Новые колёса

“УМРИ, КАК МУЖИК!” 21-летнего парня застрелили из-за пяти тысяч рублей и мобильного телефона

Парень не успел даже испугаться. Выстрел в висок - и он рухнул в сугроб, нелепо раскинув руки. Убийца резко повернулся и пошёл к “Мерседесу”, стоявшему неподалёку. Взревел мотор, машина рванула с места. Молодой человек остался один в заснеженном поле. Кровь медленно сочилась из раны в такой белый и чистый снег.

Никто не видел, как умирал 21‑летний Павел Хотемский. Лишь яркая луна выглянула из-за тёмных туч, осветив место трагедии холодным светом. Вскоре пошёл снег, но снежинки уже не таяли на лице погибшего.

...Труп обнаружили спустя две недели. Солдаты из близлежащей воинской части случайно наткнулись на окоченевшее тело. О происшествии написали в калининградских газетах:

“В понедельник 7 февраля 2011 года на полигоне в районе посёлка Армейское Правдинского района обнаружено тело мужчины с внешними признаками насильственной смерти - огнестрельным ранением головы. Личность погибшего установлена. Это житель посёлка Медовое Багратионовского района. Возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 105 УК РФ (убийство)”.

11 февраля полиция сообщила об аресте подозреваемого, 29-летнего водителя- дальнобойщика. По версии следствия, он выстрелил в потерпевшего из обреза охотничьего ружья.

Друг Мокрушин

А спустя восемь месяцев в редакцию “Новых колёс” пришёл житель Калининграда Иван Грибанов - с заявлением.

Иван Грибанов

“Прошу вас опубликовать статью о произволе следователя Гурьевского межрайонного следственного отдела С.В. Гацко, - писал Грибанов. - Меня обвиняют в убийстве, которого я не совершал. Во время следственных действий умышленно игнорировались факты, улики. Свидетелей по делу настолько запугали, что они боятся идти в суд”.

- На самом деле вы не причастны?

- Павла Хотемского убил Григорий Мокрушин.

- Кто такой?

- Мой друг, водитель-дальнобойщик. Он занимался контрабандой янтаря. Я сам ездил с ним несколько раз в прошлом году.

Об этом на следствии рассказывал.

- Как вывозили янтарь?

- На фуре. Он брал заказ куда-нибудь в Россию. На границе машину никто не проверял.

- Вас обвиняют в контрабанде?

- Нет.

- Как вы стали подозреваемым в убийстве?

- Я родился и вырос в Калинин­градской области, в посёлке Медовое Багратионовского района. Потом женился и уехал в Пермский край, в город Соликамск. В Калининград вернулся в ноябре 2010 года, чтобы оформить наследство после смерти отца. Жил в квартире у Мокрушина, на ул. Римской.

23 января 2011 года мы с Артёмом Орловым, другом детства, поехали к знакомым в гости, в посёлок Луговое. Купили водки, пива, закуски. Всего в компании было восемь человек. В том числе и Паша Хотем­ский. Посидели, выпили, пообщались... Часа через два вдвоём с Артёмом уехали в Калининград. И тут мне позвонили девчонки из Лугового и рассказали, что Павел, который с нами приехал, украл у них деньги (5 тысяч рублей и мобильный телефон).

Я позвонил Мокрушину, попросил, чтобы он отвёз нас в Луговое на машине. И помог во всём разобраться. Он как раз вернулся из рейса.

- А почему сами не поехали?

- У него была машина... - неопределённо ответил Грибанов.

“Я всё отдам!”

- Что было дальше?

- Встретили Гришу. Он спросил про Пашу. Мол, зачем вы его с собой возите, раз он такой-сякой, ворует у знакомых.

- А этот Паша чем занимался?

- Воровством.

- Зачем же вы с ним общались?

- Его в нашу компанию привёл Артём. Паша освободился (из заключения) недавно. Его кто-то порезал, нанёс семь ножевых ранений. Пашу искали, и он обратился к Артёму, чтобы тот помог спрятаться на время. Ну вот... Приехали мы в Луговое, поднялись в квартиру. Павел сказал: “Я всё понял!” Деньги отдал.

Собрались ехать обратно. В машину сели я, Павел, Григорий и Артём. Мокрушин был за рулём. Ехали нормально, Гриша рассказывал про рейс, какие были проблемы на погранпереходах...

Потом оказались на просёлочной дороге, ведущей в посёлок Армей­ское Правдинского района. Гриша остановил машину, подошёл к Павлу и сказал: “Вылезай!” В руках у него был обрез.

Они отошли от дороги метров на 15. Паша спросил: “Сколько я должен? Я всё отдам!” А тот ответил: “Оставь всё себе. Умри, как мужик!” Поставил Павла к себе лицом и выстрелил в упор. Тот упал.

Я всё это видел, так как свет фар был направлен в поле. Мокрушин сел в машину, зарядил в обрез второй патрон. И мы поехали.

- Вы спросили, зачем он человека убил?

- Нет. Я просто был в шоке, да и боялся. Думал, он его просто попугает и “поставит” на счётчик. Предположить, что он вот так запросто выстрелит человеку в голову, я не мог. Домой ехали молча. Мокрушин вёл себя обычно, как будто ничего не произошло. Накурился анаши и спать лёг.

Буду молчать!

- Оружие чьё было?

- Мокрушина. Он привёз обрез из России и хранил у себя дома. Об этом многие знали. Гриша почти всегда ездил с обрезом. Да в него и самого стреляли!

После обнаружения трупа нас стали тягать в полицию. Сначала вышли на Артёма, потом взяли меня, а затем и Мокрушина. Мне показали фотографию Павла с места убийства. Я подтвердил, что знаю его, но об убийстве ничего не рассказал.

Мокрушина вычислили по мобильнику. Вышка зафиксировала, что он находился в районе полигона, где нашли убитого.

На допросах мы говорили, что отвезли Пашу в Медовое и разъехались. Нас всех отпустили.

Гриша потребовал, чтобы я сразу ему сказал, смогу или не смогу молчать на допросах. У нас состоялся разговор с глазу на глаз. Я дал слово, что буду молчать. 15 февраля он нанял себе адвоката.

23 февраля я поехал в Медовое к моему другу Николаю - отмечать праздник. А перед этим Мокрушин попросил договориться, чтобы мои друзья составили нам алиби. Подтвердили, будто мы привезли Павла в Медовое и выпустили. Но я им рассказал правду. Друзья посоветовали пойти в милицию. Я согласился.

Коля позвонил в убойный отдел и заявил, что есть информация об убийстве на полигоне. За мной приехали четверо оперативников. И тогда уже я признался, что стал свидетелем убийства, дал показания на видеокамеру. В тот же день арестовали Мокрушина. Со мной заключили договор о защите свидетеля. (Договор об условиях применения мер безопасности, взаимных обязательствах, взаимной ответственности сторон от 28.02.2011 года, - прим. авт.)

- Вас охраняли?

- Да. Было возбуждено дело об угрозе свидетелю. Для меня сняли квартиру, приставили охрану. Так как у меня двое детей на иждивении, должны были обеспечить работой.

Но с работой ничего не получилось. На питание выделялось 7 тысяч рублей в месяц. Я сидел дома, милиционеры сами покупали и привозили продукты. Предоставляли чеки, я писал расписки. Если хотел выйти из квартиры, то должен был их предупреждать.

Но случились непредвиденные обстоятельства. В Соликамске 5 марта моего 6-месячного ребёнка положили в реанимацию с воспалением лёгких. Я попросил отпустить меня на день рождения к друзьям в Медовое (иначе меня бы не отпустили). И оттуда улетел домой, к семье в Соликамск. Сидел с дочерью, пока жена лежала в больнице с ребёнком.

Сбежал от полиции

В полиции исчезновение свидетеля восприняли как нарушение договора и побег. Вот что написал 17 марта в своём рапорте старший оперуполномоченный ЦОГЗ при УВД по Калининградской области подполковник милиции С.Т. Хазарадзе:

“Следствие установило, что 7 марта Грибанов вылетел из Калининграда в аэропорт Шереметьево (Москва), после чего выехал на ж/д транспорте по маршруту Москва-Свердловск <...> По сотовому телефону я поговорил с Грибановой Ю.Л., его женой, которая сообщила, что её муж находится в Соликамске, по месту жительства. В ходе разговора с Грибановым тот пояснил, что нарушил условия договора от 28 февраля (о защите свидетеля) в связи с болезнью его малолетнего сына”.

В итоге Грибанова решили “подвергнуть приводу”. Калининградские оперативники выехали в Соликамск, чтобы доставить свидетеля обратно, в кабинет к старшему следователю Гурьевского МСО СУ СК России по Калининградской области старшему лейтенанту юстиции С.В. Гацко (Гурьевск, ул. Ленина, 3, кабинет 1).

После этого Грибанов написал отказ от защиты свидетеля. Состоялась очная ставка с Мокрушиным, где Григорий показал, что он сидел в машине, а с убитым выходил именно Грибанов.

22 июля 2011 года старший следователь Гацко, рассмотрев материалы уголовного дела №200015/11, подписал постановление о привлечении в качестве обвиняемого И.С. Грибанова.

По версии следствия, вечером Грибанов получил от Мокрушина обрез, изготовленный из одноствольного охотничьего ружья модели 3К, 16-го калибра.

24 января Мокрушин отвёз Грибанова и Хотемского на машине “Мерседес 250 D” на военный полигон войсковой части №54129.

“Остановившись на просёлочной дороге, ведущей от посёлка Чехово Багратионовского района в направлении посёлка Армейское Правдинского района <...> Грибанов <...> отвёл Хотемского в поле на расстояние 120 метров от дороги <...>, где умышленно произвёл из обреза ружья один выстрел в голову П.Т. Хотемского.

<...> После совершения убийства Грибанов вернул обрез ружья Мокрушину, который впоследствии спрятал его (обрез) на территории старого городского кладбища, расположенного по пр. Мира в Калининграде. 3 марта 2011 года <...> местонахождение обреза установлено, он изъят из незаконного оборота”.

Грибанова привлекли к уголовной ответственности по двум статьям - убийство и хранение оружия.

Однако суд дважды отказал в аресте подозреваемого. Ивана отпустили под подписку о невыезде.

Завелась крыса

Вот, что рассказал на допросе Григорий Мокрушин:

“Грибанов знал, что у меня есть обрез. Когда мы поехали в Луговое, Иван попросил взять с собой обрез и патроны. Я его спросил: “Зачем тебе патроны?” Грибанов ответил: “Чем я его бить буду, прикладом, что ли? Так... Стрельну в воздух! У него шнурки и развяжутся, он всё расскажет”.

По словам Григория, когда вся компания прибыла в Луговое, Павел уже был избит и еле держался на ногах.

В “Мерседес” сели трое: Иван, Павел и Григорий. На полигоне Грибанов вывел Хотемского в поле. Прозвучал выстрел. Обратно он вернулся один.

В машине Мокрушин спросил: “За что ты его убил?” Тот рассказал, что все они участвовали в ограблении. Из какого-то дома вынесли технику, ноутбуки, телефоны. Награбленное где-то спрятали. Их взяла милиция. “Нас выпускали по одному. А когда мы собрались, ничего этого спрятанного на месте не оказалось”. Они заподозрили того, кого первого отпустили, то есть Хотемского. Дескать, он - “крыса”.

Павла пытали, хотели узнать, где товар. Избивали, возили на железную дорогу и ложили на рельсы. А потом Грибанов его застрелил.

На кладбище, у могилы...

- Когда Мокрушин узнал, что я рассказал об убийстве, он стал всё валить на меня, - возражает Иван Грибанов. - Несколько раз менял свои показания - в отношении деталей передачи оружия. То говорил, что в городе мне обрез дал. То якобы не заметил, как я его взял.

В начале следствия сознавался, что привёз оружие из России. А 22 июня на допросе уже рассказывал, что нашёл ружьё на Куршской косе. Дескать, ехал с девушкой на машине, по дороге сбил косулю, оттащил её в лес - и там наткнулся на охотничье ружьё, завёрнутое в тряпку. Потом он его обрезал - получился “обрез”.

7 июля Мокрушина отпустили. С него сняли все обвинения, все статьи - за какое-то “раскаяние”. И даже сняли статью за хранение оружия! А на меня всё повесили. В материалах дела сказано, что оружие нашли на кладбище у одной из могил, завёрнутое в мою футболку. Якобы Мокрушин отвёз его туда после убийства. На самом деле он отдал оружие своему другу.

Считаю, что обрез специально подбросили - люди, которые помогают Мокрушину избежать уголовной ответственности.

Детектор лжи

- После приезда из Соликамска следователь назначал мне исследование на полиграфе. (Полиграф, или “детектор лжи”, техническое устройство, регистрирующее реакции организма человека на внешние раздражения психологического характера - вопросы, реплики, замечания и т.п., - прим. авт.)

Я проходил “детектор” три раза. Процедура довольно монотонная. Тебя подключают к датчикам. Криминалист задаёт вопросы: о чём ты сейчас думаешь, или просит рассказать о семье... Спрашивали, что якобы я возил Павла на железную дорогу. Но этого не было! Мокрушин всё придумал.

- Но ведь с вами в машине был ещё Артём Орлов. Он видел, кто выходил с Хотемским?

- Артём видел, что Пашу вывел Мокрушин. Но как убил - не видел.

- Что же показал полиграф?

 - Что я скрываю информацию и имею отношение к убийству.

- Вы пишете о произволе следователя. В чём именно произвол?

- Всё, что я говорил во время следствия, становилось известно Мокрушину. Все свидетели рассказали, в чём я был тогда одет. Но для анализа на наличие следов пороха у меня изъяли совсем другие вещи. Ничего не нашли.

На очной ставке 30 марта я указал, в чём был одет Мокрушин. Но следователь почему-то его вещи не изъял. Хотя на очной ставке он был в том же свитере, в котором совершил убийство. Эти показания оказались нигде не зафиксированы. Со мной тогда не было адвоката, я присутствовал на разговоре как свидетель.

Почему-то на очных ставках Грише всегда давали время, чтобы он подумал над ответом на вопрос. И за него всегда говорил адвокат. Получалось так, что вопросы задают мне, а отвечает Мокрушин. И это пишется в протокол. Я обращался в прокуратуру с жалобой на то, что следствие ведётся односторонне.

Дело в том, что следователь неофициально встречался со мной и предлагал часть вины взять на себя, так как Мокрушину светит целый букет статей: организация преступления, убийство, угроза жизни (мне угрожал), хранение оружия... А если я возьму часть вины на себя, можно будет обоим по минимуму отделаться. Дал мне две недели подумать.

Позже мы вновь встретились, но я отказался от предложения. На что он ответил, что вменит убийство именно мне. Что в последующие месяцы и сделал. А с Мокрушина непонятным образом все обвинения сняли.

“Я сказал, что он - скотина”

- На чём же основано обвинение?

- На полиграфе и показаниях Мокрушина. Каждый раз, как он менял показания, мы проходили через детектор лжи. По результатам оказывалось, что он всё время говорит правду, а я - обманываю.

- Вы теперь у него не живёте?

- Теперь мы не общаемся. 21 июля снова проводилась очная ставка. Я Грише сказал, что он - скотина.

...26 мая 2011 года адвокат Мирошниченко обратился с ходатайством о прекращении уголовного преследования Грибанова в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Адвокат пишет:

“Уголовное дело по ч. 1 ст. 105 УК РФ (убийство) возбуждено 26 февраля 2011 года. Из материалов дела следует, что очевидцем является Мокрушин Г.В., который, узнав, что Грибанов дал показания по поводу убийства, оклеветал его. Сведений о других очевидцах, которые указали бы на Грибанова, у следствия нет”.

Однако в ходатайстве было отказано.

Что ж, кто на самом деле виноват - решит суд. Во время беседы с Иваном Грибановым мне очень не хотелось верить, что передо мной сидит убийца. В конце беседы Иван признался, что уже привлекался к уголовной ответственности. За нанесение телесных повреждений. Дескать, время было такое, лихие 90-е...

Похоже, эти 90-е не закончились, а плавно перешли в 2000-е, 2010-е... Человека могут убить за 5 тысяч рублей, за мобильник, ноутбук или ещё какую штуку. Неужели всё это стоит того, чтобы губить свою молодость, отдавать жизнь?

Павлу Хотемскому был всего 21 год. Грибанову сейчас 30 лет, Мокрушину - 29.

О. Рамирес


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.







ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля