Новые колёса

МИНИСТР СПОРТА ИЗБЕЖАЛ ТЮРЬМЫ.
Вместо Олега Косенкова за решётку сел директор хоккейной школы

...Вы никогда не задумывались над тем, что в русском языке значение слова “предан” зависит исключительно от контекста?

В одной ситуации “быть преданным” - означает “сохранить верность”. В другой - что тебя “сдали” с потрохами. Невзирая на всю твою верность. Или даже в ответ на неё.

Вячеслав Авдонин, бывший директор ГБОУ ДОД Калининградской области КДЮСШ по зимним видам спорта (в просторечии - “хоккейная школа”) оказался преданным в обоих смыслах этого слова.

В размере 3.000 рублей

Министр спорта Олег Косенков

Одиннадцать месяцев Авдонин провёл в СИЗО - по обвинению в получении взятки. Уголовное дело было достаточно громким и знаковым. Где же ещё бороться с мздоимством, как не в детских учреждениях?!

Директор-взяточник - есть фигура медийная. Так что ярлык Авдонину приклеили сразу же - едва только он был задержан. И хотя сумма предполагаемой взятки оказалась смешной - три тысячи рублей - Авдонина взяли под стражу. И в том, что приговор прозвучит обвинительный, сомневаться не приходилось.

И он прозвучал. Цитируем:

“Авдонин В.В., являясь должностным лицом, получил лично и через посредника взятку в виде денег за общее покровительство по службе, в значительном размере с вымогательством, при следующих обстоятельствах <...> Достоверно зная, что работающий под его руководством тренер Лимарев В.Ф. регулярно получает добровольную материальную помощь от родителей учащихся группы начальной подготовки <...> Авдонин, в ходе личных встреч с Лимаревым В.Ф., умышленно, из корыстных побуждений высказал последнему требование о ежемесячной передаче ему взятки в размере 4.000 рублей за общее покровительство и дальнейшее предоставление возможности тренировать учащихся и получать от их родителей добровольную материальную помощь”.

Платить отказался

Следователь Павел Тимошинин

По версии следствия, безоговорочно принятой судьёй Ленинградского районного суда Калининграда Э.В. Бирюковым, Авдонин угрожал Лимареву отстранением от тренерской работы в данной группе и вообще “предъявлением завышенных требований к результатам его, Лимарева, трудовой деятельности”. После чего Лимарев “в не установленном следствием месте, в неустановленное время” начал передавать Авдонину требуемые суммы. Но не лично, а через посредника - бухгалтера хоккейной школы.

Последний раз Авдонину было передано 3.000 рублей - 6 декабря 2012 года. В процессе получения этой взятки Авдонин и был задержан сотрудниками полиции.

Свидетелями обвинения на суде выступили сотрудники школы - Ринат Гимаев и Сергей Варнавский (предшественник Авдонина в директорском кресле). Они подтвердили: Авдонин требовал, чтобы тренеры ежемесячно сдавали ему пятую часть тех денег, которые собирались с родителей в качестве добровольных пожертвований.

Гимаев заявил, что платить отказался - и “под надуманным предлогом был привлечён к дисциплинарной ответственности”, а Варнавский добавил, что лично он Авдонину денег не сдавал - и у него из-за этого “забрали перспективную команду”.

Своей вины не признал

Владимир Лимарев

Был опрошен ещё целый ряд свидетелей, которые по большей части цитировали то, чем в приватных беседах делился с ними Лимарев.

Авдонин своей вины не признал. Но и объясняться не пробовал. Взяв 51-ю статью Конституции РФ, позволяющую не свидетельствовать против себя, он все одиннадцать месяцев хранил молчание. Сидел в СИЗО - и молчал. И на суде не произнёс ни слова в своё оправдание.

30 октября 2013 года суд принял решение: признать Авдонина виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 290 УК РФ, и назначить ему наказание в виде штрафа в размере 70-кратной суммы взятки (3 млн. 10 тысяч рублей). Учитывая 11-месячный срок содержания под стражей, штраф сократить до 2 млн. рублей. Плюс на два с половиной года лишить Авдонина права занимать организационно-хозяйственные должности в государственных органах.

При том, что государственный обвинитель в лице прокурора В. Антипичева требовал ограничиться штрафом в 100 тысяч рублей и запретом на 1 год занимать должности в государственных органах. Т.е. вернуться в ту же муниципальную спортшколу - возражений нет.

Приговор суда означал, что фактически Авдонина наказали за молчание. За то, что он отказался сотрудничать со следствием - говорить то, что от него требовали.

Жена в декрете и четверо детей

Вячеслав Авдонин

Тем не менее, Авдонина освободили прямо в зале суда - после оглашения приговора.

Он обратился с ходатайством о предоставлении отсрочки уплаты штрафа. Понятно, что человеку, не работавшему одиннадцать месяцев, имеющему на иждивении четверых детей (один из которых - инвалид), вот так одномоментно выплатить два “лимона” было нереально.

Суд предоставил отсрочку на шесть месяцев - до 13 июля 2014 года. Авдонин просил “растянуть” выплаты на 5 лет. Ему отказали. Максимум, на что согласился суд - предоставить ещё 6 месяцев. С тем, чтобы, начиная с сентября 2014 года, Авдонин выплачивал по 333 тысячи 333 рубля 33 копейки “не позднее последнего числа каждого месяца”.

Как он будет это делать, получая там, куда бывшему “сидельцу” с трудом удалось устроиться, 8.000 рублей в месяц, никого не волнует. А если Авдонин не сможет платить, его снова “закроют”.

И вот тут Авдонин, почти два года отказывавшийся комментировать обстоятельства и причины “посадки”, решил-таки заговорить. Окончательно убедившись, что Система благодарности к нему не испытывает. И теперь ему придётся защищаться - иначе погибнет не только он, но и вся его семья, которая останется без кормильца.

Офицер Балтфлота

Министр спорта правительства Калиниградской области Олег Косенков

Авдонин обратился к депутату Калининград­ской областной Думы Игорю Рудникову. Тот попросил о помощи юриста Михаила Золотарёва. И вот - Вячеслав Авдонин рассказывает свою версию того, как развивались события.

- В Калининграде я человек неслучайный, - говорит Вячеслав. - Окончил КВВМУ, служил на Балтийском флоте. В 2003 году уволился, начал заниматься бизнесом. В 2006 году стоял у истоков создания в Калининграде хоккейной школы, прошёл путь от тренера до директора.

До меня директором был Сергей Варнавский. Замутивший эту историю Владимир Лимарев - друг Варнавского (тот перевёз его из Барнаула). А благодаря тому, что губернатор Боос очень любил хоккей и сделал министром спорта в нашей области Ирека Гимаева - и Лимарев, и брат Гимаева, Ринат, получили за счёт областного бюджета хорошие квартиры.

Ситуация изменилась, когда Боос ушёл.

Варнавский уволился по собственному желанию. С одной стороны, брат Гимаева по-прежнему работает в хоккейной школе (а Ирек Гимаев, как известно, играет в одной команде с Путиным). А значит, без покровительства “свыше” школа не осталась.

Зарубили Гимаева

Олег Косенков

- С другой стороны - новый министр спорта Калининградской области Олег Косенков к хоккею равнодушен. И всё, что было связано с его предшественником Гимаевым, для него как острый нож.

Помните, возникла такая идея: построить в Калининграде большой ледовый каток и на его базе открыть детский центр зимних видов спорта имени Ирека Гимаева. Трёхкратный чемпион мира, 9-кратный чемпион СССР, легенда советского хоккея. Одно его имя могло вывести Калининград на новую хоккейную высоту.

Идею зарубили на корню. А передо мной Косенков поставил задачу: “Как уволить Рината Гимаева?”

Уволить его можно было на законном основании. При старшем брате-министре он был принят на тренерскую работу, не имея диплома о педагогическом образовании.

Я начал готовить документы. Но Гимаев поступил на педагогический факультет БФУ им. Канта и на этом основании прошёл аттестацию. Сейчас он, кстати, уже окончил университет, получил специальность “тренер-преподаватель”, всё время обучаясь на ДНЕВНОМ отделении, получая стипендию - и работая в хоккейной школе. Тоже днём.

Свой тренер из Казахстана

- У нас с Лимаревым трения возникли, когда он попытался протащить “своего” тренера из Казахстана. Я отказал: у меня не было ставок.

Лимарев начал давить. Подключал родителей. Пользовался тем, что у него занимался сын вице-премьера регионального правительства Михаила Плюхина - и Плюхин не раз приходил, чтобы “озвучить претензии”. Мол, лёд не тот, время не то...

Но отношения с Лимаревым у нас, в принципе, были рабочие. Ничего личного. Деньги с родителей в школе всегда собирались. Это неизбежно: надо оплачивать участие в турнирах, работу врача, судьи, электронное табло и т.д., и т.п.

Государство от себя даёт три кубка - на остальное скидываются родители. Это обычная ситуация. Так было - и так продолжается до сих пор. Родители сдают деньги тренеру, тот относит директору.

Но Лимарев пошёл дальше. Он сам признался на суде, что пользовался родительскими деньгами в своих интересах. У него спросили: “Авдонин у вас вымогал деньги из вашей заработной платы?”

- Нет. Только из тех денег, что мне давали родители.

- А за что вам родители давали?

- За то, что я хорошо работаю. Это моя премия.

Липовый диплом

Вячеслав Авдонин

- Так вот эта “премия” была абсолютно незаконна. А впоследствии выяснилось, что Лимарев вообще не имел права работать тренером - у него поддельный диплом о педагогическом образовании. Но на тот момент, как это стало точно известно, я уже находился в СИЗО.

Раньше и Лимарев, и Гимаев чувствовали себя комфортнее. А когда мне пришлось выполнять распоряжение Косенкова и разбираться с Гимаевым, ситуация обострилась. Тогда они, очевидно, и сунулись в УБЭП и разыграли всю эту “увертюру” с моим якобы вымогательством.

В УБЭПе им охотно пошли навстречу. Я, собственно, убэповцам был не нужен. Полицейские хотели “зацепить” моего непо­средственного начальника - министра спорта Косенкова.

И вот 6 декабря 2012 года Лимарев искал меня целый день. Накануне было объявлено, что сотрудники хоккейной школы, желающие принять участие в праздничном новогоднем корпоративе, должны сдать директору по 1.500 рублей. Он мне звонил (разговор записывался сотрудниками полиции):

- Ты когда будешь? Мне надо тебе деньги передать.

- Отдай моему заместителю.

- Нет, я должен с тобой ещё кое-какие вопросы решить...

Отказался от сделки

- Лимарев меня дождался, зашёл в кабинет, передал 3.000 рублей (мол, за себя и ещё за кого-то), что-то промямлил и вышел. И тут же ворвались сотрудники УБЭП. Семь человек со следователем СК РФ Павлом Тимошининым во главе. Хотя по закону следователь СК не имел права там находиться. Тем не менее, Тимошинин командовал полицейскими, говорил, что делать, какие документы изымать...

Я сказал: “Заходил Лимарев, отдал деньги за корпоратив, вот они лежат...”

Меня задержали в 16.00, до 22.00 я торчал в своём кабинете, потом - в УБЭП, следственный комитет...

Со мной разговаривал начальник УБЭП. Я должен был дать показания, что ежемесячно собирал с родителей 60 тысяч рублей и носил министру спорта Косенкову.

Мне прямо говорили: “Дай показания на Косенкова - и сядет он, а ты пойдёшь по делу свидетелем... При самом худшем раскладе - отделаешься маленьким штрафом”.

Я не сказал про Косенкова ни слова - ни на допросах, ни в суде.

Пока я был в СИЗО, моей семье никто не помогал. Жена сидела в декрете, младшей дочери было два года. Все тяготы приняли на себя родители и близкие родственники.

Да, я знаю, что Косенкову говорили совсем другое. Мол, Авдонин вовсю “поёт”, даёт показания. Но он прекрасно понимал, что, если бы я “запел”, то за ним бы уже пришли и арестовали. Тем более, что в отношении Косенкова уже было возбуждено уголовное дело...

Жертва интриг

- Я обратился с жалобами на провокационные действия сотрудников полиции - во все инстанции. Без результата. И вот теперь моё будущее снова под угрозой.

После освобождения я встретился с Косенковым. Он сказал, что меня, дескать, выпустили только благодаря его вмешательству. От дальнейших встреч он потом уклонялся.

Ни слова о том, что он, по-человечески, должен мне хоть как-то помочь. Больше Косенков знать меня не хочет и всячески избегает. Хотя, в сущности, я стал жертвой его интриг.

Косенков хотел “зачистить” всё, что связано с Гимаевым-старшим, но сделать это чужими руками. Я не мог не выполнить волю начальника и стал заложником каких-то там “игрищ” среди чиновников “верхнего эшелона”. Фактически поплатился за то, что оставался преданным своему непо­средственному руководителю.

Я молчал, полагая, что правоохранительные органы, суд сами разберутся, что к чему. И хотя мне было что сказать - и Косенков не понимать этого не может - я рассчитывал на порядочность своего начальника.

Я не рассчитываю на пересмотр приговора. Но, по совести, Косенков мог, с помощью юристов, решить вопрос с отсрочкой выплаты штрафа. А он от меня открестился. Я ему больше не нужен - уголовное дело в отношении него прекращено, в кресле министра он усидел...

Наркота на льду

Вот что нам рассказал Авдонин. И пока поставил точку. Но и сказанного достаточно, чтобы понять, какова в представлении чиновника Косенкова плата за верность. И в этой связи в совершенно ином свете предстают недавние события: покушение на г-на министра (которого порезали, но не убили - явно напоминая о каком-то серьёзном с его стороны “прегрешении”), три сож­жённых джипа (два - его и один - его гражданской супруги), личная охрана (услуги полиции оплачиваются из бюджетных средств).

Ну а что касается хоккейной школы... Люди знающие утверждают: дни её славы, увы, позади. Родители сегодня платят гораздо больше, чем пытались вменить Авдонину. Платят за всё, включая “особое отношение к ребёнку” - то есть за то, как часто его будут выпускать на лёд - или, напротив, он будет “бесплатно” сидеть на скамье запасных. “Продаются” места в ведущей пятёрке (хотя некоторые “ведущие игроки” не могут пробежать на тренировке и полкилометра, не начав задыхаться).

Будущие спортсмены курят (да и тренер может закурить, не отходя от кромки ледового поля). В детских раздевалках перед началом игры или тренировки кто-то принимает наркотики (раскатывает сторублёвку и нюхает крэк). В итоге - команды, с которыми связывалось столько надежд... Скажем так, особых надежд уже не внушают.

“При Авдонине было больше порядка”, - считают родители. Но на профессиональной судьбе Авдонина поставлен жирный крест. А удастся ли ему спасти то, что осталось от судьбы человеческой, зависит, увы, в том числе, и от Косенкова.

Д. Якшина


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.







ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля