Новые колёса

«Я подам в суд на Путина.
» Вернувшись из Чечни, капитан Струков объявил войну тыловым крысам

Защищать Родину житель Калининграда Александр Струков мечтал с детства. Да и как иначе? Дед погиб на поле боя в огненном 1941-м, в 1942 году добровольцем на фронт отправился отец...
- Я горжусь своими родными, - рассказывает Александр. - Отец был тяжело ранен... однако после госпиталя вернулся в строй и дошел до Берлина. Войну закончил младшим лейтенантом артиллерии. Он настоящий герой. Представьте себе: в 1975 году он написал рапорт... что не согласен с политикой партии и товарища Брежнева, в частности! И это, имея за плечами военно-политическую академию им. Ленина, в разгар застоя...
В 1989 году, сразу после средней школы, я поступил в Ленинградское высшее артиллерийское командное училище. В 1993 году успешно его окончил и пытался попасть служить в "горячую точку" - в Таджикистан. Не вышло, слишком много было желающих...

Так что распределили меня в Калининград - видимо, чтоб жильем не обеспечивать. Однако в 1994-м началась заваруха в Чечне... и я первым написал рапорт. Чтобы меня туда направили. 25 декабря 1994 года я и еще несколько офицеров уже грузились в самолет в Чкаловске...
Долетели до Москвы, оттуда автобусом - в Нарофоминск... Две недели провели там, пока формировался эшелон в Моздок. Затем неделя в эшелоне... а из Моздока мой дивизион колонной пошел на Чечню... Первая огневая позиция - в аэропорту Грозного.
- Это тогда министр обороны Павел Грачев обещал взять Грозный "одним десантным полком за две недели"?
- Да. Но "одним десантным полком" не вышло. Да и времени понадобилось куда больше. Это ведь сейчас воюют с населением... а тогда нам противостояла регулярная армия республики Ичкерия. С тяжелой артиллерией, с танками...
- Даже с танками?
- Да, после развала Советского Союза чеченцам досталось имущество и вооружение двух мотострелковых дивизий (которые были там расквартированы). А это не только танки, бронетранспортеры и боевые машины пехоты... но также самолеты и вертолеты. К счастью, их авиацию наши войска уничтожили прямо на аэродромах в первые же дни... а то бы нам туго пришлось.
Хотя и так было нелегко. Я-то всю Чечню прошел... знаю, о чем говорю. Ханкала, Ведено... до самого Шали. Под Ведено бои особенно запомнились. Очень уж много там наших десантников полегло.
- А ваши подчиненные погибали?
- За все полгода войны - один солдат. Иванов Иван. Сгорел в самоходке... К слову, до этого случая именно с ним чрезвычайное происшествие случилось... едва не погиб. Все говорили - "в рубашке родился". И все равно смерть его нашла...
- Что произошло?
- Первый раз - в начале апреля 1995 года, во время обстрела вражеских позиций в стволе самоходки (Иванов был заряжающим) взорвался снаряд. Видать, бракованный оказался... Казенную часть орудия (она размером с письменный стол - внутри башни) покорежило и отбросило назад. Ивана этой многотонной махиной прижало к броне... но - ровно настолько, что он мог дышать. Ребра не сломало... Изловчившись, парень даже смог сам выбраться наружу... Отделался царапинами.
А в мае погиб. Под Шали. Из-за чего загорелась его самоходка - так и не выяснили. Один солдат успел выскочить... хоть и сильно обгорел, но жив остался. А Ваня нет. Версии разные были. Кто говорил, что в открытый боковой люк ракета осветительная влетела случайно... а я думаю - загорелся порох.
- ?!
- В самоходке снаряд и порох (в специальной гильзе) подаются к орудию раздельно... Иначе нельзя - только один снаряд весит больше 50 кг. Мы тогда как раз использовали при стрельбе уменьшенный заряд... и вытаскивали из каждой гильзы "лишний" мешочек пороха...
Что случилось дальше - можно только догадываться. Может, Ваня курил... хоть и нельзя этого делать в самоходке, да как проследишь? Война... Времени на перекуры нет... вот солдаты и смолили тайком.
А может - порох в какой-то гильзе был отсыревший... и когда ее выбросило после выстрела обратно, он как раз догорал... И пламя от него могло перекинуться на остальной порох.
Дальше было страшно. Через несколько секунд после начала пожара взорвался боекомплект в самой установке (а это - пол-"Камаза" снарядов), затем детонировали штабеля боеприпасов, складированные рядом... Взрывы такой силы, что были уничтожены еще 5 самоходных орудий, находящихся в десятках метров. Очень много бойцов тогда ранило... Случилось все ночью, так что зарево и разрывы были видны за 30 км.

Везти тяжело раненых в лазарет командир тогда поручил мне и командиру второго взвода... выделил БРДМ (боевая разведывательно-десантная машина). Эту поездку, прямо скажу, можно было смело приравнять к боевой операции...
- В смысле, на вас могли чеченцы напасть?
- Да нет... опасность исходила от блокпостов наших войск. Ночью-то было запрещено передвигаться... они запросто могли нас принять за противника - и замочить. По рации их тоже не предупредишь - что свои едут... поскольку у нас с пехотой прямой связи не было. Полагалось уведомить своих начальников, те должны были связаться с командованием пехоты... Это десятки минут, а ждать некогда - солдаты истекали кровью. Так что за полкилометра до блокпоста мы начинали стрелять зелеными ракетами (что означало - "Свои!"). А потом вся надежда была на то, что часовые пароль правильно расслышат. Слава Богу, повезло - доехали спокойно.
- За первую чеченскую войну вас как-то наградили?
- Представляли к наградам несколько раз. Впервые - когда я спас командира дивизиона. Дело было в марте 1995 года. Штаб командира располагался за ближайшей сопкой... Моя батарея как раз занималась боевой подготовкой, когда по рации прозвучало: "...мать вашу, к штабу приближается группа всадников... Порядка 60 человек с гранатометами и пулеметами. Первой и второй батареям - немедленно открыть огонь!"
Приказ был не ко мне... Я - командир третьей. И по регламенту отвечал за совсем другое направление стрельбы. Но... так вышло, что ни первая, ни вторая батареи открыть огонь не смогли... Не успели привязаться к местности и сделать необходимые расчеты, хоть и обязаны были это сделать. А моя батарея не обязана - но оказалась полностью готова. Я по телефону (вклиниваться на радиоволну штаба запрещено) сообщил, что готов к стрельбе... и уже через несколько секунд накрыл шрапнелью "группу всадников". Буквально первым же выстрелом. Если учесть, что те передвигались за горой (вне пределов видимости) где-то в 5-10 км от нас... можно оценить точность попадания.
- В Чечне применялась шрапнель?
- Да... хоть она вроде бы и запрещена международными конвенциями. Но очень уж удобная штука против живой силы. В каждом снаряде - 5.000 убойных элементов (металлических стрелок с оперением). Причем все элементы летят целенаправленно, накрывая сектор диаметром 400-500 метров. И если такая штука взорвется над головой... выкосит всех. Не спрячешься ни в окопе, ни за деревом. Впрочем, шрапнельных снарядов было мало, мы их берегли. Старались заменить осколочными. А чтобы повысить их эффективность, офицеры с опытом использовали стрельбу "на рикошетах"...
- Как это?
- Когда снаряд разрывается на земле - разлетаются только 20% осколков. Остальное уходит в землю. А вот когда взрыв в воздухе... коэффициент полезного действия боеприпаса минимум 50%. Так вот, специалисты высокого класса выбирали такой угол стрельбы, что снаряд зарывался в землю (чтобы он не рванул сразу от удара о почву - выставлялся замедлитель), проходил под грунтом 30-40 метров... и выскакивал наружу - взрываясь в воздухе. Над головой у врага. Это и называется стрельба рикошетом.
В общем, за тот случай командир представил меня к медали ордена "За заслуги перед Отечеством" 2-й степени. Однако бумаги где-то потерялись... и медаль мне так и не вручили. Только запись о представлении к награде в личном деле сохранилась.
А к ордену Мужества меня представили за бой под Ведено.
Поступила команда уничтожить колонну противника - она шла на подмогу к осажденным боевикам... Мои орудия открыли огонь - а корректировщик докладывает: "Разрывов не видно! Куда улетают снаряды - непонятно, в цель ни один не попал".
Неразбериха, ругань... и тут меня осенило. Связался с начальником штаба: "Меряйте давление воздуха!" А он в ответ: "Да что его измерять, обычные условия стрельбы". Я настоял: "Мы же на высоте 1 км над уровнем моря, давление низкое и воздух разреженный... надо вносить поправки в расчеты". И точно... давление оказалось намного ниже нормы. Как только внесли поправки - колонна боевиков была тут же уничтожена. Это решило исход сражения.
И опять бумаги на награждение затерялись... Может, найдутся когда-то.
- И часто такие бумаги терялись?
- Когда как. Вот, к примеру, был у нас замполит... старший лейтенант Рачков. Так он регулярно на себя наградные листы заполнял - и отправлял в штаб. Правда, на ордена не претендовал. Скромняга. Но уехал из Чечни - вся грудь в медалях. Хотя подвигов за ним не числилось. Запомнился офицерам только тем, что однажды ночью стрескал солдатский доппаек (сыр, колбасу и сгущенку). За что правдолюбцем капитаном Жило (ныне Жило - подполковник) был побит, связан и на сутки брошен под койку.
Жило вообще был молодец. Даже с командиром дивизиона не боялся ссориться. Так, в конце командировки мы случайно узнали от одного из офицеров, что использованные латунные гильзы командир нашего дивизиона по кличке "Лещ" сбывает за "бабки" в гражданские пункты приема металла. Чеченцам. Деньги присваивает. А мы-то по простоте душевной отряжали подчиненных солдатиков грузить эти гильзы в "Уралы"... Да, кому - война, а кому - мать родна.
- И много денег ваш командир на этом деле заработал?
- Если учесть, что с каждого отправленного "Урала" он имел около тысячи долларов... Да тысяч 20-30 баксов. За полгода. Так Жило, прознав про такую "коммерцию", не поленился закопать свои гильзы в грунт. А командиру резанул: "Хочешь - откапывай. Только учти - я там же закопал гранату со снятой чекой". Они тогда чуть не подрались...
Мы тоже... перестали выделять солдат для погрузки "Уралов". Нечего навариваться...
Кстати, наш комдив-бизнесмен уехал из Чечни в Калининград... с несколькими орденами! Потом очень любил перед подчиненными выпендриться: "Да у меня награды боевые, да я..." А вот при мне - помалкивал насчет наград. Уж я-то мог рассказать, как он эти ордена добывал...
- Так вас в конце концов хоть чем-то наградили?
- Медалью "За отвагу". В мае 1995-го "Лещ" отправил меня "в ссылку" - на командно-наблюдательный пункт пехоты. За то, что я и мои бойцы полуодетыми воевали... фактически в одних трусах. По его разумению, мы должны были ходить при параде... Только вот в мае - жара, броня самоходок буквально накаляется... и находиться внутри в одежде - просто самоубийство. Недолго и сознание потерять.
В общем, сижу я на КНП пехоты... и вдруг в паре километров из зарослей вываливается танк с чеченцами - и прет прямо на нас. Понятно, палит почем зря. А у нашей пехоты - ничего нет, кроме гранатометов... Но ими-то на таком расстоянии ничего не сделаешь. Я начал корректировать огонь нашей артиллерии (орудия были километрах в десяти от нас)... и вскоре танк был подбит. А потом шрапнелью и пеших чеченцев положили.
Наши пехотинцы были ошеломлены - как точно наша артиллерия может накрывать цели... А меня наградили медалью.
- А по своим попадали?
- Моя батарея - нет, а вообще случалось.
- А кто у вас в Чечне был самым большим начальником?
- Генерал-майор Булгаков. Хороший человек. С пьянством боролся... среди офицеров и рядового состава. Историю про знаменитую цистерну коньяка все офицеры до сих пор вспоминают.
- А что, теперь на войне пьют коньяк?
- Однажды на железнодорожной станции наши войска надыбали цистерну... полную коньяка! Новость о холяве разнеслась в считанные часы... и к цистерне выстроилась огромная очередь. Пехота, десантники, летчики... да все! Пили несколько дней... а коньяк все не кончается. И тогда Булгаков отдал приказ командиру танкового батальона: "Расстрелять цистерну прямой наводкой!". Прошли сутки... цистерна целая! Командиру батальона был учинен разнос... но тот только руками развел. Дескать, подчиненные отказываются стрелять по коньяку.
В ярости генерал отдал тот же приказ десантникам. Выкатить боевую машину десанта - и из пушки, прямой наводкой, разнести к такой-то матери. И снова цистерна целая осталась.
В общем покончить с грандиозной пьянкой генерал Булгаков смог лишь тогда, когда лично (!) сел в танк и сам выпустил снаряд в цистерну.
Вы не поверите, но мои подчиненные этот коньяк не пили. Представляете, что такое пьяный артиллерист? Одним снарядом можно роту положить. А мои самоходки иногда несколько тысяч снарядов в сутки выстреливали. Так что я держал солдат в ежовых рукавицах. Батарея считалась одной из лучших.
- Наверно, когда вернулись в Калининград - на вас смотрели, как на героя?
- Возвращение с войны - отдельная история. Потому как государство отнеслось к нам, боевым офицерам, по-скотски...
- ?!
- На "Урале" нас довезли до Ханкалы... Там почти сутки провели на аэродроме - ждали попутный "борт" до Моздока. И тут себя "Лещ" проявил со своей сволочной стороны. Нашел свободное место в каком-то вертолете - и бросил нас на произвол судьбы...
Наконец прилетели мы в Моздок. Вертолет приземлился... и тут - вводная. В паре километров на взлетной полосе стоит грузовой "Руслан"... Он летит в Москву. Минут через пять-десять. Нам объявляют: "Хотите на него попасть? Вперед!"
Подлететь ближе вертолетчики отказались. Не положено... Мы по пахоте - марш-бросок. Успели...
Только взлетели - самолет снова на посадку пошел. Пилоты говорят: надо забрать группу "Альфа", спецназ ФСБ... мужики блокировали банду Басаева в Буденновске. Помните, чечены там больницу захватили... Забрали. "Альфовцы" прямо со своим оружием летели... Были и раненые... Классные ребята - угостили нас водкой, едой... Хорошо их снабжают - даже сухпай немецкий. В Москве спецназовцев встретили как героев. Жены, цветы, автобусы... Раненых тут же медики начали осматривать, грузить в машины...
Нас никто не встречал. Постояли мы посреди аэродрома... да и пошли искать, где нам проездные документы до Калининграда раздобыть. Еле нашли...
А в Калининграде нас кинули. Отцы-командиры да тыловики, не нюхавшие пороху, "обули" и с деньгами (за полгода войны мне выплатили в финчасти... сумму, эквивалентную 1.500 долларам), и с отпуском...
Правда, и старлея, и капитана я получил досрочно... А в 2001 году меня незаконно уволили из армии...
- За что? Почему?
- Так вышло, что воинская часть, где я служил (расположена в Калининграде, в т.н. "Рижском городке"... на улице Гагарина), в июне 2001 года была расформирована. По закону, мне должны были предложить другую равнозначную должность... либо уволить "в связи с организационно-штатными мероприятиями". С предоставлением квартиры и выплатой существенной денежной суммы (причем до исключения из списков части).
Начальство не сделало ни того, ни другого. Зато в сентябре 2001 года прямо на разводе офицер строевой части (так в армии называют канцелярию) "обрадовал" меня: "Саша, ты уволен". Я удивился: "Как это? Я не писал рапорт на увольнение!"
Лишь потом, когда стало понятно, что мне не дадут служить, я написал рапорт. А командир нашей части оформил его задним числом... то есть фальсифицировал. Хорошо еще, я догадался свой экзем-пляр зарегистрировать... и позже, на суде (я подал иски к командиру части и командованию БФ) смог доказать, что рапорт на увольнение написан... после увольнения! Доказал, несмотря на то, что военный судья 77 гарнизонного суда Д.И. Гущин откровенно встал на сторону командования...
Да уж, вот где я узнал, что такое военное правосудие в Калининграде... на примере того же Гущина.
- Кто-то вас консультировал, как составлять иски, кассационные жалобы?
- Нет, до всего доходил своим умом. Выучил законы лучше судей-прокуроров. Теперь однополчан консультирую. И могу со всей ответственностью сказать - права простых офицеров в Калининградской области нарушаются сплошь и рядом. С помощью судей и с благословения военных прокуроров. Которые пользуются тем, что офицеры в массе своей - юридически безграмотны.
Вот вам факт. Однажды я стал свидетелем мимолетного разговора заместителя председателя гарнизонного суда подполковника юстиции Солдатова с армейским подполковником Ватулиным. Беднягу-офицера выкинули из армии без квартиры. А он по простоте душевной спросил совета у Солдатова.
Я все понимаю. Солдатов не обязан никого консультировать... о чем и мог сказать тут же. Мог ответить иным образом. Дескать, вы, товарищ подполковник, подавайте иск к командованию... а мы рассмотрим, кто прав.
Судья поступил иначе. Он заявил Ватулину, что командование поступило... совершенно правильно.
Тут уж я не выдержал, вмешался: "Господин подполковник юстиции, как вам не стыдно?! Вы же врете. Командование нарушило закон... и вы об этом отлично знаете. Жилье должно быть предоставлено ДО увольнения!"
Солдатов даже бровью не повел. Только ухмыльнулся: "Во-во... сейчас вас Струков плохому научит". И поспешил по своим делам.
- А вы свои-то выиграли суды?
- Понадобилось тридцать два (!) заседания и полтора года, чтобы 13 марта 2003 года военный суд признал очевидное - я уволен незаконно. Решением суда командир в/ч 59333 обязан восстановить меня в списках части.
- Справедливость восторжествовала?
- Нет. Законы (а решение суда - тот же закон) нынче не действуют. Никто и не думает выполнять решение суда... хотя прошло более полутора лет! Куда я только ни жаловался на судебных приставов... В Генеральную прокуратуру России, министру юстиции... К президенту Путину трижды письменно обращался! Все бесполезно, нет больше в России правды... После всех жалоб командующий береговыми войсками Балтийского флота генерал-лейтенант Сокушев (его резиденция находится на улице Комсомольской) мне открыто заявил: "Я погоны сниму, но в Калининграде ты, капитан, служить не будешь".
Я долго думал, что делать дальше... и решил: буду обращаться в Страсбург, в Европейский суд по правам человека... С иском к Президенту России Путину... Он - гарант Конституции, верховный главнокомандующий... пусть понесет ответственность за то унижение, которому меня подвергают его подчиненные. Другого выхода нет.
О. Березовский


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7601 2243 5260.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.




Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *




ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля


2 + 3 =