НАПИСАТЬ ПИСЬМО

Ваше имя (по желанию).

Если вы рассчитываете на ответ, сообщайте адрес своей эл. почты или телефон.

Текст письма*

Защита от автоматического заполнения

Введите символы с картинки*

* - обязательные поля

Новые колеса / Политика / БАНДИТЫ ВЗЯЛИ В РУКИ ВСЮ ВЛАСТЬ. Игорь Рудников рассказал, что стоит за нападением на него в центре Калининграда

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

  • БАНДИТЫ ВЗЯЛИ В РУКИ ВСЮ ВЛАСТЬ.
    Игорь Рудников рассказал, что стоит за нападением на него в центре Калининграда

Нападение на депутата областной Думы, учредителя и редактора калининградской газеты “Новые колёса” Игоря Рудникова, которого 17 марта 2016 года преступники пять раз пырнули ножом - прямо в центре города, стало полной неожиданно­стью не только для обывателей, но и для журналистов. Неужели вернулись “лихие девяностые”?

Местные чиновники и политики поспешили заверить народонаселение: дескать, всё под контролем, преступников поймают и накажут в самое ближайшее время.

Однако сам Игорь Рудников иллюзий на этот счёт не питает. Недавно он дал интервью журналистам двух интернет-изданий: Виктории Исаенко (FreeKaliningrad.ru) и Елене Ивановой (Rugrad.eu). Игорь довольно обстоятельно рассказал о том, кого он подозревает в организации нападения, что думает о ходе расследования и почему считает действия полиции преступными.

Не скрывали своих лиц

Предлагаем выдержки из обоих интервью с примечаниями редакции “НК”.

- Игорь Петрович, как вы оцениваете работу правоохранительных органов и ход расследования после нападения на вас?

- Неудовлетворительно. Прошло уже больше недели, но не задержан ни один из нападавших на меня, не говоря уже о заказчике. Сегодня технические средства позволяют установить все контакты человека по телефонному биллингу, GPS-навигация определяет место нахождения и т.д.

Игорь Рудников, редактор и учредитель газеты “Новые колёса”, депутат облдумы
Игорь Рудников: эффективно у нас работает не полиция, а бандиты. В области сейчас правит криминал, а не МВД, СК, ФСБ, прокуратура  или губернатор. Главные у нас - бандиты...

Причём нападавшие не скрывали своих лиц, а накануне, как оказалось, они появлялись в “Солянке” в более обширной компании, и их запомнили десятки человек.

Я уже не говорю о том, что после нападения преступники перемещались по проспекту Мира мимо других автомобилей с видеорегистраторами, мимо городских камер видеонаблюдения... Опять же, они двигались на угнанном “Мерседесе”, который впоследствии был брошен на улице Красносельской, 80 “а”, после чего пересели на другую машину (машины).

То есть преступников многократно фиксировали и, насколько мне известно, правоохранительные органы располагают портретами всех участников нападения. И почему они до сих пор не задержаны, непонятно...

- Вас не удивила статья уголовного кодекса, по которой полиция квалифицировала действия преступников?

(По факту нападения на депутата и журналиста Игоря Рудникова полиция возбудила уголовное дело по ч. 2 ст. 213 УК России (хулиганство, совершённое группой лиц по предварительному сговору, - прим. ред.)

- Изначально, после того, как полиция возбудила дело по статье о хулиганстве, было понятно, что “силовики” не намерены расследовать это преступление.

Их цель в лучшем случае - поймать хотя бы одного человека, участвовавшего в нападении, представить всё как бытовое хулиганство. Для этого можно много комбинаций придумать: неправильные слова сказал, не тот взгляд бросил... Горячий человек взялся за нож и, как сказал начальник криминальной полиции, “поцарапал депутата”, “три царапины сделал перочинным ножом”.

Примечание “НК”: с заместителем начальника УМВД Калинин­градской области, начальником криминальной полиции полковником Александром Шельпековым беседовал член совета по правам человека при президенте РФ, кандидат юридических наук, журналист Леонид Никитинский (он специально приехал из Москвы). Полковник умышленно соврал представителю президента: сообщил об одном нападавшем на Рудникова, хотя на самом деле было двое. И с тяжестью причинённого вреда обманул: ножевых ран оказалось пять. Все - глубиной от 10 до 15 сантиметров. Какой уж тут “перочинный ножичек”!

На чьей стороне полиция?

- То есть вас реально хотели убить, а не напугать?

- Я не хочу давать юридических оценок, я привожу факты. Ножевое ранение в области поясницы - всего в 2 мм от левой почки и глубиной 10 см. Понятно, что, если бы удар пришёлся чуть правее, то почку просто разрезало бы. Это ещё один источник кровотечения, не говоря уже о других последствиях.

Если бы “Скорая помощь” приехала не через 15 минут, а, скажем, через 30 минут (а у нас, вы знаете, иногда бывает “скорая” приезжает и через 40 минут), то, я думаю, что мы бы с вами уже не разговаривали.

На момент прибытия “скорой” в больницу кровопотеря у меня была уже около 2 литров. И на фоне всего этого как можно говорить о каком-то хулиганстве и царапинах?

У меня возникает вопрос: на чьей стороне полиция? На моей стороне, человека, ставшего жертвой нападения, или на стороне отморозков, которые организовали и совершили это преступление?

Только после того, как об этой ситуации стало известно моим коллегам в Москве, после вмешательства в эту историю депутатов Госдумы Александра Хинштейна и Андрея Колесника, журналистов из “Новой газеты”, руководителей Союза журналистов России и после их обращения к генеральному прокурору РФ, прокуратура Калининградской области потребовала передать уголовное дело из ведения полиции в региональное управление Следственного комитета РФ по Калининградской области.

Но прошла неделя, а квалификация статьи так и не изменилась. То есть “силовики” работают в одном направлении - представить всё как мелкое хулиганство. При условии, что нападение на депутата - это вообще-то террористическая статья.

Аналогичный случай был в 1998 году, когда по факту нападения на меня было сначала возбуждено дело по “хулиганке”, а через два-три дня, после вмешательства моих коллег из Москвы и большого общественного резонанса, оно было переквалифицировано по так называемой террористической 277-й статье УК РФ (посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля). Тогда это дело рассматривало уже следственное управление ФСБ России.

- Правоохранительные органы держат вас в курсе хода расследования?

- Нет. Ничего от них я не слышу. Более того, следственный комитет России до сих пор распространяет недостоверную информацию о том, что мне нанесено три ножевых ранения, хотя их пять. Это сознательное искажение картины преступления и делается это в интересах организаторов нападения.

Количеством ран я не горжусь. Я хочу жить вообще-то. Но дело всё в том, что любая деталь влияет на квалификацию преступления. Согласитесь, есть разница - царапина или глубокая ножевая рана... Всё это попытка занизить тяжесть преступления, чтобы не квалифицировать уголовное дело по более серьёзной статье.

В конце концов, что такое статья “хулиганство”? Это означает, что даже если преступника найдут, то он может получить два года, а может и два года условно, а может вовсе отделаться денежным штрафом. И всё! Преступное сообщество останется опять-таки безнаказанным! И кто будет следующим?

Боятся заказчика

- Такие действия полиции порождают колоссальную безнаказанность, что является, в свою очередь, источником роста преступности. Если сегодня можно так просто среди белого дня в кафе, на глазах у женщин и детей, пенсионеров и многочисленных гостей-туристов резать человека, то завтра они придут в кинотеатр и зарежут всю семью.

Я считаю действия нашей полиции преступными.

- С чем, на ваш взгляд, связано такое нежелание расследовать нападение на вас?

- На мой взгляд, первая причина в том, что “силовики” просто не хотят работать. Гораздо легче всё представить как некое бытовое незначительное преступление. И даже если оно не будет раскрыто, то через два года так называемый “висяк” будет снят с учёта. Если уголовное дело будет возбуждено по серьёзной статье, то пять-шесть, а то и десять лет, это преступление будет значиться как нераскрытое и висеть тёмным пятном над управлением внутренних дел. Оно им надо?

- То есть всё дело в статистике?

- Да. И статистика, и “палочная” система сегодня определяют продвижение по службе, присвоение званий, назначение премий и много чего ещё, включая предоставление всевозможных льгот, квартир и прочего.

Но и это я считаю не главной причиной. Главное в том, что “силовики” боятся выйти на заказчика. Потому что очевидно: заказчик - человек очень влиятельный, относящийся к так называемым нашим олигархам, которые контролируют власть в Калининградской области и занимаются хищением государственных денег в особо крупных размерах.

Я неслучайно назвал два следа, откуда это могло прийти, и где происходят процессы, связанные с хищениями госимущества представителями бизнеса и власти: Светлогорск и Гурьевск.

Если в Гурьевском районе масштабное воровство продолжается на протяжении уже многих лет, и я лишь транслирую оценку, которую сформулировало управление внутренних дел в 2014 году (после того, как стали известны факты массового хищения государственной собственности, УМВД назвало Гурьевскую администрацию “организованной преступной группой”), то в Светлогорске - это свежая история, которая разворачивается вокруг строительства коммерческого объекта на охраняемой государством территории, вопреки всем нормам закона.

Там просто вопиющий случай, когда чиновник муниципального масштаба в ранге главы администрации Светлогорского округа решает судьбу и уродует целый город ради своих коммерческих интересов и интересов других неизвестных лиц.

Это нанесение ущерба не только Калининградской области, но и всей России.

Почему-то этот человек - надо пересчитать, сколько там у него извилин, но крупного телосложения, не знаю, какое там у него образование, но явно не дизайнерско-архитектурное - подумал, что может вместе со своими соинвесторами приговорить город-курорт и строить это ужасное сооружение. Как выясняется, без прохождения предусмотренных законом процедур, без проведения экс­пертиз, общественных слушаний.

После того, как 10 марта в нашей газете была опубликована статья про эту светлогорскую напасть (“VIP-свинья на променаде”), 11 марта я написал депутатское обращение прокурору Калининград­ской области С.В. Табельскому, где потребовал остановить строительство, пока не будут выполнены все установленные законом процедуры. Я также указал, что под угрозой расхищения находятся средства федеральной целевой программы, предусмотренные на берегоукрепление.

Прокурор получил моё письмо 14 марта, а 17-го эти отморозки напали на меня.

Два литра крови

- Думаю, светлогорский чиновник-бизнесмен очень заинтересован в этой стройке. Наверное, для него это очень тревожное обращение. Потому что в случае, если стройка будет остановлена, ему придётся отвечать перед своими партнёрами. Сейчас чиновнику-бизнесмену некуда отступать.

Партнёры, которые собираются инвестировать в эту стройку шесть миллиардов рублей, конечно же, переживают за свои капиталы, и любая задержка, а тем более, запрет на строительство - это финансовые потери.

Публикации в СМИ о безумной стройке в Светлогорске были и раньше, даже выходил сюжет на НТВ. Но обращение к прокурору предполагает не просто эмоции, а определённую реакцию со стороны надзорного органа. И тут не угроза какого-то общественного протеста, а перспектива прямого вмешательства прокуратуры и реальной остановки строительства.

Я всё это озвучил полиции, и теперь её задача - проверить эти версии.

- Сейчас организаторы нападения, уже через социальные сети, проводят на вас вторую атаку. На этот раз они пытаются вас дискредитировать и говорят, что это была ваша “пиар-акция”.

- Расскажу то, что мне сообщил хирург после операции. Если это покажется малоубедительным, то не знаю, что таким людям ещё сказать. Может быть, им попробовать порезать себе палец...

После операции хирург сказал, что у меня пять ножевых ранений. Первое ранение - левого бока: били в почку, но в силу того, что я впервые за эту зиму надел пуховик, “товарищ” промахнулся на пару миллиметров. Глубина самой тяжёлой раны, где повреждение артерии, - около 15 см. Били финкой, как будто молотком, лезвие ножа входило в рану почти на всю длину, до рукоятки. Как вы думаете, это пиар?!

Слова врача: “Если бы привезли на 15 минут позже, вы бы умерли от кровопотери”.

Ни в “Скорой помощи”, ни в приём­ном покое не смогли остановить кровотечение. Это удалось сделать через какое-то время после начала операции.

Потерял я около 2 литров крови. “Скорая помощь” приехала достаточно быстро, через 15 минут. И если считать, что это пиар, то в нём была задействована целая реанимационная бригада больницы скорой медицинской помощи.

Мои помощники, которые находились около операционной, потом мне рассказывали, что они слышали, как в операционной стали кричать: “Он не дышит, скорее аппарат искусственного дыхания!”

Больше я не хочу это комментировать. Не собираюсь жаловаться и ни о чём не жалею, в своей жизни я поступил бы точно так же, как и ранее.

Другое дело, что, конечно, я старался избегать таких ситуаций и не оказываться в местах, где на меня могут напасть. Но я никогда не думал, что в Калининграде в кафе, среди женщин, детей, пенсионеров, будут открыто резать человека.

О жизни и смерти

- Есть ещё один слух, который распространяется вашими противниками: якобы после покушения Рудников покинет Калининградскую область.

- Никуда уезжать я не собираюсь. Я 30 лет живу в Калининградской области. Самый большой капитал, который я заработал, - это доверие людей. Наши журналисты не бегают в поисках информации, к нам люди со всей области приезжают. У нас есть коммуникация с читателями: люди идут в газету и рассказывают такие вещи, которые нигде не найти и не узнать. Есть доверие к газете!

- Многие калининградские политики выразили своё возмущение по поводу случившегося с вами. Как вы думаете, насколько оно искреннее?

- Если бы ничего не сказали, они бы не были политиками.

А насчёт того, насколько это искренне, - я верю в лучшее в людях и считаю, что в какой-то трудной жизненной ситуации, когда речь идёт о жизни и смерти, все эти условности, кто и в какой партии состоит, не актуальны. Если передо мной встанет выбор, спасать ли человеку жизнь, я не буду спрашивать, в какой он партии состоит.

- Насколько можно оценить уровень взаимоподдержки в калининградском медийном сообществе? У вас есть друзья в этой среде?

- Слово “друг” - оно такое многозначное, и каждый его понимает по-своему. Поэтому я бы сказал, что у меня нет врагов в медийном сообществе, я ко всем отношусь, как к коллегам, по-товарищески.

Да, со многими у меня дружеские отношения. Моя позиция всегда состояла в том, чтобы не выступать против других СМИ, даже если мне не нравится их политика.

Это было бы неэтичным по отношению к своим коллегам. Найдётся масса структур, от правоохранительных до чиновничьих, которые разберутся, накажут, начнут преследовать и “душить”. Поэтому зачем им в этом помогать?!

Что касается откликов, действительно, я все эти дни получал очень много смс-сообщений от самых разных людей. Не буду их называть, потому что они адресовали эти сообщения мне, а не всему сообществу, и делали это явно не для пиара.

Вообще человек, который заказал это нападение, он боится журналистов, газету и СМИ больше, чем правоохранительных органов. То есть бандиты во власти опасаются наших разоблачений больше, чем “силовиков”.

- С чем связано ваше решение идти на выборы в облдуму от “Патриотов России”?

- Вы знаете, лёжа в больничной палате, я не хочу говорить о выборах. Давайте поговорим о жизни. Я хочу вам сказать, что у меня большие планы на жизнь. Я хочу жить и не собираюсь бояться. А выборы - это не та тема, на которую уместно говорить в больнице. Не хочу на эту тему говорить.

Когда я понял, что произошло, то думал не о выборах, не о том, что я депутат: я подумал о своих коллегах. Лёжа на ступеньках “Солянки”, я позвонил в редакцию и попросил своих товарищей не пугаться, быть готовыми к любому исходу и просто продолжать работу. Потом я позвонил матери и постарался её успокоить. Всё, больше никуда я не звонил.

- Учитывая общероссийскую практику, правоохранительным органам, в конце концов, удаётся установить личности исполнителей подобных преступлений. Некоторых из них даже удаётся посадить в тюрьму. Но о том, кто был ключевым заказчиком подобного преступления, официальной информации практически не бывает, и таким людям просто удаётся избежать ответственности.

- Я, естественно, не могу назвать ни имён, ни должностей, но в правоохранительных органах знают, кто заказчик. Но они официальные люди и понимают, что есть оперативная информация, другое дело - найти весомое доказательство, которое позволит предъявить заказчику обвинение, и оно может быть приз­нано судом. Собрать такого рода информацию очень сложно.

Теоретически некое лицо, размещая заказ на моё устранение, могло быть записано на видеокамеру или диктофон. Но, даже если будет установлен один из ключевых посредников, который лично получал заказ, и он будет задержан и останется живым до суда, не факт, что он подтвердит показания, озвученные в момент задержания и на следствии.

Стрелял киллер

- У нас несколько лет назад было громкое дело, связанное с покушением на директора “Фольксваген-центра” Виктора Посаднева. Его тоже заказали, и стрелял киллер. Была установлена вся цепочка: киллер - подельники, обеспечившие нападение - организатор, который разместил этот заказ. И чем это всё закончилось? Тем, что один из ключевых свидетелей, связанный с потенциальным заказчиком, повесился на телефонной зарядке в камере калининградского СИЗО. Причём это был такой здоровый, накачанный парень. Если бы он сам захотел повеситься, он не смог бы.

Это только один пример.

Другой пример с бизнесменом Алексеем Грядовкиным. Исполнители сидят - и на этом всё. Хотя у Грядовкина были связи в Москве, его родители довольно влиятельны, но человека застрелили средь белого дня в центре Калининграда. А полиции позволили лишь задержать непосредственных исполнителей и их подельников. Реальный организатор был известен, но даже не попал под следствие.

Поэтому в моём случае я не питаю иллюзий насчёт того, что заказчик предстанет перед судом. Конечно, он пошёл на такой шаг не только из-за страха разоблачения: он ещё боится своих партнёров, которых он уже обманул, не выполнив взятые на себя обязательства.

- Вы считаете, что нападение на вас может быть и неким предупреждением всем журналистам?

- Демонстративная расправа над журналистом на проспекте Мира, 14 - это запугивание всех журналистов Калининградской области, затыкание ртов всему медиа-сообществу, чтобы каждый боялся и сто раз подумал, стоит ли касаться тем о криминале во власти, хищении бюджетных средств и государственной собственности.

От редакции “НК”.

Уже после этих интервью начальник УВД Калининградской области генерал Евгений Мартынов отчитался о работе правоохранительных органов перед депутатами регионального парламента. Своё выступление он закончил словами: “Полиция у нас работает эффективно”.

Мартынов не сказал ничего нового о ходе расследования дела о нападении на депутата Рудникова. Правда, пообещал, что преступление будет раскрыто.

Однако хотелось бы поправить г‑на Мартынова: эффективно у нас работает не полиция, а бандиты. В Калининградской области сейчас правит криминал, а не МВД, прокуратура, СК, ФСБ или губернатор. Главные у нас - бандиты.

Не случайно нападавшие на Рудникова преступники не прятали лиц и действовали открыто. Они провели демонстративную акцию устрашения и были уверены в собственной безнаказанности: её им гарантировал заказчик. Вот он-то, заказчик, и является “главным начальником” в янтарном рае - паханом. А все остальные “представители элиты” - простые “шестёрки”.

Все наши так называемые “силовики” попросту боятся криминала. А может, даже верно служат ему. Иначе как объяснить, что в крошечной Калининградской области, где наглухо закрыта граница, куча видеокамер и 25 тысяч “силовиков”, не могут найти даже рядовых исполнителей заказного преступления.

Редакция “НК”



Если вам понравилась эта статья, переведите нам любую сумму.



Номер карты "Сбербанка"  4817 7601 2243 5260.
Привязана к номеру            +7-900-567-5-888.

Или через Yandex.Money

236040, г. Калининград
ул. Черняховского, 17
(второй этаж)
тел. (4012) 991-210

‎+7-900-567-5-888.


Архив номеров
Архив номеров




Федеральные СМИ,
которые пишут
об Игоре Рудникове

Новая газета

THE NEW TIMES