Новые колёса

«Я выполнил приказ Бонапарта».
Тогда Зюбанов был обычным матросом

"Волга", "ушастик" и президент Путин
- Мой первый автомобиль? - председатель избиркома Калининградской области Василий Зюбанов оглянулся на стоящий рядом с ним служебный "Мерседес". - Ну, конечно же, не этот... Мой первый автомобиль был не только первым, но и единственным. Это был ГАЗ-24. Знаменитая «Волга». За долгих 15 лет она стала настоящим членом семьи. Мы любили ее, холили, лелеяли…
Я киваю головой и поддакиваю. Дескать, да, машина стоящая. Не «Мерседес», но все равно неплохая...
- Да что вы! - чувствуется, мое сравнение с "Мерседесом" задевают Зюбанова за живое. - Что значит "неплохая"?! Вообще, вы представляете, чем была «Волга» в советскую эпоху? Это же своеобразный символ. Тогда иметь «двадцать четверку» - это все равно, что сейчас…
- «Шестисотый» «Мерседес»… - подсказываю я собеседнику.
- Да нет же, - останавливает меня Зюбанов. - Никакой не «шестисотый». Слишком мелко... «Волга» тогда - это все равно, что сейчас - собственный самолет. Или яхта. Ведь любой автомобиль в те времена вообще был большой редкостью. Помните, наш президент Путин рассказывал, что, когда был офицером КГБ, все мечтал купить автомобиль. Копил-копил деньги, а смог купить лишь подержанный «ушастый» «Запорожец». Ну а чтобы приобрести, например, новый «Москвич», люди ждали в очереди многие годы. А то и больше. Да и стоил он недешево. Скопить необходимые 7.600 рублей могли тогда далеко не все. А «Волга» была в 2,5 раза дороже "Москвича". Астрономическая сумма! Но деньги - далеко не все. Надо еще было умудриться записаться на эту очередь. Любому смертному это было не под силу.
Брак за 15.000 руб.
- «Волги» по спецразнарядкам выделялись Героям Советского Союза, Ударникам соцтруда, академикам, полярникам, директорам крупных мероприятий, - продолжает Зюбанов. - А также тем, кто выполнял интернациональный долг за границей - воевал в Египте, Сирии, Афганистане.
- Вы воевали в Африке?
- Нет. С «Волгой» у меня все вышло случайно. Повезло. Тогда я служил на флоте. В 1982 году в звании капитана III ранга перевелся с Камчатки в Лиепаю. И стал подумывать о приобретении личного автомобиля. Тем временем в нашей части стало известно, что около ста отправленных в Данию «Волг» в экспортном исполнении по каким-то причинам забраковали. Их вернули в Советский Союз и выгрузили в порту Калининграда. В основном дефицитные автомобили продавали морякам дальнего плавания и рыбакам. Несколько машин выделили и на Балтфлот. А поскольку у многих «очередников» денег не хватало, то «Волгу» предложили выкупить мне. Вообще-то я рассчитывал на «Жигули». А тут «Волга» ценой больше 15 тысяч рублей. Срочно звоню отцу, чтобы посоветоваться, как поступить. «Бери! Непременно бери. Деньгами я помогу», - пообещал отец.
Домкрат вытащили из другой машины
За «Волгой» Зюбанову пришлось ехать на базу военторга в Калининград. Водительские навыки у него были, но на всякий случай он взял из части матроса-водителя. Мало ли что. Все ж таки дорога предстояла неблизкая.
Приезжают они в столицу янтарного края. На ночлег разместились во флотской гостинице на улице Богдана Хмельницкого. Встали рано. В 5 часов утра уже были у ворот военторговских складов. Необходимую сумму Зюбанов заранее внес через сберкассу на расчетный счет магазина. Дело оставалась за малым - выбрать машину. С виду - вроде одинаковые. Новые, сияющие хромом и полировкой. И все молочного цвета. По документам краска носила звучное название - «Белая ночь».
Пришлось познакомиться с начальником склада военторга. Молодой такой парень. Звали его Игорем.
- Какую машину выбрать? - спросил Зюбанов его совета.
- Вот эту берите, - мотнул головой начальник склада в сторону одной из «Волг».
- Да в ней же домкрата нет! - воскликнул Зюбанов, уже успевший немного войти в курс дела.
- Не волнуйтесь. Я сейчас все устрою, - успокоил капитана III ранга Игорь и вытащил недостающий инструмент из соседней машины.
Заводской дефект и Штирлиц
- Это уже я позже понял, что означает правильно выбрать машину, - продолжает Зюбанов. - Один мой знакомый, звали его Михаилом, работал на секретном заводе ВМФ в Лиепае и тоже купил «Волгу». Так вот, при скорости 80-90 км/час она начинала жутко вибрировать. Что только с ней ни делали. Диагностировали, ремонтировали - все без толку.
В конце концов, оказалось, что в той «Волге» был заводской дефект - перекос переднего лонжерона. В итоге авторитетная комиссия признала, что неисправность устранению не подлежит, и машину вернули на «ГАЗ». Мне же с автомобилем необыкновенно повезло. Спасибо тому Игорю из военторга - хорошую машину помог мне выбрать.
Правда, моя первая поездка из Калининграда в Лиепаю едва не окончилась трагически. Дело-то как было... Накануне я почти не спал. Потом, когда покупал машину - переволновался. Затем мы сразу поехали домой. Без всякого отдыха. Я - счастливый обладатель «Волжанки» - за рулем. А матрос, которого я взял для подстраховки - рядом. Проезжаем Советск, въезжаем в Литву. И тут в сон меня потянуло. Даже не заметил, как это произошло. Глаза сами собой стали закрываться... И тут матрос как закричит: «Товарищ капитан III ранга!»
Дремоту мою как рукой сняло. Что я первое увидел, когда глянул на дорогу - мы мчимся прямиком на дерево. Хорошо, отвернуть в сторону успел. Обошлось… С тех пор я хорошо усвоил: когда за рулем в сон клонит, не надо ничего изобретать сверхъестественного. А просто остановиться на обочине и покемарить минут двадцать. Как Штирлиц. А потом - опять в путь.
Вскоре «Волга» стала неотъемлемой частью жизни нашей семьи.
Фара разлетелась вдребезги
- Приключилось это в январе 1986 года. Тогда я только-только перевелся из Лиепаи в Калининград. И получил здесь квартиру. А тут из Латвии ко мне приезжает жена. Я предложил показать ей местные достопримечательности. Мы решили прокатиться в сторону моря. Поехали по зеленоградскому шоссе. В районе Медведевки и произошла эта история...
Я сбавил ход, приготовился обогнать стоящий на обочине ГАЗ-53. И тут вижу, как из-за грузовика выходит женщина. Я быстро прикинул расстояние - она вполне успевала перейти дорогу. Так что мне и притормаживать не было необходимости. Но то, что произошло потом, я никак предположить не мог. Дорога-то была очень скользкая, как каток. Вот женщина и поскользнулась, потеряла равновесие и растянулась прямо на проезжей части. Времени на размышление не оставалось. Справа «газон». Прямо передо мной еще не успевшая подняться с земли женщина... Я крутанул влево и попытался уйти с дорожного полотна.
…Не хватило нескольких сантиметров. «Волга», зацепив левым крылом дерево, ушла в поле. Осмотревшись и переведя дух, я помог выбраться из салона жене, вылез сам. Глянул на машину. Аж сердце прихватило. Фара разбита вдребезги. Подфарник, как корова языком слизала. Крыло смято в лепешку. Да уж, хорошего мало. Одно радовало, радиатор цел остался. И, несмотря на многочисленные повреждения, машина оставалась на ходу. Мне помогли вытащить «Волгу» из кювета, и я поехал в Калининград.
Мороз и битое крыло
- На следующий день мне предстояло ехать в Лиепаю, везти обратно жену. А тут, как назло, мороз под 30 градусов ударил. Аккумулятор сразу сел. Тогда мы подцепили «Волгу» к армейскому «УАЗику» и начали таскать ее по двору, пытаясь завести с толкача. Мучались-мучались - бесполезно. Нигрол в заднем мосту так загустел, что колеса вообще не вращались. Казалось, все мыслимые и немыслимые неприятности враз обрушились на мою голову. Только к обеду удалось запустить движок. Так и отправился я на битой машине в Лиепаю.
И что бы вы думали? Въезжаем в Латвию, а столбик термометра указывает всего минус три градуса. Вот уж, действительно, погодные катаклизмы!
Но самый кошмар начался потом. Произвести даже не очень сложный кузовной ремонт в советское время было делом крайне непростым. В очередь на СТО надо было записываться за полгода, а то и за год. Но я нашел одного умельца. Правда, жил он - не ближний свет - аж в Клайпеде.
Провозился я несколько часов, снял с «Волги» битое крыло, взял его под мышку и отправился на рейсовом автобусе к умельцу. Но тот с выполнением заказа особо не спешил. Отремонтировал деталь лишь спустя месяц. Потом покрасил... Вообще, покраска была в то время большой проблемой. Ведь раньше использовали не садолин или акрил. А нитроэмаль. Этот тип краски требовал особой технологии и обязательной сушки в горячей камере. И вот, я, наконец, привожу многострадальное крыло в Лиепаю. Долго вожусь, устанавливаю его на место. Вроде бы все в порядке. Но нет… Смотрю на машину, и от обиды слезы навертываются на глаза. Оказалось, что краска, которой покрыли отремонтированную деталь, совершенно не соответствовала цвету машины. И это стало понятно лишь тогда, когда я закрутил последнюю гайку. Проклятье!
Опять пришлось начинать все сначала: снимать крыло, везти его в Клайпеду - и все по прежней схеме. К исходу второго месяца мне, наконец, удалось отремонтировать машину. К счастью, это была моя первая и единственная авария. А то я долго бы не выдержал.
Полуторка
- Ездить на машине я учился еще в школе. Наш учитель труда, большой энтузиаст техники, организовал кружок, на котором мы учились автоделу. Машин в школе было две: ЗИС-5 и ГАЗ-АА. Обе еще довоенных выпусков. Хорошая техника. Помню, как учитель однажды нам сказал: «Кто разберет и соберет полуторку - получит права. Когда исполнится 18 лет. Обещаю».
Я с воодушевлением взялся за дело. Хотя задача предстояла архисложная. Потому что снять один только стартер – и то оказалось делом непростым. За многие годы он так прикипел к кожуху маховика, что «отрывать» его мне пришлось полтора часа!
С поставленной задачей я справился. Но права получить тогда так и не удалось. Зато вдоволь насиделся за рулем. На ЗИС-5 мы ездили за песком для школы. Преподаватель садился рядом, один из нас за баранку. А все остальные - в кузов. В ожидании своей очереди. Шел 1957 год…
А в октябре 1962-го военкомат меня направил на Камчатку, в морскую часть. Служил матросом. В учебке во Владивостоке окончил курсы радистов.
«Я служил с Михалковым»
- На флоте я стал старшиной АРМ - берегового радиомаяка. На тактических учениях нам обычно ставилась задача выехать на двух машинах на заданную позицию, развернуть оборудование и поставить маяк. Машины - это трехмостовые ЗИЛ-151. Меня назначали старшим команды, и мне нередко приходилось самому садиться за баранку. Хотя прав к тому времени я так и не получил, но тяжелым грузовиком управлял уверенно. Сказывался опыт, полученный на школьных курсах.
Василий Павлович достает из шкафа альбом и показывает мне несколько фотографий. Вот он в форме матроса. А вот - офицера. На этом фото - с группой бойцов, с автоматами наперевес. Ясно, идут учения. А здесь… Знакомое лицо… Ба… Так это же сам Никита Михалков. Оказывается, после постановки фильма «Я шагаю по Москве» Никита Сергеевич решил пойти послужить Родине. Пороху понюхать. Каши солдатской поесть. Правда, непонятно, то ли ему романтики захотелось. То ли начинающий режиссер пошел в войска в поисках вдохновения. Зюбанов служил с ним в одной части. Вспоминает, что Никита Михалков показал себя с самой лучшей стороны. Не фанфарон. И не задавака.
Капитан Суворов
- Самый забавный эпизод в моей водительской биографии? - на минуту Зюбанов задумывается. - Он тоже связан со службой на флоте. Тогда я был еще срочником. Эх, хорошее было время… Ну, так вот. Дело было тоже на учениях. Наш командир капитан III ранга Суворов приказал нам срочно подготовить к маршу технику и выезжать на запасную позицию. Вообще, интересный был мужик этот Суворов. Мы его меж собой Бонапартом звали. Все он хотел выпендриться. И выдать что-нибудь этакое… Чтобы начальству пыль в глаза пустить.
Дело осложнялось тем, что накануне была такая метель - и всю дорогу на позицию занесло снегом. Образовались сугробы метра по 2-3 высотой. Большой необходимости в нашем выезде не было. Не знаю уж, какая шлея под хвост этому Суворову попала. Но он отдал приказ до 18 часов добраться до позиции, развернуть технику и доложить о готовности к работе. Ничего не поделаешь. С командирами не спорят.
Вначале ехали по шоссе. Потом по грунтовой дороге. Вскоре первый ЗИЛ ткнулся радиатором в высоченный снежный сугроб и встал. Приехали. Пройти дальше мог разве что гусеничный транспортер.
«Зюбанов, ты что, пьян?»
- Я был в замешательстве. Приказ Бонапарта нам ни за что не выполнить. Сорвем замысел учений. А это грозило большими неприятностями. Мы приуныли. И вдруг видим, катит по шоссе гусеничный транспортер. Тормозит рядом с нами. Оттуда вылезает… глазам своим не верим - генерал.
«Что здесь делаете?» - строго спрашивает он.
Я бодро представляюсь: «Старший поста Зюбанов». И кратко излагаю суть поставленной задачи.
«А как выполнять ее будете?» - пытает нас генерал, глядя на машины и занесенную снегом дорогу.
Уж не знаю, чем руководствовался тот генерал, но он приказал своим подчиненным выделить в наше распоряжение гусеничный транспортер, который за два часа и дотащил нас через сугробы прямиком к месту назначения. Развернули технику. Я вызываю по радио Бонапарта и докладываю: «Приказ выполнен. К работе готовы».
Слышу, в наушниках пауза нехорошая возникла. Потом резкий голос Бонапарта: «Ты чего, пьян, Зюбанов?»
Понятно, думаю. Значит, он нас на заведомо невыполнимое задание посылал. Думал, опростоволосимся. А мы, назло ему, задачу выполнили. Вот же подлец!
Случай этот стал достоянием всей части. Бонапарту делать нечего было. Признал он наши действия грамотными, оценил. Короче, заработал я 10 суток отпуска. А для матроса это самое большое поощрение.
«Победа» на лыжах
- После срочной службы я поступил в военное училище в Хабаровске. А после его окончания вернулся опять на Камчатку. Тогда среди офицеров была мода: все поголовно зубрили английский язык и учились ездить на автомобиле. Своих собственных машин в нашем дальнем гарнизоне ни у кого не было, зато на складе НЗ стояли две старые «Победы». Но не обыкновенные, а на лыжах. И с пропеллером (!!!) сзади. Этих монстров приготовили на случай боевых действий еще в годы холодной войны.

Но война не началась, наступила оттепель, и необходимость в чудо-оружии отпала. С «Побед» сняли лыжи, поставили на колеса и они стали вполне пригодны для цивильных поездок. Правда, пропеллер немного мешал – обзор сзади загораживал. Но ничего, привыкнуть можно. Ух, помню, как мы гоняли на них по таежным дорогам! Аж дух захватывало. Сердце в пятки уходило. Так я выучился ездить и на легковой машине. Потом права получил. Только недолго я ими попользовался…
- Забрали за превышение скорости на «Победе»?
- Да нет, посеял где-то. Камчатка большая. Найти так и не смог.
По правилам буржуазной Латвии
- Повторно учиться я пошел на курсы водителей, чтобы опять получить права. На этот раз уже когда приехал к новому месту службы в Прибалтику. Помню, теорию правил нам преподавала женщина-латышка. Лет 50 ей было. Ас своего дела. Отлично знала предмет, хорошо нас подготовила к экзамену.
Но однажды очень сильно озадачила своих учеников. И произошло это в последние дни курсов.
«Где вы так классно научились ездить? Небось, еще в буржуазной Латвии? Старая школа?» – спрашиваем мы ее как-то на переменке.
«Да что вы, я вообще не езжу на машине. И за руль-то ни разу не садилась. Правила знаю лишь в теории». Вот это было откровение!
Потом я успешно сдал экзамены, получил права, которыми пользовался многие годы. Кстати, на номерных знаках моей «Волги» были буквы «ЛТ», потому что она стояла на учете в Лиепайской ГАИ. Поэтому очень часто меня называли латышом. Помню, однажды поехал я на рыбалку в Гвардейский район. На проселочной дороге чего-то там не рассчитал и провалился в яму. Без посторонней помощи выбраться не могу. А тут на счастье в поле работал трактор К-700. Так какой-то мужик-колхозник орет трактористу через все поле: «Вася! Давай сюда. Здесь ЛАТЫШ засел!»
Вот так, сам того не ведая, я стал «латышом». Потом я окончательно уехал из Латвии. Перевез в Калининград семью. А «Волгу» поставил на учет в местной ГАИ. Приклеившаяся ко мне кличка понемногу забылась.
"Однажды мы купили «Мерседес»
…В 1997 году я «Волгу» продал. С одной стороны, она уже порядком поизносилась. С другой - ездить совершенно стало некогда. Я уволился из армии, устроился на новую работу в избирательную комиссию Калининградской области. Буквально с головой ушел в это дело. То выборы президента, то выборы в Думу - Государственную, потом областную, выборы глав местных администраций. С сентября прошлого года мне удалось взять лишь пару выходных. Вот такой у меня жесткий график.
Последние восемь лет пользуюсь служебными машинами. Вначале у нас в избирательной комиссии была «Волга» ГАЗ-3110. А недавно купили «Мерседес». Не новый, конечно. Ему уже двенадцать лет. Но какая чудесная это машина! Черный, блестящий. Трехлитровый шестицилиндровый двигатель. Мощность - 180 лошадиных сил. А какой плавный ход!
…Но все же свою «Волгу» вспоминаю часто. Она ведь моя первая машина. А первая машина - это как первая любовь… Ее не забудешь никогда.
А. ГРОЗМАНИ,
фото из архива В.Зюбанова


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.







ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля