Новые колёса

ЛЮБОВНИЦА ГЕНЕРАЛА.
Командующий ВВС парился в бане с женой командира авиаполка

- С вашей лёгкой руки нам дали природный газ, - похвалился Михаил Андреевич Слободчиков, позвонив в редакцию “Новых колёс”. - Подключили буквально через неделю после публикации в газете...

Напомним, военный пенсионер жаловался на поставщиков сжиженного газа. Дескать, дерут деньги с жильцов микрорайона “Адмирал” в Мамоново, в то время как трубы для дешёвого природного газа уже подведены к домам.

Ещё бывший бортмеханик продолжил рассказ о тайнах 263-го авиационного полка ВВС Балтфлота.

Посадили немцев на одно колесо

- Однажды везли из Москвы в Германию немецких военных шишек. Среди них - адмирал, командующий авиацией вооружённых сил ГДР. Во время снижения я увидел, что на правом колесе нашего “Ли-2” резина порвана и болтается лоскутками на барабане. Доложил командиру Демиденко.

Он спросил: “Левое колесо в порядке? Будем садиться на одно колесо!”

И посадил самолёт. Да так виртуозно, что никто из высокопоставленных пассажиров ничего не заподозрил. Удивились только, почему борт не рулит на стоянку, а долго стоит в поле, на полосе. Поняли, в чём дело, только когда за нами пришёл тягач.

Копчёная колбаса и стакан сметаны

- Норма налёта в год была 100 часов. А я летал по 400 часов!

И не жаловался! В советское время лётный состав обеспечивали очень хорошо. Мы дома практиче­ски не питались. Завтракали, обедали и ужинали в лётной столовой. Причём, нас обслуживали официантки.

На завтрак был выбор из 6-7 вторых блюд. Кроме того, давали с собой паёк: 60 граммов масла, два яйца, стакан сметаны, копчёная колбаса...

Обеденное меню тоже из 6-7 блюд. Первое, второе, десерт... Соки на выбор, шоколад... Кормили на убой! Да и в остальном хорошо обеспечивали. Я сначала получал 85 рублей в месяц, а к концу службы - 265 рублей.

Но всего получалось, что я зарабатывал около 700 рублей. Судите сами: обмундирование казённое (включая бельё), питание, спецпаёк... Ну, ещё спирт, рыба и икра. В то время инженер на гражданке получал 120 рублей.

Голод в Казани

- Но однажды нам пришлось-таки поголодать. Это было в Казани. Туда мы прилетели с капитаном Ушаковым. Военной столовой на аэродроме не было. Предполагалось, что мы будем питаться за свой счёт. Командировочные нам выдали на два дня. А из-за погоды мы улететь домой не смогли.

Деньги кончились. Сидим в гостинице - голодные, злые. Что делать? Лето! Спирта нет в самолёте, платить за еду и гостиницу нечем. Люди вокруг все незнакомые, денег занять не у кого. Мучились-мучились... Через неделю настал предел нашему терпению. С гостиницей уладили дело, пообещав заплатить за номер позже.

Командир дозвонился до Москвы и стал узнавать, где есть военные аэродромы с лётной столовой. Ему объяснили: если сумеете грозу обойти, то разрешаем прибыть на аэродром в Остафьево.

Лететь в грозу страшно. Но голод - не тётка! Мы взлетели, обошли грозу, прибыли в гарнизон. И тут же побежали в лётную столовую. Съели каждый по три ужина. И полетели домой в Калининград.

Железный Шурик

- Бывало, что возили жён больших военных чинов. У жены командующего авиации Балтфлота генерала Гуляева было две сестры. Одна вышла замуж за большого московского начальника - Шелепина (Александр Николаевич Шелепин - видный государственный деятель во времена СССР, член политбюро ЦК КПСС, депутат Верховного Совета. С 1958 по 1961 год Шелепин возглавлял комитет государственной безопасности. В КГБ его прозвали “Железный Шурик”).

Другая сестра была женой Белана, командира вертолётного полка в Донском (Калининградская область). То есть эти трое - Гуляев, Белан и Шелепин - были свояками.

Помыть голову в Ленинграде

- Июль 1974 года. На военный аэродром прибыл Владимир Чиж, адьютант Гуляева. Приказал нам подготовить самолёт командующего. Генерал-полковник в это время находился в командировке. Мы удивились: для кого понадобился борт? Оказалось, нужно отвезти жену Гуляева и его 16-летнюю дочь в Ленин­град.

Я спросил у Чижа: зачем мы их везём в Ленинград? Тот ответил: мол, они летят туда мыть голову, там вода мягкая. А здесь, в Калининграде - жёсткая.

Пошутил, наверное. Возможно, им приспичило по магазинам походить или понадобилось на консультацию к какому-нибудь медицинскому светиле.

Приземлились в городе Пушкин, на военном аэродроме. За генеральской дочкой и женой пришла машина. Нам, шести членам экипажа, приказали ждать четыре дня. Мы хорошо провели время. Ходили по музеям, загорали на пляже... Культурно отдыхали!

Официантка Нина

- И вот на пятый день жену и дочь Гуляева подвозят к самолёту. Пока командир экипажа оформлял разрешение на вылет, мать и дочь устроились под крылом, на стульчиках. В это время загремел гром. Вдалеке началась гроза - прямо по направлению нашего полёта.

С.А. Гуляев

- Почему не летим? - спрашивает жена Гуляева. - В той стороне ведь грозы нет! Взлетайте в другую сторону...

Я возразил:

- Мы не можем лететь поперёк полосы. Будем ждать, пока гроза пройдёт.

И тут она спрашивает: “Кто у вас главный командующий?”

Я притворился, будто не знаю, чья она жена. Говорю:

- Есть такой узурпатор Гуляев. Всему полку не даёт покоя. Как суббота, воскресенье, так он нас поднимает по тревоге и велит лететь в Эстонию. Он там охотится на лосей и диких кабанов. А мы из-за этого по два месяца не видим своих детей и жён. Гуляев в тех местах построил для себя фин­ские бани. Прилетит туда и идёт париться...

А ещё я ей сказал, что он берёт с собой свою любовницу - официантку Нину из гарнизона, жену командира полка в Храброво полковника Чермакова.

- Наверное, жена Гуляева - страшная ведьма, - говорю под конец. - Иначе почему он от неё на выходные всегда убегает?

Женщина всё выслушала, но виду не подала. Даже глазом не моргнула! Потом гроза ушла в сторону от полосы взлёта и мы повезли их в Калининград.

Но после этого случая Гуляев нас никогда не трогал по выходным. В субботу и воскресенье мы были дома, со своими семьями.

О том, что эта Нина - любовница генерала, в полку все знали. В том числе и её муж. Командир полка Чермаков никогда Гуляева не встречал и не провожал. Все подчинённые провожали, а он даже не выходил на поле.

Загорелся самолёт

- В 1975 году я вышел на пенсию. Сначала работал на станции тех­обслуживания. А потом - в охране аэропорта “Храброво”. Моя должность называлась так: стрелок-пожарник. Ночью, когда самолёты не летали, я охранял аэродром. А днём выполнял обязанности пожарного. Со мной дежурили ещё двое - водитель пожарной машины и начальник караула.

В феврале 1977 года в 10 часов утра пассажирский самолёт “Ту-134” должен был лететь в Москву. 103 пассажира плюс экипаж. Объявили посадку, люди заняли свои места.

Самолёт вырулил на полосу и начал двигаться. В этот момент все услышали хлопок и увидели огонь - загорелся правый двигатель.

Пожарная машина находилась в двухстах метрах от взлётной полосы. Через минуту мы уже были на месте происшествия. Пустили пену. За пять минут двигатель потушили. Затем самолёт отбуксировали на стоянку.

Стюардессы стали выпускать пассажиров. Люди в шоке! Все 103 человека молчали и с ужасом смотрели на дымящийся двигатель.

В зале ожидания им предложили лететь в Москву другим самолётом. Но они отказались. 102 человека сдали билеты в кассу. Лишь один мужик выпил водки и согласился сесть в самолёт. Его и отправили в Москву - отдельным рейсом.

О. Рамирес


Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.
Номер карты "Сбербанка": 4817 7603 4127 4714.
Привязана к номеру: +7-900-567-5-888.







ПОДДЕРЖИ    
Авторизация
*
*
Генерация пароля