Новые колёса

ЧУКОТСКИЙ ГЕРОЙ ИЗ КЁНИГСБЕРГА.
Как Иоганн-богатырь стал народной легендой

Расторопный паренёк

Иоганн родился в Кёнигсберге в простой семье плотника. Мальчик рос на загляденье родителям - крепким, здоровым, смышлёным и расторопным. Богатырь - косая сажень в плечах. 17 лет отроду Иоганн пошёл в услужение профессору “Альбертины” Михелю Бюргеру. А когда Бюргер с семьёй отправился преподавать в Санкт-Петербургскую Академию (на кафедру практической медицины и химии), юноша поехал вместе с хозяином.

В город на Неве Иоганн прибыл в марте 1726 года. Однако не прошло и года, как случилось несчастье. Михель Бюргер возвращался домой из гостей в изрядном подпитии. Пожилой профессор “упал из коляски и расшибся до смерти”. Вдова учёного по указу императрицы Екатерины I получила пособие в размере годового жалования мужа и возвратилась в Кёнигсберг.

Иоганну ехать обратно не захотелось, и он нашёл нового хозяина. Благо, вдова Бюргера дала слуге отличные рекомендации. Вскоре Иоганн начал работать у барона Карла фон Менгдена - высокопоставленного сановника, президента императорской коммерц-коллегии.

Новый хозяин имел великолепный дворец, утопающий в роскоши. Жалование Иоганн получил немалое. Так что жизнью был вполне доволен.

Потомок магистра

Карл фон Менгден был потомком знатного тевтонского рыцаря Иоанна Остгофа, который ещё в 1450 году прибыл с войском из Кёнигсберга в Ригу - усмирять население непокорных городов. Там и остался, став магистром Ливонского ордена. Когда Прибалтику захватила Россия, потомки Остгофа поступили на службу российской короне. Так Карл оказался в Санкт-Петербурге, где сделал неплохую карьеру.

Слуга Иоганн постоянно слышал о нескончаемых дворцовых интригах, заговорах и переворотах. После смерти в 1727 году Екатерины I, на престол взошёл малолетний Пётр II. Несовершеннолетним императором все помыкали, пока тот загадочным образом не скончался в 1730 году.

Петра II сменила императрица Анна Иоановна. Царствовала она недолго. В 1740 году императрица скончалась. Её заменил наследник трона младенец Иоанн, регентом которого стал ненавистный многим Бирон. Он на самом деле и правил страной. В результате дворцового заговора Бирона свергли, а императрицей стала мать Иоанна - Анна Леопольдовна.

Хитрый фон Менгден благополучно пережил все эти катаклизмы и продолжал занимать важный пост. Однако вскоре Фортуна перестала ему улыбаться. 25 ноября 1741 года с помощью роты гвардейцев Преображенского полка совершила переворот и узурпировала власть Елизавета Петровна (дочь Петра I и Екатерины I).

Звезда Карла фон Менгдена закатилась.

Опала и ссылка

В 1742 году сенат обвинил в заговоре против императрицы и приговорил к смерти “через отрубание головы” графа Головкина, барона Менгдена, фельдмаршала Минниха, действительного тайного советника Тимирязева и обер-гофмаршала Левенвольда.

Имел ли на самом деле место заговор или молодая императрица попросту начала “охоту на ведьм” - доподлинно неизвестно. Тем не менее, Елизавета Петровна милостиво заменила смертную казнь бессрочной ссылкой в далёкую Сибирь.

В тот же год Карл фон Менгден вместе с домочадцами и прислугой убыл на побережье Северного Ледовитого океана - в Нижне­колым­ский острог.

Иоганн последовал за хозяином. Российские просторы он представлял с трудом, и Сибирь казалась ему неким подобием Роминтенской пущи на окраине родной Восточной Пруссии. Так уроженец Кёнигсберга оказался на далёкой Чукотке.

Непокорные иноземцы

Ситуация в тех краях была крайне сложная. Ещё в 1722 году якутский воевода Измайлов сообщил в сенат, что казаки “находят на восточных и северных морях и других прилегающих к россий­ским владениям землях непокорных под российскую державу иноземцев”.

 Речь шла о чукчах, не желавших признавать чужую власть.

8 января 1728 года сенат принял решение:

“Изменников иноземцев и которые народы сысканы и прилегли к Сибирской стороне, а не под чьею властию, тех под россий­ское владение покорять и в ясачный платёж вводить”.

Началось долгое и кровопролитное завоевание Чукотки. Опорной базой агрессии стали Анадырский и Нижнеколымский остроги. Начальником военной экспедиции назначили капитана Тобольского драгунского полка Дмитрия Павлуцкого. Ему предстояло действовать на побережье Охотского моря, Камчатке и Чукотке.

Необходимость русского продвижения на Восток сенаторы объяснили просто.

- А ко обладанию таких народов и земель, - отметили петербург­ские сановники, - есть следующие притчины: те земли прилегли к российскому владению и нам не подвласт­ные, а оные для прибыли государственной потребны, понеже в тех местах соболь и протчей зверь родитца...”

Однако чукчам, численность которых в то время составляла не более 10.000 человек, эти обоснования не показались убедительными. Они решили отстаивать свою свободу.

Карательные экспедиции

В 1730 и 1731 годах русские отряды совершили два похода на Чукотский полуостров. Непокорных туземцев беспощадно убивали.

- И 9 маия дошед до первой сидячих около того моря чюкоч юрты, - докладывал Павлуцкий, - в коей бывших чюкоч побили (убили), а юрты пожгли.

Но желаемого результата русские не добились. Чукчи не смирились и идти в российское подданство не желали. В отместку они начали совершать набеги на вражеские остроги, угоняя казённые стада оленей. Их нападению подверглись и земли вокруг Нижнеколымского острога, где жили “покорные русским” юкагиры. Набеги стали повторяться регулярно - из года в год.

Скандалист и пьяница

Комендантом Нижнеколымского острога был пьяница и скандалист капрал Алексей Лебедев.

Только после целой серии опустошительных чукотских набегов капрал взялся за дело. По его заданию некий Пётр Орликов (крещёный камчадал) с риском для жизни пробрался в стан чукчей и выведал их планы.

- Молодец, Орликов, - отблагодарил храбреца капрал. - Получай в награду штоф водки!

Немедленно было принято решение идти навстречу врагу. Карл Менг­ден вызвался за личные деньги снарядить ополчение из юкагиров. Во главе отряда барон поставил своего слугу Иоганна.

Иоганн оказался хорошим бойцом и разумным командиром. Юкагиры под его предводительством напали на вооружённых копьями и луками чукчей внезапно. Дав дружный залп из мушкетов, юкагиры обратили врага в бегство. Набег был сорван.

Не менее удачно прошла и вторая баталия. В жестокой рукопашной схватке отряд Иоганна разгромил чукчей. Вид огромного немца внушал страх противнику.

- Усищи торчат, как у сотни моржей, - описывали немца чукчи, - копье длиною по локтю так широко, что затмевает солнце! Глаза железные, круглые, вся одежда железная, зубов впятеро больше, чем человеку положено.

Юкагиры, напротив, принялись слагать об Иоганне-богатыре красивые легенды.

Железом и кровью

15 января 1747 года по предложению иркутского вице-губернатора Ланга российский сенат издал указ, который гласил:

“на оных немирных чюкч военною оружейною рукою наступить, искоренить вовсе, также жен их и детей, взять в плен и из их жилищ вывесть, и впредь для безопасности распределить в Якуцком ведомстве по разным острогам и местам между живущих верноподданных”.

Русские войска начали новый поход. Однако Иоганн в нём участие принимать не захотел. Он, как и его хозяин Менгден, решил прекратить боевые действия. Отогнали чукчей - и довольно. Истребление свободолюбивого народа в их планы не входило.

Павлуцкий вновь повёл войска вглубь Чукотки. Ему навстречу вышло ополчение под предводительством шамана Тавыля. Он собрал войско, которого тундра ещё не видывала. Достаточно сказать, что на стороне чукчей вышел женский отряд. Его возглавляла девушка по прозвищу Топор. Она обещала “убить больше врагов, чем мужчины”.

14 марта 1747 года в устье реки Орловки состоялась решающая битва.

“Пошли на копьях”

Чукчи стойко выдержали ружейный залп русских и, несмотря на потери, бросились в атаку - не дали врагу перезарядить мушкеты.

- Пошли чукчи на копьях, - вспоминали чудом уцелевшие казаки Павлуцкого. - И бились мы с ними немалое время. У кого отбиты были ружья, оборонялись ножами.

Русских смяли, Павлуцкого захватили в плен. Сами чукчи так описали расправу над командиром русского отряда:

“Раздели начальника нагим, надели на голову ему ремень, привязали, заставили бегать по снегу кругом. Дёргают за ремень - бегает. Дёрг, дёрг - пенис только болтается справа налево. Бегает, бегает. Положили его на землю. Стали пороть его колотушками из оленьего рога. Пробили всю задницу. Подняли. Опять бегает. Так и загоняли до смерти”.

Бегство оккупантов

С 1748 по 1755 год русские войска провели ещё три похода на чукчей. На сей раз они не углублялись на Чукотский полуостров, а ограничились нижним течением Анадыря. Сами чукчи, избегая столкновений с крупными русскими отрядами, продолжали творить грабительские набеги на юкагиров и коряков, уничтожая при этом встречающиеся им небольшие партии русских промысловиков (охотников и рыболовов). Практически это была классическая партизанская война.

К середине 1750-х годов стала очевидной бесперспективность затянувшейся войны с чукчами. 4 мая 1764 года появился императорский указ о ликвидации Анадырского острога. В 1765 году из Анадырска начался вывод солдат, казаков и гражданского населения (в Гижигинскую и Нижнеколымскую крепости). Эвакуация продолжалась до 1771 года, когда крепостные укрепления Анадырска были полностью разрушены. Форпост русской власти на северо-востоке Сибири, основанный еще в 1649 году Семёном Дежнёвым, перестал существовать.

Мощная в военном отношении держава, побеждавшая в то время Турцию, Швецию и Пруссию, не смогла сломить сопротивление маленького и “дикого” народа.

Водка-завоеватель

Не сумев чукчей убить, русские решили их купить. Оно и понятно: российские купцы имели в достатке чая, сахара, соли, табака и, конечно, водки. В 1811 году сенат принял особые правила торговли с чукчами.

Маленький дерзкий народ продолжал жить, как прежде. Практически до начала ХХ века аборигены существовали согласно особому императорскому “Указу об управлении инородцами”. Чукчей причислили к народам “не вполне покорным”, они сохранили свои законы и платили налоги, “какой сами пожелают”. То есть отдавали властям то, что не жалко - в обмен на право покупать российские товары.

- В сущности, - писал капитан Александр Ресин, побывавший на Чукотке с губернской инспекцией в 1885 году, - весь крайний северо-восток не знает над собой никакой власти и управляется сам собой. Каждый родоначальник есть полноправный властелин над своим родом.

“Ушёл в чукчи”

Соседи чукчам завидовали. И не только коряки с юкагирами, которых российский закон облагал твёрдо установленными налогами, но и русские. Учёный Владимир Тан-Богораз в самом уже конце XIX века видел несколько русских, “ушедших в чукчи”. И они были очень довольны своей вольной жизнью.

В общем, власть не грабила чукчей и обеспечивала им подвоз товаров. Аборигены в ответ не буянили и приносили державе небольшой доход. В крае царили мир и порядок.

Память об Иоганне-богатыре жива на Чукотке до сих пор. Чукчи пугают им маленьких детей, а юкагиры почитают, как героя. Они верят, что Иоганн не умер, а “просто ушёл в тундру”.

Может, бывший житель Кёниг­сберга действительно “ушёл в чукчи” за вольной жизнью. Кто знает...

А. Захаров


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.




Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *




ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля