Новые колёса

“СВОЕЙ СПИНОЙ Я ЗАКРЫЛА ВСЕХ, В ТОМ ЧИСЛЕ И ГЕОРГИЯ ВАЛЕНТИНОВИЧА”.
Экс-министр Клюйкова ответила за губернатора Бооса и его команду

Экс-министр здравоохранения Калининградской области Елена Клюйкова имеет весьма отдалённое отношение к покупке компьютерного томографа - к такому выводу пришёл Центральный районный суд Калининграда ещё 8 февраля сего года. Как и ожидалось, прокуратура этот вердикт оспорила. Однако и во второй инстанции оправдательный приговор устоял. 27 марта областной суд оставил в силе прежний вердикт по делу Клюйковой.

Из клетки СИЗО

Тем не менее, горькую пилюлю прокурорам и следователям подсластили - столь громкое и явно политическое дело рассматривалось на одном заседании вместе с делами уголовников, мотающих сроки за грабежи, торговлю наркотиками и убийства. Причём их кассации шли в первую очередь, поэтому до Клюйковой коллегия судей добралась лишь через два часа. И всё это время экс-министр со своим адвокатом, и ещё двое журналистов наблюдали за тем, как в нашей стране вершится правосудие.

Нынче уже нет необходимости привозить осуждённых в суд. Они участвуют в процессе посредством видеосвязи - прямо из клетки СИЗО. Для этого в зале оборудованы большие мониторы, специальная видеокамера и микрофоны. Судья кратко зачитывает ранее вынесенный приговор и просьбу о пересмотре наказания, выступают стороны обвинения и защиты, а затем и сам заключённый. Выслушав все доводы, коллегия удаляется в совещательную комнату и минут через 5-10 возвращается с вердиктом.

- Слишком суровое мне дали наказание, - с мольбой взывал к судьям гражданин, лишённый свободы за избиение с хищением мобильника и полутора тысяч рублей. - Я раскаиваюсь в содеянном и очень сейчас страдаю. Здоровье испортилось, сижу на таблетках... Жизнь для меня потеряла всякий смысл.

Были и другие выступления.

- Он лишил меня единственного сына! - всхлипывала пожилая женщина, указывая на мужчину в экране, осуждённого за причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть человека. - В моей жизни остались теперь только церковь, больница, аптека и кладбище...

Лишь у самых стойких не подступал к горлу ком. Ну а служители Фемиды с присущим им хладнокровием вершили судьбы. Причём ни одному осуждённому они не скостили срок. На такой волне они добрались и до экс-министра здравоохранения.

Письмо ФАС

- Клюйкова, ранее несудимая, обвинялась по ч. 1 ст. 193 УК РФ (халатность), повлекшей причинение крупного ущерба в размере более 19 млн. рублей, - меланхолично зачитал судья Николай Ларин. - Решением Центрального районного суда оправдана в связи с отсутствием в её действиях состава преступления... Обвинитель просит этот приговор отменить и отправить дело на новое рассмотрение.

- Выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, - добавила представитель прокуратуры. - Те доказательства, которые могли бы лечь в основу обвинительного приговора, суд не принял во внимание. В частности, не учёл показания свидетелей обвинения и показания двух экспертов.

- Доводы прокурора не содержат ничего нового, кроме тех моментов, которым суд первой инстанции уже дал правильную оценку, - парировал адвокат Клюйковой Иван Хомышин. - Прокурор просто перечислил фамилии свидетелей, не оглашая их показания. Однако эти показания изложены в приговоре и ничего изобличительного не содержат. Что касается экспертов, то в деле фигурируют три источника, и все они разные. Экспертиза Сергиенко, чьи показания так понравились прокурору, просто не выдерживает никакой критики. Он пришёл к парадоксальным выводам, с которыми никто не мог согласиться. Например, он утверждал, что цена производителя и рыночная цена это одно и то же. А в конце признался, что получил материалы экспертизы с какого-то неофициального немецкого сайта... В итоге суд пришёл к выводу, что при таком разбросе цен невозможно понять, какая цена завышена, а какая нет. К тому же не было методик, по которым человек должен выяснять цену. И Клюйкова добросовестно выполнила все возложенные на неё обязанности.

В довесок Хомышин раздал судьям и попросил приобщить к делу вышедшее 13 февраля письмо ФАС - о том, как применять 94-й ФЗ в части обоснования начальной (максимальной) цены контракта.

- Это документ, которого на тот момент очень не хватало, - заметил адвокат. - Но даже сейчас он как бы задним числом подтверждает правильность действий Клюйковой. А также то, что Клюйковой инкриминируется не её сфера правоотношений.

Фантасмагория и вакханалия

- Практически ровно два года прошло с того момента, как началась эта фантасмагория, вакханалия, мистический триллер - как угодно я могу это назвать, - с места в карьер начала своё выступление Клюйкова. - Свою вину я категорически не признала. Я считаю, что суд вынес правильное решение. А вот прокуратура, так же как и следствие, имея два года на то, чтобы досконально и обстоятельно разобраться в материалах дела, этого не сделала. И уголовное дело было возбуждено на основании единственной экспертизы - “Балтэкспертиза” (тот самый эксперт Сергиенко). Сам эксперт признал, что прибыль предпринимателя он не учитывал и отразил это в “Особых допущениях” в своём заключении. И на этом основании возбуждается уголовное дело!

Прокуратура в своём кассационном представлении указывает, что суд не принял во внимание показания свидетелей. Мы лично не поняли: какие же это свидетели обвинения, если они полностью свидетельствуют в мою защиту? По какой-то иронии судьбы, меня обвиняют в халатности - меня, которую все окружающие, все мои коллеги, все, кто со мной работал, считают избыточно дотошной, избыточно принципиальной! Понимаете? Вы знаете, для меня это ужасно хотя бы потому, что среднюю школу я окончила с золотой медалью и к халатным я себя никогда не относила...

На протяжении этих двух лет ни следствием, ни прокуратурой никому не были заданы вопросы: “А вы лично видели, что Клюйкова проверяла цену?” Почему этого нельзя было сделать на этапе следствия? Никто такого вопроса ни одному свидетелю не задал. Потому что этот вопрос просто никого не интересовал. Потому что нужно было раздуть политический пожар, устроить политическую инсинуацию. И я уверена, что продолжение этому ещё последует. Потому что и сегодня уже по двум закупленным новым правительством компьютерным томо­графам возбуждены уголовные дела, идут обыски, идут выемки. И я уверена, что с фигурантами этих дел вы ещё здесь встретитесь.

Поиск стрелочника

- В телевизионной передаче, которую я посмотрела неделю назад, говорится о том, что в России возбуждено 130 уголовных дел по компьютерным томографам! - всё больше заводилась Клюйкова. - И сам представитель следственного комитета говорит о том, что отсутствует методика регулирования цен, отсутствует методика установления начальной цены контракта...

Такое впечатление, что все заняты поиском стрелочников! А те люди, в чью прямую непосредственную обязанность входила разработка этих методических и нормативных документов, этого не сделали до сих пор...

Поэтому вывод о завышении цены томографа, основанный лишь на том, что цена государственного контракта на 19 млн. превышала цену контракта, по которой заключил с производителем контракт сам поставщик, - этот вывод просто смешон. Надо было тогда голосовать за Зюганова и жить нам всем в коммунистическом государстве, а не делать вид, что мы являемся демократическим обществом!

Судья заворчал, но остановить экс-министра было непросто.

- Да, мы заполнили бланк заявки, который был разработан конкурсным агентством, - громко продолжала Клюйкова. - Но этот бланк не являлся частью конкурсной и аукционной документации... И мы оказались виноваты?

- Где заказчик и уполномоченный орган? Почему они здесь не стоят? Почему меня терроризировали два года? Почему не были туда привлечены руководители заказчика и уполномоченного органа? И они не отвечали, не несли субсидиарную ответственность, в конце концов. Этого не было сделано...

Всё это подтверждает то, что два года следователи были заняты поиском стрелочника. Для чего они это делали? Чтобы в октябре 2011 года предложить мне прекращение этого уголовного дела по срокам давности? Потому что расчёт был именно на то, что я поимела корысть, что мне есть чего бояться, и я соглашусь с этими сроками давности. Я этого не сделала. Я прошла эту Голгофу до конца.

В течение этих двух лет я жила под их колоссальным прессингом, под подпиской о невыезде. Но я знала, что мне нечего бояться. Потому что не было никакой моей материальной корысти в этих действиях. Потому что, кроме халатности, они не в состоянии были ничего мне предъявить - и сделали это тупо, нелепо и непрофессионально.

Вице-премьер и томограф

- Клюйкова, если у вас всё, то давайте к делу, - вновь вмешался судья.

Елена Клюйкова и Георгий Боос

- Да, я не могу сдержаться от эмоций, - перешла к финалу экс-министр. - Государственный контракт на поставку этого томографа был заключён по результатам аукциона. Кроме того, решениями, принятыми губернатором и вице-премьером в этом государственном контракте, в нарушение 94-го ФЗ, были заключены два дополнительных соглашения, которые изменили технические характеристики, сроки оплаты, сроки поставки этого медицинского оборудования. Всё, что можно, было изменено и переиначено. Но к кому претензии? Претензии только к министру здравоохранения, понимаете?

Более того, я, как физическое лицо, обращалась в суд Октябрь­ского района в 2011 году. И судом было уже установлено, что, в соответствии с положениями 94-го ФЗ, министерство здравоохранения не утверждает лимиты, не подписывает госконтракты, не является ни уполномоченным органом, ни заказчиком, ни распорядителем и ни получателем денежных средств. Всё это делали совершенно другие люди. Но к ним нет вопросов! Фактиче­ски судом уже в 2011 году было установлено, что Клюйкова и министерство здравоохранения не причастны к совершению данной сделки. Однако и это не убедило следствие пересмотреть свою совершенно предвзятую позицию.

Всё это подтверждается как материалами уголовного дела, так и всеми документами, которые судом были рассмотрены, подтверждается показаниями свидетелей, которым суд дал совершенно справедливую и правильную оценку... Спасибо. Простите за излишнюю эмоциональность.

“Доказывать, что я не верблюд”

После пятиминутного совещания судебная коллегия оставила кассационное представление обвинителей без удовлетворения, а оправдательный приговор в отношении Клюйковой - без изменений.

- Закрыть уголовное дело по срокам давности мне предлагали с 2010 года, - повторила после заседания Клюйкова. - Но именно потому что я хотела доказать свою невиновность, я прошла весь этот путь. Мне пришлось доказывать, что я не верблюд. Понимаете? Прискорбно, что это потребовало два года. Кроме того, это потребовало сил, физиче­ского и интеллектуального напряжения. Естественно, финансовых затрат. Я думаю, мы ещё будем обо всём этом говорить. И история назовёт своих героев.

- Вы будете обращаться с иском о возмещении морального и материального ущерба?

- Пока не буду делиться своими планами. Но я сторонник справедливого и честного подхода.

А. МАЛИНОВСКИЙ

Сели в самолёт - и улетели!

На следующий день после подтверждения оправдательного приговора по делу о томографе экс-министр здравоохранения Калинин­градской области Елена Клюйкова дала интервью интернет-порталу newkaliningrad.ru.

- Елена Александровна, в своём последнем слове на судебной коллегии вы указали на нарушения законодательства, в частности, закона о госзакупках, со стороны ваших коллег из правительства. В момент сделки вы знали о том, что их действия нарушают закон? У вас была возможность сказать об этом губернатору или руководителю конкурсного агентства?

- Решение о замене томографа и сокращении сроков его оплаты (что было оформлено впоследствии двумя заключёнными дополнительными соглашениями к госконтракту, по которым были изменены технические требования к томографу, сроки его оплаты и поставки, лимиты финансирования) было принято в моё отсутствие. Я находилась в это время в отпуске. И это следственным органам известно.

Заключение дополнительных соглашений состоялось уже после всех конкурсных процедур, когда госконтракт был заключён, и с точки зрения федерального закона №94 (о госзакупках) это является нарушением. Есть и постановление антимонопольного законодательства УФАС по Калининградской области, производившего в 2009 году по обращению следственного комитета проверку по этому вопросу и усмотревшего нарушение закона в действиях заказчика и получателя томографа. Заказчика и получателя, а не министерства здравоохранения и Клюйковой.

Женской грудью

- Именно поэтому один из выводов суда, мотивирующих мою невиновность, состоит в том, то я не участвовала в установлении окончательных технических характеристик и цены томографа, поскольку всё, в конце концов, оказалось переиначено этими дополнительными соглашениями: технические характеристики аппарата, сроки оплаты, сроки поставки, лимиты и источники финансирования.

Я уже говорила, что обвинение было сформулировано таким образом, чтобы бремя доказывания отсутствия ущерба переложить на меня. И в первую очередь, я была вынуждена доказывать отсутствие ущерба для бюджета Калининградской области, а правильность всех своих действий - только во вторую. Я считаю, что в этом-то и заключалось коварство и иезуитский умысел тех людей, которые организовали в отношении меня уголовное дело.

Доказав же отсутствие ущерба, я своей грудью закрыла всех тех, в чьих действиях можно бы было поразбираться более дотошно и вдумчиво.

- То есть теперь дело о мошенничестве при покупке томографа будет рассматриваться с учётом результатов дела, которое было заведено в отношении вас?

- Я думаю, что того дела вообще не будет. Если бы они хотели тем делом заниматься, там тоже были убедительные мотивы, но они их предпочитают не видеть.

Не поимела корысти

- Вы не называете тех людей, чьи действия необходимо рассматривать “более детально”.

- Я же не следствие, поэтому и не называю. Да вы сами посудите: если имела место “обналичка” через фирму-однодневку, это, как минимум, уже налоговое преступление. Да и всё остальное - куда уж понятнее. Если судом установлено, что минздрав не являлся ни госзаказчиком, ни уполномоченным органом, не утверждал аукционную документацию, не устанавливал начальную цену контракта, не проводил торги, не выбирал поставщика, не подписывал госконтракт и дополнительные соглашения к нему, не получал из бюджета и не перечислял поставщику денег, не утверждал лимитов бюджетных обязательств, то кто, какие таинственные личности это всё делали?

- Но из ваших слов можно сделать вывод, что это люди, работавшие в правительстве Георгия Бооса. Они помогали вам во время следствия?

- Мне никто не помогал. Мне помогали мои адвокаты и узкий круг близких мне людей. Вместе с тем, все всё прекрасно понимают. В поздравлениях с праздниками, в смс-ках многие поддерживали, желали победы, стойкости, мужества. Значит, они и помогали тем самым.

- В рамках нацпроекта “Здоровье” в стране закупалось достаточно много дорогостоящего оборудования. Томографы, как оказалось, закупались с проблемами по всей России. В тот год, когда было возбуждено уголовное дело против вас, и позже было возбуждено много подобных уголовных дел. Почему это произошло? В каждом субъекте федерации есть те лица, “в чьих действиях стоит разбираться следствию”, или были созданы некие предпосылки, которые способствовали правонарушению?

- Конечно, мы не можем однозначно говорить о честности или нечестности каких-либо чиновников. Для меня же достаточным для борьбы с обвинениями было то, что я корысти не поимела, а значит - иди вперёд и не бойся!

Политическая жертва

- По мнению следствия, в вашем случае была завышена именно начальная цена контракта.

- Да. По мнению следствия, была неправильно установлена начальная цена контракта. Но я ещё раз отмечу, что эту цену устанавливала не я. У меня таких полномочий не было - минздрав не был ни заказчиком, ни уполномоченным органом. Поэтому претензия была не по адресу.

В 2005 году, формируя правительство Калининградской области, Георгий Валентинович (Боос) говорил: “С целью противодействия коррупции у нас будут отделены деньги от политики. Министерства будут заниматься только политикой развития отрасли. Финансовые потоки будут проходить через агентство главного распорядителя средств бюджета, а конкурсы, аукционы и котировки - через конкурсное агентство”. Эти агентства являлись обособленными структурными подразделениями и замыкались в своей работе непосредственно на губернатора.

- Есть ещё одна тема, о которой я бы хотела поговорить - о негативном отношении общественности к вам...

- Я полагаю, что оно не сложилось, а его сложили. И сложили по одной простой причине. Нужна была политическая жертва. Я думаю, для всех уже очевидно, что ни один губернатор у нас не уходил без уголовного дела. При Маточкине, если вы помните, это была некая бюджетная ссуда, которая якобы была перечислена администрацией области коммерческой организации “БИНЭКС”, если я не ошибаюсь, которая работала в топливной сфере. Скандал был.

Маточкина сменил Горбенко, у которого был кредит “Дрезднер банка”. Горбенко сменил Егоров, у которого был Савва Леонов с коробкой из-под торта. Егорова сменил Георгий Валентинович Боос, которому хотели “повесить” томограф. И хотя параллельно было возбуждено ещё порядка десятка уголовных дел в разных сферах, но самым роковым и самым анонсируемым было назначено дело о томографе. Вот поэтому я и говорю, что своей спиной я закрыла всех, в том числе и Георгия Валентиновича.

Под пистолетом никуда не уехала!

- Эти люди исходили из совершенно пошлого посыла, что честных чиновников не бывает, что не может быть, чтобы Клюйкова на этом не наварилась. Я уверена просто, что расчёт был именно такой. Мол, она согласится на сроки давности и на халатность. Мол, она скажет: “Слава тебе, Господи, что не всплыло ничего более серьёзного”. И вот в этом-то своем расчёте они и ошиблись! Тут-то и просчитались!

- Они - это кто?

- Они - это прокуратура и следственный комитет, в первую очередь. Наверное, теперь я уже могу сказать, что мне заранее стало известно о том, что они будут возбуждать такое уголовное дело. Мне об этом сказали люди, которые были информированы, очень доброжелательно ко мне относились и считали своим долгом предупредить.

Я никуда не собиралась бежать. 9 марта 2010 года, когда я уволилась по собственному желанию, я сразу же позвонила мужу: первая реакция была - не поверите - “Ура! Свобода!”. И мы решили улететь на 10 дней в Арабские Эмираты. По телефону же и договорились, и он взял билеты туда и обратно, чтобы после всего этого ада и кошмара просто элементарно дать возможность отдохнуть себе и ребёнку. Впоследствии в деле это было интерпретировано как получение оперативной информации о том, что я готовлюсь покинуть Калининградскую область. То есть сбежать!

Да я под пистолетом бы никуда не уехала! Потому как скрыться - это значит признать вину. А вот разворот судьбы! Я помню, например, высказывания генерала Кириченко (экс-главы регионального УВД), который говорил, что томограф - это коррупционная сделка, а вопрос вынесения приговора Клюйковой - вопрос только лишь времени. Халатность практически доказана. Где теперь Кириченко? По моей информации, он скрывается в Соединенных Штатах. Может быть, она и ошибочная. Но каков разворот?!

Всё плохо, понимаете? Построили перинатальный центр? Плохо! Добились создания центра сердечно-сосудистой хирургии? Плохо! Всё плохо! И все это подается через призму такой ненависти и злопыхательства!

Выйти замуж за иностранца

- Мне очень обидно, что мы живём в стране, в которой нужно доказывать, что ты не верблюд. Если говорить о моей гражданской позиции, то меня это возмущает. Я уверена, и всех нормальных людей тоже. Вы не задумывались, почему всё чаще дочек отправляют родители на иняз учиться, а дальше - замуж за иностранца, мальчишек же готовят к работе в правоохранительных органах? У меня вот немало таких знакомых.

- Всё же вернёмся к негативному отношению общественности...

- Понимаете, сегодня общественность болезненно воспринимает “ничегонеделание”, отсутствие решения вопросов, отсутствие решений. Именно в этой связи Калининградская область находится на последнем месте в России по выполнению программы модернизации. Потому что это паралич управления здравоохранением. А с кадровой политикой что происходит? Да меня сегодня, без ложной скромности, с ностальгией вспоминают! У Георгия Валентиновича и посыл к министрам был соответствующий: “Вы отвечаете за всё!”

- Почему этот “паралич” произошёл?

- В первую очередь, из-за страха. Чем, как ни страхом, можно объяснить тот факт, что подписание заявок конкурсных было возложено не на министра здравоохранения, а на его заместителя в нарушение регламента правительства?

- Речь о том зам. министре, которая покинула правительство - Людмиле Сиглаевой?

- Да. Но я так поняла, что и сейчас министр не подписывает заявок. Просто боится! К тому же, все заезжие - и министр, и замы. Зачем разборки? Сели в самолёт - и улетели, как некоторые предшественники. А местные пусть остаются и отвечают.

Девочка для битья

- Елена Александровна, вы говорили, что реформа здравоохранения шла так болезненно из-за недостатка финансирования. О недостатке средств вы говорили губернатору?

Елена Клюйкова и Георгий Боос

- Конечно.

- Вы понимали, что становитесь свое­образной “девочкой для битья”? Вы были согласны со своей ролью в этой истории?

- В этом заключается драматизм. Правительство - это всё же команда. И её руководителем является губернатор. Он определяет приоритеты.

- Когда губернатор пригласил меня на работу в правительство, я была депутатом областной Думы, председателем комитета по социальной политике и здравоохранению. Когда Георгий Валентинович выступал в Думе ещё кандидатом в губернаторы, которого представил на утверждение президент, мною был задан вопрос: будет ли политика, проводимая губернатором, социально направленной? Он ответил положительно, сообщив, что сфера здравоохранения и образования будет приоритетной.

- Он сдержал своё слово?

- В отношении здравоохранения - однозначно нет.

- Тогда почему вы не ушли из этой команды?

- Я и ушла в конечном итоге. Первое заявление о своём желании покинуть должность министра я написала в 2006 году. Или вы полагаете, что я должна была просто не выйти на работу? Или лечь на две недели в больницу, чтобы продемонстрировать свою обиду, как это делают некоторые.

Мне многое не нравилось. Но драматизм работы чиновника как раз, видимо, в том и заключается, чтобы выполнять команды руководителя, даже если он с ними в полной мере не согласен и брать ответственность на себя, в том числе и политическую.

- В новое правительство вас не звали?

- Как меня могли звать, когда я была под уголовным делом, когда меня называли “скандальная леди Томограф”? Но для меня это было делом чести - доказать свою невиновность. Если кто-то до сих пор считает, что эти пресловутые 19 млн. рублей украли, то пусть найдут того, кто их взял.

В 2011 году я сама обратилась в суд с требованием расторгнуть дополнительные соглашения к госконтракту. Если бы это было сделано, можно было бы потребовать у производителя эти 19 млн. вернуть назад, сказать: забирай томограф, а деньги, все 63 млн., обратно верни. Это называется “применение последствий недействительности сделки”. Ведь “недействительность” - это несоответствие закону, а несоответствие этих допсоглашений требованиям 94-ФЗ были, как я уже говорила, установлены УФАС.

Бросить народу кость

- Если кто-то действительно считает, что можно купить дешевле - пожалуйста. К тому же и цены изменились, рынок с тех пор изменился, томографы действительно стали дешевле. Пусть вернут всё ранее уплаченное, а за эти деньги что хотят, то и купят.

Но суд в иске отказал - из-за того, что у меня не было прав на этот иск, я - незаинтересованное лицо в этой сделке (не подписывали контракты, не отдавала деньги, не являюсь субъектом правоотношений, говоря юридиче­ским языком). И к тому же, я не имею, согласно закону, права выступать с исками в государственных интересах к неограниченному кругу лиц. Так указал суд.

Но таким правом обладает прокуратура Калининградской области! Мы обратились к областному прокурору Алексею Самсонову. Передали все материалы. Мол, недействительность сделки очевидна, мне суд отказал, но у вас право на такой иск есть. Тем более, вы же считаете, что государству, областной казне нанесён ущерб. Восстановите же справедливость - вот правовой механизм!

В прокуратуре ответили: нет, томограф возвращать нельзя, так как пациенты проходят на нём обследования. Вместе с тем, сообщили в прокуратуре, можно оспаривать только состоявшиеся аукционы, а в данном случае аукцион не состоялся. Отписка! Мы-то призываем обжаловать дополнительные соглашения, а не аукцион.

И это даёт мне основание утверждать, что никто денег не искал и не пытался их возвращать в областной бюджет. Это просто был большой политический скандал. Все всё понимали. Просто близился уход очередного губернатора, нужно было его очернить и дискредитировать, нужно было слепить политическую жертву и бросить народу кость. Узким кругом решили, что это буду я.

Вы понимаете, что юридические аргументы в этой ситуации никого не интересовали. Надули мыльный пузырь, который, раздувшись, лопнул и громко хлопнул. Ну как тут не вспомнить Георгия Валентиновича и его прогноз: “Дело о томографе кончится пшиком!”. Все помнят?

И. Саттарова


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.







ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля