Новые колёса

КЁНИГСБЕРГ В СЕТЯХ НКВД.
Похождения бравого чекиста Михалкова в столице Восточной Пруссии

В форме капитана СС

Летом 1944 года из здания финансового управления Восточной Пруссии на Альте Пиллауэр Ландштрассе в Кёнигсберге (ныне резиденция правительства Калининградской области, ул. Дмитрия Донского, 1) вышел молодой офицер в форме капитана СС. Он только что выписался из военного госпиталя, располагавшегося в одном из крыльев этого внушительного здания.

Михаил Михалков
Михаил Михалков

- Всего хорошего, герр Мюллер! - проводил бравого эсэсовца пожилой военный врач. - Желаю вам удачи.

- Хайль Гитлер! - вскинул руку в нацистском приветствии капитан. - Победа будет за нами!

Капитан резво сбежал по ступеням на мостовую. В его кармане лежали продовольственные карточки на три месяца, 1.800 рейхсмарок и отпускные документы. После излечения ему был положен отдых.

Обычная картина для Кёнигсберга военной поры, если бы не одно обстоятельство: капитаном СС был Михаил Владимирович Михалков – родной брат знаменитого автора гимна СССР и России Сергея Владимировича Михалкова.

Штирлиц отдыхает

Не прошло и года, как Мюллер-Михалков оказался в советском плену. Узнав, что капитан СС – брат известного советского поэта, СМЕРШ отправил Михаила в Москву – на Лубянку. После этого началась история тёмная и загадочная. Естественно, автор советского гимна, любимчик Сталина, похлопотал за брата и тот вышел “на свободу с чистой совестью”.

Кёнигсберг. Здание министерства финансов на Альте Пиллауэр Ландштрассе
Кёнигсберг. Здание министерства финансов на Альте Пиллауэр Ландштрассе

Позднее, уже после Перестройки, неожиданно выяснилось: Михаил Михалков – чекист-разведчик, выполнявший в тылу врага секретные задания НКВД. Биография, достойная пера Юлиана Семёнова – киношный Штирлиц отдыхает.

Сам Михаил Владимирович долгое время помалкивал о своих похождениях. Но незадолго до своей смерти в 2006 году, разоткровенничался. То, что он рассказал, стало настоящей сенсацией.

Постараюсь изложить эту сумасшедшую эпопею (ну прямо мистер Питкин в тылу врага!) как можно ближе к первоисточнику – со слов Михалкова.

Ещё раз повторю: всё сказанное ниже – прямая речь М.В. Михалкова

Фельдфебель на лошади

Михаил Михалков родился в 1922 году. В его семье была немка-воспитательница, благодаря которой мальчик научился говорить по-немецки. Причём, лучше, чем на русском! Прямо со школьной скамьи талантливого юношу забрали в спецшколу НКВД. Окончил её 18‑летний вундеркинд аккурат накануне войны – в 1940-м.

22 июня 1941 года юный Михалков встретил переводчиком в штабе 97-го погранотряда в Измаиле. В этом же году он попал в плен вместе с несколькими однополчанами-красноармейцами.

- Вдруг над нами, словно из-под земли, вырос немец верхом на лошади, - вспоминал Михаил Владимирович. - Указывая дулом автомата дорогу, верховой погнал нас троих к дому, над крышей которого развивался фашистский флаг. Там нас обыскали, и старший офицер небрежно бросил фельдфебелю: “Расстрелять”.

Красноармейцы поняли, что дело швах, избили охрану и разбежались.

Дважды расстрелянный

Михалков попытался добраться до линии фронта. Не получилось – его опять схватили фашисты. Отправили в лагерь неподалёку от городка Александрия Кировоград­ской области. Михаила Владимировича и здесь попытались расстрелять, но он и тут умудрился бежать. Буквально под огнём роты фашистских карателей.

Сотрудника НКВД укрыла молодая женщина Люси Цвейс.

- Она выправила мне документы на имя своего мужа Владимира Цвейса, - поведал Михалков, - и я начал работать переводчиком на немецкой бирже труда в Днепропетровске.

Явно еврейская фамилия Цвейс немцев нисколько не смутила, и Михаилу удалось втереться к ним в доверие. По словам ветерана НКВД, в это время он установил связь с подпольщиками и передавал им “важные сведения”. Вероятно, об уровне безработицы на временно оккупированной фашистами территории.

Доверчивые эсэсовцы

Через некоторое время Михаил опять решил “пробиваться к своим” - на Восток, к фронту. И надо же! Снова напоролся на немцев. Так Михалков оказался в штабной роте танковой дивизии СС “Великая Германия”.

- Капитану Бершу я рассказал выдуманную легенду, - заявил Михалков. - Якобы я ученик 10-го класса, по происхождению немец с Кавказа, меня отправили на лето к бабушке в Брест. Когда город захватила немецкая дивизия, то я доставал продукты для их обоза.

Доверчивый эсэсовец поверил милому пареньку и взял его на службу. Так молодой чекист стал “хиви” (вспомогательная служба) и принялся разъезжать по окрестностям, снабжая германских танкистов провиантом.

Естественно, о какой-либо связи “с Центром” отчаянный разведчик даже не помышлял – не было возможности. Но он честно продолжал выполнять свой чекистский долг – внедрялся в ряды врагов.

В этих важных хлопотах незаметно пролетел 1942-й год, миновал 1943‑й, наступил 1944-й.

Русский зять миллионера

Танковая дивизия СС “Великая Германия” отступала на Запад. На границе Румынии и Венгрии Михалков снова бежал. Как он утверждал, пытался найти партизан. Не нашёл. Оно и понятно: какие в Румынии и Венгрии партизаны – эти страны были верными союзницами Гитлера. Зато добрался до Будапешта, “где случайно познакомился с миллионером из Женевы”.Выглядело это, судя по всему, примерно так.

- Здравствуйте, - на чистом немецком языке обратился Михалков к незнакомому толстосуму. - Я сын директора крупного берлинского концерна.

- Какая удача! - обрадовался швейцарец. - А у меня как-раз дочурка на выданье. Будьте моим зятем!

Михалков, имевший фальшивые документы на имя гражданина СССР Цвейса, немедленно согласился. Так он начал выполнять бизнес-поручения папаши. Побывал в Швейцарии, Франции, Бельгии, Турции. Жизнь была сказочно хороша.

Лишь одно удручало чекиста – связи с Центром не было. Тогда Михалков решил отправиться в Латвию – поближе к России.

Папаня-миллионер тут же выполнил желание зятя. Вскоре советский разведчик прибыл в Ригу. Он был полон надежд послужить верой и правдой своей Родине.

“Мёртвая голова”

- Однажды, - буднично вёл повествование Михалков, - я убил капитана из дивизии СС “Мёртвая голова”, взял его форму и оружие. Это обмундирование помогало мне искать “окно” для перехода фронта. Верхом объезжал вражеские части и выяснял их расположение.

Верхом вдоль линии фронта Михалков без документов ездил долго. Настоящий рейд по вражеским тылам! Однако “окно” почему-то никак найти не мог – да и сведения о дислокации противника было некому передать. Досадно. А тут ещё одна неудача свалилась на его голову. Какой-то странный фриц потребовал-таки от Михалкова удостоверение. В результате чекиста посадили под арест – до выяснения личности. Но и на этот раз наш герой сбежал!

Дальше произошло и вовсе чудо.

- При попытке перейти линию фронта попал в немецкую полевую жандармерию, - утверждал Михаил Владимирович. - Меня, как офицера СС, сразу даже не обыскали. Вскоре мне удалось бежать. Неудачно спрыгнув с пятиметровой высоты, сломал себе руку, повредил позвоночник...

С трудом добрался до ближайшего хутора и там потерял сознание. Хозяин хутора, латыш, отвёз меня на телеге в госпиталь, естественно, немецкий. Когда я пришёл в себя, меня спросили, где мои документы. Я ответил, что они остались в кителе. В общем, не найдя документов, мне выписали карточку на имя капитана Мюллера из Дюссельдорфа.

Короче, лопухнулись немцы в очередной раз. Поверили хитрому чекисту на слово. Так Михалков оказался в Кёнигсберге – в госпитале. А после выписки и заслуженного отпуска, “капитан СС Мюллер” отбыл в родную часть – танковую дивизию СС “Мёртвая голова”.

“Там, где Гитлер, там – победа!”

Далее Михалков командовал танковой ротой. Связи с Центром, как вы понимаете, у чекиста всё ещё не было, поэтому приходилось всё глубже вживаться в образ врага.

- Я написал строевую песню для своей роты, - поведал Михалков. - На полигоне солдаты эту песню разучили и, возвращаясь в часть, пропели её под окнами штаба. Там были слова “Где Гитлер, там победа”. Меня тут же вызвал к себе генерал: “Что это за песня?” Я ответил, что слова и музыку сочинил сам. Генерал был очень доволен...

До Победы оставалось совсем немного, и советскому разведчику пора уже было хоть что-то предпринять помимо сочинения нацистских маршей. И Михалков начал решительно действовать.

- Сменил легенду, документы и оказался в Польше, в Познанской школе военных переводчиков, - рассказывал Михаил Владимирович. - А 23 февраля 1945 года вышел к своим. Кстати, переходя линию фронта, я зарыл на окраине Познани два подсумка с бриллиантами, которые забрал у двух убитых фрицев. Наверное, до сих пор там где-то лежат. Вот если бы удалось туда съездить, может, и нашел бы...

Легендарный разведчик

Чёрствые люди из СМЕРШа не поверили ни единому слову героя.

- Сначала сразу хотели расстрелять, - сокрушался Михалков. - Потом отвели в штаб на допрос. Очевидно, от волнения я не мог две недели говорить по-русски, полковник допрашивал меня по-немецки и переводил мои ответы генералу. После долгих проверок была установлена моя личность – из Москвы пришли документы, подтверждающие, что я окончил разведшколу НКВД, что я брат автора гимна Советского Союза Сергея Михалкова. На самолёте меня отправили в Москву.

Сергей и Михаил Михалковы
Сергей и Михаил Михалковы

Так Михалков оказался “в застенках Лубянки”. Там он успешно работал “подсадной уткой”.

- Обычно меня подсаживали в тюремную камеру к пойманным гитлеровцам. В частности, к белым генералам-коллаборационистам - Краснову и Шкуро, - хвастался Михаил Владимирович. - Я их “раскалывал”, изобличая шпионов и гестаповцев...

Далее вам уже известно: за­ступничество знаменитого брата, выход на свободу, тихая, мирная жизнь в кругу известной семьи, и, наконец, “пришло время снять гриф секретности”.

Если кто-то не поверил в эту совершенно правдивую и абсолютно достоверную историю, отправляйтесь на официальный сайт ФСБ России (http://www.fsb.ru/fsb/ history/author/single.htm!id%3D 10318099@fsbPublication.html). Там она изложена на полном серьёзе – в цветах и красках. И очень пафосно.

А. Захаров


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.







ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля