Новые колёса

Дуэли и свадьбы в Кёнигсберге.
Пока студенту-холостяку сносили половину черепа, жениху выносили хлеб-соль

...С особенной торжественностью провозглашался тост, называемый "Salamander", в честь какого-нибудь почетного гостя. "Теперь, - объявлял председатель, - мы разотрем Salamander!" Все вставали, торжественно-внимательные, как полк на параде.
"Ad excitium Salamander!" - говорил председатель. - Eins!.. (Все быстрым движением терли дном стакана по столу) Zwei!.. (Стаканы опять шумели, описывая круг) Drei! Bibite!" (все, залпом осушив стаканы, подымали их над головой) Eins!.. (пустые стаканы катились по столу, описывая круг) Zwei!.. (еще раз) Drei!!!" (все с размаху разбивали стаканы о стол и усаживались по местам).
На этих пирушках случались и дуэли. Правда, шутливые: два товарища понарошку ссорились, выбирался судья, приносились две обалденно большие кружки пива, судья давал сигнал - и пиво исчезало в глотках. Тот, кто первый стукнет пустой кружкой о стол, объявлялся победителем.
...Впрочем, все это шалости холостяков. Серьезная, обстоятельная жизнь начиналась для немцев со свадьбы.
- Особо торжественно свадьбы справлялись в селе, - говорит Николай Чебуркин. - Неважно, в господских имениях или крестьянских дворах. К событию готовились заранее. Забивали скот и домашнюю птицу, сооружали длинные столы. Вся родня помогала семье невесты варить, жарить и парить еду.
Накануне свадьбы колотилось очень много посуды. Считалось, что гора черепков - залог долгой и счастливой жизни молодоженов. Особое внимание уделялось украшению - в виде цветочных гирлянд - свадебной кареты и "гостевых" телег. Утром накануне венчания жених подъезжал к дому невесты. Ему выносили хлеб-соль (совсем как в России), невеста встречала его в свадебном платье, с цветочным венком на голове и украшением из одной-единственной монеты.

Затем гости произносили поздравительные речи - перед входом в дом, на пороге, в комнатах, в хлеву... Везде молодым желали счастья и побольше детей. Все женщины, принимающие участие в свадебной церемонии, украшали головы венками из цветов, а мужчины прикрепляли к одежде бант с широкой свисающей лентой.
Кстати, на Куршской косе использовались еще и венки из еловых веток.
Собственно свадебные "прихваты" на селе были такими же, как и в России: молодоженам кричали "Горько!", связывали их длинной лентой или полотенцем, воровали невесту и возвращали за выкуп...
Гости напивались и наедались за здоровье молодых так, что падали под столы и там засыпали. Благо, свадьбы устраивались, как правило, в конце лета и самом начале осени.
В городе пышных церемоний не устраивали. Обряд венчания совершался либо в церкви, либо в каком-нибудь учреждении (к примеру, если жених и невеста закончили одну школу, священник мог обвенчать их в школьном дворе). Потом все ехали к месту проведения праздничного обеда. Веселились в городе не два-три дня, как на деревенских вольных хлебах, а гораздо скромнее: до вечера. А все остальное, в принципе, как у нас.
Это уж точно. Насчет "как у нас". В Калининграде сложилась парадоксальная ситуация: самые русские свадьбы - с православным обрядом венчания - оказываются в то же время и самыми "кенигсбергскими". Почти все православные храмы (кроме церкви на площади Победы) - бывшие кирхи. Мы, к примеру, венчались в Балтийском районе - в той самой кирхе, вокруг которой когда-то объединились прихожане Понарта... а потом она долгое время функционировала как спортзал "Шторм", пока в начале девяностых не приняла православие. Причем, надо отметить, приняла чрезвычайно удачно. Уцелевшие готические элементы в оформлении интерьера отнюдь не вступают в противоречие с иконами в золоченых окладах. А лики православных святых спокойно взирают со стен, сложенных из знаменитого кенигсбергского кирпича.
А когда под этими сводами раздается многоголосое "Аллилуйя!", а потом под колокольный звон ты выходишь из красного - и по силуэту совершенно не русского - храма и двигаешься по узкой улочке, которая совсем еще недавно (из детства помнится) была выложена серым булыжником... тем, довоенным, отшлифованным почти до зеркального блеска (это сейчас там асфальт)... возникает такой эффект "дежавю"... Короче, тому, кто не родился в Кениге, этого не понять. Не дано, уж простите. Причастность к исчезнувшему, но растворенному в пространстве и времени миру осознается на подсознательном уровне. Потому что "рукописи не горят", а Атлантиды не исчезают бесследно.
И значит, наши "прогулки" - продолжаются.
Д. Якшина


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.







ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля