Новые колёса

В СОВЕТСКЕ СТАВЯТ ЭКСПЕРИМЕНТ НА ДЕТЯХ.
Власти хотят узнать: выживут ли малыши в доме без крыши?

 

5 мая в Советске на улице Казанской, 3 загорелся дом. По узенькой улочке метались люди с вёдрами, пытаясь потушить бушевавшее пламя. Чуть в стороне стайка детей жалась к только что выскочившей из огня женщине. Малыши плакали. Рядом, прямо на земле, сидел пожилой мужчина в обгоревшей одежде...

Наконец, подъехала пожарная машина, следом ещё одна... Огонь был потушен, суматоха улеглась. Обитатели соседних особнячков (именно они пытались погасить пламя и не допустить его распространения на стоящие рядом постройки) разбрелись по домам. А как же сами погорельцы, что с ними стало?

Улица Казанская расположена в пригороде Советска и больше напоминает дачное общество. Узкая грунтовая дорога, на которой вряд ли разъедутся две легковые машины, нарядные одноэтажные домики, утопающие в зелени... Тихая, размеренная жизнь.

Мария Афанасьевна Гриб c внуками в уцелевшей комнате

Таким же безмятежно-сказочным, наверно, выглядел и дом №3. Сейчас он напоминает декорацию к фильму о штурме Кёнигсберга (вернее, Тильзита). Стены - закопчённые, крыша - сгорела подчистую. Уцелела лишь почерневшая высокая труба - она словно вгрызается в ярко-голубое небо. И во дворе - орава галдящих детей.

...Спустя два месяца после пожара я открываю калитку дома на Казанской, 3. Навстречу мне спешит милая изящная женщина, Людмила Бурнова - мама снующих туда-сюда ребятишек. Пытаюсь сосчитать непосед: четыре, пять... шесть? Оказалось, всего их в семье Бурновых - восемь. Самой младшей, Машеньке - 10 месяцев. Белокурой, похожей на ангелочка, Ане - 3 года. С ней, как с куклой, пытаются поиграть пятилетняя Оля и её страшно серьезный брат Илья (ему пошёл седьмой год). Верховодят в этой ватаге Саша 11-ти лет и Настя (ей 13). Ещё двое Буруновых, Сергей и Игорь (им 15 и 16, соответственно), оседлали велосипеды и, покружив по двору, отправились куда-то по своим делам.

- Проходите, - приглашает в дом Людмила, - только осторожно. Не споткнитесь и не испачкайтесь.

Захожу. После яркого уличного света сначала ничего не вижу: электричества в доме теперь нет. Постепенно глаза привыкают к полумраку (так и хочется сказать - подземелью), очень уж мрачная обстановка в доме. Тут и там лежат сваленные в кучу вещи - их просто некуда убрать. Мебели практически нет. Только пара диванов да детская кроватка. Удручающе голые, покрытые плесенью стены, штукатурка местами отвалилась.

Площадь дома (вместе с деревянной пристройкой-крыльцом) - 50 квадратных метров. Всё жильё состоит из крошечной прихожей, кухни и двух комнат (11 и 14 метров). Слева по коридору - лестница наверх, в бывшую мансарду, а теперь - под открытое небо.

Бурновы не знают, как зимовать в доме без крыши

- В этом доме наша семья живёт давным-давно, - продолжает Людмила Бурнова, мать многочисленного семейства. - Мои дедушка с бабушкой приехали сюда с Брянщины в начале пятидесятых годов прошлого века, восстанавливали область. Дед работал лесничим, бабушка вела домашнее хозяйство. Через какое-то время им разрешили оформить этот дом в собственность. А в начале 90-х моя мама получила его в наследство. Тогда мои родители и я с мужем перебрались сюда. Вскоре родился старший сын - Игорь. Папа устроился на работу в инфекционную больницу кочегаром.

Я всегда хотела иметь большую семью. Всё это время мы жили здесь все вместе: мои родители, мы с мужем, дети... И вот наше родовое гнездо разрушено. В один миг мы остались без крыши над головой.

- Это случилось 5 мая, в начале двенадцатого дня, - вспоминает Мария Афанасьевна Гриб, мать Людмилы. - Я выглянула в окно и увидела дым. Подумала: у соседей что ли, что-то загорелось? Решила выяснить, в чём дело. Выхожу в коридор, а там - чёрный дым, пламя... Я кинулась обратно в комнату, схватила в охапку младших внуков и выскочила на улицу. (Супруги Бурновы были на работе, старшие ребята - в школе. Дома под присмотром бабушки с дедушкой оставались только трое малышей, -прим. авт.)

- Я отдыхал на втором этаже, в мансарде, - уточняет Иван Иванович, отец Людмилы. - Вдруг слышу крик: горим! Спустился вниз по лестнице, открыл дверь в коридор первого этажа... и мне прямо в лицо ударил столб огня. Видно, пока дверь наверх была закрыта, горело не так сильно. А когда я открыл ее, получился сквозняк. Вот и полыхнуло. Сквозь пламя я стал пробираться к выходу - старался прикрыть руками лицо, шёл вслепую. Еле выбрался.

Пожарные (их вызвали соседи) приехали довольно быстро. Но... без воды и с дырявыми шлангами. Стали баграми растаскивать крышу. Где-то через час прибыл ещё один расчёт - уже из Славска. С водой! И они буквально утопили то, что ещё оставалось от дома.

- Приехала и “скорая”, - вздыхает Иван Гриб. - Жене сделали какой-то укол, вроде что-то сердечное. Мне - ничего. Доктор сказал, что у него нет никаких лекарств от ожогов. На следующий день я обратился к врачу - он помазал ожоги какой-то мазью, перевязал.

...Полтора месяца, пока дом сушился после визита пожарных, погорельцы жили у добрых людей. Но дом так и не высох. Чёрный целлофан, вместо крыши настеленный поверх дома, от дождя почти не спасает. Недавно семейство вернулось в своё разрушенное жилище: всю жизнь в гостях не проживёшь.

- 5 мая мне на работу позвонила соседка, - вспоминает Людмила. - Сказала, мол, поспеши, у вас пожар. Я примчалась домой, но всё уже случилось... Вскоре подъехал муж. И мы пошли искать какое-нибудь пристанище. Попросились к знакомым. Они живут рядом. Пустили. А потом стало ясно: пора и честь знать. Домик у соседей небольшой, а нас - 12 человек! Так и вернулись в свой сгоревший дом. Больше-то некуда...

- А что же на работе? - интересуюсь я. - Как отнеслись там к вашему несчастью?

- Ну, посочувствовали. Но реальной поддержки нам никто не оказал.

...И вот четверо взрослых и восемь ребятишек ютятся в двух оставшихся относительно пригодными для жилья комнатах общей площадью 25 метров.

- Условия ужасные, - едва сдерживает слёзы Людмила. - Мало того, что мы спим чуть ли не друг на друге. Но из-за сырости всюду расползлась плесень - и дети дышат этой гадостью. Очень боюсь, как бы ребята не заболели туберкулёзом. А когда идёт дождь, и с потолка льёт ручьём... мы только и делаем, что перетаскиваем с места на место уцелевшие вещи, чтоб не намокли.

Два месяца Людмила пытается добиться хоть какой-то помощи от городской администрации. Но... даже записаться на приём к главе Советска Виктору Смильгину ей не удалось. Выслушав Бурнову, его секретарь сказала: “Ну и что? Мы-то тут причём? Вам совершенно незачем сюда приходить”. И повесила трубку.

Впрочем, чиновники всё-таки предложили вариант: оформить детей в интернат. Людмила в шоке. Сделать ребят сиротами при живых родителях?

Людмила Бурнова с дочерью Машей

- Конечно, я не отдам детей ни в какой интернат, - возмущается женщина. - Будем как-то ремонтировать уцелевшую часть дома. Может, потом соорудим какую-нибудь пристройку. Правда, денег на строительство нет...

Родители Людмилы - пенсионеры. На двоих они получают 5.300 рублей. Сама Бурнова работает официанткой в санатории “Советск”, на две ставки. Её зарплата - 9.000 рублей. Столько же вносит в семейный бюджет папа - Бурнов Николай. Он работает трактористом на частника. Детское пособие в общей сложности составляет 2.800 рэ. Итого - 26.100. То есть по 2.175 рублей на человека.

Хотя есть маленькая надежда.

- Недавно я узнала, что мне, как многодетной матери, положена какая-то социальная выплата, - мечтательно рассуждает Людмила. - В размере двух миллионов рублей. Я начала собирать документы - банковскую выписку, кучу всяких справок. Но очень уж всё хлопотно: бумаги выдают в строго определённое время, очень непродолжительное. А я постоянно на работе, не могу часами сидеть в очередях. Когда я получила последнюю справку, срок действия банковской выписки истёк. Придется всё начинать сначала.

...Сможет ли Людмила Бурнова получить спасительные деньги - не известно. Уж здесь-то власти могли бы ей помочь. Но... легче не замечать, как бьётся в одиночку с бедой многодетная семья, делать вид, что ничего страшного не произошло. Хотя много ли таких, как Бурновы, во втором по величине городе Калининградской области? И по числу детей, и по той критической ситуации, в которой они оказались... Не ошибусь, если скажу, что подобных примеров больше нет.

Лето имеет свойство буквально пролетать. Оглянуться не успел - а уже осень с её бесконечными дождями, способными быстро превратить дом Бурновых в “аквариум”. А там и зима. Детям, даже в шубах и шапках, не выжить на пепелище.

В России объявлен Год семьи. Чиновники всех мастей бодро рапортуют о непременной и всевозможной поддержке многодетных семей. Мол, рожайте, дорогие россияне. Государство обязательно позаботится о своих маленьких гражданах - вон у нас сколько социальных программ. Но глухое равнодушие, плотным кольцом окружившее семью Бурновых, заставляет жителей Советска усомниться в искренности громких заявлений.

Да, дом является собственностью Бурновых, и формально другое жилье им “просто так” не положено. Но ситуация-то неординарная. Наверняка можно найти какой-то выход. Впрочем, для этого нужно иметь ЖЕЛАНИЕ. Желание помочь людям, оказавшимся в безвыходном положении.

Т. Шапошникова

P.S. Если у кого-то возникнет желание помочь многодетной семье, с Людмилой Бурновой можно связаться по телефону 8-911-857-53-04.


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.







ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля