Новые колёса

ПИВО РЕКОЙ В КЁНИГСБЕРГЕ.
Им поили даже беременных женщин и младенцев

...Наша сегодняшняя “прогулка” - по Кенигсбергу “пивному”. Общеизвестно, что практически 40% всех пивоваров планеты работают в Германии. В этой стране пьют пива больше, чем где бы то ни было. Оно является непременным и основным “участником” всех празднеств - и народных, и государственных.

На знаменитом фестивале Октоберфест немец надувается пивом так, что на его традиционных кожаных шортах (униформа праздника!) лопаются швы и разъезжаются молнии.

Но ведь и мы не отстаем! Мы - в смысле, калининградцы. На долю среднестатистического жителя Кёнига приходится (по самым скромным подсчетам) в пять раз больше этого хмельного напитка, нежели его принимает на грудь “материковый” россиянин. Наверное, это не случайно. За семь веков город пропах и пропитался пивом “настоящего немецкого качества” (как сказали бы сегодня). В апреле сорок пятого с пивным амбре засоперничал густой водочный дух. Но после недолгой борьбы пиво и водка пришли к компромиссу. Под названием “ёрш”. В смысле: “пиво без водки - деньги на ветер”.

Кстати, коренные жители Пруссии в этом деле тоже разбирались не слабо.

“Большая пьянка”

...Поселок Русское Зеленоградского района по-прусски назывался “Гирмова”, что переводится как “большая пьянка”. Или даже “запой”. Некоторые историки полагают, что причиной столь оригинального названия послужила близость деревни к огромному холму, где в древности было святилище бога Лиго.

Это языческое божество покровительствовало пьянству, плотским утехам и прочим радостям жизни. Раз в год тысячи любителей этих самых радостей собирались в окрестностях холма.

На белом коне к ним выезжала обнаженная жрица бога Лиго - самая красивая девственница Пруссии. Это служило знаком к раскупориванию бочек с пивом... Можно себе представить, что творилось ПОТОМ... (Забавно, что именно Гирмова-Гермау стал самым “русским” поселком в Калининградской области.)

Немцы-христиане, искореняя огнем и мечом языческие традиции, пиво любили не меньше пруссов.

...Праздники Пива в Кенигсберге проводили еще с рыцарских времен. Связывается эта традиция с подвигом простого ремесленника с острова Кнайпхоф - Ганса Сагана.

Когда участились набеги литовцев на Самбию, рыцари Тевтонского ордена издали приказ, по которому каждый город должен был сколотить отряд добровольцев-защитников. В эти отряды были набраны ремесленники - они не умели воевать, и хорошо обученные рыцари постоянно над ними издевались. Однако судьбе было угодно сделать так, чтобы в 1370 году, в легендарной битве у местечка Рудау (ныне пос. Мельниково Зеленоградского района), которая вполне могла закончиться победой литовцев! - спас ситуацию именно ремесленник.

“Черная кость”, кнайпхофский ученик башмачника, раненный в ногу, Саган сумел подхватить падающее знамя Ордена и издал победный крик, чем воодушевил рыцарей. Они предприняли контратаку - и битва закончилась победой Ордена. Ганс Саган стал настоящим героем. Его почитали все горожане - даже спесивые рыцари. Ему было даровано право раз в год приводить на пробу нового замкового пива своих друзей и угощать их - сколько пожелают.

Кроме того, в честь храброго башмачника каждый год, в очередной раз отмечая победу при Рудау, в Королевский замок стали приглашать простых горожан (человек триста) - на так называемую “круговую чарку”.

Из него варили супы

Пробовали пиво следующим образом: на деревянную лавку выливали из ковша новое пиво, и человек в кожаных штанах на нее садился. Если штаны прилипали к скамейке - все угощались пивком с большим удовольствием. Если “кожаный” вставал легко - пиво считалось плохим, и его выливали свиньям.

Немцы варили пиво из ячменя, хмеля и воды. Использование каких-либо добавок запрещалось. Исключение делалось лишь для целебных трав. Однако нередко пивовары увлекались такими “травами”, как анис, брабантская мирта, ольховые листья, имбирь, плющ, лаванда, мелисса, розмарин, листья персика и т.д., и т.п., что в сумме приводило к некоему наркотическому эффекту.

Кстати, дрожжи считались отходами (!) и в сегодняшнем своем “бродильном” качестве не применялись. В 1516 году в Баварии был принят закон, вскоре распространившийся на всей территории Германии и известный как “Rein-heitsgebot” - или “заповедь чистоты”. По этой “заповеди” уже нельзя было добавлять травы или, к примеру, смешивать ячмень и пшеницу. (Тем не менее, век развития пищевой химии наполнил “заповедь” новым звучанием. Теперь, если на немецком пиве указано: “Сварено в соответствии с Законом 1516 года” или просто “1516” - значит, при его изготовлении не использовались пищевые химикаты.)

...От пива кенигсбержцы буквально “фанатели”, говоря современным языком. Его пили мужчины и женщины, дети и старики, его поглощали беременные, им “пользовали” младенцев... Немецкие фрау умудрялись даже суп варить из пива! Вот один из традиционных рецептов: 0,5 л светлого пенного, 1 столовая ложка муки, 1-2 яйца, 1-3 столовые ложки сахара, гвоздика, корица, лимонная цедра... Пряности, лимонная цедра и мука смешиваются и всыпаются в кастрюлю с пивом. Все это доводится до кипения при постоянном помешивании. Яйца взбиваются с сахаром и тонкой струйкой вливаются в кипящее пиво. Айн-цвай-драй... и кушать подано. Битте-дритте.

А можно и еще проще: в обычный молочный супчик непосредственно перед употреблением плеснуть стакан пивка. Это блюдо считалось весьма полезным для мамочек с грудными детьми: эскулапы рекомендовали его для повышения лактации. Так что первые из 140 литров пива, которые употреблял в год среднестатистический житель Восточной Пруссии, всасывались еще с молоком матери - и это отнюдь не метафора!

Пруссак, баварец и шваб

Пиво в Кенигсберге было настоящим “демократизатором”. За столиком в излюбленном трактире запросто встречались представители самых разных сословий. Кроме разве что аристократов-латифундистов. Да еще и “аристократы духа” пиво не жаловали. Так, философ Иммануил Кант, обожавший вино, о пиве отзывался с презрением: “Пища дурного вкуса”.

Стоила эта “пища” тогда баснословно дешево - не более полутора пфеннингов за литровый ковш.

...Существовали целые пласты так называемого “пивного юмора”. Немцы, вообще-то относящиеся к жизни очень серьезно (русский юморист Аркадий Аверченко утверждал, что большинство немецких шуток не смешнее обычных долговых расписок), над своей приверженностью к “национальному напитку” охотно подтрунивали. К примеру:

“Пруссак, баварец и шваб сидят, пьют пиво. К каждому в кружку залетает муха. Пруссак выливает пиво вместе с мухой и требует принести ему новую порцию. Баварец пальцами вытаскивает муху из своей кружки и продолжает пить пиво. Шваб вытаскивает муху и заставляет ее выплюнуть пиво, которое она успела проглотить”.

Ясно, что это - образчик кенигсбергского юмора: никто не станет кидать торт с кремом в себя самого!

“За всё плачу!”

...Уже в средние века пивоварение в Кенигсберге было второй по важности отраслью после торговли. К 1700 году в городе действовали 250 пивоварен, к 1800-му - 300. Пиво разливалось в деревянные бочки и бутылки с керамическими пробками и развозилось на лошадях к местам продажи. Про “пивной алкоголизм” тогда и не слыхивали. (Впрочем, врачи-наркологи и сегодня считают, что есть просто алкоголизм - а “пивной” он, “водочный” или “а ля портвейн три семерки”, значения не имеет.)

Немцы пили регулярно, но умеренно. Самое сокрушительное действие пиво оказывало... нет, не на русских путешественников, как вы, вероятно, подумали, а на... обрусевших немцев. Известный русский репортер, часто бывавший в Кенигсберге, Валерий Немирович-Данченко (брат знаменитого режиссера) в конце ХIХ века писал:

“Русские теперь стали народом смирным, пьют себе пиво и на чужие зеркала смотрят довольно равнодушно. Зато “обрусевшие” немцы сейчас же по приезде сюда начинают знакомить своих соотечественников с прелестями благоприобретенной ими “восточной” цивилизации... Они и зеркала бьют, и целые кофейни с голоногими певицами откупают... и на улицах заводят скандалы с бюргерами, и по адресу их кувалдистых супруг посылают весьма непочтительные замечания и дополнения на русском диалекте, обыкновенно такого содержания, за которое почтовые управления не ответствуют...

Но при усвоенной ими ширине русской натуры и готовности все разносить, они не утратили чисто немецкого познания цен на продукты... Наш “господин Сиволапов” разобьет бутылкой зеркало - так хозяин требуй с него чего хочешь. Наш Сиволапов ранее своих поступков кричит: “За всё плачу!” Ну а обрусевший Шпейер или Миллер зеркало сломать-сломает, но не только не заплатит за него дороже стоимости, а норовит выгадать: зеркало-то ведь не новое, а старое - следовательно, 25 проц. долой...

Войну буйствующим Шмитам объявила кенигсбергская полиция: перебравших пива “шнельклопсов” она высылает обратно” (“Россияне в Восточной Пруссии”).

“Вольница” Понарта

...В 1849 году именно благодаря пиву произошла “урбанизация” Понарта - района вольного и мятежного, категорически не желавшего “сливаться” с Кенигсбергом (ныне Понарт - единственный в городе район, имеющий устоявшееся сокращенное название. Балтрайон. Самостийный, с “протестным” электоратом, обособившийся, как деепричастие). Столетиями понартские крестьяне спорили с магистратом, отказывались посещать кирху в Лебенихте, саботировали выплату налогов в городскую казну - короче, торчали у городских властей костью в горле. Но! Купец из Бадена Иоганн Филипп Шиффердекер открыл в Понарте пивоварню. И первым начал варить так называемое арийское пиво, которое вскоре было признано лучшим в Восточной Пруссии. А предприимчивый купец, получив статус “благородного человека”, быстренько скупил в округе землю, приобрел трактир, получил в наследство гостиницу и поставил производство “пива Шиффердекера” на широкую ногу.

Через десять лет Иоганн Филипп купил паровую машину аж в восемь лошадиных сил, что по тем временам было событием неординарным и прогрессивным. Чтобы обеспечить себя натуральным льдом и отказаться от льда шведского, удачливый пивовар приказал сделать из четырех рвов пруды. Так возникли Пейтайх, Вальпургистайх (позже засыпанные), Хубертаустайх и Шванентайх (Лебединый пруд, ныне - озеро Летнее). Берега Шванентайха стали излюбленным местом прогулок жителей Понарта, хотя купаться в пруду категорически запрещалось (и от посягательств его стерег вахтер с огромным свирепым догом).

...Через некоторое время у Шиффердекера появились конкуренты: в 1871-ом году общество десяти купцов Кенигсберга решило открыть еще одну пивоварню, где по австрийским рецептам варилось светлое пиво - хальбиер. Завод “Шенбуш” располагался там, где сейчас склады на ул. Камской.

Пиво Понарта побило все рекорды популярности в Германии. Согласно статистике, в 1860 году его было продано 20.000 тонн, в 1870-м - 34.000 тонны, в 1889-м - 90.000 тонн.

“Вольница” Понарта - с наивными законами, принятыми еще в ХIV веке, когда эта деревня была “ниспослана” шульце Конраду и этот самый шульце (староста) постановил: “Пить пиво можно. Но если перебрал лишку, отдай все свое пиво бедным” - эта вольница кончилась. Сюда отовсюду съезжались рабочие с семьями, и в считанные дни на месте бывшей “независимой” деревни образовался целый индустриальный квартал. Как на пивных дрожжах вырос!..

“Жигулевское” по-немецки

В 1910 году был основан пивоваренный завод “Остмарк” - первоначально “Кенигсберг брауэрай в Девау”. Предприятие создавалось на паях акционерами и специализировалось на светлом и темном пиве, которое варилось строго по старинным рецептам.

Завод продолжал работать и во время Второй мировой войны. Когда в апреле 1945-го начался штурм Кенигсберга, вошедшие на территорию “Остмарка” разведчики увидели большие деревянные бочки с пивом, готовые к продаже.

Двор Королевского замка. Ресторан “Блютгерихт”. Здесь пиво тоже текло рекой

Сразу после войны предприятие возобновило деятельность и долгое время радовало население Калининграда отменным “Жигулевским” - такой же приметой времени, как и салат Оливье в большом тазике и колбаса по два двадцать.

Впрочем, бывший “Остмарк” занимал вторую позицию: крупнейшим в Калининградской области являлся пивоваренный завод в поселке Железнодорожном. Будто бы там еще долгое время после войны всем производством заведовал немец, “перекрасившийся” (не без помощи советского руководства завода) в литовца и посему благополучно избежавший депортации. “Жигулевское”, производившееся в Железнодорожном, разлеталось в мгновение ока - знатоки “чувствовали разницу”.

А потом немец умер... Пиво тотчас “испортилось” - видимо, работяги нарушили магическую формулу соотношения составляющих... Проще говоря, стали бухать побольше воды... А с приходом рынка завод начали передавать из рук в руки “инвесторы”: москвичи, калининградцы, петербуржцы... В итоге предприятие обанкротилось, оборудование было растащено, а “шикарный” (по выражению старожилов) пивзавод превратился в руины.

Внучата Мюнхаузена

...”Остмарк” шлепает так называемое “ народное” пиво марок “Три медведя”, “Доктор Дизель”, “Пит” (российские бренды), “Остмарк” и “Кенигсберг” (местное ноу-хау), потеснив с калининградского рынка польское “ЕВ” (рекламные щиты с пикантным слоганом “Время ЕВ” практически канули в Лету).

Не обошлось без приколов. Так, из Калининграда в немецкий город Боденвердер была отправлена 100-литровая бочка нашенского пивка. Инициаторы акции - клуб “Внучата Мюнхгаузена”. Будто бы означенный барон дважды - в 1737 и 1750 г.г. - побывал в Кенигсберге и абсолютно потерял голову от здешнего пива. И однажды, хлебнув его изрядно, не нашел трех талеров, чтобы расплатиться в кабачке близ Росгартенских ворот.

С ХVIII века знаменитый барон числился в этой пивной злостным должником - и лишь два года назад бургомистр Боденвердера Герберт Бреккель расплатился за своего легендарного земляка, вернув талеры нынешнему хозяину ресторана.

“Внучата Мюнхгаузена” (существующие в природе уже несколько лет и кропотливо собирающие факты пребывания барона в Кенигсберге) решили сделать ответно-любезный жест - и презентованная бочка попала в Боденверден аккурат к открытию туристического сезона. И на одной из площадей города любой желающий мог отведать нашенских “Трех медведей”. Бесплатно. За здоровье Мюнхгаузена.

А если серьезно - совсем недавно сделку по приобретению компании “ПИТ” завершила голландская “Heineken”. Сумма сделки (по всему холдингу, куда входят три пивоваренных завода - в Новотроицке, Хабаровске и у нас, а также 24 филиала дистрибьюторской компании по всей России) составила $560.000.000. Вроде бы концерн не планирует снимать с производства какие-либо брэнды - как, впрочем, и не собирается запускать в Кёниге линию по производству пива марки “Heineken”. По крайней мере, пока.

Мамаша с бутылкой

Ну да хуже не станет.

...Хуже - другое. Может, прежние немцы, всасывая пиво с грудным молоком, делались от этого лишь здоровее и крепче... Но сегодня в Европе действует строжайший запрет на употребление даже слабоалкогольных напитков лицами, не достигшими совершеннолетия. В Германии отца, угостившего пивком своего четырнадцатилетнего (!) сына, запросто могут оштрафовать на весьма кругленькую сумму. Подросток, пойманный на улице с початой банкой пива в руке, с точки зрения тамошнего законодательства, приравнивается к мелкому хулигану. И отвечает соответственно. Не одной сотней ЕВРО.

А у нас... мамаша, одной рукой толкающая коляску с младенцем, а другой - подносящая ко рту бутылку пива; десятилетний пацан, высасывающий на глазах у всего честного народа банку за банкой; ученики, освежающиеся “Балтикой” на переменке между уроками - вполне обычное явление. Способствует ли это укреплению здоровья нации? Едва ли. Все-таки пиво современное - далеко не тот “натурпродукт”, который потребляли наши (в смысле, “ихние”) предки, заедая его сосисками с кислой капустой. Да и мы, прямо скажем, не те... А дети наши - тем паче.

Но... кого это, собственно, волнует? У нас и “однорукие бандиты” торчат почти на всех автобусных остановках - к услугам несовершеннолетних! Разрушая их психику и калеча души. Впрочем, это уже совсем другая история. В Кенигсберге “одноруких бандитов” (в нынешнем смысле этого слова) не было. И пиво ИМ, жителям ТОГО города, приносило лишь удовольствие... Ну а наши “прогулки” продолжаются. Следующий маршрут - Кенигсберг “винный”.

Кенигсберг ведь не только “родина слонов” и электричества. Как выяснилось, здешнее вино считалось одним из лучших в Германии. Если не в целой Европе... Будто бы здешнее белое могло соперничать изысканным букетом с французскими и испанскими сортами. “Погуляем” - посмотрим.

Д. Якшина


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.







ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля