Новые колёса

Звери в клетке, люди — в зоне… ОАО «Прозоровское» — это концлагерь им.
Зафрена-Харифа

Глухой забор, колючая проволока … За забором - ряды крыш каких-то бараков. Пейзаж напоминает концлагерь времен Второй мировой войны. Не хватает только вышки с автоматчиком. От автомобильной трассы Калининград - Балтийск к закрытой зоне ведет тропинка. На расстоянии пятидесяти метров уже ощущается тошнотворный запах. Это «озонирует» ОАО «Прозоровское», расположенное в поселке Кострово Зеленоградского района.
Мех - валюта
Мало кто в застойные времена знал, что в Калининградской области, кроме добычи янтаря и нефти, существовал еще один клондайк - звероводческие хозяйства. Работа этих предприятий была окутана ореолом тайны. Пушнина - стабильный источник валюты для государства. А доллары тогда были под запретом.
В застойные времена Советский Союз являлся мировым лидером по производству пушнины. У нас выращивалось до 14 млн норок в год. Почти половина всего мирового оборота (30 млн штук).
В последнее время за рубежом развернулась настоящая война против меховых шуб. Одеваться в меха - значит, компрометировать себя в глазах окружающих. На тебя будут показывать пальцем: «Смотрите, на ее одежде кровь невинных зверьков!» Носить изделия из натуральной кожи и меха на Западе стало не престижно. Однако сворачивать этот бизнес в Европе никто не собирается. Наоборот. Теперь уже у них выращивается до 14 млн норок в год (в то время как у нас - всего 2 млн). Активно включились в пушной бизнес Голландия, Дания, Финляндия. Внедряется и Китай. А мы продолжаем скатываться на самое дно.
А потребляет продукцию, думаете, кто? Россия! Она, родимая. Никуда не денешься - мороз! От него не спасет никакая синтетика. Так что российские просторы - неиссякаемый рынок сбыта. Да и традиция в нас сильна. Задумываться об убитой зверушке - не в наших правилах. Наши модницы по-прежнему мечтают щеголять в шикарных шубках. Однако красота дорогого стоит.
Впроголодь на золоте
Несмотря на обвал отрасли, Калининградская область сохранила пушной бизнес. У нас еще работают шесть звероводческих хозяйств, производящих 40 % всей российской пушнины. Предприятиям, основанным еще в 50 – 60-е годы, удалось выжить во многом благодаря выгодному геополитическому положению янтарного края. Мягкий климат - норка любит влажность и не переносит сильного холода. Дешевые корма - отходы рыбной и мясной переработки из Европы. Да и до рынка сбыта рукой подать.
Однако везут нашу пушнину (сырье) на переработку, опять же, куда? В Европу. И уже оттуда она идет к нам в виде шубок, шапок и воротников.
Продают мех-сырье, как известно, за валюту. Вот оно, золотое дно, клондайк! Заметим, что норка имеет 100% ликвидность. Чистая прибыль одного хозяйства достигает одного-двух миллионов долларов в год.
Выходит, наши предприятия процветают? Конечно!
Однако и в процветании у нас своя, местная специфика. Успех хозяйства вовсе не влечет за собой рост благосостояния работников, улучшения условий труда, развитую социалку и т.д., и т.п. При баснословных доходах пролетарии влачит жалкое существование.
За полвека - со времени основания зверохозяйств! - технология производства ничуть не изменилась. Потому и похожа территория ОАО «Прозоровское" скорее на резервацию, чем на современную ферму. Все те же ряды тесных клеток под открытым небом. По три-четыре зверька в каждой конуре. Вокруг грязь, вонища. Воздух отравлен постоянными испарениями фекалий и мочи, годами скапливающимися под клетками.
Работа у звероводов тяжелая, с риском для жизни - кормят животных с рук, развозя корм на тележках. Получают сущие гроши - от трех до пяти тысяч рублей в месяц. В то время как в застойные времена люди зарабатывали до тысячи советских рублей. По тем временам - целое состояние. Помните, за доллар давали 62 копейки.
Миллион для директора
Улучшить нынешнее положение хозяйства могло бы внедрение новых, современных технологий, которые успешно применяются на Западе, в скандинавских странах. Однако хозяева раскошеливаться не спешат. Зачем? Бизнес и так приносит ощутимый доход. Для расширения производства, улучшения условий труда и качества продукции нужны солидные инвестиции. Но просто так никто деньги вкладывать не собирается. Инвесторам нужна открытость и прозрачность в бизнесе. Однако куда деваются миллионные доходы, не известно даже акционерам - не то, что потенциальным денежным мешкам.
Дивиденды со своих ценных бумаг рядовые звероводы получают мизерные. Например, в частных руках пенсионеров и работников осталось 43% акций "Прозоровского". Остальным владеет председатель совета директоров ОАО Г.М. Зафрен-Хариф и ряд юридических лиц.
…Десять лет назад каждый работник хозяйства мог стать акционером предприятия. Однако постепенно акции, как и везде, скупило руководство. За бесценок.
Механизмов отъема собственности у нас великое множество. И ценных бумаг - тоже. Недавно акционеры получили извещение о предстоящем 20 января 2005 года собрании.
- Председатель хочет увеличить уставной капитал, разместив акции по закрытой подписке: мол, предприятию нужно получить кредит в банке под залог новых акций. То есть надо проводить эмиссию, увеличивать количество акций, - рассказывают люди. - К примеру, сейчас у нас на руках 866 акций. Если мы не желаем, чтобы наша доля в уставном капитале уменьшилась в два раза, мы должны выкупить еще 866 новых акций. Нужны деньги.
Зафрен прекрасно знает, что у людей нет таких денег. И новые акции переходят к тому, кто внес деньги.
В результате после 20 января рядовые акционеры потеряют последние крохи (цена их акций после эмиссии уменьшится во много раз), а Хариф станет держателем контрольного пакета. И сможет делать с предприятием все что захочет.
Держать и не пущать
Чтобы собрание прошло успешно, среди жителей Кострово - обладателей акций - ведется активная разъяснительная работа. Собирает их Зафрен-Хариф небольшими группами (пенсионеров - отдельно, звероводов - отдельно) и внушает: дескать, все для вашего же блага. Чтобы предприятие сохранить.
Работники боятся кому-то другому продать свои акции. Хотя инвесторы предлагают хорошую цену - по 1000 долларов за штуку. Учитывая, что каждый человек владеет пакетом в семь-десять акций, набегает солидная сумма. Однако тех, кто нарушит "табу" на продажу в "чужие руки", ждут карательные меры и клеймо врага-вредителя.
В свое время несколько человек не согласились с политикой председателя совета директоров ОАО Зафрена-Харифа и потребовали свою долю. Суд длился более двух лет. В результате из состава акционеров вышли около пятидесяти человек. Они получили хорошие деньги, но вынуждены были уйти с работы.
Это было десять лет назад. Сейчас контингент не тот. Судиться с хозяином не каждый сможет, да и возраст не позволяет бросаться в бега за лучшей долей. Калининград - далеко, на переезд нет денег. Другую работу в поселке Кострово не найти. Вот и вынуждены люди соглашаться с политикой руководства, лишь бы не остаться без куска хлеба.
Тюрьма
А новые технологии? Увеличение производства, престиж российской меховой индустрии… Начальству это не нужно. Вот и пребывает несчастная тварь всю свою короткую жизнь в состоянии нервного стресса, по уши в дерьме, Здесь все как на зоне. Случаются и побеги. Тогда на бедолагу организуют облаву. Ловцы вооружаются удавками и отправляются в погоню. Методы - соответствующие.
Это на Западе бизнесмены подписывают конвенции о соблюдении специальных технологий при разведении зверей, о гуманном отношении к животным. Даже термин придумали - домификация. Мол, нужно вывести такую породу, которая будет хорошо себя чувствовать в неволе.
Даже убивать божьих тварей там полагается исключительно гуманными способами. У нас же до сих пор в ходу - электрошок и газовая камера.
О. Рамирес


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7601 2243 5260.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.




Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *




ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля


6 + 2 =