Новые колёса

ОХОТА НА ДОКТОРОВ.
Полицаи-стахановцы ведут “борьбу с коррупцией”

Наша страна насквозь коррумпирована. С этим никто не спорит. Даже президент. Он, кстати, и объявил, что борьба с коррупцией - одна из приоритетных задач российских правоохранительных органов. Ну, а если задача поставлена - требуются решения.

Махровые взяточники

Понятно, что на “высших этажах” ловить коррупционеров сложновато: если “цена вопроса” зашкаливает за миллионы (пусть даже не долларов, а рублей), то это и не коррупция как бы... а нечто трудно доказуемое и практически неуловимое. Поэтому “решать задачу” надо внизу. Дёшево и сердито.

Вот и получилось, что главные коррупционеры в нашей стране - врачи, учителя и прочий малобюджетный народец. Одним словом, махровые взяточники, наглые вымогатели и бессовестные мздоимцы. По определению. И логика тут проста: если государство платит этим людям так мало, а они продолжают работать... значит, ЧТО-ТО ИМЕЮТ НА СТОРОНЕ! Не герои же они, в самом деле, и не подвижники?

И, следуя данной логике, остаётся ЛИШЬ УЛИЧИТЬ ЛЮБОГО. Ну, или - спровоцировать, если уличать-таки не в чем.

Один из спровоцированных - Полтавский Леонард Игоревич. Врач Зеленоградской районной поликлиники. Дерматовенеролог и нарколог (на четверть ставки).

Визит наркомана

- Я работал в поликлинике с 1986 года, - говорит Леонард Игоревич. - Обращались больные всякие. А в конце мая 2011 года пришёл некий Юрий Шестаков. Сказал, что он наркоман, но давно не употреблял наркотиков, а тут сорвался. Просил или рецепт на препарат, который помогает пережить ломку (есть такие, опийного ряда, с обезболивающим эффектом), или больничный лист.

Я сказал, что ни тем, ни другим не занимаюсь. Но Шестаков чуть ли не в ногах валялся. Говорил, что боится потерять работу, что ему очень плохо, умолял хотя бы снять боль.

Знаете, любой организм человека - уникальная биологическая фабрика, которая вырабатывает всё, что нужно для жизни. И если чего-то не хватает - человек начинает употреблять табак, алкоголь, наркотики. Образуется зависимость. От которой можно избавиться, если наладить работу эндокринной системы... Я сделал Шестакову инъекцию лекарства. Он успокоился и пошёл спать. На следующий день пришёл снова.

Я выписал рецепт на необходимые лекарства. Он стал ходить ко мне, исполнять все назначения. Кстати, потом, уже в ходе следствия, он сказал, что за это время его самочувствие улучшилось - и анализы это подтвердили.

Несколько раз Шестаков пытался всучить мне деньги. Я не альтруист. Если человек хочет отблагодарить за лечение - это его личное дело. Но тут больной был настолько тяжёлым, что я не мог гарантировать результат. Я ему так и сказал: “Ты лечись, а по результатам поговорим об оплате”.

Расплата за лекарства

- Шестаков снова заговорил о больничном листе. На что я ответил, что по таким заболеваниям, как у него, я не могу ему выписать больничный... Но когда проводишь активное лечение, обостряются хронические заболевания. У Шестакова появились гнойники. А это уже основание для выдачи больничного. Я сказал:

- Приноси документы: паспорт, медполис. Теперь больничный выписать можно.

- За сколько? - спросил он.

- В смысле?

- Ну, сколько... за больничный?

(Позже Шестаков скажет следователю, что сам у меня ничего не спрашивал, “но наши взаимоотношения предполагали, что это будет не бесплатно”.)

- Расплатись за лекарства, - сказал я.

Дело в том, что лекарственные препараты для Шестакова я приобретал сам. Естественно, он должен был компенсировать мои затраты на приобретение лекарств.

- Сколько?

- 3.000 рублей.

Шестаков достал из кармана пачку купюр, отсчитал 3.000 рублей, и тут ворвались сотрудники полиции. Во главе с г-ном Д. Кутейниковым, бывшим начальником ОБЭП Зеленоградского РОВД.

Похищение человека

- Выдайте деньги, которые вы получили за оформление больничного листа! - потребовал Кутейников.

- Я за больничный денег не беру, - сказал я и вышел из кабинета. И в коридоре выкинул деньги.

Это увидели полицейские, начали кричать: “Поднимите деньги!”

- Не буду.

Я зашёл в кабинет, Денис Кутейников - за мной, с деньгами.

- Это бесполезно! Есть понятые!

- Они могут подтвердить лишь то, что вы занесли деньги в мой кабинет извне.

Потом, кстати, все свидетели давали разные показания. Кто-то говорил, что я достал эти деньги из кармана брюк, кто-то - из кармана халата, кто-то сказал, что из ящика стола, ещё один понятой сообщил, что вообще не знает, откуда они взялись, но видел, что они лежали на краю стола...

Понятые вообще были интересные. Один, Руслан Чередниченко, трижды судимый, в том числе - за похищение и насильственное удерживание человека... в квартире которого сейчас прописана и живёт мать майора Кутейникова!

Второй понятой - сестра Чередниченко, третий - её сожитель...

Чёрные копатели

- Описание места происшествия снимал на собственный мобильный телефон некто Чернявский, сотрудник полиции. Который вообще не должен был там находиться. По крайней мере, в протоколе его фамилии не было. Её вписали позже. И этот факт на суде никакого внятного объяснения не получил.

Адвокат сказал, что Чернявского в протоколе нет, а судья вспылил: “Вы что, ослепли? Вам очки дать?! Читайте: том 1 страница 40”.

- Там ничего нет!

- Дайте!

Смотрит - точно, нет. Фамилия вписана сбоку от протокола, явно другим почерком и другой ручкой.

Когда спросили следователя, тот сказал: “Кутейников подошёл, когда в протоколе уже был поставлен прочерк, сказал вписать ещё одного сотрудника, а ручка кончилась. Пришлось другой”.

Судью Е. Безруких это объяснение вполне удовлетворило. На вопрос моего адвоката, как быть с понятыми, которые связаны не только друг с другом, но и с Кутейниковым, судья философски заметил: “Город маленький. Все друг друга знают”.

Это точно. Все друг друга знают. К примеру, известно, что Кутейников “курировал” янтарь, добываемый “чёрными копателями”. И однажды вместо 100 кг конфискованного отборного сырца сдал 96 - мелкого песка.

Следователь под газом

- Следователь Лана Супрунова однажды устроила ДТП - вдребезги разбила забор, и вся верхушка Зеленоградского РОВД и больницы суетилась, чтобы “сделать” ей “трезвую кровь”.

Дело тогда замяли, забор так и не восстановлен. Зато Супрунову повысили - теперь она руководит следственным отделом РОВД.

А г-н Чернявский хвастается, что за восемь лет работы завёл на врачей больше 100 уголовных дел. Настоящий полицай-стахановец. Он мне, не стесняясь, говорил:

“Когда я провожу обыск, то нахожу такое, что хозяева удивляются - от наркотиков до оружия. Но если я это у вас найду, доктор, то говорить мы с вами будет уже не в этом кабинете, а на Советском проспекте... И когда вы оттуда выйдете, и выйдете ли вообще... я предсказывать не берусь”.

Сейчас Чернявского вроде бы прихватили сотрудники ФСБ - якобы записан разговор с “чёрными янтарщиками”, и он готовится уйти из органов по собственному желанию.

Какое всё это имеет отношение к моему делу? Прямое. Я не торговал больничными НИКОГДА. Я был уверен в том, что Шестаков, давая мне деньги, расплачивается за лекарства и за лечение. Я у него этих денег не вымогал. Но если человек настаивает, чтобы заплатить - какой доктор по нынешним временам откажется? Я и предположить не мог, что в отношении меня ведётся целая операция!

Провокатора угостили пивом

- Но стали вскрываться и совсем вопиющие факты. Так, Кутейников заявил, что наркомана Шестакова никогда раньше не видел. На вопрос, почему заявление Шестакова, якобы написанное в дежурной части, оказалось набранным на компьютере, ответа не последовало.

Предположить, что в дежурной части пустили к своему компьютеру наркомана, пришедшего с заявлением... - это что-то из разряда ненаучной фантастики.

Юрий Шестаков же сказал, что в Зеленоградск его привезли сотрудники наркоконтроля, угостили пивом, потому что он на них часто работал (по закупке наркотиков). Мимо шёл Кутейников, и наркополицейские сказали, что Денис хороший парень и ему надо помочь (об этом сам наркоман рассказал в суде).

Кстати, во время следствия Шестаков утверждал, что будто бы услышал где-то обо мне, как о докторе, “который приторговывает больничными листами”. Но я предоставил официальную справку: за период с 2010 года по 20 июня 2011 года мною выдано 12 листков нетрудоспособности при общем количестве посещений 5.292 человека за один год. Так о какой торговле он мог “услышать”?!

Когда на суде прозвучали эти факты, судья спросил:

- Вы что, клоните к тому, что всё это - провокация?

- Вы сами это сказали, - заметил мой адвокат.

Картошка со свеколкой

- Но всё уже было предрешено. На меня “рыли” всё, что только можно. До анекдота дошло. Как-то ко мне приехал мужичонка и спрашивает: “Доктор, вам картошка нужна?”

- Да нет, вроде...

- А свеколка?

- Да не буду я ничего покупать.

- Не покупать - даром! Вы меня не узнаёте?

Оказывается, лет семь назад этот мужик стоял у меня на учёте. У него была стойкая ремиссия, и я его с учёта снял. А тут к нему вдруг заявились оперативники:

- Когда тебя Полтавский с учёта снимал, он у тебя что-нибудь просил?

- Да.

- Что?!

- Характеристику с места работы.

- Тьфу ты! Мы имели в виду, ты его чем-нибудь отблагодарил? Ну, может, мешок картошки дал?

- Нет.

“Они уехали, - сказал мужик, - а я подумал: вот же я скотина неблагодарная! Точно, надо ж было отблагодарить! Вот и привёз картошки-то со свеколкой...”

Я его, конечно, отправил. А потом узнал, что оперативники объехали 13 человек, которых я в разное время снимал с учёта. Искали ещё эпизоды для уголовного дела. Но всё оказалось по закону...

Смерть жены

- Следствие велось полтора года. За это время умерла от рака моя жена. Меня не отпустили с ней в Москву на обследование. Сказали, что, если я уеду, меня, как нарушившего подписку о невыезде, объявят во всероссийский розыск. Хотя я просил всего неделю. Может, эта неделя могла бы продлить её жизнь...

Приговор мне читали на девятый день после её смерти. Адвокат просил перенести заседание - всё-таки девятый день, заведено не нами быть на кладбище, поминать...

Судья ответил: “НЕ появится - приводом доставим”.

И, несмотря на все эти нестыковки в материалах уголовного дела (которые, по идее, должны трактоваться в пользу обвиняемого), судья дала всё, чего просила прокуратура. Мне присудили штраф в размере 105.000 рублей с лишением права заниматься врачебной деятельностью, связанной с правом выдачи листков нетрудо­способности, сроком на 2 года.

Из центральной районной больницы Зеленоградска мне пришлось уволиться. На моём месте работает другой человек. А я остался - без жены, без права заниматься своей профессией, ославленный на весь свет как “торговец больничными”.

На 12 марта 2013 года в Калининградском областном суде было назначено рассмотрение моей кассационной жалобы. Вопрос лишь в том: захотят ли судьи областного суда вникнуть в дело? Или просто (как это, увы, случается повсеместно) на компьютере перекачают в “мотивированную часть” своего решения то, что им любезно перешлют в электронном виде коллеги из первой инстанции? И будет ли ещё один приговор основан на провокации - или всё-таки жрецы Фемиды вспомнят о гнусной сущности провокации как таковой? Спровоцировать-то можно любого. Не наступить бы и самим на эти грабли.

Д. Якшина


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.







ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля