Новые колёса

“СУМЕРКИ БОГОВ” В КЁНИГСБЕРГЕ.
Знаменитая библиотека Валленродта сгорела во время бомбардировки города английской авиацией в августе 1944 года

Наша сегодняшняя “прогулка” - по Кёнигсбергу библиотечному.

Первая библиотека в Кёнигсберге была создана герцогом Альбрехтом, отличавшимся странной для экс-магистра Тевтонского ордена любовью к книгам и книгочеям. В 1534 году замковое книжное собрание стало первой публичной библиотекой в Европе! Раньше, чем знаменитая Бодлеиана в Оксфорде, - говорит специалист по истории края Николай Чебуркин.

Во дворце короля

Обложка книги из “Серебряной библиотеки”, около 1555 года

Хранителем “сокровищницы” герцог назначил Феликса Рекса, больше известного как Полифем (он вроде бы был одноглаз и уродлив, как циклоп). Не было открыто для широкой читательской аудитории только личное собрание герцогских книг - так называемая Серебряная библиотека. Впрочем, впоследствии и она стала частью Королевской библиотеки, куда с серьёзными научными целями мог прийти любой желающий.

В 1810 году Королевская библиотека переехала в Королевский дом на Кёнигштрассе, 65-67 (ныне - улица Фрунзе). Прежде это здание принадлежало канцлеру фон Оштау и было выкуплено в 1731 году у его вдовы королём Фридрихом Вильгельмом I, который приспособил роскошный дом под свой временный Кёнигсбергский дворец (для ночлега).

Через десять лет Фридрих II, снедаемый желанием поставить под ружье всех мужчин своего королевства, разместил в этом здании Военную школу. Которая в конце XVIII века была переведена в дом Артиллерийской коллегии, а в 1810-м - упразднена. На освободившиеся площади въехали Королевская, университетская, городская и Кейзерлингская библиотеки. В 1853 году в совокупности в их фондах насчитывалось 100 тысяч томов, в конце XIX века - 263.636. (В 20-х годах ХХ века Королевская и Кейзерлингская библиотеки “отпочкуются” от университетской и городской - и получат статус государственной библиотеки.)

Завещание канцлера

Новое здание объединенной Королевской библиотеки было построено на Миттельтрагхайм, 22 (ныне - ул. Пролетарская) и получило название “Книжный склад”. В 1908 году сюда перевезли большую часть знаменитой Валленродтской библиотеки.

...Канцлер Мартин фон Валленродт учредил её в 1629 году, завещав, что собрание книг должно всегда оставаться “за членами данной фамилии”. Сын канцлера Иоганн Эрнст, в юности посещавший лекции в Альбертине, учившийся юриспруденции и древним языкам, долго путешествовал по Европе и Северной Африке (избирая маршруты, мягко говоря, нетипичные для уроженца Восточной Пруссии, имеющего благородное происхождение и очень неплохие жизненные перспективы). Всю жизнь он неутомимо пополнял библиотеку отца. В 1650 году она была с величайшей осторожностью перенесена в две комнаты, приобретённые за счёт Кнайпхофского городского совета в южной башне Кафедрального собора. Туда же “переехали” все “сувениры” (так отец и сын называли пальмы, глобусы, статуи атлантов, картины).

“Прусская хроника” Хенрика Редена, 1626 год (страницы с описанием битвы при Грюнвальде). До 1945 года находилась в Валленродтской библиотеке. С 1947 года хранится в университетской библиотеке Торуни

Первая комната была расписана Грегором Сингкнехтом, вторая - оформлена Исааком Ригой, знаменитым резчиком по дереву, которой изукрасил её в духе барокко. Интерьер был исполнен такой мистически-тонкой привлекательности, что впоследствии Эрнст Теодор Амадей Гофман именно здесь “пустил бродить” своего архивариуса Линдгорста, заклинателя духов, героя романтической сказки “Золотой горшок” (хотя действие её происходило не в “городе К.”, а в Дрездене):

“Магический ослепительный свет распространялся повсюду, причём нельзя было заметить, откуда он шёл, так как не видно было ни одного окна <...> Из лазурно-голубых стен выходили золотисто-бронзовые стволы высоких пальм, которые сводили, как крышу, свои колоссальные блестящие изумрудные листья...”

Кстати, само это имя: Линдгорст - Гофман позаимствовал у кёнигсбергского городского секретаря.

В имении князей Трубецких

Теодор Готтлиб фон Гиппель

В 1673 году Валленродтская библиотека была открыта для публичного посещения. В 1721-м она стала муниципальной. В память обо всей семье фон Валленродт в Кёнигсберге этим именем была названа улица.

Во время бомбардировки города английской авиацией в ночь с 29 на 30 августа 1944 года практически вся библиотека Валленродта сгорела. Уцелевшие книги после штурма Кёнигсберга были вывезены в Москву. Точней, в Подмосковье.

Там, в бывшей церкви поселка Узкое (где когда-то находилось имение князей Трубецких) бесценные книги хранились абы как. И никого не интересовали - пока в середине 80-х годов их не обнаружила (в результате длительных поисков) тогдашняя заведующая музеем Канта в КГУ О.Ф. Крупина (ныне покойная).

Ольге Феодосьевне удалось вернуть в Калининград свыше 300 томов Валленродтской библиотеки, считавшейся безнадежно канувшей в Лету. Маленькая худенькая женщина ездила в Узкое во время своего отпуска, сама упаковывала книги и тащила их в Калининград на себе. Десятки килограммов! А потом бережно удаляла с переплетов пыль и грязь, трепетала над каждым листком раритета... Все издания пополнили книжное собрание КГУ (теперь - РГУ им. Канта).

Надо сказать, история многих библиотек Кёнигсберга писалась отдельными людьми. Магнус Иоганн Полиандер, советник герцога Альбрехта, завещал свои личные 1000 томов Альтштадту (впоследствии эти книги образуют “костяк” городской библиотеки). Советник герцога Иоганн Ломоллер отписал городу 300 томов, Государственный архив провинции Восточная Пруссия, ныне - областная научная библиотека. 1937 годбольшей частью - трудов знаменитых в то время юристов. В начале XVIII века архивариус Генрих Барс подарил Альтштадтской библиотеке 728 томов (это были книги библейского содержания). В 1837 году Теодор Готтлиб фон Гиппель (племянник прославленного литератора и друга Канта) передал туда же гравюры и книги, унаследованные им от дяди. В 1889 году свои личное собрание книг завещал библиотеке городской советник Хенше, а в 1907-м кёнигсбержец Рудольф Райке, многолетний исследователь философии Канта, подарил 2150 томов и 3250 рукописей, среди которых имелись весьма редкие.

В итоге - к 1930 году библиотечный фонд насчитывал 500 тысяч томов, 28 тысяч рукописей, 35 тысяч диссертаций, свыше 80 тысяч партитур музыкальных произведений. Накануне второй мировой войны книг было 685 тысяч, но прирастал фонд уже по преимуществу партийной литературой или “научно-популярными” произведениями, объясняющими суть и причины превосходства арийской расы над прочими.

Книги рвали на самокрутки

...Почти всё было уничтожено во время всё той же печально известной бомбардировки. Погибли также и городские архивы (гауляйтер Кох распорядился из Кёнигсберга их не вывозить, дабы “не провоцировать пораженческих настроений среди гражданского населения”).

После прихода к власти нацистов список “рекомендованных” к чтению книг неуклонно сокращался и, со временем, это не очень хорошо сказалось на сохранности замковых библиотек Кёнигсберга. На снимке: Калининград, развалины Королевского замка, 1967 год

“Добил” их штурм города. Отдельные уцелевшие книги были безжалостно разодраны победителями. Их разбирали на листки, чтобы сворачивать самокрутки. Их подбрасывали в костёр вместо дров - дабы сварить на “философском огне” походно-полевую кашу. Их сваливали в кучу в центре какой-нибудь комнаты в захваченном здании и поджигали, чтобы в отсветах пламени разглядеть, какими “серьезными” трофеями можно разжиться...

Впрочем, надо отметить, что в послевоенном Калининграде интерес к книгам был куда больше, нежели в Кёнигсберге. Так, если в 1932 году в городской библиотеке было 4534 читателя (имеются в виду те, кто брал книги на дом) и 7631 посетитель читального зала, а Государственная и университетская библиотеки имели 21036 читателей (на 400 тысяч населения), то в Калининграде, по воспоминаниям первых переселенцев, бешеный спрос на художественную литературу возник уже в 1946-м году! В разбитом, разорённом городе, где люди ходили по улицам как по минному полю, открылось несколько библиотек. Только в Балтийском районе их было три: на улице Киевской, на Кровельной и ведомственная - на судостроительном заводе (бывшем “Шихау”).

Три месяца в очереди

Да, конечно, книжный фонд наполовину состоял из “Краткого курса истории ВКП(б)” и биографии И.В. Сталина... но люди записывались в длиннющие очереди, чтобы прочитать, к примеру, “Виллу “Эдит”. Или военные рассказы Алексея Толстого. Или детективы - типа “Похождений Нила Кручинина”... А на селе библиотеки вообще становились средоточием культуры. Ведь СССР действительно был самой читающей страной в мире.

Вид на старое здание Кёнигсбергского университета со стороны Прегеля, 1920 год

Сейчас это воспринимается как сказка. Наши дети не понимают нас. Когда пытаешься рассказать, КАК это было: вот ты приходишь в библиотеку... и если ты пользуешься репутацией “настоящего книгочея”, библиотекарь предложит тебе на выбор один растрепанный томик из трех (бестселлер!)... и ты возьмешь его, а дома бережно подклеишь выпавшие страницы, подлатаешь переплет... И книги-то выбирались тогда именно по этому принципу: чем растрепаннее, тем лучше. Значит - интересно!.. А как объяснить, что можно было больше года (!) стоять в очереди на роман Булгакова “Мастер и Маргарита”? Так, чтобы раз в месяц по почте приходила открытка, где была бы написана одна-единственная строчка: “Ваш порядковый номер такой-то”.

А раз в три месяца нужно было являться на перерегистрацию лично. Не пришёл - из списка вычеркнут. Не вникая в детали. Заветный роман выдавали всего на три дня, но никто не задерживал возвращение (все знали: тот, кто следующий в очереди, может ведь сгоряча и “линчевать”).

А как передать, какое чувство ты испытывал, стоя перед книжной полкой и зная, что на руки тебе выдадут не более шести книг?! А значит, из многих сотен нужно выбрать эти шесть - и не ошибиться, потому что Настоящая Книга на полке может оказаться только случайно. “По жизни” она всё время “в полёте”... И если ты не увидишь её сейчас - ты рискуешь не увидеть её никогда... И совсем не понять современному тинейджеру, с каким ощущением “разлуки навечно” приходилось расставаться с книгой, “прикипевшей” к душе.

К “библиотечным ворам” книгочеи относились, как к конокрадам. Но скольких усилий стоило вернуть эту чёртову книгу, без которой ты, казалось бы, уже не мыслил своего существования!

“Песец котёнку”

Сегодня мне самой в это не верится - но накануне “сдачи” в библиотеку романа Снегова “Люди как боги” я проплакала над его страницами всю ночь. Прощаясь, точно с любимым. А было мне семнадцать лет - и, прощаясь с любимым, я ТАК не плакала.

Встреча в музее Канта КГУ с бароном Э. А. Фальцфейном (слева). Крайняя справа - О. Ф. Крупина. 18 июня 1990 года

...А все эти маленькие библиотечки - в общежитиях, при ЖЭКах, в плохо приспособленных помещениях, где пахло плесенью, пылью, мышами - и где в стопке приговоренных к списанию книг можно было наткнуться на сущее чудо?.. И лишь дойдя до последней страницы, понять, что чудо обернулось колоссальным разочарованием. Потому что последнюю страницу какая-то сволочь ВЫДРАЛА!..

Теперь таких библиотечек нет. И библиотекари “по призванию” вымирают как мамонты - на их зарплату не прокормишь и кошку. “Самая читающая в мире страна” таковой больше не является. Даже если условно считать читателями, всех, кто пожирает детективы Донцовой, листает гламурные романчики Робски... или расшифровывает очередной “код да Винчи”. Нет, мы, конечно, не японцы, отрешившиеся от собственной тонкой поэзии и философской прозы в пользу комиксов (“манга”). Мы - хуже. Потому что, по данным статистики, 59% населения России даже комиксов не читает. А остальные 41% - тоже не внушают особого оптимизма.

Сегодня в библиотеки ходят школьники, студенты (и то, если не нашли нужной информации в Интернете) и интеллигенты на пенсии. Остальные - пасутся в Сети. Или покупают книги в магазинах - где весь “товар” размещён не по законам, присущим книжному миру, а соответствии с правилами маркетинга и менеджмента.

Впрочем, это уже другая история. А от той, прежней, нам осталось разве что здание Прусского государственного архива на Хуфен-аллее, где до сих пор размещается Калининградская областная научная библиотека... и воспоминания о чужом прошлом. Близком нам, как своё. На протяжении веков немцы читали - или маршировали. И снова читали (что-нибудь типа “На западном фронте без перемен” Ремарка). А когда чтение стало “опасным” и потребовалось петь хором, ходить в ногу, заучивать наизусть изречения партайгеноссе и выполнять приказы, не раздумывая... вот тут и наступил “Gotterdammerung”. Что в переводе означает “Сумерки богов”. То бишь, “песец котёнку”.

Д. Якшина

Читальный зал Государственной и университетской библиотек, 1935 г.


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.




Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *




ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля