Дней
Часов
Минут
Секунд

НЕВИНОВНЫЙ ЖУРНАЛИСТ
СИДИТ В ТЮРЬМЕ



 
 

 

НАПИСАТЬ ПИСЬМО

Ваше имя (по желанию).

Если вы рассчитываете на ответ, сообщайте адрес своей эл. почты или телефон.

Текст письма*

Защита от автоматического заполнения

Введите символы с картинки*

* - обязательные поля

Новые колеса / Кёнигсберг - Калининград / ПОВОЗКА СМЕРТИ В КАУКЕМЕНЕ. Древнее прусское поселение пережило псов-рыцарей, чуму, войны, но не советскую власть

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

  • ПОВОЗКА СМЕРТИ В КАУКЕМЕНЕ.
    Древнее прусское поселение пережило псов-рыцарей, чуму, войны, но не советскую власть

Наша сегодняшняя “прогулка” - по посёлку Ясное, который расположен рядом с российско-литовской границей (в восемнадцати километрах от Славска), но в стороне от основных дорог. Так сказать, на задворках цивилизации. Ни туристы, ни контрабандисты, ни чёрные копатели посёлком Ясное особо не интересуются. Хотя с точки зрения сохранности преж­него, восточно-прусского “ландшафта” он может дать солидную фору другим населённым пунктам Калининградской области. Как на лице побитой жизнью старухи можно заметить следы былой красоты - так и в облике посёлка Ясное кое-где проступают черты бывшего немецкого города Каукемена (Kaukehmen).

Богиня и гномы

Название Каукемен происходит от речки Кауке, впадавшей в Гильге (ныне река Матросовка). Но есть и другая версия, согласно которой имя городка пришло из прусского и литовского языков и означает “дух” или даже “дьявол” во “дворе” или в “саду”.

...Пруссы относились к местности между реками Мемель (Неман) и Гильге (Матросовка) с суеверным почтением: она считалась сплошь заселённой “подземным народом” - кем-то вроде гномов, прислужников богини плодородия Пускайте. Поэтому деревня Каукемен (т.е. “деревня при Кауке”, впадающей в Гильге) была для пруссов чем-то вроде мистической “сумеречной зоны”. А рыбаки, жившие там, почитали своей обязанностью делиться с “подземным народом” частью свежего улова. Рыбку для гномов оставляли в специально отведённых местах. И, что интересно, она очень быстро исчезала.

Железнодорожный вокзал Каукемена

Впрочем, кошки в Каукемене тоже водились, и в изрядном количестве, так что вполне могли пособить “подземному народу” в поедании свежатинки...

После покорения Восточной Пруссии рыцарями Тевтонского ордена на территории деревеньки Каукемен был построен небольшой замок, получивший аналогичное имя. Он выполнял функции для судов, поднимающихся из Куршского залива, по Мемелю, в замок Рагнит (нынешний Неман).

Королевские кирпичи

“Штатское” поселение впервые упоминается в документах в 1532 году, в связи с пожалованием герцогом Альбрехтом корчмы в Каукемене некоему Якобу Борну.

Рыночная площадь Каукемена

В 1547 году в Каукемене появился первый лютеранский священник. Двумя годами позже тот же самый Якоб Борн получил право владеть рыбным промыслом - и поучаствовал на радостях в строительстве первой деревянной кирхи.

В 1651 году на месте деревянной кирхи начала строиться каменная: такое предписание получил владелец здешнего поместья Райнхорд фон Халле. Но строительство растянулось на века. Тем более что в 1675 году имение было выкуплено у Райнхорда фон Халле Маркграфом Бранденбургским Фридрихом Вильгельмом, который использовал замок Каукемен в качестве своего охотничьего домика. “Вкладываться” в строительство церкви он не спешил. Только в 1706 году Фридрих I выделил 225.000 кирпичей из необходимых 325.000 - и постройка каменной кирхи завершилась.

Проклятые Богом дома

12 февраля 1706 года кирху торжественно открыли, но на колокольню кирпичей и денег не хватило. Зато в 1722 году в кирхе появился орган. А колокольню удалось построить только в 1884 году

Впрочем, причиной затянувшейся стройки было не только отсутствие “проплаченных свыше” кирпичей. “Сумеречной зоне” чертовски не везло. В XVI-XVII веках её активно заселяли голландские меннониты, бежавшие от религиозных притеснений на родине. Но эпидемия чумы - сначала во 2-й половине XVI века, потом - в 1709-1710 годах - выкосила половину здешнего населения.

Очевидцы, сумевшие выжить, вспоминали жуткие картины: обезлюдевшие улицы, тошнотворный запах разлагающихся тел, скрип колёс “повозки смерти”. И зачастую - плач и крики тех, кого не тронула смертельная болезнь, но кто погибал от голода и жажды в “проклятых Богом домах”... откуда живых не выпускали.

Когда чума оставила Каукемен, сюда стали переселяться люди с территории нынешней Литвы. Кстати, этнических литовцев здесь всегда было немало. Так что какое-то время Каукемен даже назывался Кукернеезе (в 1938-1946 годах).

Курфюрст и генерал

Статус города Каукемен получил в 1661 году - причём, c правом проводить собственные ярмарки. Он входил в состав округа Эльхнидерунг и был его административным центром (до 1818 года).

Крохотный и неприметный Каукемен отмечен присутствием важных, а то и венценосных особ. Так, во время войны с Ливонией здесь несколько дней обретался курфюрст Фридрих Вильгельм I.

Когда в Пруссию вторг­лись шведские войска (1678-1679) в провинциальном Каукемене стоял штаб фельдмаршала Хорна. Во время Семилетней войны русский генерал Виллем Фермор навещал свои войска, расквартированные опять же в Каукемене и его окрестностях. С 1758 года до 1762 года Каукемен входил в состав Российской империи.

Детектор сумерек

В XIX веке Каукемен переживал настоящий расцвет. На кирпичной колокольне многострадальной кирхи уже висело четыре колокола, имелись башенные часы. Богослужение велось на немецком и литов­ском языках.

К началу ХХ века Каукемен был самым крупным населённым пунктом округа Эльхнидерунг. В 1904-1905 годах через него проходила узкоколейная железная дорога (разобранная после 1945 года).

В 1905 году в городе был построен газовый завод. Здесь по-прежнему проводились сельскохозяйственные ярмарки. После первой мировой войны в Каукемене появилось электричество, а к 1924 году было электрифицировано 95% домов. Для уличного освещения использовался суперсовременный на тот момент детектор сумерек: яркость фонарей увеличивалась по мере сгущения ночной темноты.

13 гостиниц, таможня и суд

Памятник солдатам первой мировой

В начале 30-х годов в Каукемене имелись 16 продуктовых лавок, 6 мануфактурных магазинов, 7 булочных, 7 мясных лавок, 4 обувных магазина и 9 обувных мастерских (куда приезжали и покупали не только из Хайнрихсвальде, но и из Тильзита и Рагнита - так славились местные мастера).

Были здесь магазины парфюмерно-галантерейных и аптекарских товаров, 6 столярных мастерских, 2 производства жестяных изделий, 3 строительных подрядчика, 2 стекольных мастерских, 5 художников и обойщиков, 3 кузницы, 8 портных, 6 парикмахеров и 4 типографии, 5 переплётных мастерских...

Здесь располагались филиалы нескольких банков, таможня, суд, мельница, молочный завод, два отеля, три кафе и тринадцать небольших гостиниц. На главной улице - Тильзитер-штрассе - был открыт кинотеатр на 600 мест.

В 1938 году Каукемен был переименован в Кукернезе. В 1939 году в городе проживало 4.492 человека, почти половина - этнические литовцы.

Штурм города

12 октября 1944 года, в связи с приближением советской армии, население было предписано эвакуировать. Жителей вывезли в округ Хайлигенбайль (Мамоново), а далее по железной дороге отправили в Саксонию.

15 октября 1944 года Каукемен был в первый раз обстрелян советской артиллерией. Первый же снаряд попал в памятник немецким солдатам, павшим здесь в первой мировой. В сущности, это явилось самым сильным повреждением чего-либо в городе: 20 января 1945 года Каукемен был взят войсками 182-й стрелковой дивизии 1-го Белорусского фронта без ожесточённого сопротивления со стороны противника. В братской могиле советских воинов, погибших при штурме города - 86 воинов.

В 1946 году Каукемен стал называться посёлком Ясное, потеряв статус города. В сентябре того же года здесь был размещён лагерь №10 для немецких военнопленных, в котором содержалось около 300 человек.

Посёлок Ясное, 2014 год

Коровник в кирхе

В первые послевоенные годы в Ясное переселяли людей из деревень центральной России - например, Воронежской и Тамбовской областей. Люди, привыкшие к своим избам, не хотели жить в многоквартирных домах. “Городские” дома разбирались на кирпич - в образовавшихся пустотах строились кособокие “избушки”. Уличное освещение было на долгие годы забыто. Орган - сломан. В кирхе, как оно и водилось, разумеется, коровник...

Население уменьшилось на две трети. Сейчас - тем более. В Ясном сегодня живут от силы несколько сотен человек - против четырёх с лишним довоенных тысяч.

Сохранившиеся немецкие дома, натурально, никто капитально не ремонтирует. Хотя, если бы их отреставрировать, посёлок вполне мог бы превратиться в “мекку” для туристов и кинематографистов. Готовая съёмочная площадка для столь популярных нынче фильмов и сериалов про советских разведчиков, покупающих “славянские шкафы”.

Золотой Ильич

Зато в посёлке есть новёхонький золочёный памятник Владимиру Ильичу Ленину - подарок от местного отделения КПРФ. При том, что в местном Доме культуры есть кинозал, но нет проектора. И мебель старая, ещё советская.

Трудно сказать, сопоставим ли по стоимости “золотой Ильич” с кинопроектором, но... коммунисты, очевидно, этим вопросом не задавались.

Что ещё? Школа. Слава Богу, её ещё не “оптимизировали”. А значит, посёлку ещё выпало время пожить.

Есть библиотеки - и детская, и взрослая. Пока есть. Но в свете кризиса их могут и “приговорить”. Вон, даже в областном центре библиотекарям прозрачно намекают, что денег в бюджете на их содержание практиче­ски не преду­смотрено...

Темнота в Ясном

Есть в Ясном кафе-бар. Правда, работает только по выходным: на ежевечерние походы в столь злачное место у жителей нет денег. Да и самих жителей в будни негусто: старики да дети. Взрослые преимущественно работают в Советске или в Калининграде, приезжая домой только на выходные.

В самом Ясном работать им, в сущности, негде. Но это уже совсем другая история. О том, что совсем не зря в нашем языке появилась присказка: “Дело ясное, что дело тёмное”. В таком вот ясно-тёмном режиме мы все и живём. Отнюдь не только в бывшем Каукемене.

Ну а наши “прогулки” - продолжаются...

Д. Якшина

Посёлок Ясное, 2014 год



Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.



Номер карты "Сбербанка"  4817 7601 2243 5260.
Привязана к номеру            +7-900-567-5-888.

Или через Yandex.Money