Новые колёса

ПЕРВЫЙ ГЕРЦОГ КЁНИГСБЕРГА.
Его судьба не типична для Пруссии

(Окончание. Начало в “НК” №47)

...Итак, Кенигсберг приобрел официальный статус столицы нового герцогства. 6 июля 1525 года лютеранство было объявлено в Пруссии государственной религией.

А еще через год Альбрехт женился на Доротее, старшей дочери датского короля Фридриха I. Весь этот год он посвятил, кроме дел государственных, выбору будущей герцогини. Родословная жены должна была способствовать укреплению межгосударственных связей. Но Альбрехту Доротея понравилась и чисто по-человечески. Правда, она не отличалась особенной красотой и замуж выходила двадцатидвухлетней, что по тем временам считалось поздновато... Но она была умна, добра, воспитана в строгости, имела тонкий вкус (сразу же после свадьбы она обставит и декорирует жилые помещения замка с известным изяществом), а главное - была очень жизнелюбива.

Гербовый щит Альбрехта Гогенцоллерна фон Бранденбург-Ансбах (Альбрехта Прусского)

...Надо сказать, лютеранство и привлекло-то Альбрехта в первую очередь тем, что Мартин Лютер проповедовал: жизнь надо любить такой, какая она есть. “Мертвый не должен хватать живого, - сказал однажды Лютер Альбрехту. - Орденские объединения - призраки. Противоестественно и преступно превращать мужей в евнухов...Всеблагий Господь никогда не требовал такой жертвы, а напротив того, предписывал плодиться и размножаться. Целибат (воздержание от интимных связей, - прим. авт.) - не подвиг во имя веры, а извращение” (впоследствии все эти тезисы Лютер изложит в обращении “К рыцарям Немецкого ордена, дабы отказались они от мнимого целомудрия и обратились к истинному супружескому целомудрию”).

...Альбрехт не был первым из экс-рыцарей Тевтонского ордена, кто вступил в брак (его почти на год опередил Михаэль, сын комтура Симона фон Драге. Увы, “первопроходцу” не повезло: его молоденькая жена вскоре умерла при родах). Но Альбрехт и Доротея первыми венчались в Замковой кирхе, а торжества по случаю их бракосочетания, с роскошным обедом и рыцарским турниром, стали первым большим праздником в замке, на который были приглашены горожане.

В качестве свадебного подарка Альбрехт преподнес жене замок Лабиау (нынешний Полесск).

Трудно быть герцогом

Герцог Альбрехт (скульптура из замка Мариенбург)

“- ...Да! Завтра ты примешь двух новых книжников. Их зовут: отец Тара, очень почтенный старец, занимается этой... космографией, и брат Нанин, тоже верный человек, силен в истории... Мой отец почему-то очень любил этих людей и завещал мне устроить их жизнь. Вот объясни мне, ученый человек, откуда в благороднейшем доне может быть такая привязанность к грамотею?

- Возможно, какие-нибудь особые заслуги? - предположил отец Кин.

- Это ты о чем? - подозрительно спросил Румата. - Хотя почему же? Да... Дочка там хорошенькая или сестра... Вина, конечно, у тебя здесь нет?..”

Помните этот фрагмент из повести братьев Стругацких “Трудно быть богом”? Альбрехт, конечно, не Румата (землянин, заброшенный на другую планету для изучения тамошней “средневековой” цивилизации, - прим. авт.), но... может быть, именно Румата братьев Стругацких - это “Альбрехт наоборот”? Иначе - ну откуда у благороднейшего герцога взялась такая страсть к книгам и грамотеям?!

...А история двигалась своим чередом. Альбрехт осуществлял государственные реформы, улаживал трения между кенигсбергскими купцами и иноземцами, но главное - он получил возможность заняться тем, что было ему по-настоящему близко: собиранием книг и произведений живописи, развитием образования, искусств, книгопечатания... Интересно, что именно Альбрехту Пруссия обязана зачатками журналистики. Герцог специально назначил в Кенигсберге и других городах (в том числе и за пределами герцогства) лиц, которые передавали ему самые свежие и важные новости. Их услуги щедро оплачивались. А если новость была, как сказали бы сегодня, социально значимой, она отпечатывалась на специальных листках, которые распространялись в Пруссии, Литве и Польше.

...В детстве Альбрехт очень любил читать. Потом, став Великим Магистром, он не сумел продолжить образования (в частности, был очень слаб в латыни, которая в то время считалась языком ученых людей), о чем всю жизнь искренне сокрушался.Замки Тевтонского ордена В отличие от многих своих соотечественников, он с восторгом относился к поэтам, музыкантам, художникам... Надо сказать, он вообще не был тщеславен: тот же богослов-реформатор Мартин Лютер, сын рудокопа, женившийся на сбежавшей из монастыря монахине-простолюдинке, был для Альбрехта, представителя династии Гогенцоллернов, внука надменного короля Ягелло, непререкаемым авторитетом. Художника Лукаса Кранаха (тоже не из “породистых”) Альбрехт называл “мой дорогой друг” - и, по некоторым сведениям, Кранах отвечал ему тем же, нисколько не церемонясь с экс-магистром и новоиспеченным герцогом. Альбрехт переписывался с Эразмом Роттердамским - а когда начал собирать библиотеку, именно Эразм порекомендовал ему двух своих коллег для покупки книг и для работы библиотекарем и хранителем.

Краков, 1525 год. Альбрехт приносит присягу на верность польскому королю Сигизмунду I. Пруссия становится герцогством

Мысль о создании университета появилась у Альбрехта не случайно. Как правило, рыцари Тевтонского ордена не забивали себе голову премудростями. “Солдатскую науку” они предпочитали всем остальным. В условиях непрерывных войн такие достоинства, как умение точно попасть в цель, выстрелив из лука, или проткнуть копьем противника, ценились гораздо выше элоквенции (в смысле, красноречия). Но Альбрехт не был похож на “стопроцентного тевтонца”. Ему нравились образованные люди! Он любил беседовать “о высоком”, даже если в ходе беседы приходилось больше слушать, нежели говорить... Он не считался с расходами, приглашая в Кенигсберг грамотных специалистов. Он реформировал систему народного образования... При нем в партикуляр - специальное учебное заведение для подготовки потенциальных студентов - стали принимать не только дворянских и бюргерских детей, но и выходцев из крестьянства. Альбрехт стремился вырастить в Пруссии новую интеллектуальную элиту. В сущности, Альбрехт был первым, кто придумал... распределение! “Образование должно быть доступно <...> детям бедных крестьян. Если те коренные пруссы, если есть у них дарованье”,они могли бесплатно получить университетское образование - при условии, что потом будут служить в герцогстве, каждый по своей специальности.

Чернокнижник в гробу богослова

Фолианты из Серебряной библитеки герцога Альбрехта

Когда университет был открыт, Альбрехт потряс европейский ученый мир невиданными привилегиями для профессорского состава: профессор освобождался от уплаты налогов, но получал право заниматься пивоварением и рыболовством в Прегеле; профессор мог сдавать внаем свои жилые помещения, а в случае войны или эпидемии ему вместе с семьей разрешалось беспрепятственно покинуть город; на торжественных церемониях ректор университета стоял рядом с герцогом, а умерших профессоров погребали у стены Кафедрального собора!... Благоволение распространялось и на студентов: неимущие получали бесплатное жилье при университете и питание; для способных, но бедных учреждались специальные стипендии... Кроме того, всякий: благородный прелат, рыцарь, дворянин, бюргер, - кто “совершал деяние, причиняющее вред Университету”, должен был уплатить колоссальный штраф в 100 унций золота”.

Королевский замок. Государственный архив в бывшей трапезной верховного маршала в северном крыле. Снимок 1939 года

Символом университета стал портрет его основателя герцога Альбрехта в рыцарских доспехах и с мечом на плече. Такое изображение Альбрехта можно увидеть на переплетах книг из Серебряной библиотеки (о ней мы скажем чуть позже). На золотой медали, отчеканить которую герцог приказал в память об основании университета, портрет Альбрехта другой - в профиль. А на обратной стороне медали - шесть строк из псалма “Мир тем, кто любит твои законы, Господи!”

...Правда, искренняя расположенность Альбрехта к “книжникам” сыграла с ним злую шутку - давний знакомый герцога, проповедник Андреас Осиандер втравил его в печально известный скандал (первый в истории университета). Осиандер по-своему трактовал некоторые вопросы лютеранской догматики. Местные богословы с ним категорически не соглашались. А человеком он был пылким, неистовым, и проповеди его все больше походили на проповеди безбожия. Теологическая распря длилась не одно десятилетие и породила серьезный раскол не только в университете, но и в городе. Альбрехт, продолжавший поддерживать Осиандера, тщетно пытался погасить конфликт...

В 1552-ом году Осиандер умер. Он был сказочно богат, но не оставил после себя ни гроша. Его похоронили в одной из церквей Альтштадта, но вскоре по городу распространились слухи о том, что-де душу Осиандера унес сатана и теперь в могиле рядом с алтарем его тело лежит лицом вниз. Прихожане церкви боялись в нее даже заходить. Недовольство среди жителей росло. Альбрехт решился на крайнюю меру: вскрыть могилу. После чего по городу поползли новые слухи, еще страшней предыдущих: якобы вместо мертвого богослова в гробу обнаружилось тело Никкеля Балтазара, колдуна и чернокнижника...

А “осиандеровская” распря продолжалась еще полтора десятилетия и закончилась казнью трех его ближайших сподвижников (и советников Альбрехта), по приговору специально прибывшей в Кенигсберг комиссии польского короля.

Впрочем, Альбрехта никогда не пугала “опасная” репутация человека, который был ему чем-либо интересен. Так, он был лично знаком с Николаем Коперником - человеком, которого церковь считала, мягко говоря, неблагонадежным. (Интересно, что после Коперника в Польше практически никому не дают имени Николай). Причем поначалу они дважды сходились в бою (в январе 1520-го года, во время войны с Польшей, крестоносцы захватили часть Вармии. Вармийский епископ отправил к Альбрехту дипломатическую миссию, в которую входил Коперник. Альбрехт отверг предложения епископа, крестоносцы сожгли несколько маленьких городков - в том числе и тот, где жил тогда Коперник. Дом Коперника сгорел. Через год Альбрехт во главе пятитысячного отряда подступил к Ольштыну, требуя немедленной сдачи города. Обороной Ольштына руководил Коперник. Крестоносцам не Двойной портрет герцога Альбрехта и герцогини Доротеи на рукоятке меча, изготовленного в 1541 г.удалось взять город, и они сожгли семь близлежащих деревень). Друзьями Альбрехт и Коперник не стали, но герцог не принимал участия в травле ученого, занятого “странными астрономическими изысканиями”, а когда заболел очень уважаемый Альбрехтом советник Георг фон Кунгейм, то лечить его был приглашен именно “неблагонадежный книжник”. И многих современников Альбрехта удивляло, как свободно держал себя с ним Коперник. Однако важно и другое: несмотря на почетный возраст (почти 70 лет) и занятость в соборе во Фромборке, доктор-астроном не только двинулся в неблизкий путь по первому зову, но и провел при больном почти месяц! А через несколько лет, несмотря на жесткую позицию Лютера в отношении гелиоцентрического учения Коперника, именно Альбрехт пожертвовал немалые средства на издание астрономических таблиц, впервые вычисленных на основе теории Коперника и названных в честь герцога “прусскими”. Надо сказать, что для развития астрономии эти таблицы были очень важны.

Мартин Лютер и герцог Альбрехт

...Кстати, сам Альбрехт гораздо больше интересовался астрологией. Известно, что его интимная жизнь с герцогиней Доротеей в последние годы протекала исключительно “по звездам”: Альбрехт нуждался в наследнике! Он даже точно знал, каким будет имя долгожданного сына: Альбрехт Фридрих. Но... герцогиня беременела одиннадцать раз. Пять ее беременностей закончились выкидышами, а из шестерых родившихся дочерей только одна, Анна София, пережила своих родителей. Остальные умерли в раннем возрасте. Сама Доротея скончалась в 1547-ом году, не достигнув сорока трех лет. И хотя в последнее время жена его сильно изменилась: стала слезливой и раздражительной, а лицо ее, и прежде не отличавшееся правильностью черт, приобрело нездоровую одутловатость, - Альбрехт горько оплакивал потерю. Доротея была похоронена в Соборной кирхе в Кнайпхофе, а себя Альбрехт завещал похоронить рядом с нею.

Чёртик из табакерки

Второй раз он женился в 1550-м году, выдержав положенный трехлетний траур. Его избранницей стала восемнадцатилетняя принцесса Анна Мария Брауншвейгская. Самому Альбрехту было уже шестьдесят лет. Анна Мария была довольно хороша собой, неглупа, обожала роскошь. Мужа своего она полюбила. А он, понимая, что молоденькой женщине недостает такой же молодости супруга, старался делать ей дорогие подарки. Так, в день свадьбы он передал в пожизненное владение Анне Марии замок Нойхаузен. Сразу же началась внутренняя и внешняя перестройка замка. Коснулись нововведения и библиотеки Альбрехта.

...Герцог был страстным библиофилом. Замковое книжное собрание постоянно пополнялось за счет покупок и даров. К концу жизни Альбрехта замковая библиотека насчитывала около 9000 изданий - по тем временам цифра изрядная! А в 1540-ом году книжное собрание стало публичной библиотекой, одной из первых и очень немногих в Европе.

Но имелась еще и библиотека Камерная, предназначенная для сугубо личного пользования. В ней были собраны все произведения Мартина Лютера - Альбрехта очень волновали проблемы протестантского богословия, он много читал, а когда с возрастом зрение ослабло, то даже заказал для этой цели очки (редкость немыслимая! Очки тогда стоили целое состояние, а пользоваться ими люди боялись, подозревая в этом “нечто дьявольское”). Кстати, герцог сам пробовал писать и даже сочинил и текст и музыку хорала “Все будет так, как хочет Господь”.

...Если герцога привлекали литературные и богословские тексты - то юная герцогиня прежде всего видела возможность роскошно оформить книжные переплеты. Так появилась упоминавшаяся выше Серебряная библиотека: 28 изданий под двадцатью великолепными переплетами, изготовленными лучшими художниками-ювелирами.

...Альбрехт потакал прихотям супруги, думая, что ее страсть к ремонтам, реконструкциям и драгоценным металлам придаст светский лоск герцогской резиденции... Но его огорчало, что Анна Мария не “плодоносит”. Страстное желание иметь сына, наверное, и привело к тому, что герцог приблизил к себе двадцатипятилетнего Пауля Скалиха - теолога по образованию и авантюриста по жизни. Скалих, возникший при дворе из “ниоткуда”, выдавал себя за представителя аристократического рода, обладал утонченными манерами, а главное, ловко устраивал спиритические сеансы. Известно, что во время первого же сеанса он “вызвал дух” покойной герцогини Доротеи, которая сообщила Альбрехту нечто абсолютно интимное, известное, как думал герцог, только им двоим. Он уверовал в сверхестественные способности Скалиха. Наивный герцог! Он даже помыслить не мог о том, что все эти альковные тайны Скалих собирал долго и тщательно (подбивая клинья к служанкам, обхаживая камеристок и знатных дам, принадлежавших некогда к свите герцогини) - чтобы выпрыгнуть затем, как чертик из табакерки, и произвести неслыханный фурор в высшем кенигсбергском обществе! Он до того обворожил герцога, что фактически сделался его фаворитом: единолично назначал и смещал советников, распоряжался финансами... Герцог дарил Скалиху земельные наделы, недвижимость, драгоценности... Аристократия и бюргерство роптали. При дворе ходили очень нехорошие сплетни о том, что герцог на старости лет ударился в содомию. Распространению слухов способствовало и то обстоятельство, что Анна Мария основную часть времени проводила в замке Нойхаузен: в надежде на возможное зачатие наследника Альбрехт требовал, чтобы она вела спокойную, размеренную жизнь.

...Супруга забеременела в 1552 году, а 29 апреля 1553 года наконец-то на свет появился наследник герцога - Альбрехт Фридрих. Но... радость отца была очень недолгой: ребенок оказался болезненным, а скоро выяснилось, что у него серьезные проблемы с психикой.

Меланхоличный, нервный, нелюдимый, не терпевший прикосновения ничьих рук, даже материнских (его и грудью-то кормили не так, как обычных детей: не брали на руки, а наклонялись над ним, и он ловил сосок губами)... Он, чьего появления на свет Альбрехт ждал так долго, оказался самым большим разочарованием в жизни герцога. Анна Мария с сыном по-прежнему жила в Нойхаузене. Психическое заболевание Альбрехта Фридриха прогрессировало, в обществе он появляться не мог.

Умерли в один день

Старое здание университета, в котором позже разместилась Кёнигсбергская городская библиотека, 1925 год

...В 1565 году из Кенигсберга вдруг исчез Скалих - так же неожиданно, как появился. Оставив длинный шлейф разнообразных дурно пахнущих махинаций. Расхлебывать последствия “подвигов” своего фаворита пришлось герцогу. В том числе и отбивать нападение двадцати вооруженных ремесленников, пытавшихся зачем-то прорваться в замок. Все складывалось против него - и Альбрехт решил, что ему пора отойти от дел. Он подарил Анне Марии в утешение замок Лабиау (вернувшийся к нему после смерти первой жены), отослал сына в Фишхаузен (Приморск), где тот находился под наблюдением верной прислуги и мог часами предаваться любимому занятию: травить зайцев в близлежащем заповеднике; а сам два с лишним года почти безвылазно провел в королевском замке, читая, размышляя, разговаривая с самим собой... Умер он 20 марта 1568 года, на семьдесят восьмом году жизни. Узнав об этом, в тот же день в Нойхаузене умерла тридцатишестилетняя Анна Мария. Власть унаследовал Альбрехт Фридрих, ни физически, ни психически к управлению герцогством не способный. Реально государственная власть в Пруссии стала принадлежать дворянской верхушке.

Алебастровые бюсты герцога Альбрехта и герцогини Анны Марии. Находились в Королевском замке Кенигсберга. 1563 год

...Интересно, что на протяжении столетий в Германии не раз предпринимались попытки “реанимировать” Тевтонский орден. Так, в 1813 году в Пруссии был учрежден орден “Железный крест”, внешний вид которого совпадал с символом Ордена. Ученики в прусских школах изучали историю тевтонов. Вновь учрежден Орден был в 1834 году при содействии австрийского императора. Новые рыцари были лишены политических и военных амбиций, ограничивая сферу своей деятельности благотворительностью. Конечно, организация эта была в каком-то смысле бутафорской, опереточной. Однако священники Ордена помогали больным и страждущим, а в годы первой мировой войны - призывали к войне до победного конца и беззаветной храбрости на поле боя.

Скульптурный портрет Доротеи, жены герцога Альбрехта. Изъят в 1945 году из Кафедрального собора Кенигсберга. Ныне - экспонат ГМИИ им. А.С. Пушкина в Москве

Но особенно активно пытались “прихватизировать” наследие монахов-рыцарей нацисты. Они считали себя истинными продолжателями дела Ордена - особенно в плане геополитики. Претендовали наци и на недвижимость рыцарей: так, в Австрии сохранившиеся владения Ордена были обращены в собственность Германии, то же самое произошло в Чехословакии в 1939 году. Независимость сохранили только орденские больницы и здания в Югославии и на юге Тироля.

Генрих Гиммлер попытался - в целях возрождения немецкой военной элиты - создать собственный Тевтонский орден. В него вошло десять человек из партийной верхушки во главе с Рейнхардом Гейдрихом. Кстати сказать, никто из этих “партайгеноссе” не отличался ни аристократичностью происхождения, ни готовностью “Helfen - Wehren - Heilen” (“Помогать - Защищать - Лечить”), а ведь именно таким был девиз “исконного” ордена... Кроме того, нацисты преследовали потомков тех прусских семейств, чьи корни восходили к настоящим рыцарям Ордена - и некоторые из этих потомков примкнули к антигитлеровской коалиции...

После окончания второй мировой войны декрет о ликвидации Ордена был формально аннулирован, аннексированные нацистами австрийские владения - возвращены. Орден возродился в Австрии, Германии, Бельгии, а после распада социалистического лагеря в Восточной Европе тевтоны появились в Чехии (Моравии и Богемии), Словении и некоторых других странах. Около двадцати членов Ордена проживают в США.

Резиденция Великого магистра по сей день находится в Вене. Там же - казначейство и библиотека, где хранятся исторические архивы, тысяча старых печатей, другие документы. Правда, по иронии судьбы, Орден, куда изначально женщины не допускались даже в качестве прислуги, теперь состоит сплошь из сестер...

Но к герцогу Альбрехту это уже не имеет никакого отношения. Этот человек, принадлежавший (по духу!) эпохе Возрождения, честно выполнил свою миссию: за треть человеческой жизни он превратил Пруссию (церковно-военную формацию) в светское, подчеркнуто миролюбивое государство. Он указал своей стране путь к процветанию... и не его вина, что та предпочла “дорогу на восток”... Дорогу, которая привела Пруссию в никуда... и по которой мы теперь пытаемся идти на Запад.

Д. Якшина


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.







ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля