Новые колёса

ОБЪЕГОРЕННАЯ В “ЮГОРИИ”.
Главного бухгалтера страховой компании уволили за… честность

...В нашей стране законы писаны не для всех. И “это ясно, как простая гамма”. Но даже те, которые писаны (я имею в виду законы), соблюдаются так, что только плюнь да свистни. Светлана Гончарова, главный бухгалтер страховой компании “Югория”, убедилась в этом на собственном опыте. Самым печальным образом.

Филиал компании был основан в 2005 году.

- Испытательный срок я выдержала без проблем, - говорит Светлана Гончарова. - Полтора месяца офис компании находился у меня дома. Я работала по двенадцать часов в сутки. Нужно было всё покупать, организовывать - для “запуска” филиала компании. Набирался коллектив, появлялись первые клиенты...

“А когда “Югория” раскрутилась и пошли миллионные обороты, к нам пришёл работать г-н Красильщиков. Вначале он подвизался на вторых ролях (прежде он ни одного дня не работал в страховом бизнесе). Но... он много говорил о своих связях в деловом мире, обещал миллионы долларов прибыли (он отвечал за поступление денежных средств)...

Е. Красильщиков

И когда директор “Югории” Николай Сутягин ушёл в отпуск, Красильщиков сумел очаровать своими планами московское руководство.(Головной офис “Югории” находился в Ханты-Мансийске, а в Москве - территориальное управление.) Посулил “фантастический контракт” - позже оказалось, что некая мошенница (про неё в “НК” выходила статья “Кидала в юбке”) хотела застраховать якобы многомиллионную сделку - под якобы пришедшую норвежскую рыбу.

Стали проверять: кредитная история у дамы отвратительная, висят огромные долги - как перед банками, так и перед физическими лицами. Мы, естественно, задали Красильщикову вопрос: “Ты КОГО рекомендуешь?! Ничего себе, нашёл “выгодного” клиента!”

Но Евгений Яковлевич (Красильщиков) уже был в фаворе у Москвы. А у нас с Москвой пошли разногласия. Очевидно, что большие сборы можно регулярно получать лишь при хорошем вложении средств в развитие бизнеса. Но когда мы формировали бюджет на следующий год, москвичи остались недовольны: показатели им хотелось бы запланировать покруче, а бюджет компании сделать поэкономней.

Красильщиков сначала предлагал мне завысить некоторые показатели (“Я же обещал!”), но фальсифицировать бюджет я категорически отказалась. Тогда Красильщиков от формирования бюджета самоустранился. А из Москвы тут же приехала проверка - которую я сама до этого просила прислать!

(В Калининграде невозможно было найти специалиста по программе, принятой в компании - и некоторые страховые взносы пришлось проводить на свой страх и риск, т.к. никто не знал, КАК это сделать.)

Мое желание уважено не было - а вот по просьбе Красильщикова прилетела целая бригада из территориального управления! Никто из “инспекторов” не имел профильного образования. И вот бригада, в которой доминировал специалист по автострахованию, установила: в “Югории” всё плохо. Одной нашей сотруднице сказали, что у неё неприятный голос. Другой - заявили, что у неё неприятная внешность.

Кстати, в отношении Красильщикова всплыл пренеприятный факт: ревизор А.В. Зыков обнаружил, что тот, в отсутствие директора, задним числом застраховал... собственную квартиру. А потом, разумеется, возник “страховой случай”: якобы дом залило водой во время дождя. Красильщиков сам выступал и как клиент, и как страховщик, сам осмотрел “пострадавший” дом и сам выступил представителем “Югории”...

Начальник отдела страхования имущества, Г. Карбе, которой Красильщиков попытался подсунуть эту бумагу, отказалась её подписывать. Заявив: “Это уголовное преступление”.

(Позже она поплатится за эту фразу: из начальников отдела её переведут в “специалисты”. На меня Красильщиков тоже взъелся: за то, что ревизор Зыков получил данный договор о страховании. Он-то, Красильщиков, хотел “сделать” себе денежки втихаря...)

А мне сказали открытым текстом: “Вы не сможете работать в “Югории”. Вы нас не устраиваете”.

- Чем?!

С. Гончарова

- Высшее руководство распорядилось вас уволить.

Я позвонила главбуху в Ханты-Мансийск:

- В чём дело? Да, у нас есть ошибки, но у кого их нет? Мы всё исправим, только дайте побольше времени...

Но главбух была непреклонна:

- Мы считаем, что вы больше не сможете работать. Вы не прошли аттестацию.

- Вы уволите меня прямо сейчас?

- Нет, когда вы закончите годовой баланс, - был ответ. А в подтексте звучало: “Лучше уйди по-хорошему. А то мы тебя крупно подставим”.

...Мне стало плохо. Находясь в диком стрессе, я написала заявление об увольнении по собственному желанию. Дату я не ставила. По закону, уволить меня должны были через четырнадцать дней. (Это время по закону человеку дается на раздумья. Чтобы важные решения не принимались сгоряча.) Но в день подачи заявления у меня на нервной почве обострился гастрит. Я ушла на больничный. 16 января 2007 года секретарь директора “Югории” (я всё ещё находилась на больничном) принесла мне домой ксерокопию приказа о моём увольнении - оказывается, оно состоялось 29 декабря 2005 года.

- Приходи за расчётом! - сказали мне.

На больничном я была до 26 января 2006 года - но 20 января мне уже выдали расчёт и потребовали передавать дела. Хотя, по идее, какую передачу дел может осуществлять УЖЕ УВОЛЕННЫЙ бухгалтер?

А тут - ещё одно несчастье. У меня на иждивении находится дедушка - участник войны, кавалер медали “За отвагу” и других наград, ветеран, инвалид I группы. У него очень плохо со здоровьем. А когда начинается обострение болезни, его ни на минуту нельзя оставить одного: он отказывается есть, может открыть газ на кухне, или биться в окно и кричать, или бросаться на окружающих. Денег на сиделку у меня нет, да он и нервно реагирует на посторонних в доме. Хорошо, что дедушке сразу дали путевку в санаторий - процедуры помогают сократить период “критического состояния”.

В общем, до 15 февраля я находилась вместе с дедом в санатории в качестве сопровождающего лица, а потом ухаживала за ним дома.

29 июня 2006 года я подала заявление в суд, требуя признать мое увольнение незаконным. Предоставила все справки по поводу болезни деда и необходимости постоянного ухода за ним.

В суде Ленинградского района Калининграда документы приняли, назначили дату рассмотрения. Прошло шесть судебных заседаний. Вызывались свидетели, в том числе и лечащий дедушкин врач Чубановский, который подтвердил, что я должна была находиться при больном практически безотлучно. Но... судья Королёва неожиданно вынесла решение: в иске отказать, потому что-де у меня вообще не должны были принимать заявление. Сроки упущены.

Наши доводы о том, что в постановлении Пленума Верховного суда РФ от 17.03.2004 г. №2 предусмотрено в п.5 (“Судья не вправе отказать в принятии нового заявления”... “В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие своевременному обращению <...> например... необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи”) - судья Королёва проигнорировала.

Но если тяжелая болезнь не является уважительной причиной - что же тогда является?! Вопрос, почему же в таком случае мне не отказали сразу, а провели целых шесть судебных заседаний, тоже остался без ответа. Мне заявили, что медицинские справки липовые, и вообще неизвестно, какой у меня дедушка ветеран. (А он НАСТОЯЩИЙ ветеран. И даже получил от губернатора Калининградской области машину “Ока”.)

Мы с моим адвокатом обратились с кассационной жалобой в областной суд. Написали в прокуратуру - и прокурор Ленинград-ского района вынес кассационное определение, не согласившись с решением районного суда.

Но... определение это вскоре было отозвано. А коллегия областного суда подтвердила правоту судьи Королёвой. В Верховном суде России тяжёлую болезнь моего дедушки также не сочли уважительной причиной.

Теперь я готовлю документы для подачи в Страсбург.

...Что ж, юристы в Страсбурге давно уже работают преимущественно на Российскую Федерацию, “поправляя” многочисленные ошибки (вызванные чаще всего политической или экономической ангажированностью наших судей). А Светлана Гончарова - не единственная, кого, по её собственному выражению, “Югория” объегорила.

О. Степанова

(Продолжение следует)


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.







ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля