Новые колёса

МЮЛЛЕРУ НРАВИЛАСЬ МАШИНА ШТИРЛИЦА.
Он приехал из Германии и построил в Калининграде автомобильную парковку

Встречу с предпринимателем из Германии Валентином Мюллером, построившим многоярусную парковку и бизнес-центр под названием “Акрополь” мы назначили возле его офиса.

Кто нынче не знает этой парковки с античным названием. Тем более, что находится она в самом сердце нашего города - в нескольких десятках метров от храма Христа Спасителя.

Офис Мюллера - сборно-щитовой деревянный домик - вырос прямо на газоне напротив “Акрополя”. Секунда в секунду с чисто немецкой пунктуальностью появился герр Мюллер.

Мюллер - человек в годах. С густой копной светлых волос на голове. И в безукоризненно сшитом костюме. Но больше всего меня поразила его машина - запаркованный неподалеку новейший серебристый “Мерседес W-221” - “пятисотка” со стеклянной (!) тонированной крышей.

- Сразу хочу пояснить, что работаю над этим проектом не один. Мой большой друг и надежный компаньон - Араик Товмасян. Я - немец. Он - выходец с Кавказа. Но это неважно. Важно, что у нас общие цели, общие идеи и...

Герр Мюллер не договорил, потому что за серебристой “пятисоткой” пристроилась точно такая же “пятисотка”, но черного цвета. Оттуда вышел улыбающийся, плотного телосложения человек с вьющейся черной шевелюрой.

- Я - Араик Товмасян. Друг и компаньон Валентина, - представляется господин. - Он ездит на светлой машине, я - на темной...

И Араик заразительно смеется.

Клинкерный кирпич

Мы прогуливаемся с герром Мюллером возле “Акрополя”. Фасад сделан из темно-коричневого под старину кирпича.

- Это клинкерный кирпич. Очень дорогой. Стоит 1 евро за штуку, - рассказывает Валентин. - Но мы специально пошли на эти траты. Чтобы придать исторический шарм этой постройке. А ведь в Кёнигсберге в конце 20-х - начале 30-х годов строили именно из такого кирпича. За примерами ходить далеко не надо. Это гостиница “Москва”. Та, что напротив зоопарка. И Гауптбанхоф - теперешний Южный вокзал...

Герр Мюллер

- И знаменитый Дом техники. Правда, при перестройке дополнительную кладку почему-то сделали из обычного розового кирпича, а потом покрасили его масляной краской...

Герр Мюллер лишь разводит руками, но комментировать “художества” горе-строителей отказывается. Профессиональная этика.

Мы идем по тротуарам, выложенным специальной плиткой. Внезапно мое внимание привлекает чугунный люк с надписью “Konigsberg 1937”.

- Откуда он здесь оказался? Это же совсем новые коммуникации.

- Мы специально искали по всему городу старые кенигсбергские люки. Чтобы придать большую историческую правдоподобность всей территории вокруг “Акрополя”. Мне кажется, что увязать современность с историей неплохо удалось автору проекта литовскому архитектору Линасу Тулейтису.

10 рублей в час

- Хотя мы и построили 5-этажную парковку на 720 мест, но пока даже один этаж заполнить машинами не можем.

- Наверное, очень дорого?

- 10 рублей в час дорого?

- Напротив КГТУ на площади Победы парковка стоит по 30 рублей в час. Но там нет охраны. И по парковке все шлындают, кому не лень.

- У нас установлены 97 камер видеонаблюдения. Очень скоро добавим еще 10. Плюс охрана на каждом этаже.

- Тогда почему калининградцы не ставят к вам свои машины?

- Это я хотел спросить у вас. Что же получается? В двух шагах от “Акрополя” автомобилисты бросают свои машины под запрещающим знаком. Потом приезжает ГАИ с эвакуатором и увозит машину. В итоге владелец платит по 1500 рублей за эту “услугу”. Тратит кучу сил, нервов и времени. Вместо того, чтобы ПРОСТО заплатить червонец. Ну, скажите, почему?!

- Загадочная русская душа. Калининградская ментальность. Любовь к халяве... Вам, немцу, этого не понять.

Пол с подогревом

Внимательно изучаю въезд на парковку. Потом высказываю некоторые сомнения.

- Здесь же чертовски круто? Представляю, что будет зимой. Когда все заледенеет.

- Во-первых, въезд совсем не крутой. Все сделано так, как принято во всей Европе. Люди ездят - и ничего. Во-вторых, зимой здесь ничего не произойдет. Потому что в полу установлен мощный обогрев. Да что я вам рассказываю. Давайте все проверим на себе. Заедем на машине, и я вам все покажу в действии.

На серебристом “Мерседесе” Мюллера мы подъезжаем к шлагбауму. Валентин нажимает красную кнопку автомата. Оттуда выскакивает пластиковая карта. Поднимается полосатый шлагбаум. Мы едем наверх. Мне кажется, что очень круто.

Но хозяин “Акрополя” ведет огромную машину уверенно. Быстро заезжает наверх. Потом разворачивается и задним ходом сдает на парковочное место. Большой цветной экран в центре консоли “Мерседеса” начинает высвечивать картинку позади машины.

- По сравнению с видео, обычный парктроник - вчерашний день.

- Согласен. Тем более, что парк­троник у меня отказал. Он не работает после очередного обслуживания на сервисном центре в Калининграде. Говорят, что где-то контакт пропал. Поеду восстанавливать систему в Германию...

Ограбление по-милански

Мы оставляем серебристую машину на парковке и гуляем по пустым этажам “Акрополя”.

- У вас когда-нибудь пытались угонять машину? - спросил я, поглядывая на серебристый “двести двадцать первый”.

- В Италии меня хотели выкинуть из машины. Только не из этой. Тогда я ездил на “Мерседесе W-140”. Но у негодников ничего не вышло.

- Помогло ваше прошлое спортсмена-штангиста?

- Помог русский мат.

- Как это?

- Ну, эти итальянцы думали, что, если машина на немецких номерах, то за рулем - немец.

- Так вы же и есть немец?

- Но в душе-то я русский! А они считали, что прикрикнут на немца - “Хенде хох!”, а он ручки вверх поднимет и сразу же машину им отдаст. Не на того напали!

- Это случилось ночью на безлюдном шоссе?

- Среди бела дня. В Милане. На перекрестке. Я стою, жду разрешающего сигнала светофора. Тут к моей машине подваливают несколько человек, показывают документы полицейских.

- Они были в форме карабинеров?

- Нет. Да и поведение их сразу показалось мне подозрительным. Особенно после того, как они стали настаивать, чтобы я отдал им документы на свой “Мерседес”.

- Чем дело закончилось?

- Я уехал. А они остались... Всё же во всем мире русских уважают.

- Уважают русскую культуру?

- Да нет. Знают, что русские всегда отпор могут дать.

Рапсовое масло

- Это не единственный случай, когда покушались на мою машину. В то время я жил в Риге. В конце 80-х в Прибалтике с новыми автомобилями было туго. И тут у меня появилась возможность пригнать новенький ВАЗ-2109 из Еревана. Приехал я в Армению, взял автомобиль. По всему Союзу с бензином тогда напряженка была, и я позаботился о топливе заранее. Бак под завязку, канистры залил. И правильно сделал, потому что в Ростове-на-Дону меня пытались остановить. Потом у меня на хвосте довольно долго висела какая-то машина. Я шел на предельной скорости. А те, видно, ждали, пока у меня кончится бензин, и я остановлюсь. Спустя несколько часов преследователи поняли, что голыми руками меня не возьмешь и... повернули назад. А однажды у меня пропала машина...

- Ее украли грабители?

- В том-то и дело, что нет. Но это я выяснил гораздо позже. Когда потерял всякую надежду ее найти...

Все произошло в Риге, в середине 90-х годов. Я приехал из Германии в Латвию по делам бизнеса. Запарковал свой БМВ 5-й серии на набережной и ушел на встречу. Возвращаюсь - нет машины. Думал - украли. Прошло очень много времени, прежде чем выяснил, что ее увезли на штрафплощадку. Оказывается, я поставил автомобиль в неположенном месте, под какой-то знак. Это мне сорвало все планы. Я потерял уйму времени, и у меня накрылась следующая встреча. Короче, много всяких проблем вышло.

- В Риге вы тоже строили многоярусные парковки?

- Парковка в Калининграде - наш первый опыт. А в Риге мы торговали продуктами питания. Мы первые завезли из Европы в Прибалтику рапсовое масло. Тогда мы снабжали этим маслом 23 латвийских комбината.

Запах старины

Гуляя по этажам, мы подходим к открытой террасе. С одной стороны - парковка. С другой - офисы.

- Здесь мы с Араиком хотели бы устроить экспозицию старинных автомобилей.

- Подходящее место. Тем более, что в нашем городе ни автомузея, ни даже небольшой выставки нет. Было бы очень интересно.

- В Германии мы уже вели разговор с руководством компании “Даймлер-Крайслер” о том, чтобы выставить здесь несколько старинных, хорошо отреставрированных “Мерседесов”.

Так что это лишь дело времени...

- Вы интересуетесь ретроавтомобилями?

- Любой старый автомобиль - это что-то потрясающее и прекрасное. Вообще все, что пахнет стариной, вызывает у меня огромный интерес. Не поверите, ведь я все форты в Калининграде облазил. Форт №5, например. Тот, что в конце Советского проспекта. Страшно интересно...

На немецких номерах

Беседу с Валентином Мюллером мы продолжили в кафе спорткомплекса “Эдельвейс”. Оказывается, он с Араиком строил и это сооружение. О том, как пришлось согласовывать этот проект с экс-главным архитектором города Горбачём, Валентин готов говорить часами. Но я деликатно напоминаю собеседнику, что тема сегодняшнего интервью - Мюллер и автомобиль.

- Вас часто останавливают инспектора ГИБДД?

- Вообще не останавливают. А вот когда ездил на немецких номерах - каждый второй инспектор был мой.

- Странно, иностранные дипломаты не раз мне говорили, что наши гаишники никогда их не тормозят. И генконсул Германии Хьюго Герц об этом рассказывал. И генконсул королевства Швеции Эрик Хаммаршёльд...

- Так то - дипломаты. У них дипломатические номера. И особый статус.

- А разве у гражданина Германии не особый статус? Это же наш гость!

- Все совсем наоборот.

- Вы хотите сказать, что ино­странного автомобилиста наши гаишники пытаются раскрутить по полной?

Мюллер, немного смутившись, ответил, что не хотел бы развивать дальше эту щекотливую тему. Тем более, что он самого лучшего мнения о калининградской ГИБДД.

- Не может быть! Это в сопо­ставлении-то с корректной и всегда предупредительной немецкой полицией?

- Не поверите, но это так.

“Он гнался за мной целый час...”

- Еду я как-то на своем “Мерседесе W-140” из Калининграда в Германию. Когда до польско-немецкой границы оставалось всего километров тридцать, со мной приключилась беда. Дорога была скользкой, машину занесло, развернуло, выкинуло с дороги, и она сорвалась в овраг. Багажником “Мерседес” сильно ударился о дерево. У меня - ни царапины. Вызвал я полицию. Мы, как и положено, оформили все необходимые документы. В том числе и бумагу, что никто в этой аварии не пострадал.

Машину вытащили тягачом на дорогу. Как ни странно, мой “Мерседес” остался на ходу. Даже задние фонари не разбились. Был изуродован лишь бампер, помяты крышка багажника и задняя панель. Что делать? От границы до дома - 800 километров. Я четко знал, что по дорогам Германии ехать на автомобиле в таком состоянии нельзя. Надо было везти машину на эвакуаторе. Это сложно, долго и дорого... Короче, я решил поворачивать оглобли и возвращаться в Калининград. Чтобы в России потом отремонтировать автомобиль. Еду по Польше. Увидев повреждения на моем “Мерседесе”, за мной увязался польский полицейский. Не поверите, он гнался за мной целый час. Вынудил меня остановиться. Пытаюсь объяснить блюстителю порядка, в каком критическом положении я оказался. Но он знать ничего не хочет. Велит ставить машину на штрафплощадку. Или вызывать эвакуатор. И пока я ему денег не дал, не отступил.

Добрая милиция

- Потом въезжаю в Россию. Еду по территории Багратионовского района. Ограничение на дороге - 40 км/час. Но у меня мысли заняты своим. Знака я не замечаю. Еду довольно быстро. И тут меня останавливают российские гаишники. Я рассказываю им о своих бедах. Они сочувственно кивают головами, спрашивают, чем могут помочь. Потом желают счастливого пути и отпускают. Такое возможно лишь в России. В Германии и Польше сострадания вы не дождетесь. Здесь больше человечности. Вот за это я люблю Россию, за это я люблю наш город Калининград.

- Где вы родились?

- Мои далекие предки родом из немецкого города Штутгарта. Я же родился в городе Прокопьевске Кемеровской области. Одно время жил в Латвии. Последние 15 лет - в Германии. Но в душе я больше русский.

- А чего надо опасаться на дорогах Германии?

- Радарных вспышек. Ведь, несмотря на то, что по немецким автобанам можно двигаться на очень больших скоростях, но ограничения все же существуют. За превышения скорости штрафы бывают очень разные. Порой они отличаются в десятки раз.

- За что и на сколько вас штрафовали в последний раз?

- Конечно, за превышение скорости. Меня оштрафовали на 15 евро. Хотя бывают и более крупные штрафы. Все зависит от того, насколько ты превысил скорость и как часто совершаешь нарушения. Иногда наказывают и на 250-300 евро.

Четыре категории

- С чего началась ваша шоферская биография?

Валентин Мюллер

- С того, как я получил водительские права. Это было в 1971 году. Тогда я жил в Риге. Незадолго до призыва на военную службу поступил на курсы ДОСААФ и стал учиться на водителя. По окончании обучения и успешной сдачи всех экзаменов мне открыли сразу четыре категории - “B”, “C”, “D” и “E”.

- И в жизни вам пригодились все эти категории? И даже автобусом приходилось рулить?

- Автобусом не приходилось.

- А грузовиком с прицепом?

- Приехав на постоянное местожительство в Германию, я приобрел трех­осный грузовик “Вольво”. Представляете, там была коробка с 16-ю передачами. В первый момент я даже растерялся - ну как на такой махине ехать, какую передачу включать? Так что в моей жизни много всяких приключений было. Но стоит ли обо всем этом вспоминать?

- Когда вы впервые сели за руль?

- В ДОСААФ и сел. На занятиях по практическому вождению. А в нашей семье личного автомобиля никогда не было.

“Жигули” и теплица

- Ваш первый собственный автомобиль?

- “Жигули” - шестая модель. Я купил ее сразу после демобилизации из армии.

- В те годы это была самая престижная машина в СССР. Дефицитная и очень дорогая. Как вам удалось ее приобрести?

- Как сейчас помню, я заплатил за нее 7,5 тысяч рублей. Большущие по тем временам деньги. Но после армии мне быстро удалось приподняться. Я занялся цветочным бизнесом. У нас с товарищами была теплица на 100 квадратных метров. Мы выращивали розы, которые продавались по всему Советскому Союзу. Дела шли хорошо, и вскоре мне удалось приобрести еще более новую машину - ВАЗ-2109.

- А потом?

- В 1989 году мы с семьей загрузились в эту “девятку” и уехали на постоянное местожительство в Германию, где я еще год отъездил на этой машине. Потом продал.

- Наверное, нелегко было продать советские “Жигули” в уже объединенной Германии?

- Очень даже легко. “Жигули” стоили в разы дешевле, чем все другие автомобили западных марок. Соответственно, и спрос на них был большой. Насколько я помню, в Германии тогда более 600 фирм торговали “Жигулями”. Поскольку моя “девятка” была уже б/у, то и цену на нее я назначил очень небольшую. Так что она влет ушла. Потом я купил новую “Опель-Вектру”. Затем перешел на БМВ. Вначале ездил на “тройке”. Позже пересел на “пятерку”. Прошло еще какое-то время, и я отдал предпочтение автомобилям с трехлучевой звездой на капоте.

Ухнули в обрыв

- В армии срочную служили?

- Служил на Тихоокеанском флоте.

- На корабле? Ходили в дальние походы?

- Служил в береговой охране. Три года Родине отдал.

- Учитывая, что у вас были права четырех категорий, вас, конечно же, определили водителем?

- Не угадали. Я был всего лишь старшиной роты.

- Старшина роты на флоте - первая величина.

- Это понятно, - смеется Мюллер. - Но начинал-то я не со старшины. Вначале меня назначили заместителем командира взвода, а уж потом...

- Дедовщина, неуставщина... Как вы справились со всем этим? Был особый рецепт?

- Рецепт был... Я же - штангист. Мог за себя постоять. Это сейчас, спустя столько лет, может, и не похоже, что я когда-либо штангой занимался. Только живот накачанный остался... - Мюллер смеется и похлопывает себя по животу. - Да, форму соблюдать надо.

- За три года службы хоть раз в отпуск съездили?

- Нет. Хотя в качестве поощрения отпуск мне объявляли. Вот с этим отпуском и связана одна автомобильная история. А дело было так. Меня посадили старшим машины на бортовой МАЗ во время 100-километрового марша. Так было заведено на флоте, что при завершении курса переподготовки молодых водителей проводился марш. За рулем МАЗа - матрос-новобранец. И мы поехали. А дороги там под Владивостоком опасные. Сопки, перевалы... Короче, водитель не справился с управлением, и мы ухнули в обрыв. Два с половиной раза перевернулись, и нас выкинуло через лобовое стекло.

- Сильно разбились?

- У нас - ни царапины. А вот МАЗ восстановлению не подлежал. Вот так и накрылся мой отпуск...

Парижский вариант

- Вы много путешествуете по белу свету. Где самые плохие дороги?

- Если вы ждете от меня ответа, что в Калининграде - не дождетесь. Калининград мне нравится и я его критиковать не хочу. Поэтому отвечу так: самые плохие дороги в Польше.

- Вы ездите по всей Европе на таких шикарных автомобилях. Ну а оставлять “Мерседес”, допустим, на парижских улицах не опасно? После принятой у них “контактной парковки” от красивых бамперов и дорогой световой оптики ничего не останется.

- Это вы про то, что парижане ставят свои машины в узкие места, а потом, чтобы выехать, просто расталкивают бампером соседние автомобили? Так у меня с этим все очень просто. Я ни разу не парковал свой “Мерседес” на улицах. Потому что не получалось...

- Кто вам это запрещал?

- Не в этом дело. Я ведь ездил в Париж на “сто сороковом” или “двести двадцатом”. А габариты у них какие? Поэтому, если отъезжал от тротуара какой-нибудь “Пежо” или “Рено” и освобождалось место, мне свою огромную машину туда было просто не втиснуть. Ведь в Париже все ездят на очень маленьких машинках. А чтобы одновременно освободилось сразу два соседних места - такого не бывает.

- И какой тогда выход?

- В Париже я всегда ставил свой “Мерс” только в подземные специальные паркинги.

- Думаю, недалек тот день, когда и калининградские автомобилисты отдадут предпочтение нормальным оборудованным паркингам. А не будут рассовывать свои машины по соседним дворам, ставить их на газоны, детские площадки и под запрещающими знаками.

- Полагаю, что парижский вариант с “контактной” парковкой вдоль тротуаров - для Калининграда тоже не выход.

- Правильно, не наш стиль. Мы пойдет своим путем.

Ю. ГРОЗМАНИ, фото автора


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.







ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля