Дней
Часов
Минут
Секунд

НЕВИНОВНЫЙ ЖУРНАЛИСТ
СИДИТ В ТЮРЬМЕ



 
 

 

НАПИСАТЬ ПИСЬМО

Ваше имя (по желанию).

Если вы рассчитываете на ответ, сообщайте адрес своей эл. почты или телефон.

Текст письма*

Защита от автоматического заполнения

Введите символы с картинки*

* - обязательные поля

Новые колеса / Криминал / CЫЩИК И УБИЙЦЫ-5. Хозяйка притона, бывший повар, быстро разрезала на части свою подругу

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

  • CЫЩИК И УБИЙЦЫ-5.
    Хозяйка притона, бывший повар, быстро разрезала на части свою подругу

Жеглов и Шарапов

И снова оперативник с 26-летним стажем Виталий Носков вспоминает о том времени, когда он и его коллеги несли “службу дни и ночи” (так, кажется, пелось в популярной песне?)... и когда ВСЯ СТРАНА с упоением следила за киноспором “неправильного” Жеглова и “образцово-показательного” Шарапова... Причём симпатии чаще всего были на стороне Жеглова, сказавшего (хриплым голосом Высоцкого) бессмертную фразу: “Вор должен сидеть в тюрьме. И людям всё равно, как я его туда упрячу”. Может, ещё и потому, что тот же Жеглов гордо бросил в лицо бандюку: “Ты муровца купить вздумал?! Ну о чём с тобой после этого разговаривать!”

В. Носков (в центре) с товарищами

А ведь бандюк протягивал ему солидную пачку купюр... Явно больше, чем месячная (если не годовая!) зарплата сотрудника уголовного розыска. (И “чёрную кошку”, кстати, ловить приходилось, колеся на разбитом в хлам “Фердинанде”... и казённых денег, выданных на спецоперацию в кабаке, хватило на две чашки кофе или рюмку сухого вина... а женщине, у которой карманник вытащил в трамвае кошелёк со всеми хлебными карточками, Жеглов отдал свои собственные...)

И главное: В ЭТО ВЕРИШЬ!!!

Потому-то разговор о том, что БЫЛО - и окрашен в некие ностальгические тона. Но это отнюдь не “Назад, в СССР” - это сожаление о “выплеснутом вместе с водой ребёнке”. То бишь, о советской милиции, лучшие представители коей ощущали себя частью НАРОДА, а не механизмом репрессивной системы, поставленной на службу... да чёрт его знает, кому!.. Очень часто - тем, с кем, по идее, милиция и должна-то БОРОТЬСЯ.

Кто отрезал ей голову?

Впрочем, не будем отвлекаться. Как говорится, ближе к телу. Увы, расчленённому...

В. Носков

- Сюрприз был ещё тот, - говорит Носков. - Возле одного двух-этажного дома стояла двухсотлитровая бочка из-под бензина. Жильцы в неё воду собирали дождевую - из водосточной трубы. А тут бочка переполнилась. Стали воду вычерпывать - ба-атюшки! Обнаружилась женская голова. Отрезанная (потом экспертиза установила: работал профессионал, голову снесли не топором, а ножом, аккуратненько, под шейный позвонок).

Где другие части тела, неизвестно. Народ, понятно, в диком ужасе. Опознать убитую по лицу практически невозможно (в воде-то она полежала!). Удалось только установить, что возраст жертвы - от сорока до пятидесяти лет.

Пока делались фотографии, рассылались печатные ориентировки, я оповестил агентуру. (Было ясно, что убийство совершено в многоквартирном доме: частник потихоньку прикопал бы ночью труп где-нибудь на задворках - и всё в порядке. А так... выносить пришлось по частям.)

И вот в течение трёх суток я получаю сигнал. Была у меня агентесса Фиалка, шарахалась по всяким злачным местам. А тут аккурат в одной “весёлой” квартире сообразили выпить. И надо же: бормотуха имеется, а пожрать - нету. Фиалка моя, натурально, сунулась в хозяйский холодильник - там мышь от голода удавилась. А вот под столом на кухне стоят зачуханные спортивные сумки, плотно набитые. И вокруг них с утробным мявом вьются кошки. О, думает Фиалка, МЯСО!!! Открывает сумку - а там нога человеческая.

Она закрыла - и бежать. Ко мне. Сидит, колотится:

- До сих пор успокоиться не могу. Дай выпить!

Налил. За такое-то дело!..

Выехали мы по адресу, обыскали квартиру. И всё сложилось: хозяйка квартиры пила в компании, потом не поделила с другой тёткой мужика и жахнула “соперницу” молотком по голове (мужик, похоже, ничего и не заметил). А потом, когда все разошлись, “разделала” свою жертву профессионально: она прежде работала поваром в столовой, с ножом умела обращаться.

Голову вытащила первой. Закопать было негде - в центре-то города. Вот она и утопила её в подвернувшейся бочке с водой. А прочие части тела собиралась раскидать по городу.

Судили тётку, дали ей приличный срок.

Из университета Воровского

- А вообще, сыщик - это не профессия, а образ жизни. Нормальный опер всегда на службе. Иначе нельзя. У меня был приятель, с которым вместе мы и приехали на Сахалин. Он распределился в Нефтегорск, быстро стал там лучшим опером. Но... был он очень красив, девки от него прямо визжали, да и он их любил душой и телом. Так и пошло: он “гуляет” неделю, потом приходит на службу, за два дня раскрывает всё, что накопилось, - и опять в загул.

Уволили его. Пошёл работать на лесоповал, там его упавшим кедром придавило, лежал в больнице весь поломанный... Такая вот судьба. Которая очень часто зависит даже не от твоего шага, а от слова. Или от вопроса, который ты “проглотил” - и только поэтому остался жив...

Как-то я возвращался с дежурства в три ночи. Обычно в таких случаях я оставался спать в кабинете, на стульях. Но это была ночь с пятницы на субботу, так что решил всё-таки пойти домой - на выходные. Как на грех, “ствол” я оставил в отделе.

...Лето. Небо серое. Перехожу мост через реку - и слышу плеск воды. Лодка.

Не понял, думаю. Для рыбаков вроде бы рановато.

А накануне была совершена серия краж из эллингов (там ведь люди не только катера держат, но и оружие. Рыбаки-промысловики - чаще всего и охотники, так что край был буквально напичкан “стволами”). Вглядываюсь в туман. Вижу: с одного берега реки к другому скользит лодка, чем-то тяжело груженная. И видны два человеческих силуэта.

Понял: ребята (как они про себя любят говорить) - выпускники университета Воровского. Побежал, чтобы их встретить. Понятно, один да без оружия я их не задержу. Главное: запомнить их рожи.

На берегу - котельная. Я её огибаю - и натыкаюсь на этих двоих. Идут, навьюченные, ружья болтаются... Один, кореец, показался мне знакомым. Вроде по ориентировке проходил: неоднократно судимый, дерзкий... Второй - славянин, на вид добродушный, но здоро-о-овый. Ряха такая - на телеге не объедешь.

“Чуть на перо не попал!”

- У меня рефлекс сработал: надо прикинуться пьяным. Как иначе объяснить, что я тут в три ночи делаю? Начинаю шататься, говорю заплетающимся языком: “Мужики, здорово...” Думаю, надо их к лампочке подвести (над входом в котельную болталась) и рассмотреть во всех подробностях. И только рот открыл - вопрос задать - вдруг словно импульс какой: не надо. Переиграю. Говорю: “О, мужики... Всё пучком. Перепутал, бл...ь”. И, типа, отваливаю.

Ким Чу-Нам

Они пошли своей дорогой, я - в обратную сторону. А потом развернулся тихонечко - и за ними. И отследил до дома, в который они зашли. Дальше не получилось - пока крался задворками, напоролся на разломанный сарай, а там всё трещит, листы металлические гремят под ногами, собаки начали лаять - пришлось затаиться.

...Официально суббота считалась в уголовном розыске выходным днём, но реально - к десяти утра все подтягивались. Дописать что-то, документы оформить или информацией обменяться. Опять же, урки в ночь с пятницы на субботу очень любили “резвиться”... (Думали, наивные, что к понедельнику горячие следы “остынут”.) И точно - с утра уже лежит на столе заява. Бомбанули гаражи, взяли серьёзные стволы - промысловые нарезные винтовки. У сыщика, на чьей территории стоял тот дом, куда вошли мои двое, я спрашиваю: “Есть у тебя на примете такой-то и такой-то?” Он: “Ну да. Русский - это Соколовский, а кореец - Ким Чу-Нам, по кличке Чуня... Как он тебя не завалил, удивительно”.

...Поехали брать. Арестовали обоих. При обыске нашли в сараях всё воровское имущество. А потом я в камеру к Чуне подсадил своего агента Гюрзу. Он мне и сообщил: “Ты опять чуть на перо не попал!”

Чуня ему рассказал, что они с напарником, когда шли “с дела”, столкнулись с каким-то странным мужиком. Тот сначала вроде рысью нёсся, потом чего-то скорость сбавил, мутить начал. Вот Чуня и решил: “Если хоть одно кривое слово скажет или за нами пойдёт - довыёб...тся”. Ножи у них с собой были рыбацкие, здоровенные. Река - рядом. Завалил - и в воду. И вот, когда Чуня уже был готов “валить” - мужик чего-то забормотал и отчалил.

В камере Чуня всё сокрушался: мол, знать бы, что это мент - кончать надо было бы, не задумываясь. А его утешали: тогда б тебе точно лоб зелёнкой помазали, а так что... ну, отсидишь, но жить-то будешь!

По кличке Дуга

- Нас всегда учили: надо любить людей. Выслушать потерпевшего, помочь, войти в его положение... Не забывайте, что преступления совершают тоже люди, в силу различных обстоятельств. Подросток польстился на чужие часы и спёр их, потому что мать-одиночка не могла ему купить такие. Или военный, обученный навыкам рукопашного боя, ввязался в уличную драку, не рассчитал силы удара и покалечил (а то и убил) своего “оппонента”. Да и матёрый преступник - тоже человек, и у него в душе есть что-то святое. Тот же Афёра-Канискин собак любил... Милиция ведь не только карающий орган, в наших обязанностях значится профилактика преступлений, т.е. предупреждение... Нельзя ни к кому относиться как к “материалу” - тогда и тебе воздастся. За любовь.

Вот всего лишь один из примеров. Был такой рецидивист Дуганец (по кличке Дуга), потомок сосланных “лесных братьев” с Западной Украины. Лидер преступного мира. Стригся и одевался под фашиста. Всё тело было расписано татуировкой. На груди - нацистская свастика с орлами, на плечах - погоны, штык-нож с надписью по-немецки “С нами Бог!” как бы прошивает шею (с одной стороны - рукоятка и стекающие капли крови, с другой- типа, лезвие торчит). В общем, не тело, а эсэсовский мундир. На коленях - розы ветров (что значит: “Меня не поставить на колени”). И за свои наколки он отвечал.

У нас с Дугой была как бы такая игра. Он кричал: “Забудь про меня, начальник!” А я ему говорил: “Будешь совершать преступления, всё равно тебя упрячу. Живи нормально - и я про тебя забуду”.

А тут я получаю оперативную информацию, что Дуга причастен к краже. Но легализовать информацию трудно. Значит, Дугу надо запихивать на 15 суток и брать во “внутрикамерную разработку”. И вот продумывается целая операция. Я надеваю шапку-ушанку, фуфайку и со своими внештатными сотрудниками (оба - капитаны рыболовецких судов) иду пить пиво.

“Прими и обогрей”

- А накануне мой агент (на мои же деньги) устроил Дуге бурную ночь.

И тот, натурально, с утра потянулся в пивняк на опохмелку. А там толпа, все ломятся. У кого сушняк - тому не до понятий, Дугу вперёд не пропускают.

Я в толпе к нему протискиваюсь и наступаю на ногу. Жду реакции. А её - ноль. Наступаю ещё раз - с тем же эффектом. Говорю внештатнику: “Валера, давай!” А тот - центнер живого веса. Он слегка на ногу Дуге наступил - и ка-ак понеслось: “Козёл, сука...” Короче, весь трех-этажный зековский репертуар.

И тут начинается моя партия: “Ну как же можно в общественном месте выражаться нецензурно!.. Да ещё в адрес такого уважаемого человека!” А милицейская машина уже за углом. Подхватили Дугу под белы рученьки - и в “воронок”. И - на пятнадцать суток.

Ну а в камере его взял в оборот агент Гюрза. Тот разоткровенничался - а мы всё оформили юридически. И всё - пошёл Дуга очередным этапом. На меня он, кстати, зла не держал: “Командир, извини, я сам засохатился”.

...И вот проходит какое-то время - на горизонте появляется браток с зоны. С “ксивой” - письмецо от Дуги мне привёз. Пишет мой Дуганец, мол, всё у него пучком, засылает он ко мне паренька. Пока сидел, родители с тоски померли, деваться парню некуда, а жизнь преступная ему надоела. “Прими и обогрей, - просит Дуга. - Ты его не скурвишь. А больше обращаться не к кому”.

Смотрю: а парнишка молоденький, но непростой. Стройный такой, симпатичный, наколочек несколько на руках - значит, не одна была ходка. Разговаривает спокойно, в себе уверен.

- Профессия есть? - спрашиваю.

- Автомеханик. Мне это дело нравится.

- Ладно, - говорю, - работа тебе будет. И насчёт жилья помогу. Но... маленькая деталь. От тебя мне кое-что нужно. Догадываешься, что?

Он прямо в лице изменился. И в глазах мелькнуло явное разочарование.

- Догадываюсь, бл...дь.

- Правильно ты думаешь: не совершать уголовных преступлений.

И снова он в лице поменялся. Он-то думал: я его “стучать” заставлю. А тут... видно, что от души отлегло.

Амазонка

- На работу я его устроил на автобазу междугородных перевозок. Работал он хорошо - из “мертвой” машины мог сделать конфетку. Директор его только и нахваливал. Ну и понятно: зарплата хорошая, премии, отдельная комнатка в общежитии (я, понятно, через коменданта общаги его быт контролировал).

А у меня была агентесса Надежда. Яркая, с чёрной косой до пояса, эффектная хохлушка, высокая, крепкая, в прошлом - мастер спорта по баскетболу, выступала за сборную Украины. Причём она была так пропорционально сложена, что при её росте не смотрелась дылдой...

На могиле товарища. Второй справа - В. Носков

Была она замужем за морским офицером, родила двоих детей - а муж трагически погиб. А она-то привыкла жить в достатке, покупать себе хорошие вещи, недешёвые украшения. И первое время продолжала по инерции жить на широкую ногу. Но денежных поступлений не было, а дорогие привычки остались... Вот она и стала заниматься спекуляцией. Потом опустилась до скупки краденого. Выпивать стала. Мужики за нею винтами ходили - пошёл беспорядочный секс... Квартира превратилась в воровской притон, сама Надежда - в барыгу.

Понял я, что надо прикрывать эту “малину”. Пригласил Надежду на беседу. Говорили мы с ней долго и откровенно. Она призналась, что ей самой такая жизнь надоела. Что она теряет детей... А я ей внушил мысль о том, что борьба с преступностью - всенародное дело и что единственный путь сохранить нормальную жизнь себе и детям - это начать негласно сотрудничать с уголовным розыском.

Она согласилась. Я присвоил ей псевдоним Амазонка - в соответствии с её выдающимися внешними данными. И очень скоро с её помощью разбомбил несколько преступных группировок.

А однажды она приходит и интересуется:

- Слушай, а что это за парень - Саша?

Саша - тот самый браток, которого я на автобазу пристроил.

- Нормальный, - говорю. - А что?

- Он за мной ухаживать начал, и мне он нравится. Но страшно: как разденется - весь в наколках, живого места нет!

- Ничего, - говорю, - не бойся, за ним как за каменной стеной будешь. Он - добытчик, работяга, парень правильный. Живите.

Красавец с зазубринами

- В общем, стал Саша у неё жить. Родила ему Амазонка наследника.

А тут - бах! В соседнем с ними подъезде - убийство. Запороли хозяина квартиры, ранее неоднократно судимого.

С одной стороны, давно пора, он уже с десяток лет лишних по земле ходил. С другой - перед законом все равны. Убит человек, гражданин, преступление раскрывать надо. А оно как-то вот не раскрывается. Вроде и район под контролем... - и никакой информации. А убийство-то странное: входное отверстие от ножа широкое, а назад - всё раскромсано. (Потом оказалось, что нож был с зазубринами.)

Проходит месяц, второй... Я круги нарезаю почти еженедельно... Амазонка - молчит. Саша как будто что-то знает, но у него позиция: мол, быть стукачом западло.

И вот однажды сидят они поздно вечером дома, ребёночка тетешкают - а я заваливаю по уши в грязи, в болотных сапогах (в очередной раз местность прочёсывал в поисках вещественных доказательств). Саша затягивает свою обычную песню: “Извини, командир, помочь ничем не можем. У нас дети. Я двоих взял, а теперь мой собственный родился...”

- Да я без претензий, - отвечаю. - Дело понятное. Мои-то двое детей подождут, пока я тут поколгочусь ещё месяц другой-третий... - и выхожу.

...Во дворе, из-за гаражей, слышу: окликают.

- Командир, это я, Сашок. Подойди, разговор есть.

- Чем могу помочь? - спрашиваю.

- Да сколько можно мне помогать?! Козёл я, бл...дь! Ты мне всю жизнь сделал, я даже не верил, что такое возможно... Ты, командир, фанат розыска. Чёрт с тобой, есть у меня одна думка по этой мокрухе. Правда, свидетелем я не был - то бишь, самого момента не видел. Но пили мы втроем: я, Карман (это убитый) и ещё один парниша... Во время пьянки паренёк достал нож - колбасу порезать. Карман увидел и обалдел: “Подари!” А нож действительно - обалдеть! Ручной индивидуальной работы, с кровотоками, стабилизаторами-компенсаторами (чтобы рука не съезжала), на лезвии зазубрины, ручка наборная, с инициалами владельца... Красавец!

“Приозяб” Карман

- Карман прямо затрясся весь, начал упрашивать - а парниша говорит: “Нет, да ты чё, это именная работа...”

Ну, попили мы ещё немного, я домой пошёл, они вдвоем остались, а утром - суета, менты на машинах с мигалками. “Приозяб” Карман. Вынесли его под покрывальцем...

А на следующий день хотел я форточку прикрыть - гляжу: парниша тот по гаражам скачет. Интересно мне стало, чего он там делает. Вышел я с малым на прогулочку, остановился у одного гаража - и нашёл нож.

...И показывает мне, завернутый в тряпочку. Я беру. Всё ясно: вот они, бурые пятна. Ну и как мне быть? Нож я могу оформить выемкой - но подставлять Сашу нельзя.

Договорились: он кладёт нож туда, где его нашел, я оформляю агентурное сообщение от Амазонки, выезжаю чин по чину на осмотр, находим, официально протоколируем...

По инициалам на ручке вычислили мы этого парнишку. Нашли и “мастака” - того, кто нож изготовил. Тот признал свою работу и сказал, для кого делал нож. В общем, доказательную базу подвели, убийцу осудили. Сашу я нигде не упоминал. Даже Амазонке не говорил про ту нашу с ним ночную беседу.

Он, кстати, до сих пор живёт нормальной жизнью, не связываясь ни с криминалом, ни с правоохранительными органами. А Амазонка вскоре перестала быть агентом. Свою миссию она выполнила - и занялась семьей.

О. Николаева

(Продолжение следует)



Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.



Номер карты "Сбербанка"  4817 7601 2243 5260.
Привязана к номеру            +7-900-567-5-888.

Или через Yandex.Money