Новые колёса

“Я ДОЦЕНТ НАСТОЯЩИЙ”.
Председатель флотского суда генерал Борисенко хранит даже чеки на ремонт квартиры

На днях в редакцию “НК” пришло письмо от жителя Калининграда Владимира Ребенко. Начиналось оно так: “Я прочитал в вашей газете статью о лжедоценте. Думаю, людям будет интересно узнать и о других доцентах несуществующих кафедр”.

Видимо, автор имел в виду статью “По прозвищу “Доцент”, опубликованную в “НК” №62. В ней говорилось о том, что судью Балтийского флотского военного суда Геннадия Гиряева лишили судейских полномочий за получение липового учёного звания. По утверждению самого Гиряева, аттестат (диплом) доцента ему подарили на день рождения. Даритель - некий А. Лапин. В дальнейшем выяснилось, что фальшивые дипломы получил не один Гиряев, а несколько человек. Но об этом - позже. А пока дочитаем письмо Ребенко.

Такой кафедры нет

Итак, он пишет:

“21 июля 2004 года Виктор Мефодьевич Борисенко, председатель Балтийского флотского военного суда, получил учёное звание доцента по кафедре международного морского права. Самое интересное, что такой кафедры в Балтийском военно-морском институте не существует.

В. РебенкоЭто кто тут ещё Доцент?

По закону (постановление правительства РФ от 29 марта 2002 года №194 об утверждении “Положения о порядке присвоения учёных званий”) звание доцента может быть присвоено докторам и кандидатам наук, замещающим по трудовому договору должности доцента, профессора, заведующего кафедрой, декана факультета, руководителя филиала или института, ректора, проректора, если они имеют опубликованные учебно-методические и научные работы, читают курс лекций или ведут занятия на высоком профессиональном уровне, а также на момент представления аттестационных документов:

а) успешно работают в указанных должностях в течение года;

б) имеют стаж научно-педагогической работы не менее пяти лет, из них не менее трёх лет в высших учебных заведениях или учреждениях повышения квалификации;

в) являются авторами (соавторами) учебника (учебного пособия) или не менее двух учебно-методических работ, опубликованных за последние три года;

г) являются авторами (соавторами) монографии (главы в монографии) или не менее двух научных работ, опубликованных за последние три года.

Однако Борисенко преподавал в Балтийском военно-морском институте имени Ф.Ф. Ушакова (БВМИ) менее года. В приказе №913 об установлении годовой учебной нагрузки на 2002-2003 годы его фамилии не значится. Согласно приказу №917, в 2003-2004 годах Борисенко установлена нагрузка 100 часов, в то время как минимальная нагрузка доцента - 400 часов...”

К письму прилагались несколько копий приказов начальника БВМИ контр-адмирала Д. Комкова о годовой учебной нагрузке профессорско-преподавательского состава института, подтверждающие доводы Ребенко.

Надо сказать, меня чрезвычайно удивила осведомлённость нашего респондента. Интересно, откуда у Ребенко эти документы? И я позвонила автору письма по указанному телефону. Ребенко согласился прийти в редакцию и подтвердить всё, что он написал.

“Меня выставили негодяем...”

- Раз уж вы начали публиковать материалы о лже-доцентах, то вот вам ещё один, - сходу начал Ребенко.

- Скажите, откуда у вас такие сведения? - спросила я Владимира Ивановича.

В. Борисенко

- Я в своё время учился в БВМИ имени Ушакова, а потом помогал преподавателям института составлять исковые заявления. Им не выплачивались деньги за научную деятельность.

- Вы адвокат?

- Нет. Я инвалид министерства обороны, майор Балтийского флота в отставке. Я общаюсь с людьми из института. Многих знаю, и меня там знают. А с генералом Борисенко, председателем флотского суда, сталкивался лишь однажды - в 2000 году. Этому предшествовала целая история.

После окончания института я служил в Балтийске на узле связи. Вышло так, что я уволился из армии по болезни и остался без жилья и без страховки. При увольнении оказалось, что ни в какой очереди на жильё я не числюсь, хотя мне регулярно начальство говорило о продвижении очереди. Или они там документы потеряли, или вели недобросовестно учёт... Так, отдав 20 лет службе, я оказался ни с чем. И вынужден был судиться с начальством.

Один суд в Балтийске я проиграл. Потом моё дело рассматривалось во флотском суде. Тогда он ещё находился на улице Брамса. Вот там я и столкнулся с Борисенко. На суде меня выставили чуть ли не негодяем: мол, слишком многого хочу. На многочисленные нарушения закона просто закрыли глаза, а моих начальников лишь пожурили - за недочёты.

Чтобы отстоять своё право на жильё, мне пришлось долго судиться с администрацией Балтийского района. В конце концов я всё получил - и страховку, и квартиру. От города!

- Как же вам это удалось?

- Я увольнялся с должности начальника поста связи и ретрансляции в Донском. Звание - майор. По закону о статусе военно-служащего, если я снимаю жильё, мне должны компенсировать деньги за аренду. Я написал заявление в администрацию, а мне ответили: “Денег нет”. Тогда я написал заявление с требованием предоставить жильё для временного проживания. Ответ тот же. Тогда я подал в суд. Мне грозили, что я или вовсе останусь ни с чем, или добьюсь справедливости... лет через 10.

Слева направо: заместитель председателя Верховного суда РФ Н.А. Петухов, председатель Верховного суда РФ В.М. Лебедев, председатель Балтийского флотского военного суда В.М. Борисенко, председатель калининградского областного суда В.И. Фалеев

Но через три месяца на третьем судебном заседании - в гражданском суде - мне выдали сертификат на жильё. И всё! А без суда я бы ничего не добился. А потом, благодаря страховке, которую я получил, я сделал за границей операцию по своему заболеванию.

...Эти документы из БВМИ я увидел случайно. Поднял постановления правительства о том, кто может получать звания. И сделал вывод, что Борисенко не может быть доцентом. Самое интересное, что он доцент кафедры, которой в БВМИ не существует.

Других обстоятельств получения липового, по его мнению, диплома - Ребенко не назвал. Объективности ради я решила обратиться к самому В.М. Борисенко. Позвонила в приёмную председателя флотского суда, и Виктор Мефодьевич любезно пригласил меня на улицу Артиллерийскую, 21, где теперь находится его резиденция.

“У меня всё задокументировано!”

Попасть в красивое розовое здание, где обосновалась флотская Фемида, оказалось делом непростым. Ворота кованой ограды были на замке. Связь с обитателями - через домофон. За входной дверью посетителей встречает охрана контрольно-пропускного пункта. Выяснив цель визита, меня сопроводили в приёмную председателя.

- А я ждал чего-нибудь подобного, - сказал Борисенко, встречая меня у порога своего кабинета. - Я семь лет был членом высшей коллегии судей Российской Федерации. И знаю, насколько это щепетильное дело. С момента приезда сюда в 1989 году я веду папку. Сохраняю всё - даже чеки, по которым делаю ремонт в квартире. Потому что должность у меня такая!

К примеру, кому-то будет неугодно судебное решение, и на судью можно сделать навет и бросить тень. Я вам покажу личное дело, где всё задокументировано.

Виктор Мефодьевич достал из шкафа увесистую папку с бумагами.

- Вот, посмотрите. В мае 1998 года я обратился к начальнику БВМИ с рапортом - допустить меня к преподаванию в институте. Начальник кафедры вынес решение: допустить к преподаванию дисциплины “правоведение”. Здесь все документы, которые были подготовлены институтом и направлены в высшую аттестационную комиссию, где решался вопрос о присвоении учёного звания доцента. К примеру, приказ от 10 сентября 1998 года: “допустить и установить учебную нагрузку”.

Поскольку я не входил в преподавательский состав, приказы издавались отдельно - за 1999, 2000, 2002, 2003 годы... Если нужны работы, которые я использовал в процессе преподавания, у меня и это есть.

Генерал Борисенко принёс стопку с книгами, журналами и научными статьями, автором и соавтором которых он является.

- Все эти материалы запущены в учебный процесс и используются. К примеру, очень нужная монография - о защите прав военнослужащих. Такие книги, как “Преступления против военной службы”, “Судебная защита прав военнослужащих”, “Практика судебной защиты конституционных прав военнослужащих”, очень нужны. К сожалению, военные командиры не доводят до служащих их права.

Мы впервые подняли вопрос о том, чтобы к дисциплинарной ответственности военнослужащих (к примеру, на 15 суток командир мог сам арестовать подчинённого) привлекали только по решению суда.

Я даже храню материалы, которые использовал при педагогической деятельности.

Виктор Мефодьевич демонстрирует мне учебные планы практических занятий, вопросы для контрольных, ведомости приёма зачётов у курсантов.

- А сейчас я преподаю спецкурс на юридическом факультете университета имени Канта, являюсь председателем комиссии по приёму экзаменов у заочников.

- Скажите, а откуда взялась кафедра международного морского права, по которой вам выдали аттестат доцента. Ведь такой кафедры в БВМИ просто нет!

- Дело в том, что по кафедре №10 института имени Ушакова нельзя присваивать звание доцента юридического профиля. Поэтому военно-морская академия Санкт-Петербурга ходатайствовала о присвоении мне звания доцента по их кафедре. Это соответствует правилам, иначе бы ВАК мои документы не рассматривал.

“Мы подключили милицию и ФСБ”

- Думаю, это письмо к вам попало не без участия Гиряева, - заметил Виктор Мефодьевич. - Вы, наверное, в курсе того, что он незаконно получил звание доцента. Мы это дело вскрыли, и я поставил вопрос о прекращении его полномочий как военного судьи.

Гиряев долго ходил за мной и уговаривал, чтобы его простили, сняли с него обвинения... Но мы довели дело до конца. Восемь месяцев вели проверку, даже подключали ФСБ. А нам в процессе проверки противодействовали.

Для нас было главным установить, вылетал он 9 сентября в Москву для получения диплома или нет. В тот день, когда он расписался в ВАКе о получении диплома. Даже в “Калининград-Авиа” нам не хотели давать сведения о том, что он летал самолётом в Москву. А копию авиабилета мы получили через МВД. Как оказалось, Гиряев покупал билет по дипломатическому паспорту. Мы запросили МИД, и нам подтвердили, что это его паспорт. После чего рассмотрели дело на квалификационной коллегии. Гиряев подал кассацию в Верховный суд, но он оставил решение в силе. Сейчас мы начинаем процедуру увольнения судьи Гиряева.

Знаете, мне даже звонили по телефону, требовали снять представление о лишении Гиряева судейских полномочий. Предупреждали: типа, мы тебя в покое не оставим.

- Кто же вам угрожал?

- Он не представлялся. Но уже после того, как решение Верховного суда вступило в законную силу, Гиряев написал жалобу в квалификационную коллегию. А недавно мне звонил: дескать, открылись какие-то новые обстоятельства. Но, полагаю, это не будет основанием для отмены решения, подтверждённого теперь уже Верховным судом.

Деятельное раскаяние

- А вы знаете что-нибудь о том человеке, который подарил диплом Гиряеву?

- Был такой капитан Лапин, который работал в БВМИ имени Ушакова. Он и занимался оформлением этих дел. Минуя необходимую процедуру, учёный совет, он представлял документы в Москву - в ВАК.

- Как же ему удавалось оформлять документы? Ведь нужны подписи начальства, печати...

- Этого я не знаю. БВМИ дал ответ, что ничего не оформлял. Но ВАК рассматривал представления и выписывал дипломы. А началось всё с того, что года четыре тому назад офицер (капитан 1 ранга) нашей поликлиники №40 обратился к начальнику с просьбой об оплате за звание доцента. И начальство заинтересовалось, откуда у него диплом.

Началась проверка. Тогда и выплыл Гиряев. Уголовное дело поступило к нам на кассацию, я начал его изучать и увидел там фамилию нашего судьи - Гиряева. Он объяснял всё так. Ему Лапин принёс диплом, он сразу сообщил об этом в прокуратуру, а потом поехал в Москву и сдал.

Но на самом деле всё было по-другому. Гиряев долгое время выжидал, потом приехал в министерство образования, сдал диплом. Но! Как пояснили работники министерства, требовал от них убрать запись о том, что лично его получил. Он ходил к трём работникам и настойчиво их уговаривал. Потому они его и запомнили, а потом при расследовании подтвердили этот факт.

- А самого Лапина осудили?

- Его освободили от уголовной ответственности - в связи с деятельным раскаянием. Есть такая формулировка. Дело расследовала гарнизонная прокуратура в 2005 году, и её это решение устроило. А решение принял Калининградский гарнизонный военный суд.

- Ведь было несколько дипломов? Кто их получил?

- Всех подробностей этого дела я не знаю. Было сообщение министерства образования о признании недействительными дипломов, якобы полученных через БВМИ.

...Напоследок мы прогулялись по недавно отремонтированному зданию суда. Его шикарные коридоры с блестящими полами из дорогой плитки были пусты. Пустовали и залы заседаний. Меня удивила оглушительная тишина, которая царствовала в суде. Казалось, есть в ней какой-то скрытый смысл. Хотя, наверное, всё намного проще. В этот день здесь просто никого не судили.

О. Рамирес


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.




Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *




ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля