Новые колёса

ФАНАТ ГИТЛЕРА ИЗ КЁНИГСБЕРГА.
Семья Густава Кура сгинула под обломками Третьего Рейха

Глиняный истукан

Густав Кур родился в Кёнигсберге в 1894 году. Мальчишка рано потерял родителей, которые умерли от туберкулёза, и воспитывался в семье своего дяди Крауса.

Ничем не примечательная бедная юность закончилась для Густава в 1914 году, когда началась первая мировая война. Как только стало известно об убийстве в Сараево австро-венгерского эрцгерцога Франца-Фердинанда, дядюшка Краус пришёл в ужас.

- Теперь не избежать войны, - качал головой дядя. - Германии явно не поздоровится. Надо же было императору Вильгельму втянуть нашу страну в Тройственный союз! Это же натуральный истукан на глиняных ногах. Не миновать нам поражения...

Молодой Кур придерживался иного мнения. Охваченный патриотическим воодушевлением, он записался добровольцем и отправился на фронт. Там ему не раз пришлось вспомнить пророчества дядюшки Крауса – немецкие войска терпели одно поражение за другим. Одно радовало – Густав служил писарем при штабе, и кровавая мясорубка передовой его не коснулась. Писарю жилось лучше, чем его дядюшке в тылу. По крайней мере, Кур не голодал.

Кончилось всё полной катастрофой – Германия позорно капитулировала. Для демобилизованного солдата Кура наступили тяжёлые времена.

Удачная женитьба

Германия пребывала в жесточайшем экономическом кризисе. Густав вернулся в родной Кёниг­сберг, однако долгое время не мог найти работу и перебивался случайными заработками. Чем только Куру не приходилось заниматься: и страхованием жизни, и распространением религиозной литературы, и чёрной работой на конезаводе в Тракенене.

Воевать в тылу  было приятнее и безопаснее...

Спасла парня лишь удачная женитьба. Низкорослому, невзрачному Густаву удалось охмурить дочь лавочника Марту – перезрелую девицу с большой, плоской задницей и лицом, побитым оспой. Теперь большую часть времени Кур занимался торговлей мясом на Шпандине. Вскоре у него один за другим появились на свет два сына - Клаус и Вилли.

Хотя жизнь у лавочника была достаточно сытной, нельзя сказать, что Густав радовался судьбе. “Ветеран-фронтовик” чувствовал себя неза­служенно обиженным. Герои войны достойны большего! Непонятным оставалось лишь одно – кто именно виноват в его тотальном невезении.

Глаза Густаву открыл его приятель по школе. Он дал почитать Куру книгу “Майн Кампф” Адольфа Гитлера. Вот где была настоящая правда жизни!

- Прогуливаясь по улицам Вены, - читал Кур воспоминания своего кумира, - я наблюдал множество носатых евреев, к которым льнули прекрасные немки. При виде их по спине пробегал холодок, и меня охватывала ярость!

- Точно, - бормотал Густав, бросая взгляд на свою жену. - Эти проклятые жиды расхватали всех приличных девок. Порядочным немцам остаются уродины...

И хотя Кур в национал-социалистическую партию не вступил, на выборах уверенно голосовал за фашистов. Он верил, что только эти парни способны навести в стране порядок!

Насиловали под наркозом

После прихода Гитлера к власти жизнь действительно стала лучше. Даже начавшаяся война поначалу не доставляла немецким обывателям слишком много неудобств. Напротив, из молниеносно поверженных стран Европы в Германию хлынул поток качественных продуктов питания, а полки магазинов постоянно пополнялись новыми товарами.

Немецкие солдаты в окопах первой мировой...

Густав и Марта были несказанно довольны. В их уютной квартире появилась роскошная мебель, ковры и дорогие сервизы. Всё это можно было приобрести по дешёвке – правительство реквизировало собственность евреев и распродавало истинным арийцам. Многочисленные торговые точки, принадлежавшие евреям, тоже были “ариизированы” – они достались членам национал-социалистической партии.

И хотя новой лавки Куру заполучить не удалось, он относился к преследованию евреев с пониманием. Ещё бы! Местные газеты того времени пестрели заголовками типа: “Врачи-евреи насилуют пациенток, находящихся под наркозом”, “Иудеи грабят немецкий народ”. Министерство пропаганды доктора Геббельса работало, не покладая рук.

В общем, жить “становилось лучше, жить становилось веселей”. Правда, Вилли и Клауса призвали в армию, но из побеждённой Франции от них приходили письма, полные оптимизма. Потери немецкой армии были невелики и война казалась весёлым приключением.

Фюрер полностью оправдывал доверие, оказанное ему народом. Теперь спаянная воедино немецкая нация встала с колен и гордилась своей страной, армией, великой историей и мудрым правительством.

Кёнигсберг, 1938 год. Парад НСДАП. “Эрих Кох  Плац” (до прихода к власти нацистов -“Вальтер-Симон-платц”, ныне - стадион “Балтика”)

- Ни один народ на земле, - с удовлетворением читал Густав статью в газете “Фёлькишер беобахтер” за 11 мая 1941 года, - не вобрал в себя так много различных духовных особенностей, как немецкий. Каждый немец рождается обладателем несметных культурных богатств. Он должен одержать победу и одержит её над всем миром... Кто в этом мире не любит нас, пусть боится нас!

Прошло чуть больше месяца и грянула война с советской Россией.

Удар судьбы под Сталинградом

Поначалу всё шло, как и прежде. Только вот попавшие на Восточный фронт Вилли и Клаус присылали всё более мрачные письма. А в начале 1943 года Германию потрясло сообщение о поражении под Сталин­градом.

Кёнигсберг, 1936 год, митинг штурмовиков СА

- Из ставки фюрера, 3 февраля 1943 года, - зачитал обращение по радио доктор Геббельс, находившийся в “Волчьем логове” в Восточной Пруссии. - Высшее командование вермахта заявляет, что битва за Сталин­град закончена. Верная своему долгу 6-я армия фельдмаршала Паулюса полностью уничтожена превосходящими силами противника. Но эта жертва не напрасна. Армия погибла, чтобы Германия могла жить.

Марта всплеснула руками и за­причитала: Вилли и Клаус служили именно в 6-й армии. Во всём Кёнигсберге были приспущены флаги – начался общенациональный трёхдневный траур.

А уже 18 февраля Густав с холодком в сердце слушал выступление доктора Геббельса в берлинском Дворце спорта.

- Тотальная война – это требование данной минуты, - вещал министр пропаганды. - Мы должны положить конец тому буржуазному отношению, которое мы столь часто наблюдали в этой войне: помойте мне спинку, но так, чтобы меня не намочить! Я твёрдо убеждён, что немецкий народ был глубоко потрясён ударом судьбы под Сталинградом. Он взглянул в лицо суровой и безжалостной войны. Теперь он знает страшную правду и полон решимости следовать за фюрером сквозь огонь и воду!

Было слышно, как публика в Берлине разразилась аплодисментами и криками: “Фюрер, приказывай – мы следуем за тобой! Да здравствует наш фюрер!”

- Того гляди, - сокрушённо пробормотал Кур, - что скоро и меня загребут в армию...

Тотальная мобилизация

Буквально за несколько дней Кёнигсберг преобразился. По распоряжению властей были закрыты все дорогие магазины, бары и рестораны. Началась тотальная мобилизация. Под ружьё вставали уже 17-летние юноши и 50-летние мужчины – Вермахту срочно требовалось восполнить страшные потери.

С каждым днём ситуация продолжала ухудшаться. Большевики отбили оккупированные немцами обширные территории СССР, откуда в Германию широким потоком шло продовольствие. Теперь продукты можно было получить только по карточкам. Причём, нормы постоянно снижались. Пайка мяса, в частности, уменьшилась до 250 граммов в неделю.

Еврейское кафе за несколько дней до “хрустальной ночи”

Кур был вынужден закрыть свою лавку. Марту, как и многих женщин Кёнигсберга, направили на трудовую повинность – “ковать меч победы” на судоверфи Шихау. А вскоре повестку получил и сам Густав. 50-летнего лавочника отправили в армию.

В 1944 году Кур оказался в 9-й танковой дивизии СС. Его определили в батальон снабжения, который был на 100% укомплектован “жертвами тотальной мобилизации” – 17-летними юнцами и ветеранами первой мировой.

“Янки что-то затевают...”

2 сентября 1944 года Густав получил известие из Кёнигсберга: его жена погибла во время массированного налёта британской авиации на город. Но в отпуск на похороны Кура не отпустили. 5 сентября 1944 года 9-я танковая дивизия СС двинулась в направлении Западного фронта – в Голландию. Через несколько дней танкисты остановились у небольшого городка Арнем на берегу Рейна. До линии фронта оставалось около 100 километров, но настроение у солдат было тревожное.

- Я печёнкой чувствую, что янки что-то затевают, - ворчал командир батальона майор Крафт. - Скоро нам придётся несладко.

Не прошло и двух недель, как его слова сбылись. 17 сентября 1944 года в небе над Арнемом появились сотни американских и английских самолётов. Они начали высадку десантников. Густав увидел тысячи парашютов – устрашающее зрелище.

- Такое впечатление, - с дрожью в голосе сказал один из немецких солдат, - что война заканчивается!

Он был недалёк от истины. Союзники начали самую крупную за всю историю войн воздушно-десантную операцию “Маркет-Гарден”.

Управимся до Рождества!

К осени 1944 года англо-американское наступление на Западном фронте застопорилось. Союзники вышли к франко-германской границе и упёрлись в немецкую оборонительную линию “Зигфрид”. Обойти её можно было только с севера – через Бельгию и Голландию. Но эти территории изобиловали реками и каналами – не лучшее место для стремительных танковых атак. Подрыв противником любого из мостов мог привести к срыву наступления.

- Значит, надо неожиданно захватить все мосты! - предложил британский фельдмаршал Монтгомери. - Это смогут сделать парашютисты.

Так родилась операция “Маркет-Гарден”. Согласно плану, в тылу немцев должна была высадиться целая парашютно-десантная армия: 101-я и 82-я дивизии США, 1-я дивизия Великобритании и польская бригада. Всего: 34.600 парашютистов, 1.736 автомобилей различного назначения, 263 артиллерийские системы, 3.342 тонны боеприпасов, продовольствия, горючего и других грузов.

7 ноября 1944 года. Американские солдаты в Эйндховене

Десантникам предстояло захватить все мосты в узкой полосе длиной 100 километров. Затем 30-й танковый корпус 2-й английской армии прорывал фронт немцев и мчался по удерживаемому парашютистами узкому коридору к Арнему, переходил Рейн и оказывался в глубоком тылу фашистов. Дальше дорога на Германию была открыта.

- Мы имеем все шансы закончить войну до Рождества, - утверждал Монтгомери.

- Хотя я никогда не одобрял эту авантюрную затею, - сказал позднее американский генерал Брэдли, - должен, тем не менее, искренне признать, что это был один из самых впечатляющих и оригинальных планов за всю войну.

Парашютисты в окружении

9-ю танковую дивизию СС немедленно подняли по тревоге. Но помешать высадке англичан танкисты не успели. В окрестностях Арнема десантировались все 9.000 бойцов 1‑й дивизии. Погиб только один – не раскрылся парашют. Немцы мобилизовали все силы, включая батальон снабжения.

Пленные немцы

Густав и ещё пятеро солдат залегли в придорожном кювете. Они прекрасно видели, как на обширном поле суетились британцы, готовясь к бою. Вскоре к группе Густава подполз молоденький эсэсовский офицер.

- Вы должны контратаковать! - уверенно приказал он солдатам.

- Что? - не понял Кур. - С шестью-то солдатами?!

- А вы что предлагаете? - смутился офицер.

- Оставаться на месте, - ответил Густав.

Офицер молча уполз в направлении штаба. Густав и его товарищи молча лежали на земле и курили. Через полчаса они, не сговариваясь, уползли вслед за офицером.

Уже к полудню передовой батальон англичан вошёл в Арнем и захватил мост. Но немцы оправились от неожиданности. Танкистам 9-й дивизии СС удалось окружить основные силы парашютистов на окраине города и прижать их к Рейну. Батальон на мосту дрался в одиночку. Парашютисты сражались отчаянно и отбивались от немецких танков гранатами. Британцы пытались продержаться до подхода главных сил.

Адское шоссе

Тем временем операция “Маркет-Гарден” продолжала развиваться. 101-я воздушно-десантная дивизия США захватила четыре из пяти мостов в районе города Эйндховен. Пятый мост немцы успели взорвать.

Дожить до победы...

Танки 30-го корпуса англичан прорвали фронт и устремились на север. Менее, чем через сутки, 18 сентября, они миновали Эйндхофен. Единственный взорванный мост не привёл к значительной задержке – инженерным частям удалось его быстро отремонтировать.

Хуже дела обстояли на севере – у города Нойменген. Подразделения 82-й воздушно-десантной дивизии США, приземлившись, с ходу за­хватили мост через реку Маас и успешно овладели ещё одним жизненно важным мостом через канал Маас-Ваал. Однако у третьего моста парашютисты встретили ожесточённое сопротивление и взять его сходу не смогли. Десантникам удалось это сделать только к вечеру 19 сентября, форсировав реку на подручных средствах и ударив по немцам с тыла. В тот же день по мосту прошли танки 30-го корпуса. Несмотря на спешку, они уже начали заметно отставать от графика операции.

Танки и машины снабжения 30‑го корпуса англичан продолжали двигаться на север. Они следовали по узкому коридору, который немцы простреливали с двух сторон. Солдаты назвали его “адским шоссе”. Потери росли, темп наступления снизился и это грозило большими неприятностями для десантников в Арнеме.

Арнемская мясорубка

30-й корпус вышел к Рейну только 24 сентября. К этому времени британский батальон, удерживавший мост, был уничтожен. Остальные части английской дивизии несли большие потери на крошечном плацдарме у реки. Высаженная им на помощь польская парашютная бригада не спасла положение: немцы имели значительный перевес в силах.

Остатки 1-й британской дивизии были вынуждены переправиться на левый берег – в расположение 30-го корпуса. Из 9.000 солдат к своим вышли менее двух тысяч. Англий­ским танкам так и не удалось вырваться на оперативный простор и ударить по Германии.

Хотя успех был несомненным: в кратчайший срок были освобождены Бельгия и Голландия – немецкие войска спешно отошли за Рейн. Союзники получили в своё распоряжение несколько крупных морских портов. Это было крайне важно для продолжения наступления – до этого момента войскам не хватало топлива и боеприпасов. Единственный порт Шербур попросту не справлялся с гигантским потоком грузов.

Однако почти полное уничтожение элитной 1-й парашютной дивизии многие посчитали слишком высокой платой за победу. Как сказал английский штабной офицер Фредерик Браунинг: “Кажется, мы зашли на один мост дальше, чем следовало”.

Густаву удалось пережить “арнемскую мясорубку” всего на один день. 25 сентября 1944 года он погиб при налёте американской авиации. Кур так и не узнал, чем закончил жизнь его кумир Адольф Гитлер. До конца войны оставалось ещё более полугода.

А. Захаров


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7601 2243 5260.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.




3 комментария на «“ФАНАТ ГИТЛЕРА ИЗ КЁНИГСБЕРГА. Семья Густава Кура сгинула под обломками Третьего Рейха”»

  1. У меня сохранился оригинальный номер "VB" от 4 февраля 1943. На 1/3 листа проект скульптуры Арно Брекера " Возмездие". Слева передовица без подписи. Теперь это история. Приведу выдержки из первоисточника.---------" Из штаб-квартиры фюрера 3 февраля. Верховное командование вермахта сообщает. Битва за Сталинград закончилась. Верная своей присяге до последнего вздоха, 6- я армия под образцовым командованием генерал- фельдмаршала Паулюса стала жертвой превосходящих сил противника и неблагоприятных обстоятельств........... Ещё не пришло время описать ход операций, которые привели к изменению обстановки, но одно можно сказать у же сегодня : жертва армии не была напрасной. Как оплот исторической европейской миссии, она на протяжении многих недель отбивала натиск шести советских армий......... Тем самым она дала германскому руководству время и возможность для проведения контрмер, от проведения которых зависела судьба всего Восточного фронта.......... Сдача, дважды предложенная противником, встретила гордый отказ........ Под флагом со свастикой, далеко видневшимся на самой высокой развалине Сталинграда, завершился последний бой. Генералы, офицеры, унтер- офицеры и рядовые сражались плечом к плечу до последнего патрона.... Они умерли, чтобы Германия жила

  2. Читая между строк и зная дальнейшее, выводы такие.---1. Гитлер был уверен в самоубийстве Паулюса---2. ОКВ не имело достоверной информации о положении и полагало, что 6- я армия продержится до весны.----3. В Вольфшанце растерянность. Сдача оказалась ледяным душем, этого не ожидали.----4. Именно по этим причинам министр пропагагды через две недели выступил в Берлин- Паласт с заявлением о тотальной войне.----5 в ОКВ осознали, что война может быть проиграна.------ кстати, через два месяца немцы неожиданно нашли в Катыни захоронения польских офицеров. Надеюсь, эта информация будет интересна в в годовщину Победы под Сталинградом

    • Война - это грязное, гнусное дело: тело без рук, руки без тела, война - это сотен разлук причина: сын без отца, отец бес сына...
      Это не героика, это - реальность. И Катынь - реальность. Ужас войны. Расстрел польских офицеров - факт. Но никто не хочет понять реалий того времени - ни поляки, ни русские. И не захочет (при таком восприятии мира). В общем, давайте и дальше не слушать друг друга, спорить и воевать: пока все героически не сдохнем. За "правду"!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *




ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля


9 + 3 =