Новые колёса

СЕРИЯ ТРИСТА СОРОК СЕДЬМАЯ.
Как подарочный Али-Хан ссыльного Цукана отбрил

На зоне особого режима “Жемчужная” почти ничего не меняется - только цены растут. Застой. Скучно. Но зэки не унывают: они верят в царя-батюшку Паутина и не теряют оптимизма. Начальник колонии Али-Хан по кличке “Антон Хоттабыч” решил поддать позитива и осчастливить народонаселение орденами и медалями.

- Вот смотрю я на вас всех, - в голосе Али-Хана зазвенели романтические нотки комсомольцев прошлого века. - Чьи это весёлые блестящие глаза? Неужели это те, от кого наша держава ждёт подвига? Да, это вы! Вы - пример и ориентир, вы все достойны наград!

Начальник колонии принялся одаривать собравшихся красивыми значками. В числе счастливчиков оказались спортсмены, ветераны, педагоги и даже один слесарь-монтажник.

- А я?! - вскочил с места центровой депутан Главного Барака Крапп-Поткин. - Я книженцию издал - во-о-от такую толстую. Высоко историко-художественную!

- Молодец, - похвалил “Антон Хоттабыч”. - Держи медальку! Потом ещё литературную премию получишь. Дет­скую. Имени Сергея Михалкова - “Зайка-зазнайка” называется.

- Мне тоже премия полагается, - из-за спины Крапп-Поткина высунулся депутан Мусей по кличке “Диван-Даллас”. - Только не литературная, а по философии. Я “Доброго Канта” изобрёл! Монумент мыслителя из папье-маше в полный рост.

- Говно! - скривился местный драматург, пожиратель собак Гришка по кличке “Сам себе режиссёр”.

- Почти угадал, - кивнул Мусей. - Это юмор и самоирония! Взгляните на фигуру Канта. Великий философ смотрит на нас и как бы говорит: “Ну, вы, блин, даёте!”

В дверь просунулся незаменимый помощник начальника колонии Егорка по кличке “Леший”.

- Телеграмма пришла, - сообщил “Леший”. - От бывшего хозяина ЖеПе Цукана. Лично Али-Хану.

- Зачитывай! - дал отмашку “Антон Хоттабыч”.

- Дурак ты, Али-Хан, - прочитал Егорка. - У тебя долги перед зэками растут...

- Напиши ответ, - насупился начальник колонии. - Сам дурак! Долги ещё при тебе выросли.

- Что бы некоторые ни говорили, - взял слово любимый помощник начальника колонии Шандарах-Жутков по кличке “Пухлый Саша”, - а наша ЖеПе - не чёрная зона...

- Согласна, - кивнула главная депутанша ЖеПе Мариан Оргия. - ЖеПе - это типичная чёрная дыра. А зона - красная.

- Телеграмма из Тегерана! - снова просунул голову в дверь Егорка. - Молния!

- Зачитывай, - распорядился Али-Хан. - Это Запрудный. Я его намедни назначил главным по инвестициям в деградацию экономики ЖеПе. Молодец, парень! Уже в Персию укатил.

- Запрудный сообщает, - взял в руки телеграфный бланк “Леший”. - “Намерен заняться ребрендингом территории колонии в режиме нон-стоп. Готовьте мешки для персидских реалов и туманов”.

- Напустит он нам туману, - запаниковал главный счетовод ЖеПе Витёк Поремба. - Век дефляции не видать, напустит!

- Туман - это деньга такая в Персии, - объяснил Шандарах-Жутков. - Типа тугрика.

- Туман - это круто! - захлопал в ладоши ответственный за недоразвитость инфраструктуры ЖеПе Ролл-Блин. - С его помощью мы достроим стадион “Гнилая топь”, где после окончания чемпионата мира по футболу откроем рестораны, кафе, гостиницы и даже, чем чёрт не шутит, спортивные секции!

На улице послышался шум. Али-Хан высунулся в окно. На тротуаре стоял смотрящий Главного Барака Ярый Щук.

- Вымогатели! - орал Ярый. - Кругом одни вымогатели, злодеи и нетерпимые люди!

- Что случилось? - поинтересовался “Антон Хоттабыч”. - Кто тебя обидел, божий человек?

- Народонаселение! - ответил Ярый. - Митингует, протестует, скверы многоэтажками застраивать не даёт! Сколько в них злобы, агрессии, нетерпимости, недоброжелательности... Разве так можно? Разве нельзя вести себя по-боже­ски? Я, к примеру, им новый небоскрёб в зелёной зоне, а они мне в ответ - улыбку. И им хорошо, и мне приятно...

- Можно на вершине каждого небоскрёба по фигуре Канта установить! - вмешался Мусей. - Поймите, мне слава не нужна. Поймите, это подарок. Мне ничего не нужно взамен!

- А ведь дело говоришь, - смекнул Ярый. - Если на каждой многоэтажке фигуру Канта воткнуть, кто против этого возражать станет? Так можно не только скверы, но и все парки Кант-отелями застроить!

Ярый Щук перекрестился, широким театральным жестом откинул руку и пропел гимн точечной застройке:

Учитесь, пафосные лохи!

Старайся, местное ворьё,

Чтоб Кант, как памятник эпохе,

Один остался от неё...

Пафосные слова полетели над Побережьем, и каждому зэку было ясно: скоро в каждую дырку от выкорчеванного дерева воткнут либо церковь с крестом, либо апарт-отель с Кантом.

Хулио Иванов


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.







ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля