуться?

- В этот же день.

- Что потом происходило?

- Я отзвонился. Поканевич уже был в офисе. Я приехал. Зашел к нему. Он говорит: “Ну, как дела? Ну что, “стукач”?” Постучал по стулу. Я говорю: “Ну, да, “стукач”. Он говорит: “Ну, ладно, иди на х...”

Меня после этого отправили в Москву.

“Я теперь “стукач”

- Откуда Поканевич узнал? Что значит “стукач”?

- Ну, как, - он говорит, - Сань, ты “стукачом” стал? И по столу похлопал. “Да, - я говорю. - Я теперь “стукач”.

- Вы говорили, кому вы “стучите”?

- Я ему не сказал. Это уже потом, впоследствии... После приезда из Москвы.

- В Москву вас кто направил?

- Он же.

- С какой целью?

- Я должен был узнать про шоу-бизнес.

- Долго вы пробыли в Москве?

- Почти месяц.

- Что потом происходит?

- Я потом кинул человека. Он должен был денег. Я его “прессанул” хорошо. Забрал у него “БМВ” и уже сюда приехал в Калининград. Встретился с Поканевичем. Он опять берет меня к себе. Общение - только помыл машину, пожрал и всё. А так - в стороне.

- То есть, он не доверял вам?

- Ну да.

- Когда вы вернулись из Москвы, у вас продолжались контакты с сотрудниками ФСБ?

- Да, продолжались. Я Поканевичу все говорил. Он говорил иногда, какую “втюхать” информацию. Я как бы говорил на два фронта. Но с ними - уже так.

- Получается, вы все рассказали Поканевичу?

- Да, я рассказал.

- Конкретно указывали, на кого вы работаете, какие задания получали?

- Да.

- То есть Поканевич был в курсе?

- Да.

- У вас были места встреч с сотрудниками ФСБ?

- Да. Гостиница “Москва”, кафе “Тальков” и “избушка” на Советском.

- В гостинице “Москва” где Вы встречались?

- В разных номерах.

Капитан ФСБ

- Как происходили встречи?

- Коля отзванивался мне, я подъезжал. Он говорил: “Надо пообщаться с Дорофеевым”. Я приезжал туда. Там стол... Он говорил, что надо собрать информацию по человеку. Все нормально. Давал 200 баксов. Иногда вообще ничего не давал. Это редко, когда он давал. Мы сразу выходили. Ну, затем я собирал информацию про человека.

- Об этом кто лично просил вас?

- Дорофеев.

- Вернувшись из Москвы, вы продолжали работать в “СВЕЧВ”. Но личную охрану Поканевича уже не осуществляли?

- Ну как... Осуществлял, как “халдей” - мыл машину, пригонял, ездил куда говорил, еды купить, еще что-то.

- Вы сказали, что у Филипченко была кличка “Скутер”. А у Дорофеева было что-либо похожее?

- Я не знаю. Я его “Ильичом” называл. Его и Коля так называл.

- Сотрудники ФСБ вам гарантировали личную безопасность на случай, если сотрудники милиции задержат?

- У меня было удостоверение сотрудника ФСБ, оперуполномоченного... Коля давал. Я был в звании капитана. Это "прокатывало", когда я показывал удостоверение.

- Как выглядело удостоверение? Вы можете описать? Что там было вписано? Как там ваша фотография оказалась?

- Моё лицо. А так... остальное - техника. Номер сверху был. Опер-уполномоченный.

- Цвет какой удостоверения?

- Красный... темно-коричневый.

- Фотографию вы им отдавали?

- Фотографию я отдавал простую, нормальную.

- Вы где фотографировались?

- Недалеко от ГАИ, там, на Черняховского.

“Мы - машина в государстве”

- Дорофеев вам объяснял, с какой целью он собирал информацию про Поканевича?

- Он сказал, что этот... допрыгался.

- Кого вы имеете в виду?

- Это он сказал про Поканевича.

- Эта встреча где состоялась?

- Там же, в гостинице “Москва”.

- Время?

- Осенью 2003 года.

- Какую конкретно информацию он поручил вам собрать?

- Передвижения, остановки, где, сколько... все эти “Вавилоны”, “Гаваны”, все заведения... с кем общается.

- Он пояснил вам, для чего?

- Это уже потом было.

- Что Дорофеев подразумевал под фразой “Он допрыгался”?

- Он сказал, что допрыгался, и я понял, что убьют скорей всего.

- Вы согласились выполнить просьбу Дорофеева?

- Сначала - нет. Но он начал меня запугивать. Типа, ты и так навертел... Я все про тебя знаю, ты у меня сядешь... Про стволы начал вспоминать. Я испугался. Семью тоже там... Коля Филипченко - тоже начал говорить: “Ты не знаешь, с кем связался. Мы - машина в государстве...” Машина или махина, точно не помню.

- Получается, из-за боязни, страха вы стали собирать информацию?

- Да.

- Как вы осуществляли сбор информации?

- Я просто... составлял схемки на листочках... Все по “Вавилону”. Выходит... подход... охрана где, что стоит. Потом, к примеру, “Гавана”, все то же самое. Другой “Вавилон”. Кто с Поканевичем общается... Кто из сотрудников милиции... Куда он ездит за город... Что за девушки с ним общаются... Полностью вся информация... Это уже было после моего увольнения. До смерти командира... Поканевича.

Слежка

- Причина вашего ухода из “СВЕЧВ”?

- Когда встал вопрос, кого ставить на должность директора в Светлогорске, ну, там деньги, появился соблазн, я начал брать по чуть-чуть. Набрал на 60.000 руб.

- В смысле, брать?

- Украл. Об этом стало известно Поканевичу. У нас с этим разговор быстрый.

- Получается, вести наблюдение за Поканевичем вы стали после ухода?

- Да.

- Как вы собирали и передавали информацию, кому?

- Поначалу дал номера телефонов сотруднику ФСБ - Коле Филипченко...

- Чьи номера?

- Поканевича.

- Зачем они понадобились сотрудникам ФСБ?

- Они хотели его “слушать”. Прослушивать. Потом я ездил на джипе. Подъезжал к каждому месту, смотрел, делал небольшие зарисовки. К “Ванде” подъехал, посидел, посмотрел, нарисовал. От руки все... 15 минут постоял, подумал, в голове прокрутил. Потом поехал, встал возле “Гаваны”, подъезд посмотрел, отходы, потом “Вавилон” на Донского. Потом ездил в баню на Грига, где они постоянно были.

- Когда это было?

- Оставалось две-три недели до смерти командира.

- Сколько у вас на это ушло времени?

- Не больше трех-четырех дней.

- С кем вы вели наблюдения?

- Филипченко тоже участвовал.

- Собрав всю информацию по Поканевичу, кому вы её передали?

- Дорофееву. Там был и Филипченко.

- Где это происходило?

- Тоже в гостинице “Москва”. Я с ними общался где-то около двух с половиной часов. Показывал листы. Рассказывал, все заново рисовал опять.

- Что за номер был в гостинице, когда вы передавали эту информацию?

- Или 309, или 312. Точно не помню.

- Вы помните расположение номера? Что там находится?

- Открываешь дверь... с левой стороны - вешалка, с правой стороны стоит шкаф, стол, зеркало и две кровати... и тут зеркало.

“Он уже допрыгался”

- Когда и как происходила передача информации? Что Дорофеев говорил, что Филипченко?

- Оставалось полторы недели до смерти командира. Я пришел и начал разрисовывать все и рассказывать Дорофееву и Филипченко. Откуда можно вести огонь, что, как передвижения командира. Куда идет охрана, почему так... Я объяснял, что лучше... что Поканевич, всегда ездил один по вечерам к девушкам. Охрана оставалась или в “Вавилоне” или в “Гаване”, в зависимости от того, что... Филипченко задавал мне вопросы, откуда лучше... Я назвал два места - “Вавилон” на Донского и “Ванда”.

- Что значит “вести огонь”? Это как понять?

- Расстреливать.

- Получается, что они планировали...

- ...расстрел командира.

- Об этом шел разговор в открытую?

- Я понял так. Он сказал не “расстрел”, а “вести огонь”. Спросил: “Как ты думаешь?” Я ему объяснил. Где он мог притормозить, где что как. Все до мелочей.

- Передавая Дорофееву и Филипченко всю эту информацию про Поканевича, вы понимали, для чего нужна им эта информация?

- Да, я догадывался, для чего.

- Они вам про это говорили?

- Они говорили, что он уже допрыгался.

- Вы что под этим понимали?

- Что всё, командир... что это будет скоро.

- Сотрудники ФСБ как-нибудь за данную информацию поощрили Вас?

- Да, дали 5.000 долларов.

- Кто дал эти деньги?

- Дорофеев, сам лично. Там присутствовал Филипченко.

- Какие были купюры?

- По 100 долларов, все купюры, новые. Он меня похлопал по плечу и сказал: “Молодец”.

Подарок чекисту

- Что происходило потом?

- Затем они сказали, чтобы я оружие достал. Я узнал, съездил в Черняховск. У меня там знакомый был, Вова Панюшкин. У него раньше револьвер был. Он мне сказал, если что - обращайся. Я подъехал к нему. Сказал: нужно достать оружие. Сказал, что лучше - автоматы. Он сказал: “Я тебе позвоню. Потом подъедем, обговорим”. Он говорил: “Автоматы стоят по 1200, Калашниковы”. Передача денег мне была в “Талькове” - 2900. Просто я с наваром хотел, чтобы себе на карман кинуть.

- Кто конкретно говорил, что необходимо приобрести оружие?

- Говорил Дорофеев.

- При этом присутствовал кто-либо?

- Филипченко.

- Когда это было?

- За неделю.

- Месяц, число, год?

- Январь, конец января 2004 года

- Где состоялась беседа?

- Мы разговаривали сначала в гостинице “Москва”, а затем уже в “Талькове” - мне передавали деньги.

- Дорофеев объяснил, для чего необходимо оружие?

- Он сказал достать оружие, но не пояснил.

- Откуда он мог знать, что вы можете приобрести оружие?

- Ну, он знал, что у меня есть связи. До этого я для него достал пистолет ТТ. Именно для него. Также я сливал туда два пистолета ПМ. Он знал, что у меня есть выходы. Я сделал ему подарок. Назвал цену ТТ, что он стоит 700 евро, а он мне дал 400 и сказал: “Тебе этого хватит”.

- Расскажите поподробнее о покупке и передаче данного пистолета ТТ.

- Это было осенью, в 2003 году. Ко мне подошел Филипченко и сказал, что Дорофеев после больницы хочет сделать сам себе подарок. Ну, ствол чистый, лучше ТТ. Чтобы к нему были два запасных магазина. Я сказал, что постараюсь найти. Достал там, в Черняховске. Он был копанный. Мне его подарили. Когда передавал Филипченко, мы поехали в гостиницу “Москва”. Передача была там. Дорофеев посмотрел его, был радостный, довольный. Пистолет был как новый.

Покупка оружия

- Еще какое оружие вы покупали?

- Два ПМ (пистолета Макарова).

- Где покупали?

- Там же, в Черняховске.

- Кому вы их передали?

- Так же, Филипченко. А куда они пошли - не знаю.

- Сколько вам заплатили?

- 200 баксов.

- Филипченко просил приобрести эти пистолеты ПМ...

- ...для сотрудников. Которые уйдут на пенсию, собираются обзавестись. Я не знаю, куда они пошли.

- Расскажите подробнее, как приобретались автоматы.

- Когда мне дали деньги в “Талькове”, я позвонил этому Вове. Мы приехали в Черняховск, в сторону Озерска. Приехали ребята. Они выложили сразу - там были два автомата АКС-74, один ПМ, пистолет Клюгер, китайский ТТ. Я посмотрел. Я сразу взял два автомата, на остальное не смотрел. У меня с собой было удостоверение сотрудника ФСБ. Положил автоматы на заднее сиденье. Был я на машине “Мицубиси L-200”.

- У кого вы приобретали это оружие?

- Я не знаю этих ребят. Но со мной был Вова Панюшкин. Он свел меня с этими людьми.

- Вова Панюшкин, это кто?

- Он сейчас в Москве. Он работал охранником в психушке, там, в Черняховске.

- Кто дал деньги на приобретение оружия?

- Дорофеев.

- Были ли к нему боеприпасы?

- Боеприпасы были. Два цинка.

- Цинк - это что?

- Где хранятся патроны. Их вскрываешь. Коробка.

- Они были вскрыты?

- Нет. Я вскрывал потом.

- Сколько в одном цинке патронов?

- Я не помню. Тысяча с копейками.

- Какой калибр?

- 5,45 мм.

- Опишите автоматы...

- Укороченные стволы, откидывающиеся, складные приклады. Темного цвета. Пламягаситель.

- Как вы перевозили обратно это оружие?

- Просто положил это все в джип, назад, накрыл курткой и поехал.

Две пачки трассеров

- Что потом происходило?

- Отвез все домой на Борзова.

- Вы там живете?

- Да, с женой снимаем.

- На каком этаже?

- На четвертом.

- Номер дома помните?

- 58 “б”, там бывшие сотрудники милиции проживают.

- Что вы делали потом?

- Мне сказали, что я должен оружие пристрелять. Проверить автоматы, их готовность.

- Кто об этом знал?

- Дорофеев.

- Вы сообщили, что приобрели оружие?

- Да, я отзвонился. Сказал, что все на месте. После того, как я пристреляюсь, я должен был встретиться с Филипченко на Гурьевской трассе. В сторону Светлогорска ехать. Там кольцо, за ним - метров 300-400 - есть повороты, кусты. Там мы должны были встретиться.

- Когда это происходило?

- Когда до расстрела командира оставалось дня четыре...

- Как вы отстреливали оружие?

- У меня были мишени. Мне их давал Филипченко.

- Что за мишени?

- Ростовые мишени. На бумагах. Одна мишень - грудь...

- И куда вы ездили? Во сколько это было?

- С утра. В 10-11 часов, в сторону Гвардейска, в Солдатово. Мы туда раньше ездили с Поканевичем и я стрелял из пистолетов ПСК. Там глухое место. Лес... Еще до этого Дорофеев давал мне две пачки трассеров. Это светящиеся пульки. Когда ночью стреляешь, свет идет. Звук у них другой. Калибр 5,45 мм, зеленая головка.

- Где Дорофеев передавал вам эти патроны?

- В Калининграде, недалеко от Генделя.

Перепутал затворы

- Дальше что?

- Ну я приехал в Солдатово, достал оружие. Повесил мишени на деревья. Стрелял сначала с 25 метров, одиночными, потом очередями, потом с 10 метров. Стрелял не трассерами, обычными. Потом посмотрел. Нормально. Потом взял трассер. Зарядил один магазин и начал стрелять трассерами, одиночными. У обычных другой звук.

- Это как- то влияет?

- Ну, да, там убойная сила другая. Я подходил к дереву, у меня был нож с собой. Искал наконечник. Обычно пуля входит, но эта пуля надломана. Ну, я подумал: что-то не то.

- Сколько вы отстреляли?

- Около 800 штук.

- Из одного автомата Калашникова?

- С двух, которые приобретал.

- Как, на ваш взгляд, результат отстрела?

- Отлично. После отстрела я начал чистить автоматы. Когда их чистил, я перепутал затворы...

- Где вы чистили?

- Там же, на месте. В машину сел, дверь была открыта. Начал чистить автоматы...

- Вы их разобрали?

- Конечно. Сначала один разобрал, поставил... Все эти детали лежали справа от меня. Второй разобрал, начал чистить... Не собирая первый, так как торопился. Все детали от двух автоматов лежали в одном месте.

- Почему вы решили, что перепутали затворы?

- Просто один, когда я собирал автомат, он не влазил. А детали автомата должны свободно входить. (Из-за этого вечером 12 февраля перед стрельбой у Адамовича заклинило автомат и ему пришлось камнем выбивать затворную раму, что впоследствии установила криминалистическая экспертиза, - прим. ред.)

- Что потом происходило?

- Я поехал и передал Филипченко Николаю все автоматы и два цинка. Ну, в одном цинке осталось чуть-чуть патронов, второй цинк был целый.

- А трассирующие патроны?

- И трассирующие - остался один мешочек... я тоже передал Филипченко. В тот же день, на Гурьевской трассе, в сторону Светлогорска.

$25.000 за убийство

- На чём был Филипченко?

- На “Ауди Авант”, коричневого цвета. Номер 535... Зеркальные номера. Потом, 8 февраля 2004 года, мы с Филипченко едем в гостиницу “Москва”... Я встретился сначала с Филипченко. Он попросил, чтобы я подъехал. Он был возле “быков”. Я его подобрал. Он мне сказал, что я должен сегодня встретиться с Дорофеевым. Он не сказал, зачем. Где-то через час-полтора мы приехали к Дорофееву. Перед этим мы покушали в “Талькове”. В гостинице мы были часов в 16. Там уже находился Дорофеев, стол накрыт... водка, вино. Я в то время пил вино.

- Какое вы любили вино?

- Дорогое, сухое. Без разницы какое. Я сел за стол. Дорофеев: “Как дела, Саня?” Сначала разговор был не о чем. Потом он говорит: “Ты у нас стрелок очень хороший”. Я говорю: “И что дальше?” Он говорит: “Ты у нас должен стрелять в командира”. Я подвинул водку, наливаю и говорю: “Я не буду в командира стрелять”. Выпиваю. “Ильич, я стрелять не буду”. Он: “Ты чё, ох...л?” Начал на меня орать, пугать... Коля начал говорить: “Как ты можешь так?!” Дорофеев говорит: “Тебе за это 25000 будет”. Я сказал, что ни за какие деньги стрелять не буду. Коля сказал: “Такие деньги на дороге не валяются”. Я сидел, опять выпил. Дорофеев пугал меня, говорил: “Ты у меня и так сядешь. Мы - махина. Машина государства”. Я начал сползать со стула. Встал на колени, заплакал. Короче запугали, и я согласился.

- Номер в гостинице не помните, какой?

- Нет. Помню, что был двухместный.

- Дорофеев объяснял, из-за чего он хотел убить Поканевича?

- Нет, не объяснял.

- 25000 - это чего?

- Долларов.

- Как долго шел разговор?

- Где-то часа 2-3 точно. Ну, они там пугали.

- Кто-нибудь оговаривал время, место?

- Место - это уже потом. Дорофеев сказал, что это должно быть прилюдно. Чтобы остальные боялись. Время он сказал максимум до 14 февраля.

- Почему именно до этой даты?

- Не знаю.

“Расстрелять прилюдно...”

- Кто-нибудь из них говорил, когда должно состояться убийство, кто должен участвовать?

- Участвовать должен был точно Филипченко - это Дорофеев сказал. Я. И он сказал: “Возьмем твоего брата”.

- Кто организовывал и распределял роли?

- Дорофеев лично.

- Что происходит дальше?

- Я уехал домой. Потом мы снова встречались, 10 февраля, там же, в гостинице “Москва”.

Я опять рисовал схемы. Я им определил два места - “Вавилон” на Донского и “Ванду” на Фрунзе.

- Дорофеев или Филипченко говорили, кто был заказчиком данного преступления?

- Нет.

- Что происходит потом? Какой должен быть план?

- Он говорил, что это должно быть прилюдно. Я говорю: “Прилюдно - это как?” Он говорит: “Это должно быть на Шевченко, у “Гаваны” или на Леонова”. Это сначала. Потом я ему объяснял, что на Леонова и Шевченко - это очень сложно. Машин много, народ ходит, могут просто лишние пострадать. И как отходить? Можно по чистой случайности нарваться на милицию.

- Кто определял время?

- Это все шло от Дорофеева. Он куда-то спешил, не знаю, почему. Даже в тот день, когда убили командира, он постоянно торопил. Он отзванивался Филипченко и постоянно торопил, не знаю, почему... После всех схем, которые я нарисовал, как раз два дня оставалось... я просто сейчас не могу точно сказать... Дорофеев сказал: “Они будут на Шевченко около 7-8 часов вечера. У него вечером будет встреча”. Но не сказал с кем... Я так понял, что они слушают командира. Прослушивают телефоны.

- Зачем понадобилось, чтобы участвовал ваш брат?

- Ну мы вместе раньше учились в школе с Колей. У нас были отношения...

- Ваши взаимоотношения с братом?

- Нормальные, но он такой сулявый. Филипченко ему звонил, встречался с ним. Ну, тоже его пуганул. Сказал, что заплатит 10.000 долларов.

Рулевой обоза и любовник

- Что происходило дальше?

- По схемам? Я предлагал Дорофееву, что, когда машина останавливается, чтобы преградить путь, командир выходит...

- Сколько должно было участвовать автомобилей?

- Один. И я брал “Тойоту-Ярис”, чтобы спрыгнуть с машины и уехать.

- С кем и где согласовывался план?

- С Дорофеевым. В гостинице “Москва”. Присутствовал Филипченко. После всех разговоров, я спросил Дорофеева, какая будет машина. Он сказал: “Не твои проблемы. Коля во всем разберется, он будет рулевой обоза”. Я сказал, что должен сразу спрыгнуть, как стрелок, и уехать.

- “Тойота-Ярис”, на которой вы должны были ехать, она кому принадлежит?

- Ворониной. Это моя знакомая, очень хорошая.

- Где она живет?

- Ульяны Громовой, 79.

- Какие у вас с ней отношения?

- Любовник.

- Что-нибудь оговаривалось при подготовке данного преступления? Какие-нибудь моменты?

- Он говорил, что... Ну я вообще объяснял, куда нужно скинуть оружие. Я объяснял, что нужно скинуть оружие, не доезжая Прибрежки, яхт-клуб... и туда нужно скинуть все.

- Когда?

- После всего. После убийства.

- Как дальше осуществлялась подготовка? Кто с кем должен был связаться?

- Филипченко должен был выйти на меня. Я должен был подъехать к заправке “Идель”. Ну, это возле “Вавилона” на Донского. Он должен был меня оттуда забрать. У него должно было быть все готово. Время около 6 вечера.

- Как он должен был связаться с вами?

- Позвонить мне, на телефон.

- Какой?

- У меня, когда я ушел со “СВЕЧВ”, оставался... три двойки последние были.

- У вас с братом состоялся разговор по поводу всех вот этих...?

- Ну, да, я ему говорил: “Ты туда не лезь, будешь сидеть в машине, я сам все сделаю”.

Глушители в “Мерседесе”

- Расскажите подробней, кто какие роли должен был выполнять.

- Коля за рулем должен был быть, я - стрелок, на заднем сиденье, брат рядом с Колей должен был сидеть.

- Оговаривалось, какой автомобиль будет?

- Нет. Филипченко занимался этим вопросом. Я должен был отстреляться и уехать на своей машине, на “Ярисе”.

- Ваш автомобиль где стоял?

- На Полоцкой. С моста (эстакадного) сразу направо, налево - и там будет общага, с правой стороны, магазин, недалеко - “Золотой дракон”, китайский ресторан. Меня должны были туда отвезти.

- Роль брата?

- Как Коля сказал, как бы пути отхода. Если кто-то поедет, то стрелять. Но он плохо стреляет.

- Роль Филипченко в чем заключалась?

- Он за рулем постоянно - и скидывание автоматов. Потом у него с Дорофеевым разговор был после меня еще.

- Оговаривались внештатные, непредвиденные ситуации, которые могли помешать вам?

- Да. Если будет погоня, нужно уходить на Московский, в сторону “Юности”, потом я спрыгиваю, где раньше “Чеботарев” стоял, и ухожу... В последний день Филипченко мне позвонил около 5-6 вечера. Я подъехал к “Идели”, заправке.

- На чем Филипченко приехал?

- На темно-коричневом 124-м “Мерседесе”. Шашечки были сверху. Ну, он в руку взял, поставил. На магнитах. “Мерседес” был чуть тонированный... ну так, не полностью, а чуть. Я сразу сел на заднее сиденье, с правой стороны, спросил: “Все готово?” Он ответил: “У нас всегда все готово”. И я увидел сразу два глушителя. Ему я говорю: “Какого х...я эти глушители здесь делают?” Он: “Пригодятся на всякий случай”. Я ему говорю: “Коля, ты х...ей не занимайся, они не нужны”. Он мне: “Тебе чё, не по х...й, пускай лежат”.

- Кто предлагал использовать глушители?

- Дорофеев.

- Вы отказались использовать глушители?

- Да. Посмотрел, сказал, что это х...я. Стволы нужно было отпилить... А патроны были в таком мешочке. Пока я сидел, заряжал. Зарядил четыре магазина. Все это на полу. Автомат у меня на полу лежал, под ковриком, а второй - у Коли, на переднем сиденье. Потом Филипченко позвонил моему брату. Он уже ехал из Гусева в Калининград. Мы его подобрали недалеко от “Гаваны”, где раньше стояли валютчики, там есть поворот налево.

С прорезями для глаз

- К заправке “Идель” на чем вы подъехали?

- На такси. Частник. Они стоят на Борзова.

- Вы говорили, что уже в “Мерседесе” стали снаряжать магазины...

- Да, мы сидели и разговаривали еще. Я спросил, куда оружие будете скидывать. Филипченко сказал: “Не твои проблемы, сиди и молчи”. Снарядив магазины, я спросил: “Деньги при тебе?” Он сказал: “Да, я потом отдам”.

...Брат был весь на взводе. Я отдал ему магазин. Сказал: “Ты стрелять не будешь. Пускай просто будет”. Он его не вставил в автомат. Но потом его вставил, ну, магазин...

- Откуда у вас появились шапочки с прорезями для глаз?

- Филипченко дал.

- Когда вы катались по городу, кто-нибудь из вас связывался с кем-нибудь по телефону?

- Филипченко звонил Дорофееву. При мне три или четыре раза. Помню, что он торопил. Сказал, чтобы я быстрей отработал... Коля Филипченко мне сказал, что Дорофеев торопил. А я сам уже послал брата в “Вавилон”. Он походил, посмотрел тут стекла. Вышел охранник Сергей...

- Вы катались по городу несколько часов. Куда вы ездили?

- “Вавилон” на Донского, “Гавана”, подъезжали к “Универсалу”, потом на Леонова, по Советскому ездили... Мы машину Поканевича искали. А в “Вавилоне” на Шевченко он встречался с кем-то. После он должен был ехать куда-то, я не знаю. Дорофеев об этом знал.

- Зная о том, что около 19-20 часов Поканевич будет на Шевченко в “Вавилоне”, зачем понадобилось ездить по всем этим заведениям?

- Ну, мы просто искали. Я не хотел, чтобы это в центре города было.

- Вы хотели изменить план?

- Да. После всего, когда откатались, подъехали и встали напротив “Вавилона”.

- Кто послал вашего брата в “Вавилон”?

- Филипченко сказал, чтобы он сходил в “Вавилон”. Я посмотрел, кто там охранник. Через стекло увидел, что Сергей. Он не знает, что мы с братом - близнецы. Брат к нему подошел. Сказал: “Привет. Как дела? Надо встретиться с командиром. Когда будет собираться выходить - отзвонишься”.

Сначала в грудь, потом - в голову

- Когда вы подъехали с Филипченко и братом к “Вавилону”, там стоял автомобиль Поканевича?

- Да, стоял, и “Волга” охраны стояла. Потом брат сел в нашу машину. Филипченко подъехал на ту сторону, где стояла машина Поканевича и “Волга”. Остановился в метрах 10-ти (напротив “Адамчика”, - прим. ред.). Из автомобиля просматривался весь вид. Сначала отзвонился охранник. Выходит сначала охрана, затем Ромашов, Скоробогатов, вся эта толпа. Мы поехали... Тут же выезжает “Волга”... Мы выдвигаемся. Окно было открыто у меня, я перезарядил автомат. Стрелял в упор... Все это заняло не больше минуты, а потом мы сразу же поехали.

- Давайте более детально, поподробнее все опишем. Первым выходит кто?

- Охрана “Вавилона”.

- Сколько человек?

- Двое или трое, за ними Леня Кондрат, телохранитель Поканевича, потом остальные - человек 6-7. Филипченко сказал: “Поехали”. А дальше я ему сказал: “Тормози”. Я уже видел цель. Я уже был готов. Я уже видел лицо командира. Он садился в машину со стороны водителя. “Мерседес”, 140-й кузов. Номер 099.

- На каком расстоянии остановился ваш автомобиль от Поканевича, от его автомобиля?

- Не больше пяти метров. Даже не пяти, а трех, рядом... прямо рядом с ним. Я просто был готов, у меня все кипит... Когда подъехали, уже туда, я просто видел только командира, а Леня просто рядом стоял. Я целился в грудь, по касательной, а потом в голову.

- Как это - в грудь по касательной?

- Меня так учили. Вначале в грудь, а потом в голову. Когда подъехали, я стрелял... сначала в грудь пошло. Я не помню: в голову попал? Ну, потом с разворота, оперся около сиденья, руки полусогнуты и дал туда очередь. Вообще, я не полностью весь магазин выпустил. В командира штук восемь, а остальное - в сторону охраны. Чтоб не поехали за нами. По “Волге”. (Двигатель машины был поврежден, и охрана не смогла сразу начать преследование, - прим. ред.)

- Вы видели, попали ли вы в Поканевича или нет?

- Я видел, что попал. Он упал. Я видел, как попадаю...

- Сколько приблизительно патронов вы всего выпустили?

- 20. Я помню, что еще в магазине осталось. Я так и остался с автоматом, был в перчатках, и мы выехали в сторону Ленинского, потом через мост (эстакадный), в сторону Полоцкой. Я автомат скинул, оставил, и сразу сел в “Тойоту-Ярис”.

- Кто-нибудь еще стрелял?

- Нет.

- Кто-нибудь из вас употреблял спиртное, наркотики?

- Я - спиртное. Джин, граммов 300. И много курил.

- Что вы курили?

- “Парламент”...

“Где деньги?!”

- Поподробней. Вы втроем уезжаете с места преступления. Что-нибудь при этом кто-то говорит?

- Нет.

- Филипченко кому-нибудь отзванивается?

- При мне - нет. На Полоцкой я сажусь на “Ярис”, поехал по Портовой, по Транспортной, выехал на Суворова, по Киевской - и поставил машину на Ульяны Громовой, на стоянку. Иду спокойно к таксистам и еду на Шевченко, в “Вавилон”. Командира уже не было. Зашел туда. Там стоял другой охранник, Сергей Тобисев. Он мне сказал: “Саня, выходи отсюда”. Я вышел, подошел посмотреть “Мерседес” Поканевича. Дверь была закрыта. Потом подошел к “Волге” - попал как раз по лобовому стеклу, прямо под руль...

- Почему вы решили вернуться на место преступления?

- Поканевича не было. Ну, я подумал, что он жив.

- Куда делись Филипченко и ваш брат?

- Не знаю. Я встретился на следующий день. Филипченко спросил: “Как дела?” Типа, молодец. По плечу похлопал. Ну, я как на стакан сел плотно. Я говорю: “Где деньги?! Давай Дорофееву позвоним”.

- Где вы встретились?

- Филипченко еще жил у “Виктории” на Горького. Встретились после обеда. Я спросил: “Где деньги?” Он позвонил Дорофееву. Мы встретились часа через полтора. Там же, в гостинице “Москва”. Дорофееву я сказал, что мне нужны деньги. Он меня напугал и денег мне не дал.

А с братом уже потом я встретился.

- Вашему брату заплатили?

- Как он мне сказал, ему дали 2000 долларов. Филипченко.

- У вас еще были встречи с Филипченко, Дорофеевым?

- Да, через месяц, по поводу новых заданий...

* * *

...Допрос проводился убоповцами с участием следователя Калининградской областной прокуратуры А.Ю. Гантуры и адвоката Адамовича. Сигареты “Парламент”, кофе - все было к услугам “поплывшего” киллера. Тщательно выполнялись все процедуры, каждая мелочь протоколировалась: убоповцы прекрасно понимали, какие страсти будут кипеть вокруг этого дела.

Только ссадина на колене

Сразу была проведена очная ставка между братом Адамовича, Сергеем, и Филипченко. Сергей подтвердил участие в убийстве Поканевича - и свое, и сотрудника ФСБ. По окончании допроса обоих братьев повезли в судмед-экспертизу - снимать побои. Снимать оказалось нечего: у Александра Адамовича имелась небольшая ссадина на колене (приложился при задержании) и была слегка подпорчена физиономия (опять-таки еще в Моршанском). Поэтому когда заместитель прокурора области В.В. Новиков дернулся проверять заявление о том, что братьев Адамовичей истязали и под пытками вырвали у них нужные убоповцам показания - документ из судмедэкспертизы очень пригодился.

...А дальше, как и предполагалось, началась свистопляска. Почему-то и следователь прокуратуры А. Гантура, и зампрокурора Новиков “не увидели оснований” для проведения обысков ни у братьев Адамовичей, ни у чекиста Филипченко. Прокуратура затребовала материалы уголовного дела для “дополнительного изучения” - в связи с чем обыски не проведены до сих пор. А теперь в них нет и смысла: за месяц от всех возможных улик легко избавиться. Ищи - свищи ветра в поле!

Фээсбэшники надавили на суд. (Не секрет ведь, что среди служителей Фемиды немало экс-сотрудников этого ведомства. А бывших чекистов в природе не существует. Сейчас мы не будем называть имен этих судей. Скажем лишь: конечно, у ФСБ не такие “длинные руки”, как у КГБ, но Конторы по-прежнему боятся. И ссориться с ней о-очень не любят.) И Гурьевский суд (задержание Адамовича и Ко произошло на территории этого района) вынес прелюбопытное решение: в отношении шести участников ОПГ мерой пресечения была избрана “подписка о невыезде”. В том числе “подпиской” отделалась г-жа Воронина - хотя потерпевший Шамара прямо называл ее заказчиком и организатором похищения.

Организаторы - на свободе

“Из всей группы людей, похитивших меня, - пишет Н.В. Шамара в жалобе на имя прокурора Калининградской области, - я имел деловые отношения только с ней. Я был похищен во время нашей с Ворониной И.А. деловой встречи, на которую я пришел, ничего не подозревая... Она, Воронина И.А., непосредственно руководила всеми действиями похитителей, угрожала мне расправой, присутствовала при нанесении мне побоев; участники похищения в случае ее временного отсутствия созванивались с ней, давали ей отчет <...> Кроме этого, действия Ворониной и Адамовича координировал сотрудник ФСБ Филипченко Николай. Об этом я узнал из телефонных переговоров Ворониной и Адамовича, а также из их разговоров в моем присутствии, во время которых они упоминали его имя и фамилию, а также его принадлежность к ФСБ. (Шамара-то был кандидатом в покойники! Вот его и не стеснялись. Мертвецы, как известно, чужих секретов не выдают, - прим. авт.) <...> Заказчик и организатор моего похищения Воронина И.А. и Филипченко Николай, находясь на свободе, могут принять все меры для моего физического устранения, я опасаюсь за свою жизнь и жизнь членов моей семьи (у меня двое детей возраста полутора лет) - опасность выражается в телефонных звонках, визитах ко мне домой каких-то людей, пытающихся под любым предлогом попасть в квартиру...”

Шамара (что в его положении абсолютно естественно) просит взять под стражу хотя бы Воронину.

Даже Александр Адамович, несмотря на его признание в совершении особо тяжкого преступления, был выпущен Гурьевским судом под “подписку о невыезде” и сам (!) написал заявление с просьбой содержать его в УБОП УВД “в связи с опасением за свою жизнь со стороны лиц, причастных к убийству Поканевича”. А Сергей Адамович спокойно гуляет на свободе, проходя по делу свидетелем.

Укол

Александр поступил в СИЗО-1 вечером 30 марта 2005 года. При медосмотре на здоровье не жаловался - разве что на легкую боль в пояснице. Однако ему тут же был сделан укол (несмотря на его заявление о том, что у него аллергия на лекарственные препараты!), после чего все тело его покрылось мелкой красной сыпью, а руки опухли. Под предлогом полученных им “серьезных телесных повреждений” утром 31 марта Александра Адамовича не выдали из СИЗО-1 конвою УБОП УВД. Сорвались запланированные следственные действия.

Чуть позже выяснилось, что заместитель прокурора области Новиков вообще запретил выдавать задержанных по этому делу убоповцам - и отдал следователю Гантуре распоряжение: “провести “разборку” по факту избиения в УБОПе братьев Адамовичей”. Хотя никаких документов, подтверждающих сей факт, в деле нет. А есть, совсем наоборот, справка о медицинском освидетельствовании и об отсутствии побоев.

До сих пор не подготовлены приказы о создании следственно-оперативных групп по уголовным делам №02319/04 (по убийству Поканевича) и 10225/05 (похищение Шамары). Работники Гурьевской и областной прокуратур категорически отказываются координировать свои действия с убоповцами... В СИЗО, где сидит “разговорившийся” киллер, убоповцев не пускают, зато туда регулярно наведываются сотрудники ФСБ. Стоит ли удивляться, что при таком раскладе Александр Адамович уже отрекся от своих показаний?! И теперь всячески упирает на то, что в УБОПе его били, пытали - под пытками-де в чем угодно признаешься!..

Неприкасаемые

Что касается фээсбэшников Дорофеева и Филипченко... их вообще не трогают. Хотя скандал вспыхнул нешуточный, о нем доложено директору ФСБ России Н.П. Патрушеву, и из Москвы, из управления собственной безопасности ФСБ, в Калининград прилетели очень серьезные визитеры. Которые, правда, больше заинтересованы в том, чтобы “замять историю”.

Известно, что начальник Калининградского УВД генерал Кириченко отказывается прекращать дело, в котором фигурируют чекисты. Кириченко уперся: расследовать. И тогда... в 9.20 утра 21 апреля загорелось здание Ленинградского РОВД. Люди сведущие утверждают: неслучайно. И дело вовсе не в том, что кто-то захотел спалить “компрометирующие материалы” (серьезные документы практически не пострадали, даже паспорта, находившиеся в паспортно-визовой службе на первом этаже, уцелели).

Очевидно, если бы ставилась цель уничтожить архивы (дела, бумаги и т.д.) - пожар вспыхнул бы ночью. Это гораздо удобнее, чем поджигать среди бела дня. А так... был выбран момент наивысшей многолюдности: с девяти до десяти утра на втором этаже самого большого в области райотдела проводится селекторное совещание. Весь личный состав на месте - ждет окончания “селектора” и указаний начальников отделов. В это же время ведется прием граждан... Пожар вспыхнул на третьем этаже - сразу в трех местах. А над третьим этажом, в мансарде, располагаются кабинеты сотрудников угрозыска и ОБЭП - там узкие коридоры и лесенки, нет аварийного выхода, да и из окон не выпрыгнешь - очень высоко...

Поджог

Ясно, что ставка делалась на гибель людей, хотя бы одного человека... Случись такое ЧП - Кириченко отстранили бы от занимаемой должности в два прихлопа. Никто не стал бы разбираться, что это - злой умысел, чья-то фатальная неосторожность или... действия “кротов”. Так называются агенты ФСБ, внедренные в каждый райотдел.

К счастью, человеческих жертв пожар за собой не повлек. А значит, есть шанс, что “дело Адамовича” не заглохнет. Хотя, сами понимаете, все попытки его расследовать будут всячески тормозиться Конторой. А в выборе средств чекисты не стесняются. Не секрет, что ФСБ (в масштабах как всей страны, так и отдельно взятой Калининградской области) давно превратилась в некую структуру с большими возможностями - и криминальными наклонностями. А почему бы, собственно, и нет? Если захудалый мент расследует в год тридцать - сорок уголовных дел, а все УВД - несколько тысяч, то чекисты возбуждают - всей Конторой - десять - пятнадцать дел в год. Да и те в большинстве своем яйца выеденного не стоят: шпионов нынче ловить бессмысленно - государственные секреты распродаются еще в Кремле, в соответствии с прайс-листами.

С инакомыслящими бороться - тьфу!.. Кому они нужны, убогие? Можно подумать, кто-то боится их МЫСЛЕЙ! Короче, заняться нечем. А полномочия-то есть. И оперативные возможности - тоже. Ну как не воспользоваться таким добром в век всеобщей коммерциализации? Как не сделать свой собственный бизнес - торгуя информацией, принимая заказы на физическое устранение (от кого угодно, лишь бы платил), “крышуя” отдельные фирмы или целые направления?.. Прикрываясь разговорами о борьбе с терроризмом (подполковник Дорофеев руководит именно отделом по борьбе с терроризмом!).

Неудивительно, что по янтарному краю ползут зловещие слухи будто именно ФСБ контролирует в Калининградской области весь наркотрафик. А Поканевич, чье агентство охраняет многие крупные развлекательные центры (идеальные места для сбыта наркотиков), будто бы “сунул нос” туда, куда (по мнению Конторы) совать был не должен. Вот его и приговорили. (Кстати, Адамовича в причастности к его убийству подозревали давно. И начальник УГРО полковник Проскуряков его на сей предмет допрашивал. Но... что-то постоянно срывалось. Теперь понятно - ЧТО.)

...Посмотрим, какие “повороты сюжета” нам еще обеспечат. И кто в этой схватке окажется крайним. Очень похоже, что Адамович. Судя по всему, купившийся на обещания чекистов его из этого дела все-таки вытащить. В обмен на заявление: сказанному прежде - не верить. Вот только... где гарантии, что его “вытащат” живым?

Редакция “НК”


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.







ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля