Новые колёса

ОПАСНЫЙ ГРУЗ ИЗ КЁНИГСБЕРГА.
Контрабандисты везли в Россию “подрывную” литературу, которая печаталась в столице Восточной Пруссии

Драка на границе

Летом 1895 года на пороге книжной лавки Йонаса Кряучуноса в Тильзите появился оборванный молодой человек. Его лицо было разбито в кровь, глаза заплыли и почти скрылись за огромными синяками. Хозяин с трудом узнал в посетителе своего знакомого из Литвы Юргиса Белиниса.

- Кто тебя так отделал, Юргис?! - ахнул Кряучунос.

- Нарвался на пограничника, - с трудом пошевелил разбитыми губами парень. - Солдат наставил на меня ружьё. Мне ничего не оставалось, как пустить в ход кулаки. Пришлось быть и наверху, и внизу, и во всяких положениях, но, в конце концов, я его одолел!

- Иди, умойся, и отдохни наверху, - хозяин указал на лестницу, ведущую на мансарду. - Отлежись хотя бы пару дней...

- Ерунда! - отмахнулся Юргис. - Мне не впервой. Лучше приготовь “партию” - ночью я снова пойду через границу.

“Партиями” тогда называли контрабанду, доставляемую нелегально из Восточной Пруссии на территорию Российской империи. Йонас спустился в подвал и уложил в заплечный мешок кипу свежих номеров “Варпас” (в переводе с литов­ского - “Колокол”).

Вечером из мансардной комнаты спустился Юргис. Посмотрев на его синяки, Кряучунос сокрушённо покачал гол

Кёнигсберг, Штайндаммские ворота, 1906 год

овой. Гость лишь усмехнулся в ответ, взвалил мешок с газетами на спину, шагнул за порог и пропал в темноте.

Запретить буквари!

5 июня 1864 года в городе Вильно российский генерал-губернатор граф Муравьёв (литовцы прозвали его “Вешателем”) подписал указ цензурному комитету. В документе чёрным по белому значилось:

“Не пропускать ни одного литовского букваря, написанного латинскими буквами, и позволять печатать их лишь тогда, когда они будут переписаны русскими буквами”.

В школах немедленно запретили преподавать литовский язык. Так русское самодержавие попыталось силой насадить кириллицу и ассимилировать литовцев.

Это вызвало возмущение широких народных масс. Против нововведения восстали не только интеллигенты, но и грамотные крестьяне. Выход был найден быстро: печатать книги и буквари на литовском языке подпольно в Восточной Пруссии и доставлять их контрабандой в Литву.

Условия для успеха этого смелого предприятия имелись в достатке.

Предел нахальстваАнастасий Вонсяцкий

В то время практически все жители приграничных районов Литвы и Восточной Пруссии промышляли контрабандой. Ещё бы! Такой способ заработка считался наиболее доходным. Через границу отчаянные парни ходили целыми шайками, были хорошо вооружены и без раздумий вступали в перестрелки с пограничниками.

Губернатор Ковно докладывал в Санкт-Петербург: “Нахальство контрабандистов достигло крайнего предела”.

Российско-германская граница стала проходным двором. Наряду с “товарной” контрабандой набирала обороты “политиче­ская”. Через границу нескончаемым потоком шла марксистская и анархистская литература.

Конечно, за пронос через границу книг контрабандист-профессионал получал меньше денег, чем за обычный товар. Но тут нельзя забывать о симпатиях “курьеров” к “борцам с угнетателями и поработителями”.

В общем, вскоре в Литву начала поступать самая разнообразная литература на литовском языке.

Кёнигсберг, Рыбная деревня, набережная Преголи

Книжка на память

Контрабандистов, занимающихся доставкой литовских газет и книг, в народе прозвали “книгоношами”. Эта “профессия” быстро обрела ореол романтизма. В Литве широкое хождение получила полусказка, полу-быль о книгоноше и его семье.

Генерал-губернатор граф Муравьёв - литовцы прозвали его “Вешателем”

Некий бедняк в поисках куска хлеба часто уходил из дома и вдруг пропал. Через некоторое время пришёл к его семье неизвестный и рассказал, что был мужик книгоношей, его смертельно ранили жандармы, скончался он вблизи родного дома. Незнакомый посланец передал вдове и её дочери узелок с деньгами и книжку - литовский букварь, напечатанный в Тильзите...

Только в 1895 году на границе с Пруссией российские пограничники задержали 46 книгонош, у которых изъяли 10.890 букварей. Но это была лишь верхушка айсберга.

В Литве собирали немалые деньги для оплаты типографий и книгонош. Только один издатель в Кёнигсберге - Отто фон Маудероде - в год получал за печать литовских книг и газет 80.000 рублей. Огромная для того времени сумма. На втором месте стояла тильзитская типография Юлия Шенке.

В общем, литература через границу шла бесперебойно.

Супруги Вайнейкис

Для распространения контрабандной литературы в Литве была создана разветвлённая сеть складов. Многие из них находились в костёлах. Оттуда книги расходились по литов­ским городам и деревням.

Один из самых знаменитых распространителей был Людас Вайнейкис - доктор из Паланги. Крестьянский сын, он окончил немецкую гимназию, затем медицинский факультет Казанского университета. Вернувшись в Палангу, молодой врач устроил у себя дома подпольный центр литовской литературы. Людасу активно помогала жена Станислава.

Супруги долгое время руководили большой группой книгонош. Долгое время им удавалось уходить от жандармов, полиции и пограничников. Но однажды везение закончилось: жандармский полковник Андрей Вонсяцкий, мнивший себя Шерлоком Холмсом, выследил и арестовал Людаса Вайнейкиса. По приговору суда доктор был выслан в Восточную Сибирь, к якутам. Молодая жена последовала за ним...

Всего за долгие годы борьбы книгонош с царским режимом было задержано более трёх тысяч “идейных контрабандистов”. Большинство из них попали в тюрьмы или отправились в сибирскую ссылку.

Русский фашист

Но и Вонсяцкого судьба не пощадила. 16 июня 1910 года в кабинет жандармского полковника вошли двое. Это были Иосиф Пионтковский и Мариан Стемпневич.

Обоих Вонсяцкий завербовал, как осведомителей. Вернее, считал, что завербовал. Иосиф и Мариан вели собственную игру.

Тремя выстрелами из револьвера в упор Пионтков­ский уложил полковника. Стемпневич открыл огонь по вбежавшим в кабинет офицерам, ранив одного из них. После этого Иосиф и Мариан застрелились.

Сын полковника Анастасий Вонсяцкий продолжил дело отца. Революцию 1917 года юноша встретил в звании юнкера, не успев окончить военное училище. Затем Анастасий воевал на стороне белых, после чего эмигрировал в США, где учредил “Всероссийскую фашистскую организацию”.

После вступления США во вторую мировую войну, Вонсяцкий был арестован ФБР, как ярый поклонник Адольфа Гитлера. Четыре года русский фашист провёл в тюрьме, после чего вышел на свободу. Однако убеждений не изменил.

В 1953 году Анастасий осуществил самое крупное из своих послевоенных начинаний - торжественно открыл в Сент-Питерсберге музей русского императора Николая II. В 1965 году русский фашист умер.

Немного не дожил до торжества справедливости в России. А ведь мог стать отличным другом и соратником депутату Государственной думы РФ Наталье Поклонской! И не только ей одной...

А. Захаров

Кёнигсберг, Кнайпхоф, вид на Альтштадт

Кёнигсберг, Рыбная деревня, вид на Ломзе и Новую синагогуКёнигсберг, Fischmarkt


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.







ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля