Новые колёса

Четыре символа Кенигсберга

Меч, женщина, ребенок и старик с морковкой
...Мы все еще живем 750-летием Кенигсберга-Калининграда. Фотографируемся на площади Победы, слушаем "поющие фонтаны", увлеченно скупаем "юбилейные" книги и открытки... с опасением присматриваемся к дорожному покрытию: уж больно наспех его кое-где делали, того и гляди, загремишь под фанфары... И читаем: как же отнеслись к юбилею ОНИ. Немцы. Все-таки из семисот пятидесяти стукнувших городу лет - шестьсот девяносто "ихние".
Если верить официальной информации, федеральный канцлер Германии Герхард Шредер был в полном восторге. Он сказал, что Калининград впечатляет как молодое, так и старое поколение немцев, в чьих сердцах "город навсегда останется Кенигсбергом" (впрочем, тут же оговорился, что это замечание не затрагивает вопроса территориальной целостности России).
Президент Франции Жак Ширак тоже вроде бы остался доволен. А почему бы и нет? На главных улицах чисто... горожане нарядные, улыбаются, руками приветливо машут... красивые женщины... комфортабельный отель в буквально вылизанном Раушене-Светлогорске... прекрасная погода (град величиной в перепелиное яйцо шарахнет по городу двумя днями позже - и машины поползут по улицам по брюхо в воде тогда же)... все недоделки и аляповатости трогательно прикрыты (как в небогатых семьях пятно на ковре "заставляют" столиком или креслом, а на кусок отодранных обоев вешают репродукцию в рамочке, так и у нас "изящно" побелили одну сторону Дома Советов, а другую завесили гигантским плакатом...
Город-резиденция
Впрочем, бог с ними, с политиками. В конце концов, это был НАШ юбилей. А как, интересно, отмечали круглые даты ОНИ, прежние обитатели этих мест?
- Как ни странно, юбилеев в Кенигсберге успели отметить немного, - говорит специалист по истории края Николай Чебуркин. - Три города - Альтштадт, Кнайпхоф и Лебенихт - были объединены 13 июня 1724 года (то есть трехсотлетие этой даты у нас еще впереди! - прим. авт.) королем Фридрихом Вильгельмом I по так называемому Ратушному регламенту. А 28 августа того же года была провозглашена новая городская конституция.
Историки отмечают, что Фридрих Вильгельм I затеял всю эту возню с объединением из соображений экономии. Хотя политика этого тоже требовала: города слишком упорно подчеркивали свою независимость друг от друга, Альтштадт от Лебенихта даже отделялся крепостной стеной. Города имели независимые органы управления, часто конфликтовали друг с другом, могли разделяться по вопросу своего отношения к владычеству в Пруссии польского короля (одни поддерживали его, другие выступали против).
Внутренняя жизнь городов требовала больших финансовых затрат на содержание аппаратов трех магистратов, судов и полицейских управлений и т.д., и т.п. Опять же королю нужна была резиденция в Пруссии. Ни один из средневековых, тесных, маленьких городков не мог претендовать на эту роль по отдельности, тогда как вместе они вполне могли "заиграть" и превратиться в тот самый центр, вокруг которого формировалась бы и политическая, и экономическая, и культурная жизнь провинции...
И вот - пробил час.
Бургомистр Альтштадта Захариас Хессе зачитал новый регламент в Кнайпхофской ратуше, где обычно обсуждались общие дела трех городов. Затем было объявлено об объединении трех муниципалитетов. Первым обербургомистром стал Хессе. Кнайпхоф выдвинул второго, а Лебенихт - третьего. Магистрат оказался довольно большим. Он состоял из шестнадцати действительных и пяти экстраординарных советников. Пятеро из них были профессорами, значительная часть остальных служила в различных королевских учреждениях и воспринимала свою работу в городском управлении как королевскую службу. Крупные коммерсанты, которые раньше формировали муниципалитеты, теперь остались в меньшинстве. Администрация объединенного города заняла Кнайпхофскую ратушу, где и пребывала до 1926 года. В Альтштадтской ратуше до 1879 года находился суд, Лебенихтскую - сдали в аренду. С 1724 года вплоть до превращения Германии в республику, Кенигсберг носил административное название "Королевский прусский столичный город-резиденция".
В опале
В 1755 году, когда Кенигсберг отмечал свое пятисотлетие, в нем насчитывалось 50.000 жителей и 900 солдат.
Всенародным праздником этот юбилей не стал. Город не был украшен, по улицам не двигались праздничные колонны. Даже запланированную было иллюминацию магистрат запретил, опасаясь "возможных беспорядков и вызывающих беспокойство нарушений".
Дело в том, что король не прибыл в столицу Восточной Пруссии: Фридрих II питал к восточной провинции своего королевства, мягко говоря, прохладные чувства. И визитами своих здешних подданных не баловал. Не случайно во время Семилетней войны, терпя военное и политическое фиаско, он открыто разрешил своему адъютанту и камергеру Гольцу в процессе переговоров с русским царем выторговывать условия мира именно за счет Восточной Пруссии. Он был готов и к тому, чтобы навсегда уступить эту провинцию России - но за приличное, с его точки зрения, вознаграждение.
Кстати, жители Восточной Пруссии относились к своему королю с взаимным холодком - а потому в 1758 году вполне лояльно отнеслись к новой, российской власти и даже присягнули на верность российской императрице. Фридрих крайне негодовал. И до конца своего правления держал Кенигсберг в опале.

...А в 1755 году руководство скромным, "усеченным" праздником взял на себя городской советник Якоб Генрих Лидер. Он написал юбилейную статью "Торжествующий Кенигсберг", которую посвятил "всем истинным патриотам города". Была отчеканена серебряная медаль с изображением короля Оттокара с одной стороны и силуэтами города - с другой. В университете и школах состоялись академические выступления. Народ охотно собирался поглазеть на показательные выступления стрелковых рот, факельное шествие студентов и парад иностранных кораблей с вывешиванием флагов и вымпелов, пушечной стрельбой, музыкой и прочими увеселениями на Прегеле. (По этому поводу местный поэт Иоганн Кристоф Вольсон разразился длиннющим стихотворением в двенадцать печатных страниц!)
600-летие без короля
Через сто лет - на праздновании 600-летия Кенигсберга - тогдашний король Фридрих Вильгельм IV... тоже блистательно отсутствовал. Правда, повод был благовидным: в стране свирепствовала холера, и король легко позволил врачам уговорить себя не рисковать здоровьем. А его очень ждали. Даже специально отчеканили медную юбилейную медаль с его ликом (на обороте - еще шесть знаменитостей, включая короля Оттокара и герцога Альбрехта). Медаль, кстати, существует и поныне, и даже не стала раритетом, потому что нашлепана была в изрядных количествах.

Зато в 1924 году пышно отмечалось двухсотлетие со дня объединения Альтштадта, Лебенихта и Кнайпхофа, совпавшее с университетскими торжествами по случаю двухсотлетнего юбилея Иммануила Канта. Фридрих Ларс приурочил к знаменательной дате открытие нового надгробия Канту у стен Кафедрального собора. Премьер-министр Пруссии Отто Браун и госсекретарь Беккер произнесли торжественные речи. В этом же году гильдией сапожников был учрежден памятник Гансу фон Загану - герою решающего сражения прусских войск с войсками литовского князя Каституса, претендовавшего на захват Кенигсберга. Был проведен конкурс - и памятник-победитель, изготовленный из цветного песчаника, украшал собой фасад Кнайпхофской ратуши вплоть до прихода к власти нацистов (им показалось, что Ганс фон Заган, с его еврейскими корнями, не тянет на роль национального героя - не ариец, недочеловек).
Тогда же, в 1924 году скульптор Герман Брахерт изготовил памятную медаль. На лицевой стороне были изображены молодой мужчина атлетического сложения, с мечом (символизирующий собой Альтштадт, т.е. власть), женщина (Кнайпхоф - роскошь), бородатый старик с морковью (Лебенихт - поля) и ребенок, бросающий камень (Закхайм - шалун, плут). С изнанки шла надпись:
"В году 1724-м три города - Альтштадт, Кнайпхоф, Лебенихт - объединены в город Кенигсберг. Великий сын Иммануил Кант в этом году родился, жил и учил здесь. 1924 год".
Таких медалей было отлито из бронзы всего 120 штук. Так что сегодня каждая из них - настоящая редкость.
"Заочный" юбилей
...В сентябре 1955 года празднования по случаю 700-летия Кенигсберга прошли "заочно". В городе Дуйсбурге. Организованные кенигсбергским землячеством. В одном из городских парков были установлены любовно созданные декорации - достопримечательности Кенигсберга. В течение нескольких дней уроженцы Восточной Пруссии читали жителям Дуйсбурга доклады о своей утраченной родине...
В Калининграде было не до отмечаний: город активно разбирался на кирпич. (Мы уже упоминали о тогдашнем главном архитекторе Калининграда, который буквально упрашивал руководство ЦК ВПК(б) "дать указание создать в г. Калининграде республиканский центр по разборке зданий, который мог бы централизованно снабжать строительными материалами, полученными от разборки... любые стройки страны".
Все, что уцелело в завоеванном городе, пересчитывалось на "штуки кирпича". А праздновали здесь преимущественно 7 ноября, 1 Мая, День Победы и... выборы.
"Это был настоящий народный праздник, - вспоминают первые переселенцы. - Музыка играла с утра до позднего вечера... Гуляние, выездные буфеты... просто так люди пели на улице. Если кто-то был болен, направляли врача, чтобы это освидетельствовал, а потом с урной приезжали к больному домой". "Чувство было особенное, что вот мы, советские люди, на немецкой земле свой праздник отмечаем!"
В газетах писали:
"Сегодня в честь дня выборов большое массовое гуляние состоится в совхозе №14. Для избирателей днем будет поставлен концерт художественной самодеятельности. Вечером в совхозном клубе избиратели просмотрят фильм "Крейсер "Варяг". Весь день в совхозном клубе будут играть баян и три гармошки". А очевидцы добавляют: "Все заканчивалось дракой: деревня - на деревню. Не зря все же съезжались!" ("Восточная Пруссия глазами советских переселенцев. Первые годы Калининградской области в воспоминаниях и документах")
Да что там 1955-й! Еще и в 1995-м вряд ли кто-то мог предположить, что юбилей Кенигсберга будет отмечаться в Калининграде с подобным размахом. Последний юбилей, на котором встретились те, кого из Кенигсберга увозили совсем детьми (или, наоборот, детьми сюда привозили), сегодня - очень пожилые люди. А дальше... дальше все зависит от нас. И - от тех, кто распоряжается нашими судьбами. Не в Кремле, не в Бонне, не в Нью-Йорке... гораздо выше: этим городом ведает Небо. Безграничное. Общее. Вечное. А наши "прогулки" - продолжаются.
Д. Якшина


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.




Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *




ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля