Новые колёса

НЕ СТРЕЛЯТЬ! ОН — СВОЙ В КЁНИГСБЕРГЕ.
Памятник Шиллеру спасли чекисты

Наша сегодняшняя “прогулка” - по нескольким “мостикам”, соединяющим Калининград с Кёнигсбергом. Имеются в виду улицы, которые названы в честь “лиц немецкого происхождения”. Всего в Калинин­граде таковых семь. И один переулок. Это ул. Бесселя (бывшая Stern­wartstrasse), Брамса (Bramsstrasse), Вагнера (Wagnerstrasse), Шиллера (Shillerstrasse), Карла Маркса (Hagenstrasse), Тельмана (Herzog-Albrecht-allee), Энгельса (Leostrasse) и его же, Энгельса, переулок (Dornstrasse).

Искоренение “неметчины”

Калининград, памятник Шиллеру. Позади прусский госархив, ныне научная библиотека,   1949 год

В Кёнигсберге улиц, названных в честь людей, которые оставили тот или иной след в истории города, насчитывалось более сотни.

При тотальном переименовании (главной целью которого было искоренение “неметчины”) уцелели только Брамс, Вагнер и Шиллер. Основоположник марксизма с товарищем Фридрихом, а также Эрнст Тельман добавились позже. Астронома Бесселя увековечили в “новейшее” время.

Надо сказать, что в общую картину парадоксальности нашего края и Брамс, и Вагнер, и Шиллер вписываются великолепно!

Начнём с Шиллера.

Иоганн Кристоф Фридрих фон Шиллер - поэт, философ, теоретик искусства, драматург, профессор истории - был зачислен в “свои” безоговорочно. Старожилы подтвердят: на памятнике Шиллеру долгое время сохранялась надпись, сделанная во время штурма Кёнигсберга - “Не стрелять! Он свой!”

Потом её дополнила табличка: “Не трогать! Памятник культуры!”

Всё из горла выливается!

Памятник Шиллеру в Кёнигсберге, 1910 год

Известна почти детективная история: будто бы однажды памятник попытались вывезти на металлолом, уже и трос набросили на шею, но горожане сообщили в КГБ и пресекли это чёрное дело. По другой версии, Шиллера всё-таки уволокли, но после вмешательства чекистов “вернули где-то из-под Магнитогорска”.

“У Шиллера” назначались свидания, про него сочинялись анекдоты (памятник долго стоял с простреленным горлом, и горожане шутили: мол, в Калининграде кто не пьёт, так это Шиллер - у него всё из горла выливается!)

Позже у курсантов военно-морского училища появилась традиция - в день выпуска натягивать на Шиллера специально сшитую для этого случая гигантскую тельняшку. В общем, он был реально СВОЙ! Поэтому и улицу переименовывать не стали.

Такое благоволение к немецкому драматургу объяснялось в первую очередь его пьесой “Разбойники”. Сюжет её прост и трагичен: старший из братьев Мооров, Карл, во главе банды разбойников уходит в богемские леса, чтобы наказывать тиранов. Младший брат, Франц, в это время стремится завладеть имением отца. Естественно, Карл - это рыцарь без страха и упрёка, а Франц является воплощением подлости, коварства, вероломства.

Дворянин из семьи пекаря

За “красного” Карла Моора Шиллеру в Стране Советов прощалось всё остальное: и явная склонность к мистицизму, и приятельские отношения с различными титулованными особами (вроде веймарского герцога Карла Августа или наследного принца Фридриха Кристиана Шлезвиг-Гольштейн­ского), и дворянство, которое Шиллеру, чей отец был полковым лекарем, а мать происходила из семьи провинциального пекаря-трактирщика, даровал лично император Священной Римской империи Франц II...

Калининград, 1950 год, памятник Шиллеру и братская могила советских солдат

Кстати, “красного” Карла сам Шиллер любил больше всех других своих персонажей. А “безуминка”, без которой НАШИ люди существовать не могут, приключилась с драматургом... после смерти.

Шиллер умер в ночь с 11 на 12 мая 1805 года в Веймаре и был похоронен на тамошнем кладбище в склепе Кассенгевёльбе, специально отведённом для почитаемых жителей Веймара, фамильных склепов не имевших. В 1826 году останки Шиллера решили перезахоронить. Усыпальницу вскрыли, но... не смогли “рассортировать” содержимое. Наиболее “подходящие” останки были выбраны произвольно и перевезены в библиотеку герцогини Анны Амалии.

Череп в гробу

Печально взирая на череп Шиллера, великий Гёте написал одноимённое стихотворение. 16 декабря 1827 останки драматурга были торжественно захоронены в княжеской усыпальнице.

А в 1911 году был обнаружен... ещё один череп! Который по всем признакам принадлежал именно Шиллеру.

Долгое время велись ожесточённые споры о том, какой же из двух черепов - настоящий. И только в 2008 году была проведена экспертиза ДНК, которая показала, что... ни один из этих черепов не принадлежит Фридриху Шиллеру! А останки в его гробу - как минимум, трёх разных людей, чьи ДНК также не совпадают ни с одним из “черепов Шиллера”.

В итоге было решено оставить гроб драматурга в княжеской усыпальнице на веймарском кладбище... пустым. А поиск “черепа Шиллера” сегодня - столь же увлекательное занятие, как и погоня за призраком янтарной комнаты.

Согласитесь, это по-нашему?!.

Обвенчался и... сбежал

...Мистик и антисемит Вагнер - тоже персона впечатляющая. Известно, что пребывание композитора в Кёнигсберге связано с самым беспокойным периодом его жизни. Здесь он работал дирижёром музыкального театра, здесь венчался с молодой актрисой Минной (в Штайндаммской кирхе)... и отсюда бежал, преследуемый кредиторами, тайно, забившись в трюм небольшой шхуны, шедшей в Ригу из Пиллау (Балтийска). Деньги, кстати, он своим кредиторам так и не вернул...

Забавно вот что: именно в Кёнигс­берге Вагнер начал писать либретто самой знаменитой своей оперы “Кольцо нибелунга” (допишет он его много позже, поучаствовав в революции 1848 года и тесно сойдясь с русским анархистом Михаилом Бакуниным).

И если уж разрабатывать “вагнеровскую тему”, то мы могли бы уподобиться королю Людвигу II Баварскому, который в своё время возвёл в честь персонажей Вагнера замок Нойшванштайн - Новый Лебединый замок. Это комнаты, украшенные волшебными декорациями, сад во внутреннем дворе, с искусственной пещерой... - эти интерьеры знакомы нам по мультфильму Уолта Диснея “Спящая красавица”. То самое Волшебное Королевство, созданное Диснеем - это и есть Нойшванштайн, и доныне один из самых посещаемых замков Германии и одно из популярнейших туристических мест Европы. А ведь у Вагнера идея возникла здесь, в Кёниг­сберге!..

Влюблён в чужую жену

Ну а в Калининграде пикантность “вагнеров­ской ситуации” заключается ещё и в том, что неподалёку от улицы Вагнера располагается улица Мусоргского, который Вагнера терпеть не мог и возглавлял в России “антивагнеровскую тенденцию”. В Германии же крупнейшим представителем “антивагнеровской тенденции” был композитор и исполнитель Иоганнес Брамс. Улица его имени - тоже рядом.

Брамс был личностью своеобразной. Он был весьма одарён и в десять лет уже выступал в престижных концертах, где исполнял партию фортепиано. В юности он был пылко влюблён в жену композитора Шумана. Красивая, утончённая Клара Шуман, мать шестерых детей, была старше Брамса на 13 лет, что не мешало ему много лет писать ей нежные письма. Но, видимо, помешало сделать ей предложение, когда Клара овдовела.

“Весело я ухожу в могилу”

Иоганнес Брамс

Брамс так и остался холостяком. Он много работал, был широко известен, но отличался на редкость пессимистиче­ским складом характера и мрачным юмором. Известны многочисленные “анекдоты из жизни Брамса”. Например: однажды издатель спросил Брамса: “Почему вы пишете только грустную музыку? Напишите что-нибудь весёлое”.

- Попробую, - ответил Брамс.

Через несколько дней он пришёл в издательство с произведением, которое называлось “Весело я ухожу в могилу”.

Или: одна малоодарённая певица попросила у Брамса совет по поводу предстоящего ей концерта.

- А вы готовы к концерту? - спросил он. - Сшито платье, куплены перчатки?

- Конечно. Но почему вас интересуют эти мелочи?

- Если бы вы не сделали этого, я посоветовал бы вам отменить концерт...

“Все болезни увожу обратно”

Клара Шуман, 1853 год

А вот три анекдота, касающиеся пребывания Брамса на курорте в Кранце (Зеленоградске).

Один восторженный молодой человек, встретив в Кранце Брамса, воскликнул:

- Представляю, что будет написано на стене этого домика после вашей смерти!

Брамс меланхолично ответил:

- Сдаются комнаты отдыхающим.

Или: организаторы светского приёма в Кранце очень хотели заполучить к себе Брамса. Они доставили ему список приглашённых и предложили вычеркнуть всех, кто ему неугоден. Брамс вычеркнул только одну фамилию. Свою.

И, наконец: Брамс лечился в Кранце несколько месяцев. Когда курс лечения был закончен, врач спросил:

- Всем ли вы довольны, господин Брамс? Может быть, вам чего-нибудь не хватает?

Композитор ответил с предельной учтивостью:

- Благодарю, я в полном порядке: все болезни, которые я привёз с собой, я увожу обратно...

Бездарная сволочь

Ну и “изюминка” в духе нашего города: улица Брамса находится неподалёку от улицы Чайковского. Который отзывался о своём немецком коллеге так:

“Играли подлеца Брамса. Экая бездарная сволочь! Меня злит, что эта самонадеянная посредственность признаётся гением!”

Брамс, впрочем, не оставался в долгу. Он терпеть не мог оперу (хотя и пытался писать). Как правило, он требовал от своих близких: “Об опере и женитьбе в моём присутствии - ни слова!”

Впрочем, музыка Брамса роскошна. И, наверное, наше счастье, что в Кёниге есть улицы, названные именами ТАКИХ людей - пусть даже в столь неоднозначном сочетании. Ну да у нас ведь многое не­однозначно...

А “прогулки” - продолжаются.

Д. Якшина


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.




Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *




ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля