Новые колёса

Кенигсберг и собор.
Символ древнего города от разрушения спасла могила Иммануила Канта

...Сегодня вместе со специалистом по истории Кенигсберга Николаем Чебуркиным мы "гуляем" по Кафедральному собору - воплощенной метафоре победы Духа над Материей. Вернее, спасения Материи - Духом.
...Это в высшей степени странно, что собор уцелел. Казалось бы, ТАКАЯ материя была просто обречена на погибель. Усыпальница прусских герцогов, символ чужой, вражеской веры - собор неминуемо должен был разделить судьбу Королевского замка. Тем более, что к замку, - вспоминают первые переселенцы, - НАШИ подбирались еще в сорок пятом. Но, чтобы в одночасье стереть его с лица земли, тогда не хватило мощности подрывных устройств. А потом случилась другая история…
Замок "приговорил" в конце шестидесятых председатель Совмина СССР Алексей Косыгин. Будто бы во время посещения Калининградской области он спросил у первого секретаря обкома КПСС Коновалова: "А что это у вас за хрень в центре города?"
Коновалов ответил: "Здесь мы собираемся замок восстановить и создать краеведческий музей".
Косыгин аж задохнулся от возмущения: "Музей чего? Прусского милитаризма?! Чтоб завтра же этой хрени не было!!!"
Трудно сказать, имел ли место этот диалог в действительности, но через некоторое время Королевский замок был взорван.
Кафедральным собором Косыгин был тоже крайне недоволен, но... собор спасла могила Канта. Среди партийных бонз, да и среди первых переселенцев наверняка не было тех, кто так или иначе не слышал бы о великом немецком философе. Которого, с его рассуждениями о звездном небе над нами и законе нравственности внутри нас, никак нельзя было "пристегнуть" ни к прусскому милитаризму, ни, тем паче, к фашизму.
Тень славного идеалиста уберегла материю - и вплоть до девяносто первого года Кафедральный собор был единственным в нашей области, лишенной храмов и "сугубо атеистической". Вроде бы мертвым, но присутствующим в жизни каждого. В качестве этакой духовно-стилевой доминанты.
Это, кстати, великолепно почувствовал режиссер Александр Кайдановский, снявший году в восемьдесят восьмом фильм "Жена керосинщика". Фильм, получившийся до мозга костей калининградским, московская критика приняла в штыки, а в России просто не поняли.
Еще бы! Один из лучших фрагментов "Жены..." - это, когда священник - бывший фронтовик в застиранной сержантской гимнастерке, с орденом и медалями на груди, сидит в руинах Кафедрального собора и, растягивая меха потрепанной гармошки, поет: "Вернулся я на родину, шумят березки с кленами..." А за его спиной в одном из закопченых оконных проемов пихаются два ангела. Наш гонит в тычки немецкого, а тот упирается, ругается, плачет...
Чтобы понять ТАКОЕ - здесь нужно родиться.
- У собора очень сложная судьба, - говорит Николай Чебуркин. - Первоначально под его строительство - тогда он назывался церковью соборного капитула епископства самбийского - был выделен земельный участок в юго-восточной части Альтштадта (до перекрестка, образуемого ныне Московским проспектом и ул. Октябрьской), северней нынешнего расположения собора. Строительство началось при епископе Зигфриде, продолжалось с 1297 по 1302 года. (Сама резиденция самбийского епископа находилась в Фишхаузене - ныне Приморск.)
Собор был посвящен святой деве Марии, святому Адальберту, святой Елизавете - и вообще всем святым. К концу двадцатых годов ХIV века территория, отведенная под кафедральную церковь, показалась новому самбийскому епископу Иоганну недостаточной - он обратился к магистру Тевтонского ордена с просьбой выделить участок попросторнее, что и было сделано в 1327 году.
Северо-восточный угол Кнайпхофа отвели под богоугодные цели. Но... в 1333 году магистр Тевтонского ордена Людерус Браунгшвейгский на время остановил возведение собора - из-за того, что церковные власти все больше превращали его в крепость. А крепость уже была - Королевский замок, принадлежащий Ордену. А поскольку земля принадлежала Ордену тоже, от церковников потребовали отказаться от притязаний на постройку крепости и воздвигнуть чисто культовое сооружение. Договоренность была достигнута, и 13 сентября 1333 года магистр Браунгшвейгский "дал отмашку" продолжать строительство.
Эта дата и считается официальной "точкой отсчета" в истории Кафедрального собора.
Старый собор к тому времени был уже снесен. Чтобы перетащить стройматериалы, построили Соборный мост между Альтштадтом и Кнайпхофом (он просуществовал пятьдесят лет) и Соборные ворота в городской стене Альтштадта. Они задумывались как временные, но... немцы тоже отдали дань пословице: "Нет ничего более постоянного, чем временное". Ворота благополучно дожили до 1944 года и "гикнулись" во время налета на город английской авиации. (Кстати, в дальнейшем на месте старого собора возник монастырь.) А если бы Соборный мост протянул более, чем полсотни лет, знаменитая задача Леонарда Эйлера, математика и физика, про семь мостов Кенигсберга (можно ли по периметру обойти город, не вступая дважды на один и тот же мост) имела бы положительное решение - а раздел математики "теория графов" не был бы создан!..
...Основатель нового Кафедрального собора Великий магистр Браунгшвейгский умер в 1335 году. В Соборе. Он приехал в Кенигсберг, занемог и, чувствуя приближение смерти, велел отнести его в собор, где и испустил дух. И там же был захоронен.
Скончавшийся в 1344 году епископ Иоганн был также похоронен в соборе. Но... иногда "усыпальница" превращалась в конюшню. Так, в 1344 году граф Вильгельм IV Голландский попросил тогдашнего епископа самбийского позволить ему провести - вместе со своими конями - зиму в еще не отстроенном соборе. Ему было позволено. (Немцы, кстати, очень свободно смотрели на подобные метаморфозы: в ХХ веке они превратили храмовый флигель епископского замка в Фишхаузене в... коровник.)
...В длину собор насчитывал 88,5 метров, высота южной башни до шпиля составляла 50,75 м, высота части здания (без креста) - 32,14 м. Первоначально он был однонефным (неф - главное продольное помещение в храме), чуть позже с западной стороны к нему пристроили трехнефный корпус. В однонефной части была церковь для рыцарей Ордена (он получил название Высокие хоры), в трехнефной - мирская церковь, где проводились службы для жителей (эту часть именовали: Низкие хоры).
С 1380-го по 1400 годы нефы были украшены фресками.
1380-й год официально считается датой завершения строительства, хотя процесс продолжался и после. Так, в 1553 году появились восьмиугольная и южная башни (с русалкой на флюгере), в 1640-м - были установлены башенные часы, в 1695-м - орган (а сам собор снаружи и внутри оштукатурен белым).
В 1832 году под побелкой обнаружились фрески, а с 1901 по 1907 г.г. провинциальным консерватором (так у немцев называли реставраторов) Рихардом Детлефсеном была проведена основательная реставрация. Впрочем, мы забегаем вперед.
...В 1519 году в Соборе состоялась последняя католическая служба, в которой приняли участие Великий Магистр Ордена Альбрехт (первый герцог Пруссии) и епископ Самбии Георг Поленц, принявший впоследствии лютеранство. А уже через четыре года Иоганн Бризман произнес в соборе первую евангелическую проповедь на немецком языке. (Напомним, католические службы ведутся на латыни. Реформаторы, в числе прочего, отстаивали и право человека возносить к Богу молитвы на родном языке.)
В 1528 году собор становится собственностью города Кнайпхофа (Кнайпховской приходской кирхой).
В 1564 году в нем создана герцогская усыпальница, где со временем похоронили герцога Альбрехта и многих его потомков, а в 1588 году почетное право быть захороненным в восточной части у северной стены было предоставлено профессорам Кенигсбергского университета.
В 1650 году в южной башне, на втором этаже, разместилась знаменитая Валленродтская библиотека. Ее учредил канцлер Мартин фон Валленродт. Сын его, Иоганн Эрнст, долгие годы путешествовавший по Европе и Северной Африке, пополнял ее неутомимо. В башне библиотека заняла две комнаты, расписанные в стиле барокко и украшенные затейливой резьбой.
В начале ХХ века из 10.000 томов часть была передана в государственную университетскую библиотеку. Только эти книги и сохранились. Сама Валленродтская библиотека сгорела во время налета английской авиации. А уцелевшие книги после взятия Кенигсберга были вывезены в Подмосковье, в поместье Узкое, некогда принадлежавшее графам Трубецким - там, в старой церкви размещался специфический книжный фонд АН СССР - УНЕОН. Начиная с 1917 года в этот скорбный фонд свозили книги, "экспроприированные" в дворянских имениях, в помещичьих усадьбах, в церквях, семинариях и т.д., и т.п. Из них впоследствии формировались по стране университетские и институтские библиотеки.
...Сотрудница Калининградского госуниверситета, создательница и хранительница импровизированного музея Канта О.Ф. Куприна (немцы уважительно именовали ее "фрау Кант") отыскала в этом фонде 300 томов бывшей Валленродтской библиотеки - и привезла их в Калининград. (Уже здесь обнаружив, что между ними затесалось несколько редких книг, принадлежавших до революции Тамбовской духовной семинарии.)
Оставшиеся книги рассеяны - часть "осела" в Литве, часть - в Санкт-Петербурге. (Сейчас фонда УНЕОН не существует. Церковь князей Трубецких передана РПЦ, а ценнейшие книги-фолианты, переплетенные в сафьян и телячью кожу, в середине 90-х годов за копейки ушли в московские антикварные магазины. И - "растворились". Вернее, попали в чьи-то "частные коллекции". Скорее всего, за рубежом.)
...28 февраля 1804 года в профессорской усыпальнице был захоронен Иммануил Кант. В связи с этим интересно перечитать посвященные ему страницы из "Писем русского путешественника" Н. Карамзина. В 1789 году Карамзин, тогда еще молодой человек, встречался с Кантом:
"Вчерась после обеда был я у славного Канта, глубокомысленного, тонкого метафизика которого иначе не называют, как der allez zermalmende Kant, т.е. все сокрушающий Кант. Я не имел к нему писем, но смелость города берет, - и мне отворились двери в кабинет его. Меня встретил маленький, худенький старичок, отменно белый и нежный С полчаса говорили мы о разных вещах: о путешествиях, о Китае, об открытии новых земель Кант говорит скоро, весьма тихо и невразумительно Домик у него маленький, и внутри приборов немного. Все просто, кроме... его метафизики".
Далее Карамзин описывает Кафедральный собор:
"С великим примечанием рассматривал я там древнее оружие, латы и шишак благочестивейшего из маркграфов бранденбургских и храбрейшего из рыцарей своего времени На стене изображена маркграфова беременная супруга, которая, забывая свое состояние, бросается на колени и с сердечным усердием молит небо о сохранении жизни героя, идущего побеждать врагов", - речь идет о герцоге Альбрехте и его супруге Доротее.
...В 1880 году на месте погребения Канта была возведена Stoa Kantiana- кантовская часовня. Внутри нее располагался бюст философа, на стене висела копия картины Рафаэля "Афинская школа". Посетителей сюда пускали два раза в год - 12 февраля и 22 апреля, в день рождения и в день смерти философа. Вход был платный. Специальный кастелян собирал деньги, открывал и закрывал часовню.
В 1924 году, к 200-летию со дня рождения Канта, был построен портик. Он тоже закрывался... Во время штурма Кенигсберга в 1945-м могила Канта разрушена не была, ее сохранила магия великого имени. Но... первые советские переселенцы вспоминают, что крышка саркофага была сдвинута, а стены исписаны. Были там, например, такие надписи: "Думал ли ты, что русский Иван будет стоять над твоим прахом?" Или: "Теперь ты понял, что мир материален?"
Но в основном надписи были нецензурного содержания и простонародные, типа: "Мы пришли", "Мы захватили", "Мы дошли до твоей могилы" и так далее. Потом все это забелили.
...Решеткам из портика у нас тоже нашли применение: их растащили на заборы. Потом спохватились, нашли несколько оригиналов, сделали по ним копии - очень приблизительные...
С могилой Канта связана одна забавная история. Когда город открыли для иностранных туристов и к нам поехали первые ностальгирующие немцы, одна предприимчивая бабулька встала у портика и начала просить милостыню. Герры и фрау платили охотно: они решили, что это кастелянша (по обычаю!), и давали ей по десять марок (средняя зарплата бюджетника тогда равнялась DM20). А бабулька целовала им руки… Промышляла она года два. Если только рэкетиры не трясли ее, как грушу, она должна была сколотить приличный капиталец... А потом таких "умных" появились десятки: бабки, деды, дети - все караулили интуристовские автобусы и клянчили, клянчили... Страна - победитель так встречала побежденных.
...Впрочем, вернемся к истории.
В 1807 году герцогская усыпальница, расположенная в восточной части собора, была превращена французами в военную тюрьму - ненадолго, но собор вновь "поменял ориентацию".
В 1809 году была снесена церковная стена, отгораживающая собор от Кнайпхофа...
В 1833-м - по поводу 500-летия собора - его отремонтировали. В 1888-м - установили новый орган.
...В 1907 году западный фасад собора после реконструкции вернул себе очертания ХIV века. На освящении присутствовал германский император и король Пруссии Вильгельм III.
...В августе 1944-го при налете английской авиации собор был сильно поврежден, полностью выгорели все деревянные части интерьера. Кстати, жители Кнайпхофа - несмотря на то, что пылали их собственные дома, пытались тушить собор. Но - непонятно, по какой причине (чуть ли не по распоряжению Эриха Коха) - нацисты запретили участвовать в его тушении... пожарным. А ведерками с водой ситуацию исправить было невозможно.
...После налета скульптор Пауль Кимриц нашел на пепелище уцелевшую статую - изображение герцогини Доротеи, первой жены герцога Альбрехта. Он поместил ее в специальный ящик, который спрятал в герцогской усыпальнице... Статую обнаружили в семидесятых годах, случайно, при поисках Янтарной комнаты. Почему-то находку афишировать не стали. А чуть позже скульптура была продана неким частным лицом за 15.000 рублей (астрономическая по тем временам сумма!) в собрание музея изобразительных искусств им. Пушкина. Там, в запасниках, на нее наткнулся искусствовед, реставратор икон в мастерской имени Грабаря - Малышев...
Герцогиня Доротея до сих пор там, хотя по закону о реституции ценностей ее место - здесь. Но... чиновники никак не могут между собою договориться. (Может, Доротею нам подарят к 750-летию города?)
...Статус памятника республиканского значения собор получил по постановлению Совета министров СССР еще в 1960 году. Но первую реставрацию его осуществили в 1976-м - не с помощью кисточек и специальных растворов, а посредством кирки, кувалды и такой-то матери.
"Реставрация" проводилась с использованием экскаваторов и отбойных молотков, и вреда от нее было гораздо больше, чем пользы. В частности, были уничтожены напольные эпитафии, да и другие детали внутреннего убранства собора.
В 1982-1984 годах - накатила "вторая волна". "Реставраторы" истребили оставшиеся эпитафии и мраморные надгробия, а оконные проемы заложили силикатным кирпичом.
...Во время перестройки архитекторами, учеными и просто заинтересованными лицами велись жаркие дебаты: что все-таки делать с Собором? Стоимость его полной и грамотной реконструкции была эквивалентна трем городским бюджетам как минимум. Предлагались разные варианты.
1. Попросить денег у немцев. Но эта идея тогда казалась рискованной. Денег-то немцы, может, и дадут… А что взамен попросят? И не будет ли восстановленный на немецкие деньги собор символом утверждения германского влияния на нашей земле?..
Политики, протестуя, против такого "сценария", напоминали, что на крупных вокзалах в ФРГ до сих пор висят таблички "Поезда на Кенигсберг временно не ходят", и призывали "не унижаться".
2. Оставить все как есть. Чтобы собор - точнее, его руины - был своеобразным памятником минувшей войне и предостережением реваншистам.
3. Нначать поэтапное восстановление... По принципу: на сколько денег хватит.
4. Отдать собор католикам. Или вообще сделать его межконфессиональным культовым учреждением, которое бы символизировало, что в Калининграде цивилизованно и дружно уживаются между собой православные и католики, лютеране и иудеи...
Тогда же молодой архитектор Юрий Забуга обнародовал свой феерический проект: вписать восстановление собора в реконструкцию всего острова, который должен был превратиться в некое подобие парижского Монмартра. Или Латинского квартала - прибежища художников и музыкантов. Стеклянные крыши и галереи, выставочные залы и "лавки искусств" - много чего было в этом проекте.
Конечно же, он не прошел. А в 1992 году г-н Одинцов занялся консервацией руин, которая плавно перетекла в реконструкцию. Был воссоздан внешний облик собора - очень небесспорно.
(На мой взгляд, руины смотрелись гораздо брутальней. Была в них первозданная мощь, была какая-то суровая и скорбная энергетика... Изувеченный собор выглядел как герой древнегреческой трагедии - монументально, титанически. Сейчас, "прибитый" островерхой крышей, лично мне он напоминает, в лучшем случае, изображение на бонбоньерке. В худшем - новорусский "новодел", - прим. авт.).
Сейчас в Соборе культурный центр: музей, чьи экспозиции посвящены Канту и истории Кнайпхофа.
...А что будет дальше? С Собором - и со всеми нами. Кто знает. Но... этим летом, если вы помните, во время одного из массовых гуляний девушку-парашютистку ветром снесло прямо на крышу собора. Зацепившись стропами за шпиль, она часа три висела и ждала пока ее снимут спасатели. Девушка уцелела. Сильно продрогла, но в-общем отделалась крепким испугом. Один мой знакомый, человек с мистическим мироощущением, тогда сказал: "Это знак. Город простил нас. Город больше не хочет боли и крови. Жертвы ему не нужны".
Если это действительно так - слава Богу. И всем святым - и православным, и лютеранским, и католическим... любым. Потому что и впрямь - этому городу хватит страданий.
Сегодня к Кафедральному собору в день свадьбы приезжают новобрачные - может, в этом есть и элемент пошлости (как в кукле на багажнике, в цветах и лентах), но... пусть будет. Это - та самая материя, которая неразрывно связана с Духом. "Белый и нежный старичок Кант" вряд ли был бы в претензии...
Ну, а наши прогулки продолжаются. Следующее "место встречи" - университет.
Д. Якшина


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7601 2243 5260.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.




Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *




ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля


6 + 2 =