Новые колёса

В БОЙ ИДУТ ОДНИ СТАРИКИ.
Целый день пенсионеры стояли у стен Думы в кольце милиции

...Закон об окончательной монетизации льгот, недавно принятый областной Думой по инициативе “Единой России”, подтолкнул калининградских пенсионеров к решительным действиям. О том, как 14 декабря депутаты буквально продирались сквозь толпу возмущенных избирателей, уже писали в местных газетах. Тогда, 14-го, разъяренные пенсионерки хорошо потрепали лидера “единороссов” Константина Полякова. Он, уверенный в непоколебимости авторитета “партии власти” вообще и собственного - в частности, попёр на толпу как бульдозер. И тут же поплатился за самоуверенность. Его тискали, норовили ударить зонтами, содрали с плеч пальто... и награждали эпитетами, воспроизвести которые на страницах газеты нельзя в силу их непечатности.

Когда остальные депутаты пробрались в Думу через черный ход, со двора, пикетчики начали скандировать под окнами... ну, разные-всякие крепкие слова, которые обычно скандирует разгоряченная масса. Была предпринята попытка прорваться внутрь - но сотрудники милиции отразили приступ “народной любви” к парламентариям. Одна из избирательниц была при этом остановлена мощным ударом в челюсть. Пенсионерке сломали зубной протез. А КПРФ, выступившую организатором митинга (впрочем, сразу же вышедшего из-под контроля), оштрафовали на 27 тысяч рублей. За вытоптанные газоны.

Продолжение последовало 19 декабря - в день, на который было назначено внеочередное заседание Думы. Вопрос о сохранении для пенсионеров хотя бы льготного проезда на городском и междугороднем транспорте должен был рассматриваться первым. По крайней мере, так было обещано участникам пикета. Потом, правда, стало известно, что заседание перенесли с 10.00 на 14.00. Под тем соусом, что утром в правительстве области - расширенное совещание и министры-де не смогут присутствовать, а без них никак нельзя-с.

...Итак, 19 декабря. 9.30. У здания областной Думы на Кирова, 17 - довольно внушительная толпа. Около тысячи человек. Формально пикет организован КПРФ. Хотя на самом деле, пожилых людей сюда пригнало здоровое отчаяние. Почему - здоровое? Да потому, что от отмены льгот на проезд в первую очередь пострадают пенсионеры активные.

Тем, кто не ходит дальше магазинчика за углом или проводит дни в четырех стенах, и впрямь лучше было бы “взять деньгами”. (Как, впрочем, и очень незначительному проценту пенсионеров обеспеченных. Которые в общественном транспорте не ездят.) А вот тем, кто регулярно мотается на дачу, к внукам или на какую-никакую подработку, обещанной компенсации за проезд хватит на дней десять. А потом - финита ля комедия...

“Почему нас не спросили? - возмущаются старики. - Почему все решают за нас?! Почему нам не оставили права ВЫБОРА?!”

Вопросы - сугубо риторические. Подтянутый дядечка - по виду, пенсионер военный - шутит: “Власть здорово рискует. Знаете старый анекдот? Плата за услуги ЖКХ не должна быть выше, чем стоимость автомата Калашникова!..”

Рядом с ним стоит женщина, которая охотно рассказывает про свою жизнь: как отец ее, кавалер двух Георгиевских крестов, в 1945-м штурмовал Кёнигсберг, да здесь и остался. И всю свою семью сюда перевез: жену и девять детей. Все выросли, все честно работали. У нее самой - пятьдесят лет (!) непрерывного трудового стажа. А пенсия - 2022 рубля. За квартиру нужно отдать тысячу. А на оставшуюся тысячу - жить месяц...

Народ согласно кивает головами: “Мы ИМ не нужны. ОНИ хотят, чтобы мы все скорее вымерли”. - “Да пусть бы тогда пулемет выкатили на крыльцо. И всех бы нас тут положили. Чего ж так мучиться?!”

Реально - пришли люди самых разных политических убеждений.

...О том, что заседание начнется в два часа, знают немногие. Стоят. Ждут.

Движение на улице Кирова не перекрыть. Сотрудников милиции пригнали к Думе не один десяток, но пока миссия у них предельно простая: стоять гуськом по периметру газона. Следить, чтобы его окончательно не вытоптали.

Народ деловито присматривается к охраняемому газону: “Ну и чего тут натоптано на 27 тысяч?! Па-адумаешь! Траву им примяли! Что она у них тут, золотая?!” Милицию пытаются агитировать. Объясняют суть проблемы. Менты держатся индифферентно. Им иначе нельзя. Начнешь вникать в суть проблемы - уже не сможешь стоять как истукан, выполняя свой “долг”... перед поставившим тебя в оцепление начальством. Проявишь человеческие эмоции, вспомнишь о совести (а не только о “функциональных обязанностях”)... эдак придется и со службы уйти. В неизвестность. Лучше уж цинично похохатывать. Не вдумываться. Не жалеть. Целее будешь.

В 10.00 с крыльца Думы звучит официальное объявление о том, что нужно ждать 14 часов. Люди, ловя обрывки фраз (мегафон очень слабенький), теряются: чего-то там то ли санкционировано, то ли нет... и что делать, неясно. Но большинство решает: надо ждать!

Ждать - трудно. На улице холодно. Люди - в массе своей - глубоко пожилые. “А уходить нельзя, - грустно говорит бабушка с палочкой. - Если уйду, назад уже не пустят”. Кто именно не пустит, она не уточняет. Людей волнует даже не холод. Хуже другое - поблизости нет ни одного туалета. Бабушки долго терпеть не могут. Где-то в одиннадцать толпа заметно редеет. В это время и налетают телевизионщики. И начинают снимать “проплешины” в толпе - видимо, чтобы потом подчеркнуть в новостных сюжетах малочисленность участников пикета.

...К часу дня люди подтягиваются заново. Пьяных в толпе нет, хотя процентов тридцать участников пикета - мужчины. Повсеместно вспыхивают политические споры: кто-то кроет по-черному Ельцина, кто-то поминает лихим словом Горбачева. Достается и коммунистам, и жириновцам, и Сталину... Женщина в синем мохеровом берете увлеченно объясняет, что во всем виноваты евреи. Сторонников у нее, надо отметить, немного.

Начинается дождь. Запасливые - открывают зонты, под каждым зонтиком тут же сбивается целая группа. Две женщины протискиваются сквозь толпу и предлагают всем особо замерзшим хлебнуть горячего чая. (Бесплатно)... Чем ближе время “че”, тем напряженнее ожидание. Участники прошлого пикета азартно обсуждают давешний инцидент с Поляковым. Ну, прямо эффект “ленинского бревна”! Помните, Задорнов говорил: если поставить в ряд всех, кто в своих мемуарах расписывал, как на первомайском субботнике нес вместе с Лениным знаменитое бревно, то бревно получится не меньше ста метров в длину! Так и здесь. Если бы и впрямь Полякова СТОЛЬКО человек лично ущипнуло, пихнуло или погладило бы зонтом по темени - живого места на нем бы не осталось. И закрасить его было бы проще, чем отодрать от асфальта.

“Где Поляков?!” - потирают руки пикетчики. Такое ощущение, что весь негатив, связанный с монетизацией льгот, для людей в толпе персонифицирован именно в Полякове.

...К двум часам на площадке перед Думой яблоку упасть негде. “Молодежи нет, - сетует стоящая рядом со мной старушка. Очень трогательная. Интеллигентная - таких раньше много было в Ленинграде. Хрупкая, в изящной шляпке. - И совсем нет среднего поколения. Конечно, им до пенсии еще далеко. Но ведь если не бороться сейчас, потом будет еще хуже!” И тут - радостные крики в толпе: появились студенты. Пришли, развернули плакаты: “Голодное брюхо к учению глухо”, “Студенту - зарплату, депутату - стипендию!” и т.д. Пенсионеры встречают молодежь аплодисментами. Удивительным образом смыкаются интересы. В этот момент старики прощают молодежи все, что не прощали вчера и перестанут прощать завтра: вызывающий внешний вид, громкую музыку, непонятные словечки, нежелание уступать места в общественном транспорте... Здесь и сейчас молодые и старые - вместе. Они - бунтари, в отличие от тех, кто проигнорировал митинг. Они гордятся собой и друг другом.

...Сотрудников милиции тоже становится больше. Депутатов - нет. Точнее, они просачиваются через черный ход, подступы к которому для посторонних наглухо перекрыты милицией. А просочившись, сидят тихо, как мыши под плинтусом. К народу НИКТО не выходит, за исключением организаторов пикета. Через толпу рискнул пройти только Витаутас Лопата. Его узнают - и пропускают беспрепятственно, под одобрительные возгласы. Многие знают, что он, лидер регионального отделения Российского народно-демократического союза, только что вернулся из Москвы, где участвовал в “Марше несогласных”. Здесь, в Калининграде, тоже собрались несогласные.

В начале третьего становится известно: вопрос, ради которого люди стоят здесь с девяти утра, будет рассматриваться последним. Значит, ждать еще два часа, как минимум. Только двое депутатов (кроме организаторов пикета) настаивали на том, чтобы рассмотреть вопрос первым: Лопата и Гинзбург. “Людей довели, - сказал Лопата, - вот они и протестуют”. “Единороссы” большинством голосов решили: “не поддаваться на шантаж”. Дескать, нельзя позволять “каким-то пикетчикам” диктовать свою волю Думе и срывать заседание. Так что заседание пошло своим чередом, а толпа... Толпа взорвалась. “Сволочи! Гады! Фашисты!! Воры!!!” Люди затягивают: “Вставай, страна огромная...”

Интеллигентная старушка поворачивает ко мне лицо: глаза - огромные, в них слезы. “Гранату бы, господи! Гранату!” - выговаривает она. Люди скандируют: “Не уйдем! Не уйдем!” Студенты машут развернутыми студенческими билетами. Менты снимают их на видеокамеру (съемка велась на протяжении всего митинга. Прицельная. Выхватывались лица тех, кто много и громко разговаривал, пел, кричал...). Бабушки охают: “Да ведь их сейчас перепишут, а потом отчислят! Что ж они делают?! Где их родители? Это их родители должны здесь стоять! Что ж детей под танки кидаем?!”

...Пожилому мужчине звонит на мобильник сын. Предупреждает: во дворах по соседству рассредоточен ОМОН. Попрятались и ждут сигнала. Женщина в потертой шубейке: “Да неужели наши дети будут нас бить?! Милиция - это ведь наши дети. У них ведь тоже и родители есть, и бабушки-дедушки... пенсионеры... Рука не поднимется!”

“Еще как поднимется”, - говорит ей другая. И в красках повествует про выбитый на прошлом митинге зуб.

На крыльцо Думы поднимается мужчина - он долго обсуждал что-то в толпе и, видимо, дозрел до публичного выступления. “Я - военный пенсионер, - говорит он. - Сейчас здесь с нами нет депутата Игоря Рудникова. За то, что он защищал интересы людей, власть объявила его преступником. Мне стыдно за военных пенсионеров. Пока мы боролись за свои интересы, все были вместе. А потом мы Рудникова просто сдали... А еще я хочу сказать молодым: спасибо, что вы пришли. Это значит, мы здесь сегодня стоим не зря. Вы - наше будущее! И хорошо, что мы сегодня вместе!”

Молодежь аплодирует. Студенты поют гимн России, который плавно перетекает в другой гимн. “Вставай, страна огромная...” Песня, убийственная для власти, которая позиционирует себя как народная. “Не уйдем! Не уйдем!! Не уйдем!!!” - опять скандирует толпа. В окне второго этажа появляется холеная дама. Улыбаясь, фотографирует митинг. Видимо, потом в Москве будет хвастаться. Вот, мол, какой у меня был экстрим-тур на дикий запад! Совсем туземцы оборзели. Им бы, понимаешь, сапоги лизать Большим Белым Господам, а они - требуют?!

...Так продолжалось два с половиной часа. На штурм Думы разгоряченная толпа не пошла. Слава Богу, не нашлось провокатора. Но за эти два с половиной часа у многих рухнули последние иллюзии относительно “народности” избранной власти. Ведь перед кем эта самая власть “выдерживала характер”? Перед стариками? Людям в толпе становилось плохо, они глотали таблетки, их уводили под руки. А сколько заболело назавтра, после многочасового стояния на холоде! Скольким наверняка укоротила жизнь столь явная и оскорбительная демонстрация того, что для “Единой России” мнение народа ничегошеньки не значит! (Очевидно, в “своей” России они предпочитают иметь дело с каким-то другим народом.)

Трудно сказать, ЧТО это - тактический просчет или просто наглость. Ведь даже если господа министры и депутаты убеждены в правильности принятых ими решений - это не отменяет их обязанности вступать с народом в конструктивный диалог... Пригласить желающих в зал заседаний - тот самый большой, на первом этаже, который уже открывался однажды, на первом заседании Думы нового созыва. Пожилые люди могли бы там посидеть, погреться... Их можно было бы напоить горячим чаем (если уж вышла такая неувязочка, и расчеты на то, что митингующие не станут ждать нескольких часов, не оправдались), перед ними можно было бы выступить и попытаться объяснить свою позицию, услышать их доводы...

Но! Беда наших “успешных” парламентариев, мне кажется, в том, что они давно перестали воспринимать народ как таковой. “Народ” для них прежде всего ассоциируется с их же собственными наемными работниками. Которые протестовать не смеют - иначе будут уволены.

И представить себе, что их горничная-кухарка-шофер-охранник - и т.д. и т.п. чего-то там ПОТРЕБУЮТ, господа “успешные” могут разве что в Кошмарном сне. Поэтому и пытаются с “народом вообще” разговаривать с привычной им позиции силы. По-барски. Как Хозяева.

Они, “успешные”, забыли, кому обязаны своей “успешностью”. Они, местечковые олигархи, обеспечивают своих детей и своих родителей... Их детки учатся за границей, а если здесь - то на лекции ездят не в общественном транспорте, а в собственных лимузинах... Они искренне презирают тех, кто не “выбился”, не составил себе капиталов... считают их, “неуспешных”, быдлом, лентяями, недоумками...

В Америке в начале ХХ века говорили: “Поскреби любого миллионера - и под слоем позолоты обнаружится бандит”. У нас - если поскрести - обнаружится даже не бандит, а чиновник, комсомольский секретарь, профсоюзный работник, весь секрет “успешности” которых прост, как тыква: в нужное время оказаться ближе других к кормушке. Кормушка, где были сосредоточены блага, созданные... этими самыми стариками, которым сегодня не на что жить. И не на что умереть. И это их теперь “воспитывала” власть.

И это они - к сведению власти! - извлекли из мучительного многочасового стояния под Думой свои уроки. Креативная мысль заработала. Одна бабуля, с огоньком в глазах, сказала: “Надо в следующий раз взять с собой пустую кастрюлю. И бить крышкой по донышку”. “Во-во, - подхватила другая. - А я у внука возьму пищалку. Он с ней на “Балтику” ходит!” “Главное в следующий раз - теплее одеться, - сказала третья. - И организовать горячее питание. У меня подружка на рынке тележку толкает. Вот я ее сюда и сманю. С тележкой!”... “А я внука попрошу притащить большой термос с кофе. Пусть он сам в машине сидит где-нибудь неподалеку, чтобы здесь не засветиться. А мы к нему за кофе будем бегать. Заодно и ноги разомнем”.

Заметьте, в том, что следующий раз обязательно будет, никто даже не сомневается. “Нам терять нечего”, - повторяют люди. Но повторяют не обреченно, а весело. Так же весело, как горланят “Врагу не сдается наш гордый “Варяг”, пощады никто не желает”... Те, кому нечего терять - свободны. Вначале всего было Слово... Это сладкое слово - свобода... Как твердо осознанная необходимость.

...В 17.28 становится известно: Дума сохранила 50% скидку в общественном транспорте для студентов, все пенсионеры получат льготные проездные билеты... Сохранение еще ряда льгот - в стадии обсуждения.

Вот только сохранить лицо Думе не удалось. Бой ею проигран. Бой, в который идут старики...

Д. Якшина


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.







ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля