Новые колёса

НОЖ В СПИНЕ ЖУРНАЛИСТА.
Почему на Арсения Махлова, учредителя газеты “Дворник”, напали в центре Светлогорска

На следующий день после нападения Арсений выглядел бодро, держался весело и непринуждённо. Всячески храбрился, словно ничего страшного и не произошло. А если и произошло, то не с ним. Дверь его палаты на пятом этаже областной больницы была распахнута настежь - душно. Кроме Махлова, здесь залечивают раны и переломы ещё пять пациентов отделения травматологии. И, разумеется, никакой охраны, никакого скучающего милиционера.

Действительно, подумаешь, напали на человека, пырнули пару раз ножом... Обычное дело в янтарном рае. А то, что нападавший не установлен и не задержан - ну, так у нас в больницах ещё не добивали жертв заказух. Чего раньше времени-то суетиться?

Арсений лежал на койке, уткнувшись в экран ноутбука.

- Привет, - и тут же попытался подняться.

А. Махлов

- Да побереги себя... Швы ещё разойдутся, - попробовал я его остановить. Но Махлов уже ковылял к выходу.

- Пойдём, пойдём. Свежим воздухом подышим, - в руке у него появилась пачка сигарет.

О том, что случилось с Махловым, я узнал вечером 27 марта, минут через двадцать после нападения. Связался с редакцией “Дворника”. Александр Адерихин подтвердил информацию: да, такое несчастье, Арсения везут на “скорой” в ближайшую больницу, в Пионерский. Два ножевых ранения, много крови, но Махлов в сознании...

Я позвонил Сергею Булычёву, председателю Калининградской областной Думы. Он, в свою очередь, связался с руководством УВД. Потом спикер перезвонил, спросил, какая нужна помощь, хотел поехать в Пионерский.

Я предложил дождаться новостей из районной больницы - если Махлов будет транспортабелен, его доставят в Калининград. Так и произошло. Пионер-ские доктора оказали первую помощь, осмотрели, наложили швы и около 22 часов Арсений был в травматологии на Клинической. Снова обследование, анализы... К счастью, нож преступника не задел почку, не повредил другие органы. Так что учредителю “Дворника” повезло. Хотя сказать, что отделался малой кровью - язык не поворачивается. Крови хватало...

27 марта в конце рабочего дня Арсений поехал в Светлогорск со знакомой девушкой. Сел за руль своего “Туарега” и через час ужинал в “Вике”, местном кафе. Примерно в 19.15 Махлов вышел из заведения и направился к лестнице, ведущей на променад. Ничто не предвещало беды, тихий вечер, курортный городок, вокруг люди, много людей... Повсюду на перекрёстках стояли усиленные наряды милиции (28 марта в Светлогорске заседал российско-литовский Совет по долгосрочному сотрудничеству, и накануне сюда прибыл госсекретарь МИД Литвы Лаймонас Талат-Кялпша с делегацией чиновников и бизнесменов).

...Арсений не слышал, как кто-то приблизился к нему сзади. Внезапный резкий удар в спину, в правый бок, и ослепительная боль. Арсений, в котором сто килограммов живого веса, едва удержался на ногах.

Он начал поворачиваться в сторону нападавшего, когда тот нанёс второй удар в спину - лезвие ножа пробило куртку в районе позвоночника, вспороло кожу и скользнуло по рёбрам. (То ли Арсений некстати повернулся, то ли у нападавшего сдали нервы - возможно, дрогнула рука, когда спутница Махлова от ужаса закричала.)

Махлов рухнул на тротуар. Наёмник не стал дальше гвоздить раненого - мягкой, пружинистой трусцой побежал в сторону парка. Спокойно и уверенно. Высокий парень (до 185 см), лет 25-ти, спортивного телосложения, в тёмной куртке и серой вязаной шапочке, надвинутой на глаза...

(Любой из двух ударов ножом мог стать смертельным, мог покалечить жертву и на всю оставшуюся жизнь сделать журналиста инвалидом. При внутреннем кровотечении, да ещё после приёма пищи, спасать человека крайне сложно - организаторы нападения всё продумали и рассчитали.)

Арсений сначала смог встать только на колени. Почувствовал, что по спине что-то течёт. Коснулся рукой спины, посмотрел - ладонь была в крови. Его знакомая побежала к “Вике” вызывать “cкорую помощь”. Не дожидаясь её, Махлов сам кое-как добрался до кафе - и находился там, пока не появились врачи.

...После полуночи в пятую палату областной травматологии вошёл милиционер: “Кто тут Махлов?!” Похоже, молодой лейтенант не видел особой разницы между лечебным учреждением и камерой предварительного заключения, где не принято церемониться с постояльцами. Бедолага давно должен был быть дома и смотреть третий сон - ан нет, приходится шастать по больницам, чтобы опросить какого-то недорезанного писаку.

Арсений сполз с кровати, и в одних трусах и чужих тапках (спасибо соседу) выбрался в коридор. Здесь милиционер “взял объяснения у потерпевшего”. Наверное, он специально делал вид, что вся эта история ему до фонаря - чтобы потом, когда лейтенант поймает преступника, потерпевший очень удивился.

Что думает сам Махлов о нападении? Кто его заказал? Арсений не сомневается, что причиной всему - его профессиональная деятельность. На страницах “Дворника” публиковалось много громких разоблачительных материалов - о людях влиятельных и агрессивных. Однако журналист придерживается двух версий. Первая связана с резонансной статьёй об Астрономическом бастионе в Калининграде, и попытками коммерческой компании перенести в другое место расположенный поблизости памятник погибшим милиционерам. Вторая - с грядущими кадровыми перестановками в бывшей мэрии Калининграда.

Конечно, это лишь предположения, подозрения. Но без их отработки преступление, возможно, не раскрыть. Если же кто-то посчитает, что на него незаслуженно брошена тень - редакция “Новых колёс” готова предоставить страницы газеты для объяснения. Такой способ, на мой взгляд, вполне цивилизованный, и уж всяко лучше каких-либо разборок.

Ещё один вопрос: реально ли раскрыть это преступление?

Я не оперативник уголовного розыска и не следователь прокуратуры. Но есть очевидные вещи. Об одной из них скажу. Арсений Махлов считает, что за ним следили несколько дней, выбирали удобный момент для нападения. Скорее всего, это было именно так.

Арсений способен по памяти восстановить маршрут движения по улицам Калининграда, по дорогам области и в Светлогорске. При желании (если таковое проявят милицейские сыщики) можно вычислить все видеокамеры, в поле зрения которых попадал Махлов и его машина. (Сейчас видеокамерами оборудованы практически каждое учреждение, магазин, фирма, не говоря уже о дорогах, где ведётся наблюдение техникой ГИБДД.) Получив такие записи (а они хранятся на жёстких дисках по нескольку месяцев), есть шанс установить автомобиль, следивший за машиной Махлова. Что делать дальше, надеюсь, не надо объяснять.

Таких следов, способных привести к исполнителям заказа, немало. Повторюсь, было бы желание у милиции и прокуратуры.

К сожалению, нападение на Махлова - не первое, которое было совершено на журналистов Калининградской области. Мне известно о четырёх случаях за последние десять лет, когда конкретного сотрудника или руководителя СМИ выслеживали, подкарауливали и жестоко избивали. Зимой 1998 года - Михаила Кучерявенко, летом того же 1998-го - меня, зимой 2000-го - Игоря Ростова, весной 2008-го - Арсения Махлова... Тенденция, однако.

Первые три преступления так и остались нераскрытыми. Не потому, что были нераскрываемыми - сыщикам и следователям руководители правоохранительных органов просто не позволяли добраться до исполнителей и выйти на заказчиков. “Почему? - поначалу спрашивали сыскари и “важняки”. - Вот ниточки, вот зацепки, мы всех возьмём”. Начальники туманно-многозначительно отвечали: “Это политика... А политика - не наше дело”.

Увы, такой подход касался и касается не только журналистов. Всюду, где пересекаются интересы власти, бизнеса, а теперь и силовиков (интересы, прежде всего, финансовые), закон всё чаще отступает на второй, третий план (а то и вовсе отодвигается). Преступление превращается в сделку, жертвы - в разменную монету, а бандиты становятся товаром.

Отсюда бесконечные “глухари” и “висяки”. Людей убивают в центре Калининграда, средь бела дня, при огромном стечении народа - бандиты спокойно уезжают, а уголовные дела не расследуются “ввиду невозможности установить лиц, совершивших преступление”.

Сколько было убито бизнесменов - табачников, водочников, мебельщиков, строителей! Хоть одного заказчика арестовали, осудили? Нет! А ведь погибали и богатые люди - со связями, с юристами и даже с телохранителями. Но когда нет закона, деньги превращаются в гранату без предохранителя. Чуть ослабил чеку (не дал нужному человеку взятку), и взрыв.

Что уж говорить об остальных гражданах. Когда милиции и прокуратуре не позволяют раскрывать громкие преступления, рядовые стражи порядка и законности задаются вопросом: а надо ли ловить бандитов в других случаях? Не лучше ли по примеру начальников извлекать вполне осязаемую коммерческую выгоду из своего служебного положения? Даром что ли государство установило для сотрудников правоохранительных органов мизерную зарплату? Фактически им дают понять: крутитесь, т.е. зарабатывайте сами. И теперь нет бизнесмена, чиновника, у которого бы не было милицейской, прокурорской или судейской “крыши”.

Дошло до абсурда: люди в погонах отказываются регистрировать заявления граждан о преступлениях! Об этом во всеуслышанье говорят министр внутренних дел и Генеральный прокурор России.

На страницах нашей газеты подробно рассказывалось об обстоятельствах гибели 33-летнего предпринимателя Андрея Жигаря - его расстреляли 10 сентября 2007 года в подъезде жилого дома на Эпроновской, 1 (“Гангстеры в городе”, “Гангстеры в городе-2”). Масса свидетелей - они видели киллеров. Масса улик и следов. Но вот уже полгода никто, кроме матери убитого, Нины Васильевны Томилко, не расследует, не пытается раскрыть это дерзкое и наглое преступление. Более того, раздавленную горем, но не сломленную женщину гонят прочь те, кто по долгу службы обязан искать наёмных убийц и заказчиков. Она, глотая слёзы, продолжает обивать казённые пороги, она пишет письма во все инстанции, перечисляет факты, называет фамилии, адреса... Её по-прежнему не хотят слушать. А возобновлённое было уголовное дело вновь приостановлено.

А. Махлов, 2008 год

Хотя я уже говорил: если бы милиция и прокуратура пошли по горячим следам, возможно, остался жив депутат Виктор Кондратов, заместитель председателя Зелено-градского городского Совета (13 октября 2007 года он был застрелен на пороге кафе “Фёст”). Очень уж похож почерк преступников, которые убили его и Андрея Жигаря.

Невероятно, но киллера и его подельника, устроивших бойню в “Фёсте”, удалось схватить. Решающую роль сыграло то, что покойный был давним другом нынешнего заместителя полпреда президента РФ в СЗФО Александра Дацышина и вхож в кабинет губернатора Георгия Бооса. На ноги были подняты все силовики. Ход расследования ежедневно докладывался на Дм. Донского, 1 руководителями милиции, прокуратуры и ФСБ. И через несколько дней были арестованы бывшие боксёры Евгений Кайнов и Илья Дычко. Первый сидел за рулём “Ауди” (на которой они приехали следом за “БМВ-Х5” Кондратова к “Фёсту”), второй - стрелял в депутата.

Мать Андрея Жигаря настаивает, требует, чтобы следователи провели опознание арестованных - чтобы на них взглянули свидетели преступления на Эпроновской. От неё снова отмахиваются.

До сих пор неизвестно, сделана ли хотя бы такая очевидная малость, как сопоставление экспертизы пуль и гильз, обнаруженных на месте расстрела Жигаря, с экспертизой пуль и гильз, оставшихся на пороге “Фёста” (оба убийства совершены с помощью пистолета Макарова). Неизвестно, потому что Нина Васильевна Томилко, признанная потерпевшей, полгода не может познакомиться с материалами уголовного дела. Полгода от неё скрывают то, что, по сути, является документальным подтверждением не расследования, а бездействия.

Следователь П. Родоман, которому был поручен поиск убийц, прямо заявил матери убитого предпринимателя: “Принятыми мерами установить лиц, совершивших данное преступление, не представилось возможным...” Мол, отстаньте - некого опознавать.

Нина Васильевна позвонила в следственный комитет (т. 53-15-76) и зачитала ответ, полученный из правительства области - от начальника управления по взаимодействию и координации деятельности с территориальными органами федеральных органов А. Шагако: “Установлен круг лиц, которые могут быть причастны к совершению данного преступления...”

Заместитель И. Шатова, руководителя следственного отдела, поднявший трубку, сказал: “Мало ли что вам написали”.

А 7 марта 2008 года в следственном комитете на Геологической, 1 Нину Васильевну вообще ошарашили: “Кайнов и Дычко? Так их выпустили из СИЗО, они сейчас на свободе, под подпиской о невыезде...”

Мать Андрея Жигаря позвонила мне: “Как же так?! Что происходит?!”

Я постарался успокоить её. Расследование убийства Кондратова продолжается. Может, не так быстро, как хотелось бы. Но и Кайнов, и Дычко находятся под арестом. Хотя многое меня удивляет самого. 26 марта я был свидетелем необычной картины: по первому этажу областной прокуратуры на Горького, 4 прогуливались... Кайнов и Дычко. Правда, в наручниках. Но, поскольку браслеты были застёгнуты впереди, а рукава куртки их закрывали, то выглядели они не как арестованные. Рядом не было ни одного конвойного милиционера (а у подъезда прокуратуры я не видел автозака-“воронка”, одни легковушки начальников).

Через полминуты из какого-то кабинета сначала появились двое в штатском (начальник УБОПа Александр Ганза и его заместитель Эдуард Мишурин), потом двое адвокатов и следователь.

Теоретически арестованные могли запросто сбежать. Тот, кто хоть раз бывал в областной прокуратуре, знает, что вход (выход) в здание преграждает лишь турникет - препятствие только для законопослушных граждан. А у пенсионера-охранника (он сидит за окошком в специальной комнатке) нет оружия - если даже успеет выскочить из своей каморки, то успеет только прокричать что-нибудь напутственное убегающему.

Но Кайнов и Дычко не пытались сбежать, и у нас состоялся короткий разговор. Никогда прежде я их не видел, а они меня узнали. “Сам же сидел, а про нас пишешь, - выразил недовольство один из них. - Я вот на тебя тоже напишу...”

“Ну, у нас разные профессии, - только и нашёл я, что сказать в ответ, - да и сидел я по другой статье”.

К чему всё это? Какая тут связь с нападением на Махлова? Да самая непосредственная. До ударов ножом ведь было другое преследование - уголовное дело, возбуждённое в отношении учредителя газеты “Дворник” после публикации на её страницах целого сериала о начальнике отдела управления методического обеспечения Генеральной прокуратуры РФ Людмиле Куровской. (“Дворник” выдвинул версию о причастности Куровской к прекращению уголовного дела по преднамеренному банкротству “Балт-птицепрома”, созданного на деньги из кредита “Дрезднер банка”.)

О, как старались тогда следователи! Арсения даже сутки продержали в камере.

Не знаю, сколько милиционеров охраняли его, но меня с Олегом Березовским, в наручниках и строго в автозаке, три месяца сопровождали не менее шести вооружённых конвоиров. Журналисты опаснее киллеров?

Да, для продажных прокуроров, следователей и милиционеров - опаснее.

Кто ещё публично, громко, чтобы услышали и прочитали все, задаст неудобные, неприятные вопросы о нераскрытых убийствах, хищениях имущества, вымогательстве, рейдерстве, торговле наркотиками и оружием? Сегодня только журналисты мешают “оборотням в погонах” превращать любое преступление в бизнес-сделку, извлекать из него коммерческую выгоду. То есть противостоят той самой коррупции, к борьбе с которой призывают и Путин, и Медведев.

Когда я делился впечатлениями от увиденного 26 марта в прокуратуре, мне сказали: “Ты видел не подследственных. Ты видел товар”.

Что сказать людям, которые говорят мне о торге? Мол, одна сторона предлагает миллион долларов - в обмен на то, что не будет никакого заказа (и заказчика), а только два парня, почему-то обидевшихся на депутата Кондратова... А другая сторона просит два миллиона долларов.

Правда это или неправда - покажет исход всех этих уголовных дел. Чем они закончатся, будут ли раскрыты, сядут ли на скамью подсудимых и будут ли осуждены убийцы и заказчики Андрея Жигаря, Виктора Кондратова, а также те, кто организовал и осуществил нападение на Арсения Махлова.

И. Рудников

P.S. Сообщения о покушении на Махлова появились во многих калининградских СМИ. И не только потому, что сам по себе случай в Светлогорске - новостное событие, и уважающее себя средство массовой информации просто обязано донести это событие до своих читателей, слушателей, зрителей. Таково профессиональное правило.

Был и другой мотив. Независимо от того, как относятся к Арсению и “Дворнику” его коллеги, каждый понимает: если промолчать сегодня, то завтра на месте Махлова может оказаться любой другой журналист. И чтобы такое больше никогда не случилось - надо бить в колокола. Это та самая солидарность и, если хотите, атрибут гражданского общества, о которых часто говорится на всевозможных форумах и конференциях.

Речь, конечно, идёт о журналистах, а не о сотрудниках различных пресс-служб придворных корреспондентах.

Редакция “Дворника” обращается ко всем, кто может помочь расследованию

27 марта 2008 года (четверг) около 19.00 в районе улицы Ленина в Светлогорске недалеко от кафе “Вика” произошло нападение на Арсения Махлова, учредителя газеты “Дворник”. Всех, кто видел 27 марта 2008 года в период с 19.00 до 20.00 мужчину (мужчин), бегущих к машине, а также машины, двигавшихся на большой скорости по Светлогорску, по дорогам из Светлогорска в направлении Калининграда, Отрадного в этот период, просим сообщить об этом по телефону 8-921-107-36-03.


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.




Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *




ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля