Новые колёса

ПЕРЕСТРЕЛЯЛИ ДРУГ ДРУГА.
Как милиционеры поехали банду брать

Сегодня мы продолжаем разговор с Василием Шабардиным - человеком, который работал в милиции в те времена (кстати, не такие уж и далёкие), когда слово “мент” звучало как оскорбление.

Конечно, коллеги Шабардина не были идеальными... и выглядели не всегда как на плакате. Но было у них (у многих!) горячее желание “сделать мир чище”. А работа в милиции давала такую возможность.

Отвезли клиента в морг

- Работали тогда в милиции в основном люди честные, - утверждает Василий Шабардин. - Зарплаты были маленькими, ничего особо не купишь... Я восемь лет из формы практически не вылезал, костюма вообще не было. Да и смысла не было им обзаводиться: всё равно торчал на службе круглые сутки.

Помню, был участковым в Правдинском районе. В три часа ночи звонок дежурного: “У тебя там в посёлке Красное скандал! Муж жену бьёт...”

Поднимаюсь, на мотоцикл - и вперёд. Приезжаю по указанному адресу. Тишина, окна не светятся. Стучу в окно. Высовывается из окна женщина.

- Это у вас скандал? Соседи звонили.

- Ой, да вы что! Муж давно спит! Он у меня вообще не скандалит!

Пожал плечами, поехал назад. А утром опять на службу. А там - и смех, и грех. Очередная новость: мужику пробили голову. “Скорая” приехала, констатировала смерть, бедолагу отвезли в морг. Он там очухался - и утром прибежал в милицию жаловаться.

Плюнул мне в лицо

- А то проводили мы как-то в Правдинском районе рейд поздней осенью. А там у одного села - неглубокая речушка. Все алкаши собираются на берегу, пьют водку.

Мы подъезжаем на автобусе - они как рванули в речку. Вброд перебрались на другой берег, сидят там мокрые, трясутся. А я кричу:

- Ну и чего? Я же вас всех знаю! Всё равно протокол составлю!

Бывало, набьём пьяными весь автобус. Они сидят, пока мы по участку ездим, и трезвеют. Один, помню, всю дорогу орал: “Нас всех не пересажаешь!”

Кидались, помню, на меня и с напильниками, и с ножами, и с заточками. Но случалось и по-другому.

В Правдинском районе, в посёлке Дружное, был такой дебошир Бычков. Как-то я еду на мотоцикле с коляской - а он на обочине бузит. Матом ругается. Я остановился, сделал замечание - а он мне в лицо плюнул.

Наследил в квартире

- Можно было Бычкова скрутить, запихнуть в коляску, доставить в отделение, но... люди же кругом. Они же не видели, что он мне в лицо плюнул - но подтвердят, что я его скрутил, избил и т.д. Так что пришлось проявить выдержку.

Потом, правда, я подтянул Бычкова - за другое. Но выдержка в нашем деле была о-очень нужна. Тогда ведь спрашивали с нас очень строго.

Вошёл участковый в чью-то квартиру, чуть наследил - уже на него жильцы пишут жалобу, и уже ему выговор.

Пропали туфли

- Как-то - уже в Калининграде - женщина с улицы Толбухина написала заявление, что у неё пропали туфли. Я, участковый, их искал - не нашёл. Ну, туфли б/у. Отказал в возбуждении уголовного дела по малозначимости.

Женщина написала жалобу, меня дёргали, объяснялся. А потом она меня встретила и попросила прощения. Оказывается, она эти чёртовы туфли сдала в ремонт и забыла. А потом квитанцию нашла...

Много всяких “эпизодов” случалось.

Вы тут крови не видели!

- Как-то летом мы с напарником решили поехать в Родники, искупаться, позагорать немного. До пояса разделись, уснули... Просыпаюсь и вижу: два военных, оба майоры, рядом со мной. Один открыл перочинный нож, приставил мне к животу:

- Давай выпьем! Мы из Афгана, а вы тут крови не видели!

Я говорю: “Ты чего, мужик, спятил? Не буду я с тобой пить. Я участковый!”

Нож у майора выхватил, хотел выкинуть, тот как заголосит: мол, это память об Афгане. Пока я вставал, они - к моему напарнику. Тот ножик всё-таки зашвырнул в речку. Они - в драку. Еле угомонили обоих.

Допивались до белых зайцев

- В годы, когда генсек Андропов усиленно боролся с пьянством, алкаши от нашего автобуса шарахались, как от огня. Хотя некоторые допивались до белых зайцев и совсем нюх теряли. Один раз на “уазике” по участку еду. Мужик голосует. Отчаянно так, чуть ли не под колёса кидается.

- Довези до поворота! За “синичкой” еду!

- Ну, - говорю, - ты и нахал! У участкового требуешь, чтобы я тебя возил за синькой в соседний посёлок?!

Тут он только и понял, чью машину остановил..

А ещё было забавно. Захожу в магазин, в отдел парфюмерии. Вижу объявление: “Мужчинам, похожим на алкоголиков, одеколон не продаётся”. Говорю: “А как вы определяете, кто алкоголик?”

- А у кого нос красный, тому и не продаём!

Отсидели по хулиганке

- Алкашей, понятно, хватало. Колоритные персонажи. Были, помню, такие Саша Демещенко и Пётр Завадский. Оба отсидели по хулиганке. У Завадского - куча детей, жена грязная, вечно в резиновых сапогах... Тут у неё умер родственник, но она осталась с детьми, а Пётр поехал на похороны. Пока ездил, пока там пили - Саша Демещенко поселился у его жены. Пётр вернулся.

- Ну и кто из нас с ней жить-то будет?

Сашка остался, Завадский ушёл. Сашка продолжал пить по-чёрному. Один раз нажрался до того, что пытался заехать в магазин верхом на лошади.

А Петра встречаю через некоторое время. Он - в хорошем костюме, при галстуке. Оказывается, встретил женщину, на пять-семь лет старше, она его одела-обула, всячески обиходила. Он только руками разводил: “И чего я со своей дурой столько лет прожил?!”

Украл водку

- Как-то в Правдинском районе обворовали магазин. Вор взял водку, продукты - и оставил записку: “Меня не ищите, через три дня сам приду”.

Ну, понятно, искать его начали. На четвёртый день, рано-рано утром в райотдел пришёл мужик. Его ещё сначала прогнали (никого в отделе не было, кроме дежурного). Он вернулся в шесть, сел, сидел в коридоре до восьми.

Его замполит спрашивает: “Гражданин, вы чего тут делаете?” А он отвечает: “Как чего? Я же записку написал!” Выясняется, он взял в магазине водку, жратву, залез на стог сена, ел-пил и наблюдал, как по селу его ищут. А потом пошёл сдаваться, как и обещал.

На моей памяти, это такой был единственный случай.

Оперативная разработка

- А то ещё в посёлке Курортном обворовали магазин. Приехал зам начальника отдела милиции по оперативной работе Ильин и два оперативника.

- Кого будем отрабатывать?

- Давай Семёнова из посёлка Луговое. Он и в ЛТП был, и на “зоне” сидел, и вообще тип ненадёжный...

Приезжаем. “Ненадёжный тип” у себя во дворе дрова колет. Опер Валерий Пнюшков (все были в штат­ском) подзывает его:

- Слышь, у тебя деньги есть?

- Ну, у жены рубля три.

- Так иди, трясани. Посидим, выпьем.

Тот “трясанул”. Сажаем его в машину, едем в Правдинск. По дороге Пнюшков заводит беседу:

- Слушай, а ты меня не помнишь?

(А Пнюшков его как-то и брал)

- Ну так... смутно.

- А ты в какой колонии сидел? - продолжает Пнюшков. - В “девятке”? (ИТК-9 на Советском проспекте в Калининграде) И я тоже. Ты в каком отряде? Во втором? А я в первом!

Семёнов уже к нему обниматься лезет - мол, свой, корефан. А Пнюшков свою линию гнёт: “Слышь, хотим тут у вас магазин приподнять. Не войдёшь в дело?”

- О, давно таких людей жду! Вошёл бы - да только магазин уже приподняли...

Ну, по ответу видно, что мужик не знает, кто обворовал. Но в отдел его везём - ишь ты, какой прыткий, только и ждёт, с кем на дело пойти! И только когда во двор райотдела милиции въехали, он понял, что везут его явно не выпить!..

Русский шпион

- Были в Правдинском районе такие братья Голубевы. Как-то едем, видим: один из Голубевых нажрался, залез под “электропастуха” (такой забор проволочный, по которому ток пропущен, чтобы стадо куда не надо не забредало), спит. Наш водитель его за ноги вытащил и говорит:

- Ну вот, теперь ты в Польше! Ты с каким заданием заслан?!

Тот спьяну ничего не понимает, бормочет, что поляков всегда любил. Грузим его в машину. Заезжаем в Правдинск. Он: “Ой, а как у вас тут чисто, красиво! А у нас в Правдинске такая грязь везде!”

В отделе милиции посадили его за стол, под ноги поставили электрообогреватель.

- Чувствуешь жар? Сейчас пытать начнём! Давай рассказывай, с каким заданием заслан!

Он спьяну и рад бы рассказать, но ничего придумать не может... Протрезвел потом - отпустили.

Ласковый и нежный

- Пили, кстати, и в милиции. В 1982 году я - один раз в жизни - побывал в доме отдыха МВД. Потом много раз собирался, но зарплата низкая, долгов наделаешь, с отпускных раздашь - и всё, ехать не с чем...

А тогда я поехал в Анапу. Пили каждый день. Приехали туда с Севера два товарища, так они за десять дней, кажется, вообще из номера не вышли ни разу. Им туда водку таскали ящиками. И ходил туда, кто хотел, в любое время суток...

А ещё мы любили подшучивать друг над другом. Как-то знакомый майор меня подбил: “Давай напишем заявление начальнику милиции Ленинградского района Калининграда от женщин посёлка Октябрьский”.

И написал, примерно такого содержания:

“Мы, женщины Октябрьского посёлка”, от 18 до 23 лет, просим вернуть нам участкового Игоря Юрьевича Хрусталёва. Он такой нежный, такой ласковый. А сейчас нам прислали другого участкового - он такой грубый! Верните Хрусталёва!”

Заявление зарегистрировали в дежурной части, по всей форме. Начальник милиции рассмотрел. Поставил визу: “Хрусталёву. Исполнить”.

Гвоздём надо!

- Прошёл месяц. майор говорит: “Надо посмотреть, что Хрусталёв с заявлением сделал”.

Вытаскиваем заявление у Хрусталёва из сумки:

- А это у тебя что, не исполненное?

Он чуть не матом: “Да не знаю я, что с этим делать!”

- Да ты хоть на почерк посмотри!

- Это что, (фамилия майора) написал?!

Майор вообще любил приколы. И прикалывался всегда с абсолютно невозмутимым видом.

Как-то захожу к нему, а он пытается кнопкой чего-то там в ботинке пришпандорить. Я говорю: “Гвоздём надо!”

- А есть гвоздь?

- Ну вот, какой-то валяется. Подойдёт?

- Не-а, не подойдёт.

Тут я гляжу в окно - а там такой лейтенант Ерёмкин, дежурный, домой чешет.

- О, - говорю, - Ерёмкин домой пошёл.

- Зови его!

Ну, я позвал. Он вернулся. Заходит в кабинет, уставший такой, с “дипломатом”.

- Чего?

Майор ему показывает гвоздь.

- У тебя гвоздика поменьше нету?

- Нет.

- Ну так иди.

- И это всё, что ли?!

- Всё.

Ерёмкин не выдержал, выразился нецензурно. И побрёл себе на остановку. А майор как сидел невозмутимый, так и продолжал туфель ремонтировать. Только улыбнулся.

Устроили засаду

- Напряжение-то как-то надо было снимать. Постоянно ведь как на фронте. Работали сутками, с личным временем никто не считался. К тому же за раскрытие преступления давали денежные премии. Зарплата низкая - поэтому многие стремились преступление раскрыть первыми.

На юге из-за этого был случай (его потом отразили в приказе). Прошла информация, что под Краснодаром на хуторе должна собраться банда. Сотрудники милиции поехали, устроили засаду. А соседний отдел получил ту же информацию - и ребята тоже поехали бандитов брать. Бандиты где-то задержались. А сотрудники милиции, не разобравшись, перестреляли друг друга... Никто не хотел отступать.

Повесился на ремне

- Всякое бывало. И друг в друга стреляли. И сами и стрелялись, и вешались. Когда работаешь, не вылезая, неделями, на лбу прямо светится слово “развод”. Жёны постоянно бубнят, что мужей дома никогда нету, а денег всё равно ни на что не хватает...

Был такой Лёша Гусак, следователь, очень умный парень, университет окончил. Они с женой хотели перебраться в Калининград из посёлка Железнодорожный, но начальник милиции не разрешил.

И вот Лёша как-то дежурил вместе с медиками. Жена позвонила: “Приди домой, корм отнеси поросятам...” Он пошёл домой, снял милицейский ремень - и вздёрнулся. Ремень не выдержал, оборвался, Лёшу откачали.

Я его потом спрашивал, как всё было. Он только плечами пожимал: “Как было? Сидел с медиками, пошёл домой, психанул - очнулся: лежу, а эти же медики вокруг меня суетятся...”

Кажется, он потом всё-таки покончил с собой. Не выдержал постоянной нервотрёпки.

Работали-то на износ. Зато теперь лично мне за эту работу не стыдно. Мы ведь были в каком-то смысле идеалистами. А нынешних... самому иной раз хочется назвать “ментами”, да совесть не позволяет. Всю систему надо менять. Тогда и “в поле” будет порядок.

Д. Якшина


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.







ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля