Новые колёса

РЕЦИДИВИСТ ИЗ КЁНИГСБЕРГА.
Пауль с детства промышлял контрабандой, сидел в тюрьме и был застрелен на границе

Онемеченный литовец

Пауль Дамавикас родился в 1909 году в небольшой восточно-прусской деревушке Русне, на берегу Куршского залива. Отец у Пауля был литовец, мать - немка. В тех краях это было обычным делом - 41% жителей составляли немцы, ещё 24% приходилось на так называемых “мемельландеров” (говорящих по-литовски, но считавших себя отдельной национальной группой) и 26% - были собственно литовцами.

В 1914 году, когда началась первая мировая война, Дамавикаса-старшего забрали в кайзеровскую армию. Вскоре пришло извещение о его гибели. Мать отправила Пауля к дяде в Кёнигсберг, где парень пошёл в гимназию - он проявлял большие способности к учёбе.

Затем Германия капитулировала, в стране началась революция, следом пришёл экономический кризис, и в городе жить стало совсем худо. А тут ещё дядя Пауля потерял работу, впал в жестокую депрессию и покончил собой - повесился.

В 1920 году Пауль вернулся в Русне, а через три года Лига наций (прообраз нынешней ООН) передала мемельский край Литве. Рядом с деревней, по одному из рукавов Немана пролегла государственная граница.

Рога и копыта

Контрабандисты, полиция и конфискованный спирт

Жизнь в деревне была трудная. Местные жители промышляли контрабандой. Зимой, когда река замерзала, крестьяне ездили по льду на другую сторону - в Восточную Пруссию. Оттуда в Литву везли велосипеды, спирт, рыбий жир. Пауль тоже поначалу “подрабатывал” по-мелочи. А когда юноше стукнуло 16 лет, он перешёл на более доходный промысел - контрабанду коровами.

В Литве коровы стоили около 600 литов, а в соседней Гемнании - целых 2.000. Проходила операция следующим образом: летом корове надевали на голову мешок (чтобы не пугалась), передние ноги ставили в одну лодку, задние - в другую. Ночью ждали на берегу сигнал от со­общников “с той стороны”, после чего перевозили животину через реку.

Зимой делали ещё проще: связанную корову клали на две доски и, как на санях, тащили по льду в Германию.

Пауль был везуч и ни разу не попался пограничникам.

Столица спиртовозов

Кёнигсберг. Хауптбанхоф (ныне - Южный вокзал)

Слава о “везучем пареньке” быстро пошла гулять среди контрабандистов. Вскоре к Паулю пришли “серьёзные люди” из Клайпеды.

- Хочешь зарабатывать в три раза больше, чем сейчас? - вальяжно развалился на стуле молодой человек в дорогом костюме. - Поехали с нами! Займёшься настоящим делом...

При этом гость перочинным ножиком аккуратно чистил апельсин - в то время символ жизни на широкую ногу. Дело в том, что в 1926 году сейм Литвы приравнял цитрусовые к предметам роскоши. Фрукты обложили огромной пошлиной, цены на апельсины взлетели до небес. Позволить себе такое лакомство могли только богатые люди.

Разве можно было устоять? Пауль согласился. Так он оказался в Клайпеде - “столице спиртовозов”.

Сумасшедшие барыши

В Клайпеде того времени из 140 тысяч жителей, как минимум, 10 тысяч жили контрабандой - доставляли морем спирт из “вольного города” Данцига. Там литр стоил 90 литовских центов, а в литовских магазинах цена держалась на уровне 17 литов. Прибыль - сумасшедшая!

В Данциге спирт грузили в небольшие быстроходные суда, зачастую зарегистрированные где-нибудь в Панаме или Турции, и доставляли к литовскому побережью. Ночью груз забирали лодочники. В их ряды и влился юный Пауль.

Скоро Пауль набрался опыта и “работа” у него пошла. После условного сигнала он вместе с “коллегами” выволакивал на пляж небольшую лодку. Народу, как правило, собиралось много - на 10 километрах побережья полиция насчитывала до 100 человек и более. Километрах в шести на якоре стоял “спиртовоз”. Лодочники устремлялись к нему, забирали спирт (до 1.600 литров за раз), возвращались и передавали груз “береговым”. Те везли контрабанду в глубь Литвы на машинах.

Зарабатывали контрабандисты немало. Если спирт арестовывали, ущерб брал корабль его доставивший. Более того, у контрабандистов существовала своеобразная касса взаимопомощи. Так, в 1926 году жителю Паланги суд назначил штраф в 10.000 литов, и он тут же в зале заседания их выложил на стол. Прожиточный минимум в Каунасе тогда составлял 129 литов в месяц.

Повышение квалификацииКонтрабанда была семейным делом

Масштабы контрабанды были впечатляющими. Только в 1925 году пограничники задержали 38 тысяч литров спирта, в 1926 - 78 тысяч! Однако, по подсчётам полиции, в их руки попадало лишь несколько процентов контрабандного спиртного.

В одну из ночей Пауль привычно причалил на своей лодке к “спиртовозу”, но тут появился патрульный катер. Началась паника, на берегу был виден свет прожекторов - пограничники ловили контрабандистов на воде и на суше. “Спиртовоз” обрубил якорь и бросился наутёк. Пауль успел перебраться на его борт из своей утлой лодчонки.

Утром парень был уже в Данциге. “Коллеги” Пауля не бросили. Его устроили в “школу”, которую содержали местные производители спирта. Молодой человек несколько месяцев “повышал квалификацию” - изучал морское дело, стрелял из револьвера и винтовки. После этого Пауль вновь принялся “за работу” - на катере под турецким флагом под названием “Хасан Бир”.

Задержанные контрабандисты и их товар

Морские баталии

Вместе с Паулем на “турецком” катере служили два фина, швед и немец. Работёнка была жаркая. Литовцы пытались перехватывать “спиртовозы” патрульными катерами. Часто “Хасан Биру” удавалось уйти от пограничников только с боем: команда отстреливалась из револьверов и винтовок.

Несколько раз разыгрывались настоящие морские баталии: Пауль и его друзья отбивались ручными гранатами и даже пулемётами. Но прорываться к литовскому побережью становилось всё труднее: помимо сторожевых катеров, Литва закупила старый немецкий миноносец, который получил название “Президент Сметона”...

3 ноября 1927 года “Хасан Бир” наткнулся в темноте на “Президента Сметону”.

- Заглушить моторы! - рявкнул с мостика миноносца литовский офицер.

В ответ команда “спиртовоза” открыла огонь. Пауль метнул гранату. На “Сметоне” раздались вопли: ранения получили командир и два матроса. Однако литовцы не растерялись и направили на контрабандистов пушку. Команда “Хасан Бира” сдалась.

Внизу - задержанные контрабандисты и их товар

Конец карьеры

Всех доставили на берег. Суд назначил Паулю наказание в виде 15 лет тюремного заключения.

Кёнигсберг, Прегель, набережная Кнайпхофа

Наказание Пауль Дамавикас отбывал в Клайпедской тюрьме. В 1939 году фашистская Германия отторгла “Мемельский край” у Литвы. В Клайпеде высадился десант с немецких кораблей. Пауля выпустили на свободу.

Дамавикас попытался найти старых товарищей-контрабандистов, но они почти все отошли от дел.

- После прихода Гитлера к власти немецкие погранцы вконец озверели, - жаловались приятели Пауля. - Убивают наших пачками. Слишком опасно стало заниматься этим промыслом...

Пауль вернулся в родную деревню. Мать его давно умерла, дом пришёл в негодность. Дамавикас пораскинул мозгами и решил, что без контрабанды он не выживет. А чем ещё было заняться? Не в полицию же идти служить...

Через год Пауля застрелил немецкий пограничник. Дамавикас пытался нелегально перетащить в Литву канистру со спиртом. К тому времени контрабанда на немецко-литовской границе окончательно захирела.

А. Захаров

Вверху - контрабандисты после работы. Внизу: охотник за контрабандистами - миноносец “Президент Сметона”


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.







ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля