Новые колёса

“УБИТОМУ ЭЛЬФУ МЫ ПРИДЕЛАЛИ ГОЛОВУ…” На Литовском валу собираются люди с деревянными мечами — от простого работяги до топ-менеджера

...Их часто можно видеть в парке на Литовском валу. Причудливо одетые, вооруженные деревянными (но крашенными под металл) мечами, они собираются там, чтобы всласть поиграть. С той же целью выезжают и на природу. Куда-нибудь в Гурьевский или Зеленоградский район. Они - это толкиенисты.

В отличие от готов (о которых мы рассказывали недавно), толкиенисты - не представители молодежной субкультуры. Тем, кто “толкиенулся” в конце восьмидесятых, когда “Властелин колец” перестал быть в нашей стране библиографической редкостью, сейчас уже хорошо за тридцать. Причем “в реале” они могут быть кем угодно - от простого работяги до топ-менеджера. Просто периодически у них возникает желание сменить ипостась и попробовать себя “в другом мире” в роли эльфа, орка или гнома. Со всеми вытекающими последствиями. А поскольку жизнь свою “старики” подчинили магической формуле “Толкиенулся сам - толкиени другого”, в дружные ряды ветеранов перманентно вливаются и неофиты. Студенты, школьники, у которых: а) много свободного времени; б) есть деньжата на экипировку; в) романтическое мироощущение (последнее, впрочем, не обязательно).

Надо сказать, что в стремлении создать особый мир, живущий по своим законам, толкиенисты не оригинальны. К примеру, один мой знакомый, инженер из Москвы Андрей Нефедов, пятнадцать лет провел на стыке жанров: одиннадцать месяцев в году он обитал в малогабаритной квартирке с женой, сыном, собакой и попугайчиком; ездил на работу на метро с тремя пересадками, выполнял и перевыполнял производственный план (дело было в начале восьмидесятых), запасался колбасой по случаю и картошкой на зиму... в общем, не выделялся из толпы. Но! Все эти одиннадцать месяцев он, отказывая себе во всем, копил деньги на отпуск. Отпуск Андрей и члены его компании (всего - человек пятнадцать-двадцать из разных городов страны) брали всегда в июле. И отправлялись на целый месяц в Каракумы. И там... играли в индейцев.

Километрах в пятнадцати от какого-нибудь населенного пункта, затерянного в песках Туркмении, они строили фанерное подобие городка на американском “диком Западе”. В “городке” обязательно был салун (сборную конструкцию привозили с собой из Москвы), люди жили в фургонах или крытых повозках (все это добро тащилось в Каракумы на собственном горбу). В соответствии со сценарием (его каждый год писал Андрей), распределялись роли: один становился шерифом, другой подавался в ковбои, третий возглавлял банду, терроризирующую мирное население, четвертый - разрисовывал лицо и украшал себя перьями и т.д., и т.п...

Девушки, в замшевых юбках и клетчатых рубахах-”ковбойках”, становились за стойку в салуне. В первые дни “посетителям” наливали виски (заранее добывали через фарцовщиков), потом - водку, подкрашенную чаем (так она казалась больше похожей на виски)... Из-за девушек “стреляли” друг друга ковбои, их похищали индейцы... В общем, жизнь била ключом. В последнюю поездку Андрею даже удалось снять на кинокамеру “вестерн”. Нечто среднее между постановочным любительским кино и “реалити-шоу”.

...Зачем им все это было нужно? Странный вопрос. Только один месяц в году, в этом иллюзорном, беспредельно условном мире участники игры становились НАСТОЯЩИМИ. И неважно, что нынешний шериф в прошлом сезоне был бандитом, которого образцово-показательно “пристрелил” теперешний предводитель команчей - тогдашний шериф... - все они были неподдельными в главном: игра заменяла им жизнь. Точнее, вся остальная жизнь была лишь подготовкой к игре.

Нефедовское “братство” развалилось в начале 90-х - по причинам, от игроков независящим. Кстати, два человека из “братства” успешно “толкиенулись”. Еще один - спился. Еще один - повесился, не сумев найти себя в “новой” России. А может, от тоски по утраченному раю в песках Каракумов?.. От Нефедова ушла жена. А сын его пять лет назад умер от передозировки наркотиков (он тоже искал свой “рай” и свою “игру”, отцовская - его никогда не прельщала).

Впрочем, вернемся к толкиенистам. Кто же они? Обычные люди с необычным хобби - или... гм... ребята с начисто “сорванными башнями”?

Тут всё зависит от особенностей личности и от того, что человек хочет найти для себя в игре. Кто-то приходит к “толкиенизму” сознательно и надолго: погружается в мир произведений Великого Дж. Рон. Роуэла, изучает (на полном серьезе!) придуманные Толкиеном эльфийские языки (Сандарин, Квенья и т.д.), создает себе образ: макияж, одежда, макеты оружия - все должно быть изысканным и соответствующим эпохе... Посвящает играм все свободное время и в перспективе собирается стать Мастером (т.е. организатором игр). Или воображает себя Арагорном и “вживается в роль” настолько, что с трудом вспоминает, как его зовут по паспорту.

А кто-то рассматривает игру всего лишь как времяпрепровождение. Не хуже и не лучше других. Отчего бы и не побегать по лесу с деревянным мечом - для моциону и в прикольной компании? Это ведь так забавно!

“Полигон” выбирается Мастером так, чтобы он находился подальше от “цивилизации”. Поезда (или, скажем, троллейбусы) принято считать “драконами” - и ждать, когда “дракон пролетит”... Веревочка, протянутая между деревьями, обозначает неприступную стену города, на штурм которого идут отряды орков.

Орки, кстати, как правило - простые ребята. От них не требуется особых навыков: знай себе бегай и шугай эльфов.

Эльфы (чаще всего это девушки), напротив, вовсю “проникаются образом”. Произносить они должны только фразы, исполненные высокого внутреннего благородства, двигаться - бесшумно и плавно (они же, типа, бестелесные)... В идеале - иметь светлые длинные волосы (жаль, желатиновые уши, которые в фильме “Властелин колец” были приделаны всем эльфам, в полевых условиях не “прокатывают”).

Такой эльф, по сути, беззащитен перед орком (от которого никто не ждет ни бестелесности, ни царственной осанки, ни аристократизма манер). Поэтому Мастера чаще всего подыгрывают именно эльфам. Например: “У нас есть магическое средство. Мы убитому эльфу приделали голову, и теперь он снова живой!” Или: “А вот этому эльфу добрые гномы приделали ножку, и он опять побежал по дорожке”. И несчастным оркам приходится “шугать эльфов” с удвоенным рвением...

А еще эльфы очень любят справлять свадьбы. По традициям средневековых рыцарей, по эльфийским обрядам... Некоторые пары умудряются “пожениться” несколько раз за игру - пока орки, с которыми на это время заключено перемирие, квасят где-нибудь своей теплой компанией...

Весело? Не только. Один из “случайных” игроков рассказывал, какой бешеный выброс адреналина почувствовал он, пробегав трое суток “орком” по лесу.

“За три дня я спал часов пять. Ел - раза три. И совершенно не чувствовал усталости! Домой вернулся грязный, мятый, заросший, но дико счастливый. Завалился спать и проспал двадцать пять часов! Но больше на игру не поеду. Это совсем другая жизнь. Нельзя быть чуть-чуть “толкиенутым”, как нельзя быть чуть-чуть беременной”.

Кстати, беременность и Игра - несовместимы. Не так давно развелись ребята, познакомившиеся на Литовском валу и сыгравшие после “эльфийской” свадьбы - обыкновенную. Вначале все было красиво: красные розы, мелодичные стихи, совместная подготовка к очередной игре... а потом вдруг выяснилось, что муж не собирается отказывать себе в удовольствии поиграть, несмотря на то что жена, с животом на носу, должна будет остаться дома...

В общем, в роддом жена добиралась самостоятельно: будущий папа в это время играл. Вместо коляски он купил малышу два метра красивой ткани и посоветовал жене носить ребенка в перевязи. Как в старые добрые времена. Обматываться тканью так, чтобы младенец не выпал, она так и не научилась. Да и странно было бы глубокой осенью таскать его по улице в тряпке, пусть даже расшитой золотыми нитями...

Пара продержалась еще год. После крупной ссоры (жена просила денег на хозяйство, а муж в сердцах сказал, что она превратилась в “цивила”) ребята расстались. Сейчас парнишка нашел себе новую жену, пока - гражданскую. По слухам, она уже в положении...

Но... чтобы развалилась семья, не обязательно быть толкиенистами. Любая игра, как бегство от действительности, рано или поздно ставит человека перед жестким выбором: где, в каком из миров его настоящее место? И что ему дороже: любовно созданная виртуальная реальность - или просто любовь, которую рождение детей неизбежно обращает в “прозу жизни”.

...Кстати, в нашей стране “толкиенистов” не так чтобы много. В Москве: среда обитания - Нескучный Сад (по-эльфийски - Эгладор), парковый массив у станции метро “Октябрьская кольцевая” (“Поганище”). В Питере (окрестности станции метро “Черная речка”), в Омске (парк Победы), во Владивостоке (Сад Камней)...

Калининград (Литовский вал) значится во всех справочных “толкиенистских” материалах как весьма “продвинутая точка”.

Еще в двух-трех городах толкиенисты есть, но без постоянного места сборов.

...Так же, как и к готам, отношение к толкиенистам в обществе - прохладное. “Придурки, которым по жизни нечем заняться, “инфантилы”, “уроды, которые месяцами не моют волосы и отвратительно одеваются”; “большие дети”, - вот самые мягкие высказывания тех, кого сами толкиенисты называют “цивилами”.

“Цивил” - обыватель, который предпочитает размеренное житье (с ежевечерним сидением перед телевизором) приключениям и потрясающей возможности сыграть в “театре без зрителя” сегодня - короля, завтра - последнего нищего. Но “цивил” - это и продвинутый “яппи”, помешанный на карьере и посещающий суши-бары не потому, что любит японскую кухню, а потому что в их, яппи, кругах ЭТО принято.

Короче, “цивил” - существо, пребывающее во власти комплексов и предрассудков. “Глупый пингвин”, который “робко прячет” чего-то там в утесах, вместо того, чтобы раскрепоститься и обрести свою сущность в Игре.

...“Цивилы” парируют: “Толкиенисты - сектанты. Толкиен был похоронен в коматозном состоянии, что выяснилось через несколько десятков лет при вскрытии могилы для перезахоронения... Толкиен остается главой секты. До сих пор он является своим сторонникам во сне, требуя от них искупительной жертвы - замочить “цивила”, “любой вокруг нас может оказаться толкиенистом. Они проникли во все слои общества, в том числе в газеты, на телевидение, в правительство...”

В общем, туши свет - кидай гранату. Или: “Мама, я видел гнома!”

...Если задраенных в черное готов упрекают в сатанизме и потенциальном пристрастии к наркотикам, - толкиенистов, вооруженных “странным” оружием, - побаиваются. Тем более прецеденты случались... Не так давно в прессе во всех подробностях было расписано, как москвич Дмитрий Ш. гулял со своим старым приятелем в окрестностях Калужской площади (в столице). Пили пиво, разговаривали. К ним подошел нетрезвый парнишка с деревянным мечом, попросил отхлебнуть пива. Конечно, его послали. Тогда он размахнулся и ударил товарища Дмитрия рукояткой меча по голове. Дмитрий вступился, отнял у парнишки меч - а тот ударил его в грудь перочинным ножиком и бежал. Дмитрий умер от потери крови. Остались вдова и четырехлетняя дочь.

Сообщения об этой трагедии подавались под броскими заголовками типа “Толкиенисты набрасываются на людей!..” При этом почему-то не упоминалось, что убитый сам был толкиенистом с девяностого года. А нападавший - обыкновенным гопником, едва ли не впервые принявшим участие в игре.

Аналогичные случаи были в Азове - там “хоббиты” столкнули подростка в заброшенный колодец, откуда он не смог выбраться... В Ростове-на-Дону - в пылу игры “орки” зарубили “эльфа” игрушечными топорами... Под Красноярском пара-тройка “эльфов” и “гномов” поймали “врага”, связали, начали пытать... Парень умер от побоев. Но... в свое время и “Зарница” не обходилась без жертв - при всей ее патриотичности и безупречности с точки зрения идеологии. Адреналин... азарт... обнажение сущности...

Ведь популярность ТАКИХ игр не случайна. Как не случайно почти поголовное увлечение “фэнтези”. Именно там мы находим то, чего сегодня катастрофически не хватает в реале: беззаветную любовь, не имеющую ничего общего с трах-тибидохом, но и не отягощенную никакими практическими соображениями; самоотверженную дружбу (вопреки новомодным утверждениям о том, что дружбы нет - есть общие интересы); рыцарство без страха и упрека; тонкую и грустную красоту старинных (или никогда не существовавших) обрядов...

Увы, всё это так и остается в Игре. И толкиениста, снявшего плащ и убравшего арбалет на антресоли, почти невозможно отличить от “цивила”. Не по “форме” - по сути. А жаль.

Д. Якшина


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.







ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля