Игорь Рудников

Учредитель

газеты,

журналист

Игорь

Рудников.

Депутат

Калининградской

областной

Думы

 
 

НАПИСАТЬ ПИСЬМО

Ваше имя (по желанию).

Если вы рассчитываете на ответ, сообщайте адрес своей эл. почты или телефон.

Текст письма*

Защита от автоматического заполнения

Введите символы с картинки*

* - обязательные поля

Новые колеса / Кёнигсберг - Калининград / СЕМНАДЦАТЫЙ ГОД В КЁНИГСБЕРГЕ. Между чумой, холерой, революцией и голодом

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

Наша сегодняшняя “прогулка” - по Кёнигсбергу семнадцатого года. Точней, семнадцатых годов разных столетий.

Эпидемия “испанки”

Ничем фатальным, в общем-то, эти года не отмечены. Но некоторые тенденции, тем не менее, наблюдаются. Семнадцатый год чаще всего был “промежуточным”.

Так, 1417-й пришёлся аккурат между 1416-м, отмеченным жутким голодом и эпидемиями чумы и холеры, и 1418-м (когда на Троицу ударили заморозки, а лето было дико засушливым, что привело к неурожаю и массовому голоду).

1517-й тоже был “между”: в 1516‑м выдалась на редкость суровая зима, а летом стояла засуха - в 1518-м наблюдалась та же картина...

Зима 1916-1917-х была долгой и холодной, но катаклизмов не произошло - они случатся здесь в 1918‑м. И революция, и эпидемия гриппа-“испанки”, унесшая тысячи жизней - всё будет в восемнадцатом...

Кёнигсберг. Зелёный мост и набережная Преголи

Ересь и угроза православию

Что касается событий историче­ских, то и здесь семнадцатые года как бы “проскочили между капельками”. То ли что-то заканчивая, то ли - предваряя...

Так, в 1517 году русский посол Д. Загряжский ратифицировал в Кёнигсберге договор, заключённый между Пруссией и Государством Московским.

Конечно, “окно в Европу” после этого ещё не открылось: русские послы “за морем” чаще всего находились в изоляции, вызванной как языковым барьером, так и органическим недоверием “принимающей стороны” к московитам. Да и сами русские дипломаты к общению с “иноверцами” особо не стремились: Запад оставался для них крайне подозрительным - как источник ереси и угрозы православию.

Указ царя

Но “русская нота”, зазвучав в XVI веке, не заглохла. В 1717 году Кёнигсберг посетил Пётр I. Это был его последний визит в столь любимую им Восточную Пруссию. Годом раньше Петр подписал указ “О посылке в Кёнигсберг молодых подьячих для научения немецкому языку”.

33 русских юноши прибыли в Кёнигсберг, чтобы учиться в частной школе профессора Стеофаса, а затем в Альбертине.

Кстати, в том же 1717 году прусский король Фридрих Вильгельм I издал Указ об обязательном посещении школ. Родители, согласно Указу, должны были посылать детей на учёбу ежедневно зимой и не реже двух раз в неделю летом. Семьи, не имеющие средств на оплату обучения, получали пособия из фонда общественного призрения.

Драться на дуэли

Пётр I высоко оценил указ своего “брата”. В свой черёд, за годы царствования он “прогнал” через заграничную школу несколько тысяч русских юношей. Кёнигсбергский университет, ближайший к российским границам, пользовался у “московитов” особенной популярностью. Тем более, что им повезло: именно в 1717 году Фридрих Вильгельм I издал ещё один указ - запрещающий студентам драться на дуэли, курить табак и устраивать попойки.

Отменялась “депозиция” (унизительная и чреватая серьёзными увечьями процедура “посвящения в студенты”), запрещался “пеннализм” (нечто вроде дедовщины - зависимость младшекурсников от старших), упразднялись национальные коллегии - землячества.

Запрет на банкеты

За ночные вылазки и драки с горожанами и стражей студентов отныне должен был судить обычный, а не университетский суд.

Профессорам запрещалось устраивать банкеты по случаю защиты докторской диссертации (то есть студентов избавляли от печальной необходимости на эти банкеты скидываться).

Вводились выпускные экзамены на философском и теологическом факультетах - для будущих педагогов и священников, а юристов переориентировали со скрупулёзного рассмотрения римского права на изучение действующего государственного права - и международного.

То есть в Альбертине РЕАЛЬНО было чему научиться. Кстати, большинство “птенцов гнезда Петрова”, пройдя в Кёнигсберге курс университетских наук и вернувшись обратно на родину, были приняты на службу в различные правительственные учреждения и отправлены по зарубежным дипломатическим представительствам.

Русские ворота

1717-й был отмечен ещё одним событием. В этом году в Кёнигсберге снесли Кальтхофские ворота. На их месте были построены Гумбинненские (русскими инженерами в период оккупации Восточной Пруссии в ходе Семилетней войны), в 1811-м получившие название Королевских.

Ещё через 30 лет их разрушат, а на их месте в 1843 году прусский король Фридрих Вильгельм IV заложит первый камень в основание тех ворот, которые называются Королевскими сегодня.

Пожар и Гофман

Эрнст Теодор Амадей Гофман

В 1817 году для всех студентов Кёнигсбергского университета был введён значок “Альбертус”. Других крупных событий в истории города не случилось. Разве что второй раз за время своего существования загорелась Новая Росгартенская кирха: молния вновь, как и в 1697 году, попала в башню, хотя там уже был установлен громоотвод.

Горела кирха сильно: расплавились даже металлические оконные перемычки.

Да, и в этом же году чуть не сгорел Эрнст Теодор Амадей Гофман - правда, не в Кёнигсберге, а в Берлине. Там неожиданно вспыхнул театр, в котором шла опера Гофмана “Ундина”. Театр сгорел дотла.

К счастью, пожар не перекинулся на дом напротив, в котором Гофман занимал квартиру - иначе он остался бы разорённым.

В этот же год Гофман обрёл литературную и музыкальную известность.

Поездка в Тильзит

В 1917 году в Кёнигсберге к 175‑летию Гофмана была проведена Неделя чествования.

Шла война. В изголодавшейся, измученной стране дети рождались без ногтей и волос. Юноши - будущее “потерянное поколение” - лишались иллюзий жизни и на Западном фронте, и на Восточном, а на театральных сценах города шли спектакли по произведениям Гофмана. Тогда же известный немецкий драматург Зудерман читал перед огромной аудиторией своё эссе “Поездка в Тильзит”.

В этом же году С. Кауэр высек из мрамора бюст Э. Людендорфа, военного и политического деятеля Германии. Бюст установили в вестибюле Кнайпхофской ратуши, а после окончания первой мировой перенесли его в Кёнигсбергскую картинную галерею. Где он и погиб в августе 1944-го в результате бомбардировки города английской авиацией.

Рыцарь в небе

Фриц Румей

Бюст Людендорфа был исполнен художественных достоинств, но интереснее другое: в том же 1917 году скульптор В. Розенберг изваял в бронзе бюст кёнигсбергского военного лётчика Фрица Румея.

Румей родился в Кёнигсберге в 1891 году. В 1914-м попал на Восточный фронт, воевал в пехоте, получил за доблесть “Железный крест” 2-го класса.

В 1915-м поступил в лётную школу, по окончании которой был направлен на Западный фронт. Очень быстро занял пятое место среди истребителей-асов, а затем и вовсе вошёл в “золотой триумвират”. На его счету к 1917 году числилось 45 сбитых самолётов противника.

Но главное - даже враги отмечали, что в бою он вёл себя как рыцарь: он никогда не стрелял по противнику, если тот, покинув горящий самолёт, спускался на парашюте.

Парашют не раскрылся

Тогда, в небе первой мировой, рыцарство ещё проявлялось. Асы знали друг друга по именам - и уважали врага, который хоть и дрался насмерть, но был благороден...

Бюст Румея был установлен в холле Кнайпхофской ратуши.

Кстати, Румей в это время был ещё жив. Он погибнет позже, в сентябре восемнадцатого, в бою с английским лётчиком Дж. Лоусоном.

Румей задел крылом самолёт Лоусона и загорелся. Выпрыгнул с парашютом. Лоусон по нему не стрелял. Но парашют Румея не раскрылся... Разбившемуся асу было двадцать семь лет.

Трагедия и фарс

Кстати, те немногие немецкие асы-истребители, кто уцелел в первую мировую, были в ужасе от своих “коллег”, которые расстреливали с воздуха колонны беженцев в сорок первом или “утюжили” санитарные поезда. Они, “последние из могикан”, были воинами - но не убийцами безоружных. С такими, как Румей, умирал дух рыцарства...

Вообще же в Восточной Пруссии в декабре 1916-го очень ждали наступления Нового 1917 года. И верили, что он непременно окажется лучше, счастливее... В России в это верили тоже. Бог даст, история не повторится. Ни как трагедия, ни как фарс.

Ну а наши “прогулки” - продолжаются.

Д. Якшина

   

236040, г. Калининград
ул. Черняховского, 17
(второй этаж)
тел. (4012) 991-210

Архив номеров
Архив номеров