Новые колёса

“КАЛИНИНГРАД” В ЧЁРНОМ АДУ.
Чтобы не погибнуть, наши моряки сбежали в голодную Африку

...Солнце стремительно погружалось в блестящую гладь океана. Последние багровые блики гасли в тёмной синеве неба. Кто хоть раз видел африканский закат, никогда его не забудет. Однако троим морякам из Калининграда, оказавшимся на пустынном мавританском пляже, было не до морских красот. Вместе с солнцем исчезло тепло, ветер с моря заметно посвежел. Резиновая шлюпка, на которой наши земляки доплыли до берега, беспомощно распласталась на песке. Вернуться на судно - никак. Лодку тут же захлестнёт встречная волна. Укрыться от ветра негде. Кругом пески пустыни Сахары. А до ближайшего жилья - 40 км. Чтобы согреться и приготовить еду, развели на берегу костёр.

Шторм 7 баллов

ПТР “Калининград” (производственно-транспортный рефрижератор), принадлежащий ООО “Фордевинд” (Калининград, ул. Чекистов, 81), покинул родные берега ночью 29 ноября 2008 года. Рейс сразу незадался. На выходе из Светлого на винт корабля намоталась рыболовная сеть. Из-за этого кормовая часть судна стала сильно вибрировать. А вскоре отказало рулевое управление №1 (на ПТР их два).

Матросы Дмитрий Пазюк (слева) и Олег Голиков (справа) на борту “Калининграда”

По идее, с такой неисправностью нужно зайти в ближайший порт и встать на ремонт. Однако капитан решил по-другому. Выгрузив мороженую рыбу в Лиепае, судно вышло в открытое море. Следующая остановка - в Копенгагене. Погрузив на борт продовольствие и топливо, рефрижератор взял курс на Лас-Пальмас (Испания). В Северном море на “Калининград” обрушился семибалльный шторм. Что поделать! Ноябрь-декабрь в этих широтах - сезон штормов. По пути через проливы (Скагеррак, Па Де Кале, Ла-Манш) на судне несколько раз отказывал главный двигатель. Его ремонтировали прямо в море. Но бывалые моряки не унывали. Впереди их ждали тёплые берега Испании и Африки. А самое главное - работа и стабильный заработок.

Бунт на корабле

Однако вскоре надежда сменилась разочарованием. Капитан судна В.И. Зайцев решил в Лас-Пальмас не заходить - торопился в Мавританию. Дескать, африканцы уже наловили рыбы и ждут ПТР “Калининград” для её переработки.

В середине декабря изрядно потрёпанное судно прибыло к берегам Мавритании. “Калининград” встал на якорь в пяти милях от порта Нуакшот (Мавритания, Западная Африка). В сам порт россиян не пустили. Почему, никто не знал. По слухам, не было официального разрешения на работу.

Две недели экипаж маялся от безделья. Как-то раз на борт прибыли представители местных властей и уединились с Зайцевым в его каюте. О чём они спорили, никто не знает. Только вскоре на судно начали подвозить рыбу, и в начале января мало-помалу работа пошла.

Но тут случилась новая напасть - экипаж лишился поварихи. Женщина пошла в рейс впервые и во время болтанки её сильно укачивало. Не выдержав, она вместе с мужем-матросом покинула судно - со скандалом! Капитан отказался их списывать - и супруги объявили голодовку.

Чтобы вернуться в Россию, им пришлось искать защиты у российского консула. Благо, наше посольство находилось в Нуакшоте. 16 января они улетели домой. А моряков “Калининграда”, болтавшегося на рейде у берега Африки, ждали новые испытания.

Без зарплаты и впроголодь

О том, что происходило на судне, рассказывают боцман Виталий Владимирович Войцеховский, матрос Вадим Владимирович Свищев, газоэлектросварщик Олег Викторович Голиков.

У берега Африки. Дмитрий Пазюк и Вадим Свищев добывают пропитание с борта “Калининграда”

- В начале февраля подвоз рыбы прекратился. “Фордевинд” не перечислил деньги своим партнёрам в Нуакшоте. Не получили обещанную зарплату и мы - ни за декабрь, ни за январь. Согласно трудовому договору, судовладелец обязан выплачивать каждый месяц фиксированную заработную плату в долларах (от 1.200 до 2.500 долларов, в зависимости от должности). Плюс сдельный заработок (от 2,7 до 4,8 долларов на одну тонну мороженой рыбы). Трудовой договор подписывали генеральный директор ООО “Фордевинд” А.В. Пономарёв и капитан ПТР “Калининград” В.И. Зайцев. Но денег мы так и не увидели - капитан всё время кормил нас обещаниями.

За месяц стоянки на рейде мы съели всё, что взяли на борт в Копенгагене. На питание одного человека полагается 8 долларов в сутки. 30 дней - 240 долларов. Всего около 5.000 долларов на экипаж из 20 человек. А в январе нам прислали лишь 1.000 долларов. В результате продукты пришлось экономить, растягивать на сколько можно. Сидели на макаронах, картошке и курице. Но с каждым днём питание становилось всё хуже. Стали ловить рыбу в море. Закидываешь леску, 20 ставрид наловишь - и несёшь повару. Один раз рыбу закоптили и подали на столы - каждому досталось по две-три штуки.

Повар Пап - сенегалец

- Когда повариха уехала, коком назначили моториста. Он совсем не умел хлеб печь, получалась буханка непропечёная. Как кирпич! А суп варил так: кидал в кастрюлю всё сразу - мясо, картошку. В результате наливал какое-то месиво, а не суп. Мы уже не ходили на его обеды. Хлеба возьмём, ночью придём на камбуз, картошки себе поджарим по-тихому, отварим чего-нибудь.

Вадим Свищев и судовой кок Пап на борту “Калининграда”

Кэпу говорили, что надо выписать другого повара из России. Но он нашёл молодого парня-сенегальца по имени Пап. У него никаких санитарных документов не было. Просто моряки знали, что он умеет готовить. Ведь наших судов полно у африканских берегов. Пап кидал в суп всё подряд - лапшу, капусту... А больше всего - острых приправ. Это варево называлось борщом. После обеда во рту всё горело!

Приготовит, к примеру, картофель фри. Своей чёрной пятернёй зачерпнёт - и в тарелку. Курицу тоже рукой берёт. Мы это видим и нас уже воротит. Не можем есть. А салат так делает: овощи порежет в большущий тазик и голыми руками всё это переворачивает, переворачивает...

От него что угодно подхватить можно было. Мы все из туалета не вылезали. По-русски парень хорошо соображал. Он подписал с капитаном договор на 700 долларов в месяц. Но ему тоже зарплату не платили. Сенегалец потом увидел тарифную сетку и возмутился: “А почему мне 700 долларов? Потому что я сенегалец? А русскому бы 1.300 платили!”

Он вообще-то неплохим товарищем оказался. Объяснял нам: “Если бы у меня были хорошие продукты, я бы хорошо готовил”.

Вода из трюма

- Бутилированной питьевой воды на судне не хватало. Приходилось пить воду из танков. Еду тоже готовили на воде из танков. А они - не чищенные, там не вода, а ржавая жижа. У всех опять стали животы болеть. Травились регулярно, каждый по нескольку раз. Приходилось лечиться таблетками.

Старпом экономил буквально на всём. На дверях душевых замки понавешал. Горячий душ - только два раза в месяц. В Африке вода в океане очень солёная. Моряки из города приезжали на лодке - все мокрые. Если ссадина какая-то на коже, то будет жечь минут 40. А потом, когда высохнет, кожа вся белая из-за соли. Тоже мало приятного. Но помыться - нельзя. И все ходили грязные, вонючие. В том числе и мавританцы.

Дело в том, что каждое иностранное судно должно взять 10 местных жителей на работу. Мавритания - нищая страна, и там тоже безработица. У нас мавры трудились на упаковке, на аппаратах по разделке рыбы, принимали сырьё. Платили им 300 долларов в месяц. Для них это хорошая зарплата. Как и мы, они маялись из-за отсутствия рыбы. Но, в отличие от нас, зарплату им давали регулярно.

“Гони солярку!”

- За 5 месяцев в Мавритании мы заходили в порт Нуакшот всего несколько раз. Но больше одного дня у причала не стояли. Пришвартовались, получили воду, продовольствие - и опять на рейд в 5-6 милях от берега.

Когда стояли в порту, полицейские беспардонно пёрлись на пароход. Их не пускаешь: “Вы находитесь на территории России!” А они отвечают: “Это ты находишься на территории Мавритании. А Россия - далеко”.

Однажды местные копы пришли на “Калининград” и потребовали 100 литров солярки. Что делать? Дали!

Часа через три опять являются: “Нам надо 200 литров солярки”. Мы объясняем, что солярки больше нет. “Мы вечером придём. Если не дадите - у вас будут проблемы”.

В 8 часов утра местный лоцман кричит: “Уходите отсюда!”

Однажды мы простояли сутки, а наутро прибежали люди из портнадзора, из администрации. Выгнали! Хотя мы даже воду полностью не успели на борт принять.

Какие претензии у портнадзора? Это знает только капитан. Мавритания - голодная страна. Край ослов, козлов и верблюдов. Здесь самый дорогой порт на побережье. Заход стоит 10.000 долларов.

В порту можно было сойти на берег, но в город выйти нельзя. На проходной паспорт нужен. А капитан нам не давал документы на руки. От порта до Нуакшота - 40 км через пустыню. Там в магазинах есть всё, но в карманах ни копейки денег! Какой смысл ехать?

Судового телефона не было, поэтому домой звонили с мобильника. Капитан нам выдал сим-карту для мобильного телефона на 20.000 угия (местные деньги). 250 угия - 1 доллар. Звонок в Россию стоит 170 угия за минуту. СМС-ка - 57 угия.

Когда не было на судне воды, мы пожаловались родственникам в Калининграде. Жена Голикова позвонила в ООО “Фордевинд”: “Что вы творите - у людей нет воды!”

После этого капитан перестал пополнять сим-карту. Мол, вы родным жалуетесь. Многие моряки свои вещи продавали и покупали карточки - чтобы позвонить. Мавры хорошо брали наши туфли, сапоги, спортивные костюмы.

Мавры с топорами

- Заняться на корабле было нечем! Работа встала, так как перестали рыбу подвозить. Российского телевидения нет, только мавританское и сенегальское. А там вечно пляшут и поют. Спиртного на судне тоже не было. Как-то матросы брагу на праздник варили, но пили её не все. Нас лишили даже пива! Его можно было купить на транспортных судах, которые приходят в порт. Но у нас денег нет! На нормальных судах есть ларёк, где можно взять напитки, пиво, шоколад и т.д. На твой счёт запишут, а потом из зарплаты вычтут. Но нам даже вода бутилированная была за праздник.

Технолог Андрей Антонов (в центре) и “белые люди” в кают-компании “Калининграда”

Так как в город через порт выйти нельзя, мы причаливали на дикий пляж недалеко от рыбацкой деревни. По сути, нелегально проникали на территорию чужого государства. Договаривались с агентом фирмы “Марекс” (местного партнёра “Фордевинда”), он нас встречал на дороге близ рыбацкой деревни.

На берег добирались на “резинке” - резиновой лодке. Вообще-то она предназначена для того, чтобы объехать вокруг судна, посмотреть на корпус... Но не ходить пять миль по океану. Как её ни клеили, ни ремонтировали, “резинка” всё равно воздух пропускала. Пока ребята дойдут до берега - она спустит. Приходилось подкачивать.

На берегу очень сильный прибой. Лодку крутит, накрывает волна, переворачивает... Пока к берегу подойдёшь, тебя сильно побьёт. С синяками и ссадинами потом ходишь.

Один человек оставался на берегу шлюпку сторожить, а другие ехали с агентом в город за продуктами. Два раза ночью моряки на берегу ночевали. Поднялась сильная волна с океана и добраться до судна - невозможно. Что делать? Сходили по-тихому в деревню, разобрали там какой-то забор. Разожгли костёр на пляже. Пожарили курицу и ели - с помидорами. Представляете? Ночь, холод, в чужой стране, на берегу океана... И никого вокруг - только крабики бегают по песку. Если бы полицейские нас заметили, сразу бы поволокли в кутузку. Да мавры и зарезать могли!

На следующий день поутру мы быстренько смылись, а местные жители потом бегали по пляжу с топорами, искали, кто спалил их забор.

Не все моряки соглашались плыть на “резинке”. Мы ведь не самоубийцы, в конце концов. Ребята возвращались на рефрижератор: у всех губы синие, всех трясёт.

Капитан тоже бывал на берегу, но ходил туда не на “резинке”, а на деревянной лодке - ланче. Её присылала тот же “Марекс”. Мы наблюдали, как мавританцы плавают на своих лоханках. Жуть! В лодке вода плещется. А эти чёрные парни летят по волнам. Все мокрые! Один за мотором следит, другой - воду со дна вычерпывает. Ужас! Но и восхищение! Истинные рыбаки, как будто родились в этой лодке.

Капитан “Ноу гуд”

- Вообще-то местные жители к нам нормально относились. На “Калининграде” одно время работал сын состоятельного папы, министра труда. Парень английский знает, карате владеет. Отец к нему приезжал на джипе. У другого мавра отец в морской организации работал, тоже состоятельный человек. Родители их так к труду приучали.

Но вначале, как только к нам пришли иностранцы, на судне все заболели мавританским гриппом. Лежали с температурой 39о. И как только новый человек из местных появлялся, опять начинался или насморк, или кости ломило. Руководство грешило на погоду. Но погода там не меняется - солнце палит нещадно. Постоянно 25 градусов в тени.

Мавритания - мусульманская страна, и мавры всё время молились. Несмотря ни на что! К примеру, идёт приёмка рыбы. Они всё бросают и идут молиться. А для этого надо снять робу, помыться, переодеться, а уж затем общаться с Аллахом. Каждый раз у них не меньше получаса уходило. И так раз пять за смену! На закате, когда солнце садится, молитва в обязательном порядке.

Мавры называли нас “Tomorrow” (туморроу - завтра). Они что-нибудь спрашивают, а мы им отвечаем: “Туморроу!”

Про капитана говорили: “Капитан - no good” (ноу гуд - не хороший). Они выучили слова: “сейчас”, “давай-давай” и “туморроу”.

Мавров должны были кормить отдельно. У них был свой повар и питание на 4 доллара в день.Тоже ходили вечно голодные. Терпели, терпели и говорят: “Финиш! Душ - ноу, чоп чоп (кушать) ноу! Мы гоу-хоум”.

А мы сами в тот день вообще ничего не ели! Не было продуктов.

Двое местных остались на борту, чтобы забрать их документы. И вот мавританцы пошли на камбуз, приготовили ужин из своих запасов и к каждому из нас персонально подходили и говорили: “Иди покушай!”

До того было стыдно!

Какой-то араб, мавританец из милости угощает. Но жрать-то хочется!

Они потом уехали и оставили нам две упаковки с курицей.

“А х...й с ним, с экипажем!”

- Когда мы поняли, что не будет ни денег, ни еды, ни работы - стали требовать у капитана списать нас с судна. Но он только отмахивался. Ему вообще было не до экипажа. Зайцев всё время просиживал в своей каюте, в Интернете. Играл в компьютерные игры, писал кому-то письма, музыкальные программы смотрел. Создалось впечатление, что у человека на почве Интернета что-то произошло с психикой.

31 декабря 2008 года вся команда собралась встречать Новый год. Вместе приготовили праздничный ужин. Спрашиваем Зайцева: “Вы выпивку заказали?”

А он отвечает: “Выпивка дорогая! Видели фильм “Джентльмены удачи”? Давайте в городки играть!”

Ей Богу, так было!

Но себе-то он купил спиртное. Сидел в своей каюте и пил втихомолку. Поедет в город, водки возьмёт - по 50 долларов бутылка. Приедет вечером, вдарит граммов 150-200 - ему хорошо! Ещё постоянно ездил и платил по 600 долларов за Интернет.

Себе орешки какие-то на судно привозил, чай хороший. А у нас жрать нечего! Однажды на судно привезли две головки сыра. Тогда у нас завтрака практически не было. Яйца кончились, ели один сыр и хлеб. Сенегалец-повар тонко-тонко нарежет хлеб и говорит (забавно, с акцентом): “По тли кусочека бери... Цуть-цуть только бери...”

А кэп придёт на камбуз, отсечёт половину головки сыра и волокёт себе в каюту. Штурман ему говорит: “Ты что творишь - экипаж голодный!” А тот отвечает: “А х...й с ним, с экипажем!”

У кэпа даже подружка в Нуакшоте была. Агент-мавританец нам рассказывал, что он её подсуетил кэпу. И вот Зайцев поедет в город, водочки попьёт, с подружкой пообщается. Жизнь - хороша!

6 месяцев тюрьмы

- Зайцеву говоришь: “На судне есть нечего!” А он: “Отличное питание!”

Врёт и сам себе верит. Любого убедит!

Капитан Зайцев (слева) и лоцман-мавританец на мостике “Калининграда”

Обещал всё время выплатить деньги: “В конце декабря будут, 12 января будут...”

Январь проходит: “В феврале будут, в марте, в апреле - железно!”

Оказывается, наш капитан - это именно тот Зайцев, который отбывал срок в датской тюрьме.

(Про ту историю много писали в прессе. В январе 2002 года экипаж российского судна “Салус” с 23-мя моряками застрял в порту городка Ренне на датском острове Борнхольм. Владельцем судна был наш Владимир Зайцев. Ссылаясь на лопнувший контракт, он заморозил все выплаты. Запасы продуктов подошли к концу. Нашим морякам пришлось побираться у сердобольных местных жителей, а также перейти на “подножный корм”, собирать ягоды - малину, ежевику...

Российские моряки обратились в местный профсоюз рыбаков. 5 июля 2002 года Зайцев и два его телохранителя поднялись на борт “Салуса”, чтобы “разобраться” с теми, кто больше всех “выступает”. Под руку подвернулся матрос Александр Большаков. Охранники босса скрутили его, заклеили рот скотчем и избили.

История получила огласку и дошла до суда. Зайцев получил шесть месяцев тюрьмы за “организацию грубого насилия и нападение с преступной целью” на одного из членов экипажа. Исполнители “акции устрашения” получили по 4 месяца заключения, - прим. авт.)

- Нам знакомые сейчас говорят: “Вы что, не знали, кто такой Зайцев? Как вы с ним пошли в море?!”

На операцию денег нет!

- В Мавритании дошло до того, что нашему моряку отказали в медицинской помощи! Олег, расскажи! - говорит Вадим Свищев.

- Ночью 20 января 2009 года шла приёмка рыбы, - вспоминает Олег Голиков. - Я отработал смену, но меня снова вызвал капитан. Нужно было приварить швеллер. И я один поднял этот тяжёлый швеллер. На следующий день мне стало плохо. Повезли меня в Нуакшот, в местный госпиталь. Врач посмотрел и дал заключение - паховая грыжа, срочно нужна операция. Возвращаюсь на корабль, говорю: мол, так и так, нужна операция. Капитан позвонил в Калининград. И заявляет, что судовладелец Александр Пономарёв денег на операцию не даст. Я потребовал, чтобы меня отправили домой. Но капитан отказался списать меня с судна. Хоть ложись и помирай!

Зайцев держал меня на рефрижераторе ещё три месяца, до 21 апреля. Тогда до окончания контракта оставалось всего 7 дней! Я прилетел домой, в Калининград - а денег по-прежнему нет. По контракту я должен получить 7.800 долларов. Заплатили лишь 30.000 рублей, и то после забастовки.

Мы в море пошли, чтобы денег заработать. У кого-то дома кредиты неоплаченные остались. В конце концов, наше терпение лопнуло. Мы написали заявление российскому консулу в Мавритании. А капитана предупредили: если денег не получим - не выйдем на работу. Всё равно - будет рыба или нет.

В начале апреля мы действительно не вышли на приёмку рыбы. Пятого апреля “Фордевинд” первый раз перечислил нашим родственникам по 30-40 тысяч рублей. А по поводу жалобы - из консульства капитану позвонили, и Зайцев сказал: “У нас всё в порядке”. Вот и вся реакция.

Нас опять обманули

- Мы всё время подавали рапорты о списании с корабля, - продолжали рассказ моряки. - Наконец, 8 мая капитан вернул нам паспорта и пообещал чартерный рейс в Россию. 10 мая судно зашло в порт Нуакшот - пополнить запасы воды. Зайцев сказал, что нас с собой на рейд уже не возьмёт: “На 15 мая заказан чартерный рейс, а 12-го утром приедет агент из фирмы “Марекс” и вас отвезут в гостиницу”.

Но оказалось, что “Фордевинд” не оплатил билеты на самолёт. То есть капитан нас опять обманул. 17 мая он вдруг объявляет: “Мы пойдём в Лас-Пальмас в Испанию, на Канар­ские острова и оттуда полетите домой”. Потом стал говорить, что на Канары не пойдём, а пойдём на Кипр.

Таких наглых людей мы не видели никогда в жизни. Моряки на Зайцева окрысились: “Владимир Иванович, что вы нам мозги парите!”

Мы поняли: если останемся на судне, то судно опять уйдёт из порта, встанет на рейд и мы никуда не улетим. 19 мая у всех начиналась истерика. Выйти просто так на причал и там остаться - нельзя! Тебя тут же загребут, разуют-разденут.

- Но всё же пятеро членов экипажа решились и сошли на берег. Когда мы уходили с судна, капитан был на борту. Собирался ехать в город оплачивать свой Интернет, и везти другого больного в госпиталь на освидетельствование. У нашего моряка открылась язва желудка. Зайцев обычно ездил на грузовой машине с открытым верхом. Попросили его подвезти нас до консульства России. Но он сказал: “Мне некогда, я в другую сторону!”

“С вас 40 долларов”

- В порту мы подошли к полицейскому, объяснили, что нам надо в российское консульство. Он сказал: “С вас 40 долларов”. А денег у нас не было. Отдали ему цифровой фотоаппарат. Двумя ходками полицейские отвезли нас в консульство. Хорошие ребята мавры! С пониманием отнеслись. Мы с ними попрощались, поблагодарили за помощь.

18 апреля 2009 года - день рождения Вадима Свищева (на снимке). Судовая рубка “Калининграда”

Заходим в ворота консульства. Нас встретил заведующий отделом. Не обрадовался: “Не валяйте дурака, возвращайтесь на пароход. Я приеду - разберусь”.

Но мы стояли на своём: “Нас списали с судна, контракт закончился. Единственный кусок российской территории - это консульство!”

Он, скрепя сердце, дал нам 400 долларов на гостиницу и питание. Попросил составить ещё одну бумагу и обосновать, почему мы ушли с корабля. Целую ночь корпели над этой бумагой.

400 долларов нам хватило ровно на два дня. На 3-й день мы сели в самолёт.

За пять месяцев с судна уволились девять человек из двадцати. После 20 мая “Калининград” ушёл в Лас-Пальмас и опять встал на рейде. Его ведь в порт никто не пустит - рефрижератор весь поломан!

Уже дома, в Калининграде, мы говорили с Александром Пономарёвым, генеральным директором ООО “Фордевинд”. Он ругался : “Вы обратились на телевидение, в прокуратуру, в следственный комитет. Остальные моряки деньги получат, а вы - нет!”

Ему очень не понравилось, что мы отстаиваем свои права. Бухгалтер обещала, что деньги вот-вот придут из Мавритании. Но зарплаты до сих пор нет. Теперь она то трубку не берёт, то скидывает звонки.

А капитан Зайцев набирает на судно других моряков. При том, что ещё нам не заплатил. Артист!

О. Рамирес


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.







ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля