Новые колёса

“БОЛЬНОЙ УДАРИЛ МЕНЯ ПО ЛИЦУ”.
Почему “жёлтый дом” не стал родным для доктора Полевого

Доктор Полевой не любил, когда его подопечных называли психами, а заведение - дурдомом. И однажды, после серии публикаций о пациентах психиатрической больницы, сам позвонил в редакцию нашей газеты. Мы договорились, что он ответит на все вопросы.

“Я бы уже был весь в золоте”

- Как ловят психов? Ваши сотрудники ездят по улицам и специально их отслеживают?

- Во-первых, существует закон РФ “О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании”. В нём чётко обозначены права, обязанности и возможности - как врачей, так и граждан. Мы не имеем права даже обследовать человека по какому-то звонку, письму без его согласия. Если человек хочет обследоваться - ради Бога; если нет - только с санкции суда.

- От чего начинаются психические расстройства!

- Хо-у! Если бы знать! Я бы уже был, наверное, весь в золоте. И имел Нобелевскую премию. Если бы знать, с чего они начинаются!

- Как вы оцениваете состояние наших ребят, побывавших в Чечне?

- Я считаю, что у них надорвана психика. У многих. У большинства даже.

- Вы сами когда-нибудь проходили курс лечения у психиатра?

- Хм-м, к счастью, нет. Пока.

- Работа с душевнобольными не отражается на вашем характере! Не кажется ли вам, что вы от них “заражаетесь”?

- Психические заболевания не имеют инфекционной природы. Они, душевнобольные, незаразны. Но какой-то отпечаток, наверное, остаётся. Вам со стороны виднее.

Клеймо психа

- Часто бывает, когда здорового пытаются выдать за умалишённого?

- Нет такого.

- Но ведь приходится же с людей снимать клеймо психа.

- Да, у нас есть комиссия врачей, которая занимается снятием с диспансерного учёта. После выхода закона ежегодно снимается огромное количество людей, которые раньше наблюдались в психбольнице. Они переводятся в консультативную группу учёта. Что значит “клеймо психически больного”? Если есть болезнь, то она - есть. Если нет, то зачем наблюдаться у психиатра?

- Куда следует обращаться, чтобы добиться отмены насильно вменённого диагноза?

- В суд. Там назначают экспертизу. Но пока не было прецедентов, чтобы наши диагнозы отвергли.

- Вас просили, например, из УВД, прокуратуры или администрации области упечь какого-то гражданина в “жёлтый дом”?

- Нет, нет, нет. Мы все ходим под статьёй Уголовного кодекса. Раньше бывали такие моменты. Но в моей личной практике такого не случалось.

- А за деньги?

- Да за любые деньги! Это как? Кто мне будет платить? Администрация области? То, что было в других больницах, или в бывшем СССР, нельзя равнять. Другое дело, что в психиатрическую больницу попадали люди, которые могли бы лечиться вне больницы, не должны были находиться у нас. Раньше была такая практика: перед коммунистическими праздниками психиатров убеждали, чтобы пациентов с антисоветскими тенденциями они госпитализировали.

Голосуют на выборах

- Ваши пациенты голосуют на выборах?

- Да.

- За кого ваша больница голосовала?

- У нас четыреста с лишним работников, 356 пациентов. Я не знаю, кто из них за кого голосовал, не контролировал.

- Вы голосовали за самого нормального?

- Не знаю. Исследования кандидатов у нас не проводились.

- Но чем-то вы руководствовались?

- Чем-то. Психиатрическую практику не применял. Я просто смотрел по программе.

- Вы можете по внешнему виду, по манере разговаривать и жестикуляции определить у человека отклонения в психике?

- Это основной наш метод. Мы же не можем залезть в голову инструментом.

Вышла замуж за пациента

- Вы лечите людей с нетрадиционной сексуальной ориентацией? И вообще, на ваш взгляд, это считается отклонением?

Давид Полевой

- Я считаю, каждый имеет право выбора. (Давид Абрамович подошёл к зеркалу, осмотрел себя и причесался). Преследование человека за неординарную ориентацию - это не правильно. У нас такие пациенты не лечатся.

- А сами вы кого предпочитаете: мужчин, женщин или и то, и другое?

- Ха-ха! По-вашему, на кого я больше смахиваю? Конечно, люблю женщин. Я, это самое, ха-ха!

- Не пыталась ли какая-нибудь пациентка вас соблазнить?

- Не-а. (Смеётся). Не пыталась. Пациентка не пыталась...

- Были ли случаи, когда ваши сотрудники склоняли к сожительству своих пациентов?

- О-хо-хо-хо-хо-хо-хо! Знаете, мне неизвестно. Знаю, что у меня есть такие сотрудники, которые живут со своими бывшими пациентами. Есть медсестра, которая вышла замуж за пациента, и они прекрасно живут.

“Закосить под шизу”

- Что вы чувствуете по отношению к пациентам?

- Сострадание, в первую очередь. Желание помочь.

- Возникало ли желание избить кого-нибудь из них?

- Иногда вызывают раздражение. Но это сиюминутное.

- Долго хранится карточка больного?

- Двадцать пять лет.

- Что вы будете делать, если к вам попадёт пациент, у которого диагноз не подтверждается?

- Что мы видим, то и пишем. Плевать, что было раньше. Каждый врач отвечает за свою деятельность. Мы не можем идти по стереотипу.

- У меня есть знакомый, который “закосил под шизонутого” и избежал армии, благодаря сфальсифицированной справке из “жёлтого дома”. Где он мог взять её?

- Справку он не мог взять. Он мог пройти обследование. Без этого справку не дают.

- А купить?

- Спрашивайте у него.

Немцы убивали душевнобольных

- Пациентов долго держат в палатах?

- Что значит в палатах? Привязанными к стене что ли?.. Ну, в среднем, 67 дней. Но бывает, человек пролежит неделю или месяц. Всё зависит от состояния. Бывает, человек лишился социальных связей, не имеет родственников. И его нельзя перевести в дом-интернат для психохроников. Где ему находиться? У нас есть люди, которые годами лежат. И два, и три, и пять лет.

- А десять лет?

- Десять? Сейчас - нет. Мы переводим хроников в больницу, в которой люди лежат десятилетиями, всю оставшуюся жизнь. В области есть интернат на тысячу коек. А куда их девать? Убивать что ли? Это немцы убивали душевнобольных.

- Гуманно усмирять пациента физически?

- Я так не считаю. Что такое усмирять пациента физически? Допустим, человек возбуждённый. Подойти, дать ему в лоб и утихомирить таким образом? Так это просто преступление.

- Лишаете ли вы душевнобольных, в наказание, пищи?

- Да вы что?! В угол поставить на кукурузу что ли? Или отлупить? Да вы что?! Это что, исправительное учреждение какое? Это - в карцерах. У нас такого нет!

Девочки с девочками

- Появились ли среди ваших бывших или настоящих пациентов друзья?

- Нет. Но я со своими пациентами всегда дружелюбен. Общаюсь, если где-нибудь встречу в городе.

- А разрешается ли пациентам вступать между собой в сексуальные контакты?

- Мальчики с мальчиками? Девочки с девочками? Могут! Но для этого персонал есть. У нас санитары и санитарки не для того, чтобы швабрами мыть полы, а для того, чтобы наблюдать за больными. Перед туалетом - пост, чтобы там не происходили те самые контакты, о которых вы спрашиваете.

- Распространено мнение, что у психов ярко выражены половые инстинкты. По крайней мере, сильнее, чем у здоровых людей...

- Ерунда всё это.

Врачебная тайна

По словам Полевого, в его больнице находится лишь малая часть больных. Остальные - вольные птицы, те, кто когда-то перенёс приступ шизофрении и не требует постоянного наблюдения.

- Если они сами не приходят, их никто не трогает. Захотят провериться - пожалуйста. Ведь это лучше, чем ходить к экстрасенсам, шаманам. Были случаи, когда после разных целительных курсов, чёрт-те знает каких, к нам попадали люди в тяжёлом состоянии. Здоровые граждане после контактов с кудесниками, грубо говоря, трогались рассудком.

- Чаще всего граждане каких профессий становятся вашими пациентами?

- Любых.

- Кто из знаменитых людей Калининграда у вас “обслуживался”? Или продолжает...

- Неэтично называть эти фамилии. Да и никто не упразднял врачебной тайны.

- Значит, можно предположить, что какую-то руководящую должность занимает психически неуравновешенный человек?

- Ваше право предполагать всё, что угодно. Могу сказать, что к нам обращались преподаватели вузов, лежали здесь. Есть и достаточно известные люди, но это не мешало им занимать свою должность.

Железные нервы

- Много желающих работать в психбольнице?

- Вакансий нет. Проблема только с младшим медперсоналом.

- Какое образование надо иметь?

- Врачам - высшее медицинское, специализацию по психиатрии и сертификат. Медсёстрам - среднее специальное медобразование и подготовку по психиатрии на курсах.

- А здоровье?

- Железное. Нервы - железные. И самое главное понимать - имеешь дело с Богом обделёнными людьми, то есть любить своих пациентов.

- Кем финансируется больница?

- Областным бюджетом.

- И как, денег хватает?

- Это вообще риторический вопрос. Финансируемся мы крайне плохо. У нас такая категория больных, что мы не можем им объявить о трудностях, как в некоторых других больницах. Мы должны обеспечить их от стирального порошка до трусов. В этом смысле нам крайне тяжело. У нас платных услуг нет, только профосмотры. Управление здравоохранения сейчас вроде повернулось к нам лицом...

Поймать кайф

- Ваши подчинённые употребляют психотропные препараты? Ведь в больнице много наркотических лекарств...

- Если такое появляется, то мы с такими лицами расстаёмся. Единичные факты были. Мы ведь, принимая на работу, не знаем, кто он и что.

- Какие препараты применяют врачи для лечения пациентов?

- Их очень много. Могу предвосхитить ваш вопрос: есть ли препараты, которые могут сделать здорового нездоровым? Или больше интересует наркотическая зависимость? В принципе, наркотическими препаратами мы не лечим. Есть такой препарат циклодол. Его многие наркоманы применяют, в больших количествах, чтобы поймать кайф. Элениум, реланиум мы применяем тоже, но только в лечебных целях.

- Можно ли умышленно, за деньги, как бы по халатности персонала, сделать так, чтобы человек здесь умер? Как-то подтолкнуть к этому. Делают так ваши подчинённые?

- Знаете, в принципе, теоретически может быть всё, что угодно. Практически я не могу это допустить. Потому что убийство... У нас таких случаев не было.

Выбросился из окна

- За время вашего руководства “жёлтым домом” были ли случаи, когда пациенты кончали жизнь самоубийством?

- Крайне редко, были. Для нас это - ЧП. Был случай, когда с третьего этажа во втором мужском отделении больной вдруг резко возбудился и выбросился в окно. У нас стекло - сталинит, небьющееся. Но рама не выдержала. И он вылетел вместе с рамой. На стекле - ни трещинки, а пациент погиб.

- На окнах же вроде решётки...

- Был период, когда считалось, что это признак тюремного. Но после того случая я решил, что пусть будет признак чего угодно. Но если бы тогда была решётка, то, быть может, он не погиб... Был случай, одна пациентка повесилась на простыне в палате. Но это уже по недосмотру персонала. По халатности санитарки. Естественно, потом были прокурорские расследования. Но это психбольница. Такое иногда случается, к сожалению.

Враги среди пациентов

- Бывают нападения на врачей?

- Крайне редко. Серьёзных не было. Хотя в Москве имеются такие прецеденты, что врачей убивали психически больные. У нас бывает, медсестра подойдёт к больному, не прочувствовав его напряжения, слишком близко, без сопровождающего санитара. Больной может толкнуть, ударить. И меня били в своё время. Меня лично больной ударил только потому, что я повернулся к нему спиной. Он счёл это не совсем правильным поведением. И ударил меня по лицу. Это было где-то в 1978 году.

- Ваши сотрудники проходят подготовку для работы с душевнобольными? Например, тренируются в спортзале...

- Спецподготовки нет. Да и у нас преимущественно женщины работают. Физическая подготовка не нужна. Существуют определённые предостережения, как поступать с теми или иными больными в случаях нападения.

- Какие средства самозащиты?

- В отделении работает не один человек. Да и больные к медикам, людям в белых халатах, относятся достаточно терпимо.

- У вас, Давид Абрамович, есть враги среди пациентов?

- Конечно.

- После их выхода из больницы они вас не поколачивают?

- Нет.

Протест нагишом

- Больше стало психов после того, как развалился СССР?

- Нет. Больше стало нервно-психических расстройств пограничного типа, больше депрессий. Мы живём в хроническом стрессе.

- Если гражданин окажется на улице города абсолютно голым, ваши работники отправят его в психбольницу?

- Чего-чего-чего? Голым? Ну и что?! Почему наши работники? Это должна милиция решить, что с ним делать. Может, он хулиганит, а может, протестует против чего-то. Это дело не психиатров. Мало ли кто раздевается. Вообще, я хочу, чтобы читатели поняли, что мы лечебное, а не карательное заведение.

- Как часто бывают вызовы?

- Полно! Статистику вам покажет главврач “Скорой помощи”. К нам же в день 3-5-7 человек прибывает, но случается, никого не привозят. По-разному. Нельзя алгоритм какой-то чёткий высветить. Да и не каждое состояние возбуждения требует психиатрической помощи. Это могут быть и хулиган­ские побуждения, и пьяные выходки. Кстати, из всех лиц, совершивших самоубийство (а наша область сейчас начинает лидировать в России), из них только чуть больше 20% были психически больные.

- А если человек грозится что-то взорвать, разбить?

- У нас существует бригада скорой психиатрической помощи. Если в “скорую” поступает вызов о том, что кто-то ведёт себя слишком возбуждённо, то бригада сразу определяет: болен он или нет. А то, что мы ездим и вылавливаем? Так это фантазии. Это собак бродячих вылавливают...

Немножечко не в себе

- Бытует мнение, что людям, проработавшим в милиции больше 5 лет, кругом кажутся преступники. Вам не мерещатся на улицах “психи”?

- Нет, не мерещатся. Вообще, знаете, в молодости я интересовался историей развития психиатрии. И узнал, что многие известные психиатры сами немножечко не в себе. Ходит такое внутреннее, профессиональное мнение, что в психиатрию не просто так идут врачи. Идут либо разобраться в себе, либо раствориться в себе. У нас я ещё не видел психиатров, которым мерещились бы больные. Однако скажу, что профессия накладывает свой отпечаток. Общаясь с человеком, непроизвольно его анализируешь, как бы на автопилоте. Но если смотреть на всех, как на потенциальных пациентов, то тут недалеко и самому лечь на койку.

- Давид Абрамович, не кажется ли вам, что устами сумасшедшего глаголит истина?

- Нельзя так категорично заявлять... Хочу вас спросить: вы-то знаете, что в наше время является истиной? Всё ж перепуталось!

Пожелание силовикам

- Что бы вы как врач-психиатр пожелали нашим властям и силовым структурам?

- Только одного. Был я во многих странах, видел работу психиатриче­ских клиник. Хочу сказать: пока государство и власти не обратят внимание на психическое здоровье нации в целом, ничего не получится. А силовым структурам хочу пожелать исполнять закон так, как он пишется, а не так, как он трактуется.


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7601 2243 5260.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.




Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *




ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля


8 + 9 =