Новые колёса

ПЕРВОПРОХОДЕЦ ИЗ КЁНИГСБЕРГА.
Как литовец Абраомас помогал России осваивать Северный морской путь

500 воинов герцогства

Абраомас был чистокровным литовцем, хотя все его предки жили в Восточной Пруссии. Ничего удивительного - в XVI веке здесь обитало несколько сотен тысяч этнических литовцев.

В 1560 году в герцогстве Пруссия наступили не лучшие времена. Страна находилась в вассальной зависимости от Польши, а на престоле восседал Альбрехт Фридрих, страдавший тяжким психическим недугом. Фактическим правителем Пруссии являлся его регент - маркграф Георг Фридрих. В свою очередь он полностью подчинялся польскому королю Стефану Баторию.

В разгар войны с русским царством, Баторий потребовал от Пруссии участия в военной кампании. Георг Фридрих был вынужден выложить 80 тысяч гульденов и выставить 500 прусских всадников.

Среди этих воинов оказался и Абраомас. В начале 1563 года его отряд в составе армии великого гетмана Радзивилла выступил на помощь Полоцку, который осадили русские войска.

Ливонская война

Война бушевала уже пять лет - с 1558 года. После захвата Казани русский царь Иван Грозный обратил свои взоры на Запад - к Балтике.

Москва решила захватить прибалтийские земли. Повод для начала войны нашли быстро. Ливонский орден задержал выплату дани, которую обязался платить русскому царю. Московия вторглась на сопредельную территорию, началась Ливонская война.

До 1561 года русским сопутствовала удача. Они захватили Нарву и Дерпт (ныне Тарту, Эстония). Воспользовавшись тем, что все силы русских были сосредоточены на завоевании Прибалтики, Крымское ханство осуществило ряд опустошительных набегов на московские земли. Иван Грозный перенацелил свои силы на Юг, но все попытки расправиться с Крымом не привели к успеху.

Тем временем Ливонский орден подписал договор с объединённым польско-литов­ским государством и перешёл под его протекторат. Война на Западе приобрела новые масштабы. Московское царство пошло ва-банк и двинуло своё войско на город Полоцк, принадлежавший тогда Литве. 31 января 1563 года около 60 тысяч русских ратников начали осаду крепости.

Одарили соболями

8 февраля 1563 года русские начали обстрел города тяжёлой артиллерией. Установленные практически вплотную к городским укреплениям орудия разламывали стены, пробивая их насквозь. Пушки вели огонь непрерывно, и 14 февраля в Полоцке начался сильный пожар. К тому времени ядрами была разбита пятая часть крепостных стен. В проломы двинулись русские стрельцы. 15 февраля 1563 года город капитулировал.

Около 15 тысяч жителей Полоцка угнали в плен. Большую часть этих людей продали в рабство в мусульманские страны. Всех евреев (около 300 человек) утопили в Западной Двине, а их имущество разграбили.

К солдатам гарнизона (полякам и ратникам из Пруссии) Иван Грозный отнёсся милостиво. Царю были крайне необходимы “западные военные специалисты”. Часть из них перешла на службу русским. Среди них оказался и Абраомас. Его одарили собольей шубой, покрытой парчой, и зачислили ротмистром.

Новоиспечённого русского ротмистра отправили на службу в далёкую Сибирь. Для Абраомаса началась новая жизнь на службе русскому государю.

Страна в разрухе

Георг Фридрих

Взятие Полоцка было последним успехом русских в Ливонской войне. Московское царство истощило свои материальные ресурсы, в стране начался массовый голод. В 1583 году Иван Грозный был вынужден заключить мир. Это стало поражением Московского царства. Русские так и не получили выхода к Балтийскому морю, Крым остался в руках “басурман”, государство переживало глубокий экономический кризис.

Иван Грозный впал “в меланхолию сиречь кручину” и в 1584 году скончался.

Ротмистр Абраомас тем временем завоёвывал для Москов­ского царства Сибирь. Проживавшие за Уральским хребтом татары были более лёгкой добычей, нежели поляки и литовцы. В 1587 году отряд воеводы Данилы Чулкова вышел к столице татарского Сибир­ского ханства - городку Искер.

Абраомас стал свидетелем, как не имевшие огнестрельного оружия татары обратились в бегство “убояшася русских воинов и оставиша стольный град свой пуста”. Хан Ораз-Мухаммед сдался на милость победителей.

На берегу Иртыша русские заложили крепостицу Тобольск, которая стала центром русской колонизации Сибири. Отсюда Московское царство планировало организовать продвижение дальше на Восток.

Смутное время

В 1598 году в Тобольск пришли тревожные вести. В Москве на царствие посадили Бориса Годунова, в державе наступило Смутное время. Однако анархия в стране мало отразилась на далёкой Сибири. Предприимчивые первопроходцы продолжали покорять новые богатые земли. Одна беда - торговать было сложно. Пушнина выгоднее всего продавалась в Европе, а до неё путь по суше очень долог. И тогда сибиряки устремили свои взоры на Север - к Ледовитому океану.

Летом 1598 года Абраомаса соблазнил на рискованное мероприятие казак Юрий Долгушин. Взяв в компанию ещё одного отчаянного первопроходца, они двинулись в неведомые края - к студёному морю. На реке Таз, впадающей в Обскую губу, приятели оборудовали стоянку, которую собирались превратить в торговую факторию. Назвали её Мангазеей (по имени местного ненецкого князька Маказея, с которым вступили в дружеские отношения).

Расположение фактории было крайне удобно. Окрестности изобиловали пушным зверем, морем отсюда можно было добраться до Архангельска - тамошние поморы уже знали этот путь. А там и до Европы рукой подать.

“Златокипящая Мангазея”

Прознав об удаче первопроходцев, в Мангазею начал потихоньку стягиваться торговый люд. Через шесть лет на берегу реки появился небольшой городок: более 500 крепких, бревенчатых домов. В летнее время, в разгар торговли, здесь скапливались до двух тысяч купцов. Ненецкие племена стекались к Мангазее, выменивая соболиные шкурки на порох, ружья, соль, табак и водку.

Торговые связи города вышли далеко за пределы России: через поморские деревни Мангазея была связана с самыми крупными компаниями Западной Европы. В Амстердаме голландский торговый агент Исаак Масса издал географический чертёж Мангазеи, на котором были показаны церкви и хозяйственные постройки.

Когда летом 1605 года в Москву под всеобщее ликование бояр и народа вошёл самозванец Лжедмитрий I, далёкая “златокипящая Мангазея” процветала. Люди и сами богатели, и в Тобольск немалые пошлины отправляли.

Воеводы - патриоты

В 1606 году до Мангазеи добралось начальство - из Тобольска прибыли воеводы Давыд Жеребцов и Курдюк Давыдов. Первопроходче­ская вольница закончилась.

Мангазея

Абраомас успел разбогатеть - он удачно торговал соболями, свободное время проводил в многочисленных мангазейских кабаках и игорных заведениях. Так что литовца не радовал приход “центральной власти”. Ротмистра “поставили под ружьё” - заставили служить в остроге, взяв командование над полусотней прибывших стрельцов.

Воеводам вольная жизнь Мангазеи пришлась не по вкусу. Особенно их тревожила свободная торговля местного люда с европейцами. В Москву понеслись челобитные с просьбой к царю-батюшке навести порядок.

- И мы, холопы твои, - жаловались воеводы, - вверх по Енисею чаем немецких торговых людей, потому что река Енисей угодна, рыбы в ней много, а живут по ней татары, и зверь по ней дорогой.

Воеводы предлагали запретить морскую торговлю, а все товары доставлять в Москву сушей. Говоря современным языком, царские наместники стремились взять под контроль все денежные потоки.

“Поколение тупых и узких”

Пока в Москве продолжалась смута, Мангазея росла и крепла. Можно сказать, что здесь взял своё начало Северный морской путь. Торговые караваны проторили дорогу от Обской губы до Архангельска и далее в Европу. Всё изменилось, когда в Москве на царствие посадили первого из рода Романовых - Михаила Фёдоровича.

Об этом периоде историк Н.И. Костомаров говорил следующее:

“Близ молодого царя не было людей, отличавшихся умом и энергией: всё только одна рядовая посредственность. Прежняя печальная история русского общества приносила горькие плоды. Мучительства Ивана Грозного, коварное правление Бориса, наконец, смуты и полное расстройство всех государственных связей выработали поколение жалкое, мелкое, поколение тупых и узких людей, которые мало способны были стать выше повседневных интересов. Сам Михаил был от природы доброго, но, кажется, меланхолического нрава, не одарён блестящими способностями, не получил никакого воспитания и, как говорят, вступивши на престол, едва умел читать”.

Царская забота

Реакция московских властей по­следовала в 1616 году. Царь издал указ о полном запрете морских плаваний в Мангазею. Ослушание каралось смертной казнью.

“А в том бы есте заказ учить крепкой промышленным людям и ясашным татарам, чтобы они немецких людей на Енисею и в Мангазею никак не пропускали, а с ними бы не торговали и дорог бы им ни на которые места не указывали. А буде кто с немецкими учнёт торговать или дорогу начнёт указывать, и тем людям от нас быть в великой опале”, - повелел государь.

Для русской колонии наступили тяжёлые времена. Теперь товары можно было доставлять только по рекам - на Юг. Оттуда же следовало получать продовольствие. Путь этот был опасен и труден.

Абраомаса снарядили с группой стрельцов охранять гребные суда, отправлявшиеся за “государевыми хлебными запасами” в Тобольск. До “столицы Сибири” дошли удачно. Там вы­грузили пушнину и взяли провизию. На борт поднялись и пассажиры - дьяк Григорий Теряев с женой, двумя дочками и племянником. Священник отправлялся в одну из церквей Мангазеи.

Судам предстояло спуститься по Иртышу до Оби, пройти до устья реки, пересечь Обскую губу и подняться по реке Таз до Мангазеи.

Разбились о скалы

Когда караван вышел в Обскую губу, поднялся мощный встречный ветер. Суда заливало холодными волнами, Абраомас вместе со своими стрельцами вычерпывали воду чем попало - даже шапками. Это мало помогало. Вскоре первое судно ударило о рифы, и оно разломилось пополам. Люди плыли к берегу, держась за обломки.

Второе судно выбросило на берег целиком, однако почти весь груз с него “вымыло”. Уцелел только третий корабль.

- Все на одном судне не уместимся, - принял решение Абраомас. - Да и остатки груза надо охранять. Я со стрельцами тут останусь, а остальные в Мангазею следуйте. За помощью...

15 человек остались у разбитых судов. Они вытащили на берег кое-что из уцелевшего груза и свалили его в кучу.

Померли с голоду

Последнее судно далеко не ушло. Оно село на камни в устье реки Таз. Тут путешественников осадили “немирные” ненцы. От них пришлось спасаться бегством. Аборигены настойчиво преследовали отряд, стараясь уничтожить его полностью.

И стали в пути “служилые и промышленные люди з голоду помирать, и померло человек с 50, и у дьяка Григорья Теряева померло две дочери и племянник и люди его, Григорьевы, померли ж”.

Когда жалкие остатки отряда через восемь недель дошли до Мангазеи, на помощь отряду Абраомаса была выслана помощь. Однако стрельцов на месте уже не оказалось. Исчезли. Вероятно, тоже отправились в Мангазею пешком и сгинули в пути.

После этого стало абсолютно ясно, что Мангазея не проживёт без торговли морем. Впрочем городок существовал и хирел ещё несколько десятков лет. Но Москва не желала давать ему “непозволительной вольности”. В 1672 году по приказу царя Алексея Михайловича город Мангазея был покинут. Он перестал существовать.

Освоение Северного морского пути оказалось отсроченным на несколько сотен лет.

А. Захаров


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.







ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля