Дней
Часов
Минут
Секунд

НЕВИНОВНЫЙ ЖУРНАЛИСТ
СИДИТ В ТЮРЬМЕ



 

 

НАПИСАТЬ ПИСЬМО

Ваше имя (по желанию).

Если вы рассчитываете на ответ, сообщайте адрес своей эл. почты или телефон.

Текст письма*

Защита от автоматического заполнения

Введите символы с картинки*

* - обязательные поля

Новые колеса / Криминал / ЮНАЯ ПУТАНА, ЖЕНА НАРКОМАНА-2. “Мою дочь посадили на иглу, продали в рабство, а теперь требуют выкуп - 30 тысяч долларов”, - говорит мать Олеси Гладких

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

  • ЮНАЯ ПУТАНА, ЖЕНА НАРКОМАНА-2.
    “Мою дочь посадили на иглу, продали в рабство, а теперь требуют выкуп - 30 тысяч долларов”, - говорит мать Олеси Гладких

О. Гладких- Господи, ну дайте же кто-нибудь черные очки, - умоляла молоденькая девчушка, ждавшая в “предбаннике” студии своего выхода в телеэфир. Девушка в парике была загримирована до неузнаваемости, но и это не избавляло от панического страха... Сейчас ее увидят миллионы телезрителей, узнают знакомые, друзья... Она уже чувствовала на себе их осуждающие, насмешливые взгляды. Ей предстоит вспомнить все, что с ней случилось.

...В этот день в студии Останкино шла запись телевизионной программы “Пусть говорят” с известным ведущим Андреем Малаховым. Тема, на первый взгляд, вполне безобидная - “Эротический плен. Рабыни любви”. Однако здесь говорили вовсе не о разбитых сердцах влюбленных девушек. Речь шла о торговле живым товаром - женщинами нашей страны. Проституция, сутенеры, убийства, жестокая сексуальная эксплуатация, продажа в рабство... А девушка в парике, трясущаяся от страха - бывшая секс-рабыня.

Об этом рассказала жительница Калининграда, пенсионерка Валентина Егоровна Пупынина. Она принимала участие в программе Малахова, так как два года назад ее дочь Олесю тоже продали в рабство. В нашей газете уже писали о судьбе Олеси Гладких. (“Юная путана, жена наркомана”, “НК” №238 ). Сейчас мать снова пришла в редакцию.

Секс по заказу

Прежде чем попасть в Москву, Валентина Егоровна до дна испила чашу горя матери, чья дочь попала в сети сутенеров. О “древней профессии” дочери Пупынина узнала два года назад - прочитала в серии публикаций “НК” “Вся правда о путанах”. На одной из фотографий галереи “ночных бабочек” она увидела свою дочь.

В санитарной милиции родительнице предъявили досье на 25-летнюю Олесю Гладких: протокол о задержании, фотографии, отпечатки пальцев... Олеся работала на фирму “Мисс Х” (тайский массаж). В сауну на улицу Захарова ее вместе с некоей Катей привез сутенер Александр - для оказания интимных услуг клиентам. Здесь их и накрыла милиция.

Валентина Егоровна во всем винит бывшего мужа своей дочери - Максима Гладких, наркомана со стажем. “Он посадил Олесю на иглу, а потом погнал на панель - зарабатывать деньги на героин”, - говорит мать.

После знакомства с Максимом Олеся очень изменилась - стала раздражительной, агрессивной. Возвращалась поздно, а потом и вовсе перестала дома ночевать. Мать ругала дочь, спрашивала: “Куда ты идешь? Зачем?” Но та ничего не объясняла, а только огрызалась: “Отстань!” Своими проблемами она с родительницей не делилась. Откровенничала лишь с подругами...

Потом вышла замуж, но семейная жизнь превратилась в кошмар. Она то приходила домой в истерике и кляла мужа (“Максим - страшный человек! Я его боюсь!”), то опять возвращалась к нему. Потом ее супруг угодил в СИЗО. Олеся к тому времени уже крепко подсела на наркотики. Мать уговорила ее пройти курс лечения в наркодиспансере и развестись с мужем. Но прошло время, Максим вышел из тюрьмы, и они вновь сошлись. В 2001 году родился сын Илья. Но и ребенок не помог супругам наладить жизнь. Ночью молодая женщина уходила, а возвращалась в разгар дня. Иногда брала с собой сына, а домой приносила мокрого, грязного, больного... А потом Олеся и вовсе исчезла.

В борделях всё “цивильно”

- Последний раз я ее видела 25 апреля 2004 года, - рассказывает мать сквозь слезы. - Дочь забрала сына и уехала. С тех пор и разыскиваю ее. Куда только ни обращалась! В районный ОВД, в областное УВД, в районную прокуратуру, в областную... Нигде мне не помогли. Но объяснили, что ее продали в рабство за границу.

- Кто же вам такое сказал?

В. Пупынина, мама Олеси

- Один честный майор. Я была у него в милиции. Он мне посочувствовал, у самого ведь мать, и даже назвал имя человека, который её продал - некий Артур Киракосян. Спросил, хочу ли я его увидеть? Я говорю: “Да, хочу”. Он его вызвал в кабинет, а меня оставил сидеть в коридоре. Не знаю уж, о чем они говорили. Выходит этот Артур. Такой невзрачный тип армянской национальности, в черном джинсовом костюме, со своеобразным говором - в нос. Прошел мимо меня. Майор открывает дверь и говорит: “Видели?.. Запомнили?.. Это он продал вашу дочь в рабство. Обращайтесь теперь к нему”. И дал мне телефон. Я позвонила, спрашиваю: “Где моя Олеся?” А тот: “Пошла вон!” Обозвал меня плохим словом и бросил трубку.

...В августе 2004 года Пупынина получила постановление из милиции Балтийского района Калининграда. В этом официальном документе про продажу в рабство - ни слова:

“...установлено, что Гладких О.Ф. употребляет наркотики, занимается проституцией, ранее, по данным информационного центра при УВД Калининградской области, дважды разыскивалась как пропавшая без вести (в 1999-м и 2000 году). ...В мае 2004 года уехала за границу - на заработки. В возбуждении уголовного дела по факту утраты родственной связи с Гладких О.Ф. отказать из-за отсутствия события преступления. Завести розыскное дело...”

- Розыскное дело в милиции завели?

- Нет. Дескать, нечего тут искать. Знаете, что мне сказал майор Пак: “Что вы переживаете? Там все цивильно!”

Почём в притоне дизайнеры?

Вскоре мать узнала, что Олеся оставила трехлетнего сына на попечение родителей Максима, своего бывшего мужа. В органах опеки объяснили, что Гладких попросила оформить опекунство, потому что уезжает в командировку за границу на год - денег заработать. Сказала, что папа мальчика - наркоман, но у него хорошая семья. Олеся просит оформить на них опеку. Отдел опеки и попечительства с этими доводами согласился. С тех пор мальчик живет в семье Гладких.

М. Гладких

Такого поворота событий мать Олеси не ожидала и попыталась оспорить в суде это решение, но проиграла дело. На одном из заседаний всплыло письмо Олеси из-за границы, в котором она подтверждала свое желание оставить сына у свекрови.

“Я сомневаюсь в психическом здоровье своей матери, - написано в послании. - Прошу привлечь мою мать к уголовной ответственности за свои действия”.

На конверте стоял обратный адрес - Оlesya Gladkikh c /Alonso Martiner 76, 20 Madrid, Еspana.

Как выяснилось позже, такого адреса в Мадриде не существует. Но и суд, и правоохранительные органы приняли письмо за чистую монету и продолжали присылать отписки на все заявления матери. Трудно поверить, что никто не догадывался, чем она занимается в Испании. Ее свекровь уверяла, что Олеся работает художником-дизайнером - зарабатывает деньги на квартиру. Можно подумать, с дизайнерами в Испании напряженка. Скорее всего, Олеся оказывает секс-услуги в одном из заграничных борделей. Впрочем, какое дело нашим властям до наркоманки-проститутки, да еще в Испании?

Интерпол и фальшивый адрес

В сентябре 2004 года Олеся вдруг позвонила домой, и мать услышала в свой адрес... ругательства. Выяснить, откуда был звонок, Валентина Егоровна не смогла. Не найдя понимания в милиции и прокуратуре, в конце 2004 года Пупынина обратилась к своему депутату - с просьбой о помощи. В официальные инстанции в очередной раз были направлены запросы. Через некоторое время удалось сдвинуть дело с мертвой точки.

Валентина Пупынина получила справку из консульского отдела Посольства РФ в Испании: “8 октября 2004 года Олеся Федоровна Гладких находилась в Королевстве Испания (служебный паспорт 60№4436346, выданный УВД 201 18 февраля 2004 года)”. Справку подписал вице-консул А.С. Вершинин.

Однако в январе 2005 года ей прислали еще один документ. В нем представитель МИД России в Калининграде С.В. Безбережьев сообщал, что Олеся предъявила не служебный паспорт, а общегражданский загранпаспорт (дескать, в первой справке ошибочно сказано “служебный паспорт”).

“Чем объясняется такое грубое расхождение в официальных документах?” - недоумевает мать Олеси. А дальше вопросов становится еще больше. В том же ответе Безбережьев пишет: “правоохранительные органы Испании данными о местонахождении Гладких О.Ф. не располагают. Указанный ею в письме адрес (Olesya Gladkikh c/Alonso Martiner 76, 20 Madrid) - не существует”.

Мать обратилась в Интерпол, (Центрального бюро Интерпола, Москва, Новочеремушкинская, 67), но оттуда отписались, что для розыска О.Ф. Гладких нужен запрос из УВД Калининградской области.

Наконец 21 декабря 2005 года Пупынина добилась-таки обращения в Интерпол. Начальник филиала НЦБ Интерпола подполковник милиции Набатова написала:

“Филиалом НЦБ Интерпола в Калининградской области направлен официальный запрос в НЦБ Интерпола с просьбой об оказании содействия в установлении ряда обстоятельств по интересующему вас вопросу. По результатам вы будете проинформированы”.

“Мне дали её номер телефона!”

В феврале 2005 года Олеся опять позвонила. “Не ковыряй, убьют”, - предупредила она мать и бросила трубку.

1 мая 2005 года пришел ответ из УВД на депутатский запрос: “Установлено, что Олеся Федоровна Гладких находится в Королевстве Испания и в настоящее время поддерживает связь с родителями своего бывшего мужа Гладких В. А. и Гладких В.В. по телефону 8-103-464-937-34-79. О местонахождении сообщать своей матери не желает”.

Надо сказать, во всех ответах из органов фигурирует одно и то же - настойчивое нежелание дочери общаться с матерью. Сама Валентина Егоровна говорит, что дочь считает ее врагом. Почему? Нетрудно догадаться. Ведь мать - против мужа-наркомана, против наркотиков, против ее образа жизни... Ситуация, когда у детей буквально “едет крыша”, в наше время типична. Родители становятся врагами, а посторонние люди - лучшими друзьями. Такие дети уязвимы и беззащитны. Их можно брать голыми руками: посадить на иглу, продать... и стричь купоны.

Но Валентина Егоровна не собирается сдаваться. Она поклялась, что вернет дочь, чего бы ей это ни стоило.

- Я стала звонить по этому номеру. Записывала все разговоры с дочерью. Однажды она плакала, кашляла, задыхалась, не могла слова вымолвить. Иногда ругалась, а иногда хорошо говорила - как обычно раньше.

- Вам удалось выяснить, где Олеся находится?

- На этот вопрос она ни разу не ответила. Каждый раз спрашивала про сына. Жаловалась, что не работает, живет под чужой фамилией и что ее никогда не найдут... Как туда попала, не знает. Скучает. Наделала много ошибок... На суд не присылала никаких документов, порочащих семью. Однажды сказала, что живет в особняке. Хозяин какой-то Христиан. При каждом разговоре просила меня забрать ребенка. Хотела бы дать отказ на опекунство, но не знает, как это сделать. “Там, где я - отсюда не ходит почта”. И еще все время твердила, что оформляет гражданство и хочет приехать к сыну. Вот все мои разговоры с дочерью.

Пупынина протягивает мне бумагу с датами звонков и расшифровкой ответов на них. Разворот тетради исписан мелким почерком. Февраль 2005 года, март, апрель, май... На августе запись обрывается. Я вопросительно смотрю на Валентину Егоровну.

- Что же дальше? Больше вы ей не звонили?

- Ее телефон молчит уже больше года. Не знаю, что и думать. Жива ли она?.. Телефон выдает такое слово “marcaro”. Испанский ли это язык? Мне в наркоконтроле сказали: “Вы уверены, что она в Испании?” Я уже сама сомневаюсь. Ну неужели никто не в состоянии вернуть дочь домой? Смотрите, сколько у меня бумаг! Несколько папок - судейская, депутатская, прокурорская, милицейская...

Пупынина в Москве

- А передача Малахова вам чем-нибудь помогла?

- Когда меня пригласили в Москву, я очень надеялась. Думала, это серьезная передача. Но там такое творилось!..

- Расскажите подробнее...

- Мне позвонили где-то в июне 2006 года. Первый канал набирал людей на тему о сексуальном рабстве для эфира “Пусть говорят” с Малаховым.

Мою историю они нашли в Интернете - прочитали статью в “Новых колёсах”. Потом позвонила Наташа Реутская, корреспондент Первого канала. Предупредила, что они едут в Калининград, и сказала взять билет на Москву на 21 августа. Я кинулась на вокзал, купила билет.

А 20 числа около 10 часов вечера приехали двое - Наташа Реутская (молоденькая такая девочка, хорошенькая, лет 25) и оператор Володя. Я им показала все фотографии из семейного альбома, все документы... Они снимали Олесю, начиная с детского садика. Ходили по квартире... Володя, щелкал, щелкал... Ушли от меня где-то около часу ночи. Как я поняла, им надо было сделать фотосессию. На следующий день в 9 утра они снова были здесь, говорили с соседями... Я уехала на передачу, а они еще остались в Калининграде.

В Москве на вокзале меня встретил парнишка с табличкой - “Первый канал”. Назвал мою фамилию, взял вещи, посадил в машину - шикарную черную иномарку с тонированными стеклами. Я была потрясена таким сервисом. Парнишка привез меня в гостиницу “Звездная”. В номере на 15-м этаже уже находилась женщина - Лариса, тоже приглашенная на передачу. У нее своя история. Муж - иностранец, и она борется за своих детей. Мы познакомились, попили чаю... Нам запретили куда-либо выходить. Смотрели на Москву из окна. Вид - сказка! Башня Останкино, клумбы, газоны... Везде чисто, красиво. Людей на улицах почти нет, одни машины.

Потом вдруг открывается дверь, и появляются мои соседи по дому из Калининграда - Сергей и Маша. Их тоже пригласили к Малахову. А 23 августа мы уже пошли на программу. Часов в 11 подогнали машину - черную с тонированными стеклами. И мы все вместе по­мчались в Останкино. Там такая суета!.. Полно людей, охраны... Мы шли по списку через вертушку, показывали паспорта. Нас провели в зал на первом этаже - в студию передачи “Пусть говорят”. Когда я появилась в зале, там было несколько человек - молодых девчонок, корреспондентов, которые готовили меня к эфиру... Так они, глядя на меня, все плакали. И говорили: “Это какой-то ужас!”

Валентина Егоровна опять разрыдалась, стала вспоминать дочь, что 2,5 года ее не видела. Надо отдать должное этой маленькой женщине. Не у каждого хватит сил, терпения и воли, чтобы столько вынести.

Валентина Егоровна вытерла слезы и продолжила рассказ.

“Это не моя дочь!”

- В студии собралось очень много народу - депутаты, психологи, корреспонденты... Нам показали шкаф, куда надо сумки поставить. Потому что с собой ничего нельзя проносить. Я все время просила валерьянки... За меня все переживали, спрашивали, не расплачусь ли я.

Из протокола задержания, оформленного сотрудниками межрайонного отдела милиции: Олеся Федоровна Гладких, 1979 года рождения, образование средне-специальное, художник-дизайнер. Рост 168 см, среднего телосложения, на животе - десятисантиметровый шрам от кесарева сечения (есть двухлетний сын). Курит. С декабря 2003 года - специалист по “тайскому массажу”, работает на некоего Артура. Задержана была в сауне на ул. Захарова, 2.

Приглашенные сидели в небольшом зале и ждали своего выхода. Там установлен экран, где показывали все, что происходит в студии. Первым выступал пожилой мужчина из Санкт-Петербурга. Его дочь зарезали прямо на сцене, в Японии. Она работала в ресторане танцовщицей. Показали цветную фотографию... Я просто ахнула - такая красивая девочка! Погибла в 18 лет!

Потом вышла девушка в парике. Очень нервничала. И тут Малахов объявляет: “А теперь у нас гостья из Калининграда”. И меня вызвали. Пока я шла, Малахов рассказывал, что Олесю продали в рабство. Я выхожу - и... ой-ой... Это был такой момент... Кругом свет, софиты... Огромные экраны! И на всех этих огромных экранах - цветные фотографии моей дочери. И так быстро мелькают - одна за другой... Она то так стоит, то так...

Я села в свободное кресло. Малахов спрашивает: “Расскажите, как случилось, что ваша дочь попала в рабство?” Я стала вспоминать... Как ее растила и как потом она встретила этого парня... И тут Малахов так близко ко мне подошел, посмотрел на меня пристально и спрашивает: “С вами все в порядке?” Видно, боялся, что я не выдержу - упаду или расплачусь.

Я говорю: “Андрюша, все в порядке”.

Он сказал: “Ну и хорошо. А теперь мы маме сделаем сюрприз. Мы нашли Олесю и взяли у нее интервью”.

Я прямо замерла! И вдруг я слышу какой-то голос - он что-то говорит, говорит... “Я не хочу знать свою мать, и ребенка ей не отдавайте...” (Показывали только фотографии, и был слышен голос.)

Я слушала, слушала... Потом вдруг все поняла и закричала: “Неправда, это не моя дочь, не ее голос...” И тут сразу эфир прервали и ушли на рекламу.

Что тут началось в студии... В зале кричали: “Кто редактор? Кто сделал этот монтаж? Почему не показали настоящее интервью, а только голос?.. Скажите матери правду - где ее дочь?”

Люди были в истерике. Знаете, как у нас иногда умеют кричать... Один казак орал: “Воспитывать надо детей!” Кто-то сказал: “Она вас знать не хочет, пусть живет, как ей нравится!”

Потом меня спросили, как она туда попала. Я сказала: “Обманным путем, по служебному паспорту - в командировку”. После этого я вышла из зала.

- На самом деле был голос не вашей дочери?

- Я думаю, записали чужой голос. Для большего эффекта. Составили речь из тех документов, которые есть в милиции. Ведь это все-таки шоу!

- Во время этого интервью ее что-нибудь спрашивали?

- Нет, ничего не спрашивали.

- Где она находится, не сказала?

- Нет. Но вы не думайте... Я очень благодарна Малахову и всем корреспондентам, что все-таки мой вопрос подняли и показали на всю страну.

“Мою дочь ищут НТВ и “Жди меня”

О. Гладких

Потом пригласили нашу соседку - Машу. Она рассказала, что у нас хорошая семья, что Олеся - девочка замкнутая, не открытая. Маше Олеся рассказывала, что этот Максим постоянно над ней издевался, отнимал ребенка, гнал на панель - зарабатывать на героин. Сказала, что просила не говорить об этом маме - боялась.

В конце Малахов сказал: “Еще не вечер - будет продолжение”.

Мы вышли в коридор. И опять многие плакали. Все меня подбадривали, давали телефоны...

Потом в эфире выступали еще две девочки. А в зале за кадром сидели шесть девчушек, тоже побывавшие в рабстве. И рассказали, что им помог спастись Дима Штоколов - ведущий из НТВ... И вдруг я вижу - впереди по коридору надпись: редакция НТВ. И я туда пошла.

Меня встретила ведущая Лиля Дидлеева. Я рассказала, что была у Малахова на передаче. Она дала мне контактный телефон. Потом за мной пришли люди из малаховской студии. Объявили, что мое время вышло и пора уезжать. Нас увели, выплатили все деньги, что мы затратили на проезд, посадили в машину. Заехали в гостиницу - и прямиком в аэропорт Шереметьево. Потом уже из Калининграда я звонила на НТВ. Мне пообещали, что моим делом будет заниматься передача “Профессия - репортер”. А кто делал монтаж с голосом якобы Олеси в “Пусть говорят”, мне так и не объяснили. В Черняховске есть филиал передачи “Жди меня”. Я туда отправила 3 письма и 3 фотографии. Обещали помочь.

- А внука вы навещаете?

- Хотела бы, но меня к нему не подпускают. 28 августа, после передачи на ОРТ, я все же пришла к Гладких, купила подарки... Стою у их подъезда, нажимаю номер на домофоне, а он - пищит. И тут идет мужик. Я спрашиваю, что это такое, почему аппарат пищит. А он отвечает: “Это значит, никого дома нет. А вы к кому пришли?”

Я говорю: “Пришла внука посмотреть”.

“Сына Максима, что ли?”

Я говорю: “Да”.

“А вы кто будете?”

“Я Олесина мама”.

И тут он вдруг мне такое ляпнул: “А говорят, что Олеся умерла”.

Я чуть не упала - так мне плохо стало. “Что это за разговоры такие?” - спрашиваю у него. Он отвечает: мол, слышал где-то что-то... Повернулся и пошел.

Потом вышла какая-то девица молодая, вроде как новая жена этого Максима, и говорит: “Что вы сюда ходите - пугать ребенка?”

Я ей говорю: “Учти! Тебя ждет такая же участь, как мою дочь”. И тут из подъезда вылазит сваха. Молча идет мимо меня. Я вообще-то с ними никогда не ругалась. Просто не хотела разговаривать. А тут не смогла сдержаться. Крикнула ей: “Ну что, похоронила и молчишь? Не дай Бог, что-то с Олесей случилось! Ведь я все равно узнаю!”

Она мне на это ничего не сказала. Просто шла, опустив голову.

Я заплакала и ушла. Потом я хотела Илью в детском садике повидать. Но воспитательнца сказала, что мальчика сейчас к ним не водят.

...Меня очень насторожило то, что сказал сосед семьи Гладких. Ведь в этой семье живет сын Олеси. И если она не звонит матери, то уж наверняка должна узнавать про своего 5-летнего сына. Но я тут же отогнала дурные мысли. Ведь если бы что-нибудь плохое произошло, матери наверняка бы сообщили.

“Давайте $30 тысяч, и завтра она будет здесь”

- Посмотрите, что мне ответили из УВД Калининградской области.

Валентина Егоровна протягивает очередную бумагу. Ответ датирован 31 июля 2006 года.

“...местонахождение Гладких Олеси установлено. Она состоит на учете как гражданка РФ в посольстве России в Испании. Гладких О.Ф. заявила, что не намерена поддерживать связь с матерью, считает ее психически нездоровой и просит не сообщать матери ее контактные данные. Передача сведений о ее местонахождении третьим лицам, в том числе ее матери, невозможна (ст. 11 Федерального закона “Об информации, информатизации и защите информации” от 20.02.95 г)”.

Подписал и.о. начальника УУР УВД КО подполковник милиции Р.Г. Головатый. А в сентябре 2006 года пришло письмо из департамента полиции Испании - в ответ на обращение Валентины Пупыниной к самому королю.

“Госпоже Валентине Пупыниной.

В ответ на письмо, написанное Вами Его Величеству Королю и направленное Королевским домом в наш департамент, сообщаю следующее: по проверке изложенных Вами фактов была проведена консультация с Генеральной дирекцией полиции. Данным, приведенным в письме госпожи Пупыниной, не соответствует ни одна из персон, состоящих в базе данных иностранных граждан Главного Комиссариата по делам Иностранцев и в базе данных Полиции”.

Мадрид, 25 сентября 2006 года, генеральный заместитель главной канцелярии Сесилио Ортис Бланко.

- Видите? Испанцы её не нашли. Значит, или ее там действительно нет, или она живет нелегально, под чужим именем. А наши правоохранители сообщают, что она в Испании, а адрес не дают. Для них мать - третье лицо! Я уже не знаю, что делать. С плакатом ходила к администрации области. Написала: “Где моя дочь? Верните из рабства!” Стояла несколько раз по два-три часа. И с другими пикетчиками была, и одна. На меня никто не обращает внимания !

Однажды на Дм. Донского я нос к носу столкнулась с начальником УВД Калининградской области - генералом Сергеем Кириченко. Я раньше хотела попасть к нему на прием, но безуспешно. А тут он меня увидел и пообещал принять и дать координаты дочери. Я пришла к нему 17 мая 2006 года, но результат - нулевой. Он ответил: “Связи нет. Пусть живет, как хочет”.

А через несколько дней после этого мне позвонили. Я узнала голос. Это был Роман из уголовного розыска областного УВД. И вот он вдруг начинает говорить: “Валентина Егоровна! Мы установили, где находится Олеся. Давайте 30.000 долларов - и завтра она будет здесь”. Он говорил каким-то странным голосом, медленно растягивая слова. Мне показалось, что он был немного подшофе: “Я бы хотел поехать в командировку, но с разрешения начальства...”

Я удивилась и сказала: “Роман, откуда у 65-летней пенсионерки такие деньги?”

- Может быть, это был человек не из милиции? Может, кто-то из преступного синдиката и требовал у вас выкуп за дочь?

- Да ну что вы!.. Меня ведь в милиции знают, как облупленную, и я их всех знаю.

Калининград - центр работорговли

Недавно международная миграционная организация (ММО) объявила Калининград Европейским центром торговли женщинами. С сентября 2005 года по апрель 2006-го ММО изучала состояние дел в Калининградской области. Выяснилось, что в нашем регионе процветает работорговля, и на первом месте - сексуальная эксплуатация женщин. Но, видно, в правоохранительных органах об этом не знают. Или делают вид, что не знают. Если в других областях России дела о продаже девушек в рабство расследуют, а виновных наказывают (за торговлю людьми положен срок до пяти лет - ст. 127(1) УК РФ), то у нас в этом смысле - тишь да гладь.

Но факты - упрямая вещь. И возможно, Валентина Егоровна Пупынина все-таки найдет свою дочь. Ей помогут другие люди - а не те, кто носит погоны и по долгу службы обязан защищать нас от криминала.

О. Рамирес


Справка. По оценкам экспертов, торговля живым товаром занимает третье месте по прибыли после торговли оружием и наркотиками. В мире создано множество синдикатов по работорговле, а годовой оборот оценивается в семь миллиардов долларов. Плата за каждую девушку - от одной до семи тысяч баксов.

Доходы сутенеров в 20 раз выше расходов на покупку одной женщины. Проданная в рабство девушка приносит хозяину больше $100.000 в год.

Поставкой занимаются организованные преступные группировки, где есть люди, отвечающие за обработку жертв, изготовление фальшивых паспортов и иных подложных документов. За рубежом у девушек отбирают паспорта и объявляют условия игры, которые означают вечное долговое рабство. Недовольных сажают на иглу, избивают. Большинство проданных в сексуальное рабство - женщины в возрасте от 21 до 30 лет. У многих из них дома остаются малолетние дети.



Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.



Номер карты "Сбербанка"  4817 7601 2243 5260.
Привязана к номеру            +7-900-567-5-888.

Или через Yandex.Money