Игорь Рудников

Учредитель

газеты,

журналист

Игорь

Рудников.

Депутат

Калининградской

областной

Думы

 
 

НАПИСАТЬ ПИСЬМО

Ваше имя (по желанию).

Если вы рассчитываете на ответ, сообщайте адрес своей эл. почты или телефон.

Текст письма*

Защита от автоматического заполнения

Введите символы с картинки*

* - обязательные поля

Новые колеса / Кёнигсберг - Калининград / КАК УНИЧТОЖАЛИ КОРОЛЕВСКИЙ ЗАМОК. За памятник истории вступились даже Герои Советского Союза. Но 1-й секретарь обкома КПСС был непреклонен: взорвать!

  • КАК УНИЧТОЖАЛИ КОРОЛЕВСКИЙ ЗАМОК.
    За памятник истории вступились даже Герои Советского Союза. Но 1-й секретарь обкома КПСС был непреклонен: взорвать!

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

Почти у каждого города есть свои символы: Эйфелева башня и крыши Монмартра - в Париже, Биг Бен - в Лондоне, высоченный собор - в Кельне, Русалочка - в Копенгагене... У нас таких символов два. Один - кёнигсберг­ский, исчезнувший в конце шестидесятых. Другой - “совково”-калининградский, торчащий в центре города вот уже третий десяток лет. Королевский замок - и Дом Советов.

...Королевский замок был построен после 1255 года - вскоре после похода короля Оттокара в Самбию. В XIV веке в замке располагался маршал - военный руководитель Тевтонского ордена (глава ордена - Великий Магистр - находился в замке Мариенбург). Однако в 1457 году поляки лишили Великого Магистра тамошней резиденции (из Мариенбурга он драпал по болотам). В результате маршалу пришлось потесниться. А после 1525 года, когда было упразднено орденское государство, а на его территории создано прусское герцогство, замок стал резиденцией прусских герцогов.

(Комната герцога Альбрехта отличалась редкостной красотой. Крошечная, с огромным - по ее масштабам - камином, она была искусно оформлена придворным столяром Гансом Вагнером резьбой по венгерскому ясеню. На этаже, где жила семья герцога, в эркерной комнате был помещен герб с двадцатью семью цветными полями, в середине которого прусский орел держал в когтях серебряную литеру S - ленный символ короля Польши Сигизмунда. Кстати, жилые покои герцогини позже занимала королева Луиза, и ее более чем скромная мебель стояла там вплоть до уничтожения замка.)

18 января 1701 года, после коронации курфюрста Фридриха III (который сам себе надел корону), замок стал королевской резиденцией - и оставался ею на протяжении двух столетий, до 1918 года, когда в результате революции в Германии был свергнут император Вильгельм II. (Кстати, 18 января 1871 года, после победы во франко-прусской войне, тогдашний король Вильгельм II в Версале был объявлен императором. Так что Королевский замок можно бы назвать и Императорским - но почему-то не стали.)

Долгое время над широкими воротами замка, выдержанными в духе Ренессанса, было выбито латинское изречение “Turris Fortissima nomen Domini” (“Твердость крепости и есть наш Бог”) и девиз герцога Альбрехта: “Parcere subjectus et debellare superenbos Principis officium est - Musa Maronis ait. Sic regere hunc populum, princeps Alberte memento. Sed cum divina cuncta regentis ope” (“Доброта к верноподданным, но борьба не на жизнь, а на смерть с преступниками. Это есть долг правителя. Так вспоминал народ о герцоге Альбрехте, руководившем своей терпеливой рукой как наместник Божественного права”).

И как бы в знак того, что у немцев слово не расходится с делом, 25 августа 1731 года в замковом дворе был повешен военный советник фон Шлюбхут, уличенный в растрате государственных средств.

В средние века (мы об этом писали) башня Королевского замка использовалась в качестве пожарной каланчи. Наверху, под самым шпилем, жил сторож. Если где-то в городе он замечал пожар, то вывешивал - с соответствующей стороны - флаг (если дело происходило днем) или горящий фонарь (в темное время суток). И жители могли ориентироваться, откуда ждать опасности и куда бежать на помощь.

Также с башни (имевшей в высоту 82 метра со стороны замкового двора) два раза в сутки городские музыканты играли хоралы. На восходе солнца звучала церковная музыка “Боже, не оставь нас своей милостью”, на закате - “Спокойно спят луга, поля”.

...В 1737 году в подвалах северного флигеля был открыт винный ресторан “Блютгерихт” (“Кровавый суд”), снискавший впоследствии всемирную известность.

В 1937 году ресторан торжественно отметил свое двухсотлетие. Посетителям наливали вино “Блютгерихт” №7, более чем столетней выдержки.

В 1924 году (об этом мы тоже писали) замок был переоборудован под музейный комплекс. Там разместились городская картинная галерея, прусский музей и музей Ордена, управление по охране памятников.

Королевский замок

В августе 1944-го, в ту роковую для Кёнигсберга ночь, когда город подвергся массированной бомбардировке, замок практически выгорел. В 1945-м, накануне штурма Кёнигсберга советскими войсками, гауляйтер Восточной Пруссии Кох собирался затащить на башню замка здоровенную пушку, чтобы жахнуть по нападающим. Но комендант города генерал Ляш этой идеей не вдохновился. Чтобы спасти историческую достопримечательность, он распорядился устроить в замке лазарет, охраняемый всего десятком эсэсовцев, которые во время штурма не оказали вообще никакого сопротивления.

Калининградец Юрий Новиков вспоминает:

- Королевский замок уничтожался поэтапно. Сразу же после войны на его территории заработала камнедробилка: заготавливался кирпич. Постоянная вибрация, а также снег и дождь привели к тому, что в ночь с 14 на 15 декабря 1952 года рухнули верхние этажи главной башни. Прямо на проезжую часть. После этого (в материалах Государственного архива Калининградской области на сей счет имеются шесть документов) какое-то время остатки башни еще пытались сохранить, но... городские власти распорядились: взорвать! И с помощью 810 кг тротила башня вместе со всем южным крылом замка исчезла навсегда. Взрывали ее в период с 12 февраля по 10 марта 1953 года.

Королевский замок

Но продолжали стоять: все западное крыло, башня Хабертурм, огромнейшее, почти кубической формы здание - бывшая летняя резиденция прусских королей - созданное по проекту архитектора Шультайса фон Унфрида, фрагменты стен...

Судьба Королевского замка еще не была решена окончательно. Как, собственно, и судьба всего города. С одной стороны, первый главный архитектор Калининграда П.В.Тимохин считал, что “<...> город Кёнигсберг и Кёнигсбергская область реконструироваться не будут”. И писал на имя секретаря ЦК ВКП(б) Маленкова: “Прошу дать указание создать в г. Калининграде республиканский центр по разборке зданий, который мог бы централизованно снабжать строительными материалами, полученными от разборки <...> любые стройки страны <...> Только по Калининграду можно получить от разборки разрушенных зданий около двух миллиардов штук кирпича, благодаря чему можно сэкономить основные капиталовложения на строительство 20-25 кирпичных заводов”.

Королевский замок, 1901 год

С другой стороны - с начала 50-х годов в центре города полным ходом шла расчистка завалов, обустраивался Ленинский проспект.

21 марта 1959 года градоначальник распорядился отремонтировать (!) подпорную стенку западной террасы замка.

Но в этом же году - 22 июня (!) - создается комиссия по вопросу о сносе семиугольной башни Хабертурм, которая якобы “...угрожает обвалиться на трамвайные пути”.

(Башню сносят. Замок, превращенный в руины, стоит еще несколько лет. Пока Косыгин, тогдашний председатель Совета Министров СССР, наведавшись в нашу область, не поинтересовался у тогдашнего первого секретаря обкома КПСС Коновалова: “А что это у вас за х...ня в центре города?”

1966 год

Тот будто бы ответил: “Здесь мы собираемся замок восстановить и открыть краеведческий музей”. На что Косыгин, чуть не подавившись языком от возмущения, будто бы рявкнул: “Музей чему?! Прусскому милитаризму?! Вы что, ох...ели?! Чтоб завтра же его здесь не было!” И Коновалов начинает действовать, - прим. авт.)

6 июня 1966 года появляется решение “О проекте детальной планировки центра города”. С резолюцией Коновалова: “Одобрить. Дом Советов расположить на территории бывшего Королевского замка”. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит. “Гнилой зуб прусского милитаризма должен быть вырван!!!”

1-го августа 1966 года создается комиссия “для разработки мероприятий по разборке замка”. К 27 августа она накропала детальный план из множества пунктов, вплоть до организации специального штаба по руководству взрывными работами и вывозу завалов (предполагалось получить около 220 тысяч кубометров кирпично-булыжного крошева).

Королевский замок

...Калининградская интеллигенция пыталась бороться. Писатель Юрий Иванов (ныне покойный), историк Виктор Строкин добрались до грозной и могущественной Фурцевой, министра культуры, и даже почти убедили её в том, что замок необходимо сохранить. Но изменить генеральную линию партии и Фурцевой оказалось не под силу. 30 октября 1965 года в “Литературной газете” было напечатано открытое письмо, подписанное В. Еремеевым, председателем правления Калининградского отделения Союза архитекторов, Л. Зорькиным, главным архитектором института “Калининградгражданпроект”, В. Ерашовым, ответственным секретарем Калининградского отделения Союза писателей РСФСР, Г. Зуевым и П. Шемендюком, Героями Советского Союза, участниками штурма Кёнигсберга:

“<...> над замком нависла угроза уничтожения <...> Замок, имеющий архитектурно-художественное значение как памятник зодчества прошлых веков, придающий городу своеобразный, неповторимый облик, должен быть спасен!”

4 ноября 1965 года “подписантов” по очереди вызывали “на ковер” к Коновалову. В нашем распоряжении оказались эксклюзивные материалы - запись беседы, состоявшейся у Коновалова и секретаря обкома КПСС по вопросам идеологии Д.Н. Никитина с В. Ерашовым.

Коновалов: “Мы пригласили вас для неприятного разговора. Прочитали в “Литературной газете” письмо о замке. Какой дурак - я еще мягко выражаюсь, но вы можете подставить другое слово! - мог сочинить и напечатать такое! Сохранять, восстанавливать фашистский замок, гнездо прусской реакции! И этого требуют советские люди, коммунисты, деятели искусства! Ведь это же идиотизм! Это идет на руку западно-герман­ским реваншистам, они теперь рассыпаются в благодарностях! Нет, какой дурак мог написать такое письмо?! Мы вас слушаем”.

Первый секретарь обкома КПСС (в шляпе) Н.С. Коновалов

Ерашов: “Если вы разговор намерены вести в таком тоне, я встану и уйду. Я никому не позволю себя оскорблять”.

Коновалов: “Я вас не оскорблял. Вот, у меня свидетель есть. (к Никитину) Разве я его оскорбил? (Никитин мотает головой)

Ерашов: “Да, вы только спросили, какой дурак и идиот написал такое письмо... Но ведь подписи этих людей стоят в газете, и вы вызвали меня сюда... Значит, вам известно, кого вы называете дураком. Тем более, что вы прекрасно понимаете, что из уважения к вашему возрасту я вам отвечать в таком тоне не могу”.

Коновалов: “Хорошо, давайте поговорим спокойно. Давайте условимся: здесь нет ни секретарей обкома, ни члена ЦК КПСС... Есть трое коммунистов. Поговорим на равных, как коммунисты <...> Скажи, как у тебя поднялась рука защищать фашист­ский замок?!”

Королевский замок, 1945 год

Ерашов: “Насколько помню, в четырнадцатом веке фашистов не было и в помине, а были “псы-рыцари”. Но ведь и не они строили замок, а литовские, прусские, чешские крестьяне. Материальные ценности создает народ”.

Коновалов: “Это фашистский замок, и мы его взорвем!”

Ерашов: “Дело ваше. Конечно, если захотите, то взорвете. Но это будет варварством”.

Коновалов: “<...> Это - резиденция прусских королей, отсюда они угнетали народ. Взорвем и построим на этом месте новые дома. Чтоб немецкого духа здесь не осталось!”

Ерашов: “...Если следовать вашей логике, то надо взорвать Кремль и Зимний дворец - бывшие резиденции русских императоров... А если искоренять немецкий дух в Калининграде, то надо взрывать все уцелевшие здания, в том числе и дом, в котором мы сейчас разговариваем, ведь это бывшее министерство финансов Восточной Пруссии...”

Коновалов: “Ты вот “Свободную Европу” слушаешь?”

Ерашов: “Нет, не слушаю. У меня приемник плохонький, только Москву и Калининград берет”.

Королевский замок, 1947 год

Коновалов: “А я вот слушаю! Так вот, они орут: “Спасибо господину Ерашову за то, что он выступил в защиту национальной святыни германского народа!” (Цитирует запись радиоперехватов - пять или шесть источников).

Ерашов: “Меня лично мало волнует, что там про меня скажут. Процитирую любимое выражение Маркса: “Стой прямо и не беспокойся, что тень кривая”.

Коновалов: “И что нам теперь делать с этим замком?”

Ерашов: “Думаю, теперь остается единственное: сохранить его”.

Никитин (поднимается): “Да чтоб моя мать пошла на воскресник - чистить это фашистское гнездо?! Никогда не допущу такого!”

Ерашов: “Ну при чем тут ваша мать? Никто и не просит. Проще все это делается: позвонить генералу Абрамяну, он выделит полк солдат”.

Коновалов: “<...> У нас в городе тысячи людей нуждаются в жилье, а вы ставите вопрос о восстановлении замка, это потребует огромных расходов, и мы на такое не пойдем никогда”.

Ерашов: “Мы не ставим вопрос о восстановлении, мы говорим: надо сохранить то, что осталось. На это средств больших не потребуется, можно обойтись силами общественности для приведения руин в санитарный порядок. Только и всего”.

Коновалов: “Мы созвонимся с Москвой и настоим на своем: замок надо взрывать”.

Ерашов: “Ваша воля <...> Я остаюсь при своем мнении. Вы меня не переубедили”.

Королевский замок

(Интересное дело! Тогда, всего-то через десять с небольшим лет после смерти Сталина, в стране, еще помнившей, как людей сажали в лагеря за анекдот... за бутерброд, неосмотрительно завернутый в газету с портретом вождя - как спокойно и свободно разговаривает интеллигент с Главным Лицом Калининградской области. Смело ставя на карту собственную будущность - ради спасения чужого исторического памятника. А где сегодня наши интеллигенты? Сегодня, когда возвышение голоса в защиту вырубаемого сквера или ландшафта, который вот-вот будет чудовищно изуродован очередной новостройкой, им, интеллигентам, ничем особенным не грозит. Ау-у!.. А в ответ - тишина. Нехорошая какая-то. Мертвая, - прим. авт.)

Руины Королевского замка. 1967 год

...Потом случилось еще много всякого. Героя Советского Союза Шемендюка “дожали” - он отказался от своей подписи под обращением в “Литгазету”, другие “подписанты” были зачислены в пособники “реваншистов”... Их выбросили из культурной и научной жизни страны: писателей перестали печатать, историков поувольняли... Был разогнан Клуб калининградской интеллигенции, существовавший при музыкальной школе им. Глиэра... Но люди, бессильные помешать уничтожению Королевского замка, долг свой перед историей выполнили до конца: архитектор Юрий Ваганов запечатлел все этапы разрушения памятника (половину фотографий и негативов у него потом отобрали “люди в штатском”), главный архитектор Светлогорска Владимир Осипов (ныне покойный) снял об этом целый фильм (впоследствии тоже изъятый)...

Королевский замок

- Первые плановые взрывы, - это продолжает свой рассказ Юрий Новиков, - прогремели 12 апреля 1967 года. В магазинах “Детский мир” и “Ромашка”, в молодежном кафе, расположенном рядом с замком, был объявлен нерабочий день. С 11.00 до 13.00 - перекрывается все движение, выставляется оцепление.

Следующая серия взрывов прогремела 9 декабря 1967 года, 3 января и 12 февраля 1968-го. С 10.00 до 17.00 в эти дни заваливалось мощнейшее западное крыло замка. В газете “Калининградская правда”, на последней странице, мелко-мелко читателей уведомляли об изменении маршрутов городского транспорта. О замке, естественно, не говорилось ни слова.

В сентябре 1968 года городские власти обратились к командованию высшего инженерного училища с просьбой “выполнить буро-взрывные работы по разрушению остатков замка и крупногабаритных глыб”. Для курсантов это были обычные учебно-практические занятия: закладка множества 75-граммовых шашек, ослабление взрывами стен, заваливание их с помощью тросов танковых тягачей.

1967 год

Разборка руин завершилась к 1 января 1969 года. Серия очередных взрывов должна была разнести на молекулы последние уцелевшие фрагменты замка. 7 мая, 14 августа, 11 ноября... последний взрыв - 27 мая 1970 года - “закрыл тему” Королев­ского замка. Навсегда - так думалось партийным и городским властям.

А уже 13 ноября 1970 года Совет Министров РСФСР утвердил строительство в Калининграде Дома Советов. (Идеологическое обоснование - железное. На месте, где столетиями короновались прусские короли, воздвигнуть материальный символ новой власти - советской. Незыблемо воздвигнуть. На века.

Вместо тех самых квартир, в которых остро нуждались калининградцы и о которых толковал Коновалов в беседе с “реваншистом” Ерашовым.)

17 ноября по этому вопросу в Совмине состоялось специальное совещание, на котором и было определено: “...С 1 декабря 1970 г. приступить к строительству Дома Советов”. Запланированная дата завершения стройки: 1974 год!

Королевский замок, 1968 год

Проект “двойной колоды” (так окрестила это здание графиня Марион Дёнхофф, попутно обозвав его “самым уродливым в мире”) был разработан в творческой мастерской ЦНИЭП архитектором Ю. Шварцбреймом.

Справедливости ради следует сказать, что Шварцбрейм предполагал выстроить дом (куда из ненавистных Коновалову “немецких домов” должны были “переехать” обл-исполком и обком партии) из стекла и бетона. Но местная промышленность в начале 70‑х могла предложить лишь навесные панели из бетона. Проект пришлось “подкорректировать”. Генеральным подрядчиком будущего Дома Советов выступило СМУ‑4 объединения “Калининградстрой”.

И завертелось: в землю было забито 1148 свай. А в смету - первоначально - около 5.000.000 рублей. Но этих (больших по меркам семидесятых годов) денег не хватило даже на то, чтобы построить коробку. Пришлось просить у Совмина дополнительного финансирования. Москва выделила деньги, но в обмен на дополнительную поставку продовольствия: на территории Калининградской области в 1979 году была фактически введена продразверстка, с прилавков исчезло даже молоко - а Литва взвыла от участившихся “колбасно-молочных” набегов. Впрочем, это уже совсем другая история...

1968 год

А что касается Королевского замка... У каждого из нас, не успевших (по возрасту) увидеть его и запомнить, но знавших о том, что когда-то он БЫЛ - имелось собственное о нем представление. Я, например, в детстве рисовала его то очень похожим на крепость средневекового феодала (как на картинке в учебнике истории), только из темно-красного кирпича... то почему-то очень легким, воздушным, увитым плющом и шиповником, как в сказке про спящую красавицу... И даже сегодня, когда я видела уже сотни изображений реального замка, тот - сказочный - еще колышется зыбким маревом “как сон, как утренний туман”.

Сегодня замок вроде бы собираются восстанавливать. Не приведи Господь. Ведь никто из господ инвесторов не будет вкладывать очень большие деньги в настоящую, неторопливую, любовную РЕКОНСТРУКЦИЮ. Быстренько сляпают “новодел” подешевле, разобьют на клетушки и зальчики для арендаторов, откроют в подвале гламурненький ресторанчик под названием “Кровавый суд” - и, не церемонясь, окрестят все это Спасением Исторического Памятника. (Еще и участок земли в центре города получат - под Спасение-то - по льготной цене. Дескать, не для себя стараемся - для Истории!..). Так и добьют его окончательно. Да так окончательно, что Коновалову и не снилось. Ведь чтобы некий символ исчез, мало его уничтожить - гораздо лучше его ПОДМЕНИТЬ. Как псевдоготические башенки подменяют собою стиль, а фонтанчики, кустики и фонарики - красоту и изящество.

...Ну а прогулки по Калининграду-Кёнигсбергу продолжаются. Маршрутов на наш век хватит. Вот только... детям - останутся ли?..

Д. Якшина

   

236040, г. Калининград
ул. Черняховского, 17
(второй этаж)
тел. (4012) 991-210

Архив номеров
Архив номеров