Новые колёса

САДИСТЫ В ПОГОНАХ.
Жестоко избивая 16-летнего Петра Якушева, они заставили его признаться в убийстве, которого он не совершал

  Говорят, что в каждой шутке есть доля истины. Увы, в любимой шутке сотрудников правоохранительных органов: “Была бы шея, а труп найдётся” - все “доли” истинны. И все они горьки.

На улице Звёздной

...Калининградцу Петру Якушеву недавно исполнилось двадцать. Четыре года назад его, 16-летнего подростка, обвинили в убийстве, которого он не совершал. Четыре года понадобилось Петру и его маме Оксане, чтобы добиться справедливости... Четыре года длился их “затяжной локальный конфликт” с Системой.

Оксана Якушева и её сын Пётр

Они победили. Но какой жуткой ценой... Оба почти потеряли здоровье. Оксана, ещё молодая, привлекательная женщина, при малейшем волнении падает в обморок. Список диагнозов, поставленных Петру в ходе всех его мытарств, - два листа формата А-4, исписанных мелко-мелко, в каждую строчечку. Тут упомянуты и неоднократные черепно-мозговые травмы, и сильнейшая вегето-сосудистая дистония, и невралгия тройничного нерва, и невропатия с нарушением функций рук и ног.

Да ещё и снижение слуха и зрения, и т.д., и т.п. И это, не говоря о моральных травмах.

А началось всё, как это часто бывает, с тех самых благих намерений, которыми, как известно, вымощена дорога в ад.

Петя вместе с мамой жил в семейном общежитии на улице Звёздной. Скромно жил. Большого достатка в семье, где мама одна “тащит” сына, никогда не было... Петя учился. Окончил девять классов, поступил в мореходное училище на факультет, где ребятам дают профессию машиниста...

А во дворе общаги сложилась развесёлая компания, куда частенько зазывали и Петю: “ботаником”-то он никогда не был!..

И вот... то он на рыбалку съездит с дружками, то бутылку винца “раздавит”. Матери это, конечно, не нравилось, она скандалила с дружками, требовала оставить Петю в покое... А 26 октября 2003 года Якушева вместе с его приятелями задержали у магазина “Ромашка” на Ленинском. Он был слегка поддат. Парня привезли в отдел милиции, прочитали нравоучение и отпустили.

“Меня били чем придётся”

И тогда... мать побежала в милицию. И попросила начальника инспекции по делам несовершеннолетних: “Оградите моего сына от дурной компании! К нему постоянно цепляются братья Ларьковы”.

- Братья Ларьковы? А это такие... клейма ставить негде! - оживилась сотрудник милиции. (Потом выяснилось: неспроста. Ларьковы были в разработке по факту избиения бомжа. То есть, труп уже имелся в наличии, - прим. авт.)И пообещала Оксане Якушевой, что пошлёт к ней оперативных работников, чтобы те поговорили по душам с её сыном.

Оперативники действительно приехали. И - забрали Петра.

- Меня повезли в Ленинград­ский отдел, - рассказывает Якушев. - По дороге стали требовать: “Рассказывай, как ты бомжа убил!..” Я говорю: “Какого бомжа?! Никого я не убивал”. “Ничего, - отвечают, - в отдел приедем - расскажешь!”

В отделе меня сразу же начали бить. (Несовершеннолетнего! Которого, по идее... в смысле, по УПК... нельзя допрашивать, если при этом не присутствуют законный представитель ребёнка, а также психолог и адвокат. Впрочем, то, что подозреваемого нельзя БИТЬ, в УПК вообще не прописано, - прим. авт.)

Двое оперативников вели “основную мордобойную партию”, другие периодически заходили, спрашивали: “Помочь?” И били тоже. Дубинкой, наручниками, ногами... чем придётся. Лупили в основном со спины, чтобы не видел их лиц.

Он был как покойник

П. Якушев

- В пять часов вечера я подписал всё, чего они от меня требовали. Только, чтобы вырваться.

Меня повели к следователю, там я сказал, что ни в чём не виновен. Меня потащили обратно - и снова били. И когда опять привели к следователю, я и там всё подписал. “Признался”, что забил до смерти человека. (Спустя два месяца всплыла фамилия - прокуратура назвала погибшего Пичугиным.)

Пять суток провёл в “обезьяннике”. Там было ещё человек десять. Спать негде, приходилось сидеть на корточках.

На следующий день меня допрашивали в присутствии матери. Я от своего признания отказался. Тогда меня пригрозили изнасиловать в СИЗО. А матери пообещали: дескать, если я всё подпишу, меня отпустят под подписку о невыезде.

Я подписал. Но никто меня не отпустил. Сказали, что сначала будет проверка показаний на месте...

- Мы его не сразу нашли, - говорит Оксана Якушева. - Когда сына забрали, я побежала в милицию, но мне сказали, что никакого Якушева у них нет. Тогда я поехала в СИЗО, но и там Петьки не было. Вернулась. Дежурный проговорился, что Петька в КАЗе (камера административного заключения). Я потом слышала, как с этим дежурным ругался следователь. Мол, зачем сказал, что Петька здесь. А дежурный огрызался: “Они припёрлись из СИЗО, где им сказали, что Якушев не доставлялся. Он что, в воздухе подвис?..”

Когда я увидела сына первый раз после его задержания, то даже не узнала: голова и лицо были разбиты. Хотя бить его старались не по лицу, а по телу. И вообще он был как покойник. Еле передвигался, явно ничего не понимал. В наручниках! Хотя на несовершеннолетних наручники надевать запрещено.

В камере с убийцами

Оксана Якушева и её сын Пётр

- Я стала возмущаться, а мне стали угрожать арестом, говорили, что отстранят от участия в деле.

Потом Петю перевели в СИЗО на Ушакова, а спустя месяц - в Колосовку, в СИЗО для несовершеннолетних (хотя должны были отправить его туда с самого начала).

Сидели в камере вместе с Петей убийцы, грабители (если подросток совершил нетяжкое преступление, его обычно отпускают под подписку), многие - беспризорники, с нарушенной психикой...

Все говорят, что “на малолетке” самые жестокие нравы. Понятий нет - но есть озлобленность на весь мир... И с Петей там разное случалось. И рука у него была сломана... и что ещё там происходило, он даже мне не говорит.

...Дело вёл следователь прокуратуры Ленин­градского района Онищенко. Это был его, так сказать, дебют. А курировала его г-жа Литовченко, заместитель прокурора.

В ходе предварительного следствия были нарушены почти все статьи уголовно-процессуального кодекса.

У Петьки дома изъяли одежду - без судебного решения, фактически без понятых. Привёл оперативников за одеждой парень по фамилии Роженко. Они спросили, где куртка Пети - с белыми или голубыми полосками на рукавах. Но у Пети никогда такой куртки не было... а вот Роженко (!) был именно в такой! Но только оперативники этого в упор не замечали.

“Буду стрелять на поражение!”

- Во время следственного эксперимента сын показал, где якобы убивал бомжа. Однако, как и следовало ожидать, показал - неправильно.

Возили его на место преступления в наручниках. Оперативники не спрашивали, куда ехать, а сами везли Петю, куда надо: на перекрёсток улиц Вагнера и Бесселя. Один из “сопровождающих”, ненавязчиво поигрывая пистолетом, сообщил: “При попытке бегства буду стрелять на поражение!”

Когда вылезли из машины, оперативник велел Петру показать, где здесь живут бомжи. Петя сказал, что не знает. На него закричали, вновь стали угрожать расправой. Он показал на ближайший люк теплотрассы, расположенный во дворе двенадцатиэтажного дома №2 на ул. Бесселя. Оперативник взвился на дыбы: оказывается, этот люк был давно закрыт, и в нём никто жить не может.

Впоследствии выяснилось, что бомжа убили вообще в другом месте, во дворе немецкого дома по ул. Загорской. То есть Петя не знал, где произошло то, в чём его обвиняли!

...Видя, что следователь не склонен забивать себе голову такими пустяками, как нестыковки в фактах и показаниях, Оксана Якушева взялась за “расследование” сама. А ведь это, знаете ли, только в кино человеку, облыжно обвинённому во всех смертных грехах, легко и изящно удаётся доказать свою непорочность... за полтора-два часа экранного времени. В жизни всё гораздо сложнее.

Пообщалась с бомжами

Расписывать все перипетии в подробностях не будем - не хватит целой газеты. Обозначим лишь основные моменты.

1. Оксана пообщалась с бомжами, жившими в люках ТОЙ САМОЙ теплотрассы. Те сообщили, что Пичугина (которого они называли “Каплеем”) жестоко избил парень в спортивной куртке “Адидас”, с белыми волосами (Петя - тёмный шатен, - прим. авт.), который якобы мстил за своего убитого брата (Якушев - единственный ребёнок в семье, - прим. авт.).

2. В суд были вызваны все понятые, указанные в протоколах. Почти все они заявили: “Я ничего не видел. Просто шёл мимо, меня окликнул сотрудник милиции и попросил расписаться”. А некоторые сообщили, что всё же кое-что видели. Но вот незадача - это противоречило всему тому, что было записано в протоколах. Нашлась и такая, кто честно без обиняков сразу призналась: “Я ничего не подписывала. Я даже не знаю, где ЭТО находится”.

И самое удивительное - среди “понятых” попадались даже сотрудники прокуратуры (типа следователей Соломатовой и Першина), которые по УПК выступать в этой роли вообще права не имели. Значились в протоколах и “левые” данные (адрес, по которому проживает следователь прокуратуры, а фамилия - его бывшего однокурсника).

3. Оксана заваливала жалобами все мыслимые и немыслимые инстанции, требовала медицинского освидетельствования сына, новых и новых экспертиз...

Группа крови

А дело уже трещало по швам.

Во-первых, выявилась полная чертовщина с трупом Пичугина. В заключениях экспертов значилось, что у него I-я группа крови.

(У Якушева кровь на анализ не брали.)

Потом прокуратура предъявила потерпевшего - брата Пичугина. Который привёз паспорт своего бомжевавшего брата, и там значилась другая группа крови - вторая!

По фотографии покойника брат Пичугина, Николай, его не опознал. Описание, которое он дал, не сходилось ни с тем, что вывели судмед­эксперты, ни с показаниями свидетелей. Николай сказал, что признать в покойнике брата его убедил следователь.

Кроме того, по словам очевидцев, тело “Пичугина” в два часа дня ещё лежало на дороге, а “скорая помощь” утверждала, что в 10.00 Пичугина привезли в больницу скорой помощи, где он вскоре, не приходя в сознание, умер.

Так был ли труп Пичугиным? Или тот, в чьём убийстве обвиняли Якушева, до сих пор преспокойно бомжует где-нибудь...

Вопрос, в принципе, остался открытым. (Потерпевший охотно принял версию о кончине брата, т.к. утомился выплачивать за него административные штрафы: тот, в очередной раз накуролесив, сообщал в милиции данные своего ближайшего родственника, выдавая их за свои.)

...Бомж Егоров, якобы избитый Якушевым, исчез. По версии сотрудников прокуратуры, бомж отошёл в мир иной в марте. Тогда как в мае (!) он лежал в инфекционной больнице! (А ещё год спустя Егоров говорил своему родственнику, что избивший его парнишка - белобрысый.)

До чего же странно ведут себя некоторые трупы! Активно до неприличия!

“Бери всё на себя!”

Судья Н. Муценберг

Тем не менее, Якушев провёл в СИЗО почти год. За это время в его организме произошли необратимые изменения. Это можно было предотвратить, если бы Петю определили на стационарное лечение. Но... обвинению он нужен был именно таким: больным, сломленным, потерявшим надежду...

В СИЗО Пете говорили открытым текстом: “Бери всё на себя! В колонии кормят лучше, и воздух свежий, и подвигаться есть где, и кошки бродят, погладить можно... А главное, нет чувства неопределенности, от которого действительно можно спятить!” Но Петя удержался от соблазна купить себе временное облегчение ценой всей своей будущей жизни. Хотя на заседании суда нередко падал в обморок от нервного и физического истощения.

...Дело рассматривала судья Нина Андреевна Муценберг. Прокуратура запросила предельный по этой статье срок лишения свободы - семь лет. Скрупулёзно изучив все представленные стороной обвинения доказательства, судья вынесла... оправдательный приговор Петру Якушеву - и частное определение “о допущенных нарушениях норм УПК РФ при расследовании данного уголовного дела <...> а также о необходимости принятия действенных мер по строгому соблюдению норм УПК РФ при собирании доказательств”.

Прокуратура обжаловала приговор.

(А до этого была предпринята попытка приостановить дело: прокуратура потребовала провести почерковедческую экспертизу... Тогда, удовлетворив ходатайство прокуратуры относительно экспертизы, судья Муценберг изменила Якушеву меру пресечения на подписку о невыезде, выпустив его на свободу. Он был настолько подавлен, что даже не понял, что произошло и почему его прямо в зале суда освобождают из-под стражи.)

Здоровья не вернуть!

Так вот, теперь прокуратура потребовала отменить оправдательный приговор... и областной суд пошёл прокуратуре навстречу!

Отменив приговор, вынесенный Муценберг, дело передали на новое рассмотрение - судье Коренькову. К этому моменту подевались куда-то все свидетели-бомжи, а Роженко (тот самый, упоминавшийся выше главный свидетель обвинения, якобы лично видевший, как Петя бил Пичугина)... совершил аналогичное преступление, скрывался, был объявлен в розыск, наконец, задержан... и на очередное судебное заседание его привезли в наручниках. И посадили в клетку. И сейчас есть все основания полагать, что Пичугин (если он действительно мёртв) - на совести данного молодого человека.

...Судья Владимир Кореньков, тщательно оценив все представленные доказательства, ОПРАВДАЛ Якушева ЗА НЕПРИЧАСТНОСТЬЮ к совершению указанных преступлений.

Дело по факту гибели Пичугина возвращено прокуратуре. Оправдательный приговор устоял. Но... здоровья Пете Якушеву это уже не вернёт. За три года после освобождения из-под стражи он пять раз находился на лечении в больницах.

У него изменился характер: ему трудно привыкнуть к нормальной жизни, и он не ждёт от государства ничего хорошего. А ведь кроме ущерба, нанесённого семье Якушевых (в том числе и материального - ведь нужно было возить в СИЗО продукты, платить адвокатам, покупать лекарства... пока шёл процесс, Пётр, уже освобождённый из-под стражи, был вынужден несколько раз менять работу. Ему было неловко из-за бесконечных повесток, где он фигурировал как обвиняемый в убийстве и грабеже), есть ещё и ущерб, причинённый налогоплательщикам. Это ведь на наши с вами деньги сотрудники правоохранительных органов “вешают трупы” на случайно подвернувшиеся шеи - вместо того, чтобы раскрывать преступления!

Извинится ли г-н прокурор?

Хорошо живём, господа! Раскрытое убийство - оно ведь и в Африке раскрытое убийство, “палку” за него срубить очень даже возможно... А то, что Якушев невиноват - кого волнует? Петей больше, Петей меньше... Петей меньше - “палкой” больше... Это ведь арифметика!..

- Если б мне раньше сказали, - плачет Оксана Якушева, - что такое может случиться, я бы не поверила... Я думала, что, когда о ТАКОМ пишут в газетах, то привирают для пущего эффекта. Оказалось - НЕДОГОВАРИВАЮТ!

...Это уж точно. Тем, кто сомневается в правдивости наших статей, я всегда говорю: “Счастлив ваш Бог! Желаю вам и дальше думать так же. Потому что свою точку зрения вы измените, только, если горе коснётся лично вас. Так что живите в блаженной уверенности: “если кто-то кое-где у нас порой”... И далее по тексту.

...Сейчас Пётр Якушев имеет все законные основания быть реабилитированным. Интересно, найдёт ли г-н прокурор Калининградской области А. Самсонов время, слова и силы, чтобы извиниться перед юношей, которому его, Самсонова, ведомство искалечило душу, тело и жизнь? Или снова (как в случае с журналистом “НК” Олегом Березовским, которого оправдал псков­ский суд присяжных) пришлёт бумажонку с минимальным количеством текста (мол, обязан по закону принести официальные извинения - нате! Получите и распишитесь...) и полным отсутствием личного, ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО отношения к допущенной - страшной! - ошибке.

Д. Якшина

P.S. Здоровья Петру Якушеву и его маме - не вернуть. Но почему остаются безнаказанными те, кто измывался над подростком? Почему руководители прокуратуры и милиции не назначили и не провели соответствующее расследование? Мы ждём официального ответа от прокурора области А.М. Самсонова и начальника УВД генерала С.А. Кириченко.

P.P.S. Когда материал был подготовлен к печати, стало известно, что прокуратура вновь обратилась в областной суд, пытаясь отменить уже второй оправдательный приговор в отношении Петра Якушева.


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.







ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля