Новые колёса

ПЕРВЫЙ КАЗАК КЁНИГСБЕРГА.
Как Макс Ильген стал лихим прусским атаманом

Сын мясника

Макс Ильген родился 13 апреля 1894 года в Кёнигсберге - в семье мясника. Парень с ранних лет помогал отцу - любил разделывать туши. С той поры он пристрастился к жареному мясу и привык к виду крови.

Макс Ильген

В первую мировую войну Макс ушёл добровольцем на фронт - дослужился до лейтенанта. В Веймар­ской республике бывший фронтовик работал в полиции. А когда к власти пришли фашисты, Ильген снова поступил на службу в армию. Ярому стороннику нацизма сразу же присвоили звание майора. А в 1936‑м Макс уже стал подполковником.

Началась вторая мировая война и карьера бывшего мясника пошла в гору ещё стремительней. В феврале 1942 года Ильген командовал пехотной дивизией в чине генерала.

Но звёздный час Макса наступил позднее - в августе 1943-го. Немецкому командованию требовались толковые каратели для борьбы с советскими партизанами. Кандидатура Ильгена подходила как нельзя лучше. Его отправили на Украину - командовать 740-й казачьей бригадой особого назначения.

Кёнигсберг, Штайндаммские ворота

Любо, братцы!

740-я бригада была одним из многочисленных казачьих соединений, состоявших на службе Вермахта. Здесь служили выходцы с Дона и Кубани, которые во время немецкой оккупации добровольно встали на сторону фашистов. Таковых оказалось немало - около 160 тысяч советских граждан, потомственных казаков.

Кёнигсбергская молодёжь, вдохновлённая идеями нацизма, гуляет по городу. 1940 год

- Вдохновлённые призывом нашего атамана Краснова, - писал казачий генерал Шкуро, - мы, штаб Войска Донского, обращаем свой призывной клич к станицам Тихого Дона, Кубани и Терека. Пpокpичим казачьим “Ура!” славу Германской армии и великому вождю - Адольфу Гитлеру. С нами Бог...

Откликнувшиеся на призыв встали под знамя со свастикой и давали присягу:

“Обещаюсь и клянусь всемогущим богом, перед святым евангелием в том, что буду вождю Новой Европы и германского народа Адольфу Гитлеру верно служить, и буду бороться с большевизмом, не щадя своей жизни, до последней капли крови. Все законы и приказания от поставленных вождём Германского народа Адольфом Гитлером начальников, отданные, по всей силе и воле исполнять буду!”

В общем, генерала Ильгена казаки встретили дружными криками “Любо!”

Жиды и хохлы

Николай Кузнецов

Новая должность оказалась весьма хлопотной. 740-я бригада дислоцировалась в западно-украинском городе Ровно. Окрестности были наводнены советскими партизанами, в населённых пунктах действовали большевистские подпольщики. Казакам работы хватало! Карательные операции на Украине следовали одна за другой.

Немецкое командование станичникам доверяло. Они отвечали взаимностью. Однако искоренить “большевистскую заразу” никак не удавалось. Партизаны дрались отчаянно - казачки приуныли. Они с ностальгией вспоминали славные деньки, когда охота шла в основном на евреев. Вот где довелось вволю пострелять “жидовское отродье”!

Практически всех евреев “вычистили подчистую”. Теперь предстояло воевать в лесах - с местными “хохлами”, отлично знавшими каждый кустик и тропку.

Приходилось стараться. Тем более что “атаман” Ильген всеми силами стремился достичь победы и не давал своим казакам спуску.

Истинный ариец

Днём 15 ноября 1943 года у дома генерала Ильгена в Ровно остановился чёрный немецкий автомобиль “Адлер-Триумф”.

Пауль Зиберт (Николай Кузнецов)

Из машины вышел высокий белокурый офицер Вермахта с погонами обер-лейтенанта на плечах - настоящий ариец! За ним следовал солдат с автоматом и водитель. Все трое, не спеша, поднялись на крыльцо, где стоял часовой - казак Евтей Луковский.

- Ист генераль цу хаузе? - сурово спросил обер-лейтенант. - (Генерал дома?)

- Не понимаю, ваш сковородь, - развёл руками Евтей.

Офицер брезгливым движением руки отодвинул казака и вошёл в дом. В комнате обер-лейтенанта встретил генеральский денщик Михаил Мясников.

- Господин обер-лейтенант! - вытянулся в струнку денщик. - Господина генерала нет дома! Будете ждать, или прикажете передать?..

Договорить Мясников не успел - ему в грудь упёрлось дуло пистолета.

- Тихо! - спокойно произнёс “ариец” на чистом русском языке. - Мы - партизаны.

Это был знаменитый советский разведчик Николай Кузнецов. Специалист по ликвидации высокопоставленных фашистов. Он работал в Ровно, представляясь немецким офицером Паулем Зибертом.

“Спасибо за кашу!”

Казаков связали и забили в глотки кляпы. После этого Кузнецов спокойно уселся в кресло - стал ждать генерала. Рисковал, конечно. Но удача ему улыбнулась. Через час к дому подкатил автомобиль. Он доставил домой Макса Ильгена.

Разведчики скрутили и генерала, и водителя. Всех пленников - генерала, водителя и двух казаков погрузили в “Адлер”. Теперь нужно было побыстрее уходить из города.

На столе Кузнецов оставил записку:

“Спасибо за кашу. Ухожу к партизанам и забираю с собой генерала. Смерть немецким оккупантам! Казак Мясников”.

- Должно сбить фрицев с толку, - усмехнулся Кузнецов.

Водитель рейхсфюрера

Когда автомобиль уже был готов тронуться с места, дюжий Макс Ильген сумел выплюнуть кляп и заголосил: “Хильфе! Хильфе!” (Помогите!)

Пауль Зиберт (Николай Кузнецов)

Генералу хорошенько двинули по голове и угомонили. Но тут к “Адлеру” подошли четыре немецких офицера - они услышали крики.

- Что тут происходит? - спросил капитан.

- Я офицер тайной полевой полиции, - шагнул им навстречу Кузнецов. - Мы только что захватили русского террориста, одетого в нашу военную форму. Предъявите ваши документы!

Дисциплинированные немцы вытащили свои удостоверения. Советский разведчик внимательно их проверил, три удостоверения отдал, а четвёртое - положил в нагрудный карман.

- А вас, капитан Гранау, - мрачно произнёс “обер-лейтенант”, - я попрошу проехать с нами. Для разбирательства. Все остальные - свободны!

Капитан Пауль Гранау был личным шофёром рейхскомиссара и гауляйтера Украины Коха. Упустить такую важную птицу Кузнецов не хотел.

Так заслуженный нацист Гранау, возивший Коха ещё по Кёнигсбергу, оказался в компании генерала Ильгена.

Прусский улей над могилой

Немцы подняли тревогу слишком поздно. Все дороги вокруг города были перекрыты. Поиски продолжались целую неделю - тщетно.

Кузнецов рассчитывал доставить пленников в партизанский отряд, а оттуда - “на большую землю”. Не получилось. Партизаны в это время были вынуждены сменить дислокацию. Так что немцев допросили, а потом расстреляли. Вместе с казаками.

Закопали их на одном из местных хуторов. Могилу сровняли с землёй, а над ней поставили улей - для маскировки.

Так погиб “лихой прусский атаман” Макс Ильген. Можно сказать, родоначальник казачьего движения в будущей Калининградской области.

А. Захаров


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.







ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля