Новые колеса / Кёнигсберг - Калининград / СВЯЩЕННАЯ СЕКИРА. Неверным жёнам в Хайлигенбайле отрубали головы

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

Наша сегодняшняя “прогулка” - по Хайлигенбайлю (ныне - Мамоново). И “сопровождают” нас краевед Геннадий Лебединцев, чья книга “Cтраницы истории города Мамоново” увидела свет в 2007 году, и... глава муниципального образования “Мамоновский городской округ” Олег Шлык. “Чёрных археологов”, для которых окрестности Хайлигенбайля - в буквальном смысле “земля обетованная”, мы в попутчики не брали.

Свою жену отдал гостю

Итак, первое поселение на месте Хайлигенбайля-Мамоново возникло ещё в те времена, когда территория Восточной Пруссии принадлежала пруссам. Неподалеку (в районе современной Липовки) располагалось центральное святилище пруссов Ромове-Рикойто.

По преданиям, в ветвях гигантского дуба жили три божества: Перкуно (бог грома, с огненно-красным лицом и чёрной курчавой бородой), Потримпо (бог войны и земледелия), с венком из колосьев на голове, и Патолло (бог смерти) - старец с белыми волосами. Дуб был окружён высоким забором. Приближаться к священному дереву мог только верховный жрец и его помощники.

Здесь совершались жертвоприношения (иногда - человеческие), а также обряды и праздники. Собравшихся обрызгивали пивом, соединяя таким образом “мир людей” с “миром богов”. Потом мужчины пили пиво из особых ритуальных сосудов и начинали петь и молиться...

Женщины к священному дубу не подходили и на пушечный выстрел (говоря более поздним языком). Им вообще жилось не очень весело: во время еды им запрещалось садиться за один стол с мужем (или отцом); по воле мужа жена превращалась в наложницу гостя. Именно женщины выполняли основную работу по дому: отвечали за сохранность огня в очаге (накрывая его на ночь специальным сосудом с отверстиями), готовили пищу, пекли хлеб, пряли шерсть, шили одежду, лепили из глины посуду...

Месть за смерть Адальберта

Впрочем, если учесть, что пруссы (по свидетельству историков) были голубоглазыми, белокурыми, высокими и стройными... а женщины считались “дефицитным товаром” (как правило, на каждую семью приходилось не более одной дочери - остальные уничтожались сразу после рождения)... то статный голубоглазый блондин доставался практически каждой. А он, в свой черед, задаривал её браслетами, бусами, серьгами из янтаря и металла, обеспечивал мехом бобра, куницы, ласки, добывал ей стекло и монеты для украшений и т.д., и т.п. Да и в постельных утехах, скорей всего, был чертовски силён...

Впрочем, мы отвлеклись от темы.

Флаг отряда из Хайлигенбайля, участвовашего в битве при Грюнвальде. 1410 год

Впоследствии основное святилище пруссов (Ромове-Рикойто) неодно-кратно переносилось - после того, как пруссы убили епископа чешской столицы Адальберта, прибывшего к ним в качестве миссионера, а польский князь Болеслав I уничтожил Ромове, мстя за смерть Адальберта.

Так вот, на пороге Средневековья на холме, неподалеку от места слияния речек Ярфт (Витушка) и Банава (Мамоновка), возникло поселение под названием “Свентемест” (“Священное поселение”).

Когда в Пруссию вторглись войска Тевтонского ордена, Свентеместу досталось изрядно. Его занимали рыцари - его освобождали от рыцарей в ходе восстания пруссов - его снова отдавали во власть Ордена - и снова отбивали во время другого восстания...

Сжёг на костре своего друга

Много их было, гордых и смелых пруссов, которые, может, и “тормозили прогресс” (если считать язычество, за сохранение которого они бились, “отсталым” по сравнению с христианством), но делали это не щадя живота своего. Один такой - Генрих Монте, с детства обласканный рыцарями, получивший образование в Магдебурге (крестоносцы готовили его, принадлежавшего к знатному прусскому роду, к духовной деятельности), возглавил особо мощное восстание.

Хайлигенбайль. Марк-платц. 1930-е годы

Неподалеку от Свентеместа он даже принёс в жертву прусским богам захваченного в плен рыцаря Хиршхальса из Магдебурга, своего друга юности.

Правда, Хиршхальс был выбран для жертвоприношения не по указанию Монте, а словно бы самой Судьбой: жрецы трижды бросали жребий - и трижды он выпадал именно Хиршхальсу. Хотя захвачено в плен было более двадцати крестоносцев.

Злосчастный рыцарь, сидя верхом на боевом коне, сгорел в пламени ритуального костра... Но это не принесло удачи Генриху Монте: вскоре, в очередном сражении, он был ранен, скрылся в лесу, после долгих скитаний был схвачен крестоносцами, которые всласть поиздевались над ним, а затем повесили на дереве у дороги, ведущей в Кёнигсберг, и уже повешенного пронзили мечом. Так что земля Хайлигенбайля-Мамоново частенько собирала кровавую жатву...

Не могли срубить дуб

С 1301 года начинается немецкий период в истории поселения. “Свентемест” в переводе на немецкий звучало как “Хайлигенштетте”. Поэтому, дав поселению городские права, его нарекли “Хайлигенштадт”.

Но прусский язык был ещё жив - как жива была и легенда о священном дубе и о топоре, который будто бы зарыт в священной земле. Так что сначала название трансформировалось в “Хайлигенбиль” (“билль” - искаженное прусское “пил”, т.е. крепость), а позднее вместо “билль” возникло слово “байль”, т.е. секира. В итоге получился Хайлигенбайль, т.е. Священная секира.

Кстати, о дубе и топоре так писал русский историк Николай Карамзин:

“Тут возвышался некогда величественный дуб, безмолвный свидетель рождения и смерти многих веков, дуб - священный для древних обитателей сей земли. Под мрачной его тенью обожали они идола Курхо, подносили ему жертвы и славили его в диких своих гимнах. Немецкие рыцари <...> покорив мечом Пруссию, разрушили алтари язычества и на их развалинах воздвигли храм христианства... Долгое время не могли срубить дуба <...> топоры отскакивали от толстой коры его, как от жёсткого алмаза, но, наконец, сыскался один топор, который разрушил очарование, отделив дерево от корня, и в память победительной секиры назвали сие место Хайлигенбайль”.

По мнению собирателя прусских легенд Каспара Хенненбергера, упомянутый дуб находился там, где сейчас стоит памятник Н.В. Мамонову. По другой версии, он рос на месте, где потом построили церковь.

Ветряные мельницы

Пень от срубленного священного дуба и прыгающий на него волк были изображены на первом городском гербе. В XV веке появились перекрещённые секиры (этот символический образ просуществовал на городских печатях вплоть до 1938 года). Герб города Хайлигенбайль Герб района Хайлигенбайль

Как элемент безопасности города, рыцарями была возведена крепостная стена (её остатки существуют и поныне). За стеной город был окружён глубоким рвом. А поперёк речки Ярфт (Витушки) была насыпана дамба, разделившая речку на два рукава, что позволило построить водяную мельницу (сейчас на её месте гостиница “У моста”).

В XV веке вокруг города появились ветряные мельницы - десятка два. Одна из них, недалеко от бывшей деревни Томсдорф (ныне не существующей), находилась на высоте 55 метров над уровнем моря.

С неё открывался прекрасный вид на Хайлигенбайль, а в хорошую погоду можно было рассмотреть башни собора в Фрауенбурге (ныне - польский Фромборк). Кстати, ветряные мельницы сохранились вплоть до 30-40-х годов ХХ века. Правда, по своему прямому назначению они уже не использовались, но ландшафт собой украшали изрядно.

В качестве “орденского” города Хайлигенбайль жил суровой и скудной жизнью. Горожане (в том числе смирившиеся и обращённые в христианство пруссы) несли воинскую повинность, неоднократно принимали участие в боевых действиях Ордена.

Вот и 15 июля 1410 года в знаменитой Грюнвальдской битве среди наёмных солдат комтура Ордена графа фон Цоллерна было несколько отрядов из Хайлигенбайля... Фон Цоллерну в финале битвы удалось избежать плена, рядовым воинам такая удача не улыбнулась. Флаг отряда из Хайлигенбайля долгое время хранился в соборе Кракова как один из военных трофеев.

Кровь и пиво

Среди “мирных профессий” особенно ценились ремёсла каменщиков, плотников, стекольщиков, сапожников и пивоваров. Кстати, пиво в Хайлигенбайле считалось не напитком, а... едой. И было подробнейшим образом расписано, кто, когда и в какой очерёдности его варит.

Интересно, что высокой чести заниматься пивоварением удостаивались лишь избранные горожане, проживавшие в домах на центральной площади города. И только в 1597 году был объявлен новый закон, расширявший круг “допущенных”.

Пиво из Хайлигенбайля пользовалось очень хорошей репутацией далеко за пределами города. Известно, что в XVII-ХVIII веках некоторые польские города были вынуждены запретить ввоз хайлигенбайльского пива, чтобы не допустить разорения собственных пивоваров.

Особую популярность снискал сорт под названием “Мартовское солёное” - он имел специфический солоновато-терпкий вкус, благодаря повышенному содержанию соли в воде одного из местных колодцев. Иногда хайлигенбайльские пивовары, выясняя, чей напиток лучше, дрались между собой. В общем, здешняя земля не одну сотню лет обильно поливалась кровью... и пивом.

Нравы в средневековом городе отличались крайней жестокостью. Почти поголовно горожане были неграмотны. К публичным развлечениям, кроме балаганных зрелищ и выступлений странствующих комедиантов, относились... казни, совершаемые на городской площади. Воров - топили, отрезали им уши и пальцы, рубили руки... Неверным жёнам, дважды уличенным в прелюбодеянии, отрубали головы.

Вешали беременных

Девиц, зачавших ребёнка вне законного брака, подвергали порке, а позже - вешали. Как правило, ДО ТОГО, как внебрачный ребёнок являлся на свет. Если только его отец или кто-то из посторонних мужчин, из корыстных целей или по душевному порыву, не успевал “покрыть грех” - то бишь, не женился на “падшей” девушке. В этом случае ребёнку давали родиться, а вот судьба его матери оставалась в подвешенном состоянии. Всё зависело от того, богат ли её заступник, родовит ли он...

По крайней мере, внебрачные дети знатных рыцарей Тевтонского ордена жили припеваючи в семьях, где роль “отца” доставалась какому-нибудь негордому селянину вместе с солидной приплатой. И перед судом подруги “братьев Христовых” представали нечасто. А, вырастая, дети некоторых рыцарей сами вступали в Орден - их “непорочные” отцы умудрялись выправить им все необходимые бумаги...

Эпоха Реформации ничем особенным в Хайлигенбайле не “отметилась”. Разве что 24 ноября 1563 года герцог Альбрехт учредил здесь богоугодное заведение - приют Святого Георга. В 1865 году приют “переехал” во вновь построенное здание - теперь это общежитие рыбоконсервного комбината, или Торговый дом.

Во время Тридцатилетней войны Хайлигенбайль пятьдесят лет (!) находился под шведской оккупацией. В это же время житель города Андреас фон Крейтцен сумел выдвинуться... в ландхофмайстеры Пруссии! Вроде бы он оказал какую-то услугу польскому королю Владиславу IV, а тот, в порядке ответной любезности, взял его под своё покровительство.

Деньги в чашках  с уксусом

В 1677 году Хайлигенбайль сильно пострадал от пожара. Сгорела вся центральная часть города, включая каменные постройки, школу и ратушу. От церкви осталась фактически только коробка. Её восстанавливали более тридцати лет и закончили работы только к 1709 году - “чёрному” году, когда в городе в очередной раз началась эпидемия чумы (до этого особенно “чёрными” годами были 1514-й и 1629-й).

Предшествовавший неурожай, голод и необычайно холодная зима увеличили масштаб трагедии: чума унесла 1.147 человеческих жизней. Город был закрыт, оцеплен. Заражённые дома сжигались дотла. Жителей, не желавших соблюдать карантин, вздергивали на виселицах. День и ночь на улицах горели костры из можжевельника, чтобы “забить” трупный запах.

В торговых заведениях покупатели клали деньги в чашки с уксусом - оттуда их потом забирали продавцы. Специальные команды собирали на улицах мёртвые тела и на телегах, обвешанных колокольчиками, везли на кладбище - хоронить в общих могилах, под слоем негашеной извести.

При отпевании мёртвых колокол в церкви не звонил: запретили. Чтобы не увеличивать страх живых беспрерывным тоскливым звоном. Но! Всё это время из чумного города... вывозились за границу тонны пива! Так велики были известность и притягательность производимого здесь напитка.

Кстати, тогда же в Хайлигенбайле открылась первая аптека.

Двуглавый орёл и... чай

После опустошительной эпидемии чумы король Пруссии пригласил в Хайлигенбайль (и на другие обезлюдевшие территории Восточной Пруссии) колонистов. Французы, голландцы, австрийцы, представители других национальностей - все они охотно оседали в здешних краях. Забавно, что всяческая помощь переселенцам оказывалась на основании Потсдамского указа от 29 октября 1684 года (так что Потсдамская конференция 1945 года, давшая старт ДРУГИМ переселенцам, была, в каком-то смысле, не первой). Им выдавались пособия на проезд, проводники и путевые указания.

В XVIII веке через Хайлигенбайль проезжали многие знаменитости. Здесь побывал архитектор Растрелли - будущий создатель Зимнего дворца в Санкт-Петербурге. Здесь были М.В. Ломоносов и будущий президент Академии наук России, последний гетман Украины Кирилл Разумовский...

В 1736 году город получил, как привилегию, право на проведение ярмарки. Особым спросом пользовались изделия местных столяров и токарей по дереву - детские деревянные игрушки, курительные трубки, миниатюрные копии предметов быта.

...Потом было много всякого. В Семилетнюю войну Хайлигенбайль под звон колоколов и бой барабанов раскрыл ворота для русской армии, а в феврале 1758 года все жители торжественно присягнули императрице Елизавете Петровне. Прусские гербы во всех официальных местах были заменены на российского двуглавого орла - многие жители вывешивали орла и над дверями своих домов, чтобы защитить своё имущество именем императрицы.

Кстати, тогда же жители Хайлигенбайля (как и других городов Восточной Пруссии) впервые попробовали... чай.

Радищев и Кутузов

Потом, как известно, был недолгий период мира (умерла Елизавета, а её “царственный наследник” Пётр III, немецкий принц Карл Пётр Ульрих, добровольно вернул прусскому королю завоёванные территории). В Хайлигенбайле побывали Радищев, Фонвизин, уральский горнозаводчик (олигарх, как сказали бы сегодня) Демидов, М. Кутузов...

В период наполеоновских войн население Хайлигенбайля собирало для русской армии продовольствие, обувь, одежду - а в 1813 году жители вступали в армию сами, создавая отряды ополчения...

Вторая половина XIX века и ХХ век - по 1914 год - вошли в историю города как самое, пожалуй, сытое и благополучное время. Хайлигенбайль активно развивался. Были построены десятки зданий, в том числе почта, больница (функционирующая в этом качестве и поныне), школа... В городе появилась собственная газета (её последний номер вышел 18 марта 1945 года).

В ходе Первой мировой войны Хайлигенбайль не пострадал. Правда, в него ринулся поток беженцев... И через него прогнали 70.000 домашних животных, эвакуируемых в центральную часть Германии. А из 600 горожан, призванных в армию за четыре года войны, 75 не вернулись. На новом евангелическом кладбище был воздвигнут мемориал - в том числе, на братской могиле двенадцати российских солдат (пленных, умерших от ран).

“Котёл”  и 16 героев

В период Веймарской республики население Хайлигенбайля составило 5.178 человек. В городе появилось электричество и была проведена канализация. Так же, как ещё одна из “примет цивилизации”, в Хайлигенбайле был построен кинотеатр - неподалеку от мельницы. Только за один год в нём было продано 33.576 билетов! (До этого фильмы показывались эпизодически, в помещении пивоварни.) Советские Т-34 во взятом Хайлигенбайле. 1945 год

Но... наступали новые времена. К власти пришёл Адольф Гитлер. В 1936 году - впервые за 103 года - в Хайлигенбайль вступили подразделения военного гарнизона, который был расквартирован в спешно выстроенных казармах. Кстати, батальон из Хайлигенбайля закончил свой путь в “котле” под Сталинградом... А впереди был Хайлигенбайльский “котёл”! Последний опорный пункт обороны немцев на побережье залива Фришес-Хафф...

Город, укреплённый со всех сторон, из “неприступной твердыни” (как задумывалось) превратился в общую могилу: более 160.000 солдат и офицеров вермахта угодили в “котёл”... Только в плен было взято 46.000 человек!

16 званий Героя Советского Союза было присвоено особо отличившимся в боях, а 25 марта 1945 года Москва салютовала участникам штурма Хайлигенбайля двенадцатью артиллерийскими залпами из 124 орудий.

Город представлял собой дымящиеся пепелища, огромные воронки и груды кирпича. Сохранилось очень немногое. Кстати, Н. Мамонов, в честь которого город назван, погиб не здесь, а в Польше - но в те дни, когда его полк штурмовал Кёнигсберг, вышел Указ о присвоении ему звания Героя Советского Союза... И уже позже, после окончания боев, останки командира геройского полка перевезли в Хайлигенбайль и перезахоронили.

“Рай земной”  для контрабандистов

После войны судьба Мамоново складывалась вполне типично. Территория, ставшая приграничной, была объявлена закрытой. Мамоново. 2009 год. “Дорога Счастья” к православному храмуЖелезнодорожного и автобусного сообщения с Калининградом долго не было. Правда, в городе была создана школа усовершенствования кадров командного плавсостава и специалистов рыбной промышленности. А на рыбоконсервном комбинате (градообразующем предприятии) наладили выпуск шпрот на экспорт. Сейчас об этом напоминает только памятник шпротам - “консервная банка” напротив Дома культуры.

Пока был жив Советский Союз, дела в Мамонове обстояли более-менее неплохо. Ну а потом... открылась граница, народ устремился в “челночный бизнес”. Как практически все приграничные территории, “страна Мамония” превратилась в “рай земной” для контрабандистов (причём с обеих сторон границы). Ужесточение визового режима “прихлопнуло” челноков. Им пришлось менять “вольный образ жизни”. Вот только - на что?..

- В 2006 году, - говорит глава муниципального образования Олег Шлык, - я был в Германии на общем заседании землячества “Хайлигенбайль”. И вдруг встаёт пожилая женщина и начинает кричать: “Почему мы должны принимать русского мэра нашего города?! Я помню, как маленькой девочкой бежала по льду, а по мне стреляли русские лётчики...” Пока я думал, что делать - встать и уйти? - поднялся пожилой немец: “А кто развязал эту войну? Кто сжигал русские деревни, создавал концлагеря? Нам нужно думать не об этом, а о том, как жить друг с другом теперь”.

За подкуп избирателей

- Когда я избрался в марте 2006 года, город был в загнанном состоянии. Он не участвовал ни в одной программе - ни федеральной, ни областной. Люди ни во что не верили... И вот - сейчас в городе нет ни одной крыши, которая бы протекала! Мы запустили начальную школу, которая простояла в “разобранном виде” семнадцать лет! Ремонтируем сейчас спортивный зал, благоустраиваем территорию...

У нас есть рабочие места: рыбоконсервный комбинат, “Шокомастер” (шоколадное производство), мебельная фабрика, агроферма по выращиванию норки, магазины потребительского общества... Запущен новый завод - по производству детского питания “Hipp”, есть завод по производству клейких лент, строится терминал по перевалке грузов, завершается реконструкция погранперехода...

Одна из улиц Мамоново. 2009 год

Мы включены в “Энциклопедию самых благоустроенных городов России” - и люди действительно стали следить за тем, как выглядят их дома, палисадники. На территории бывшего военного городка создан жилой комплекс “Адмирал” - казармы, стоявшие в жутком виде, перестраиваются под стильное, комфортабельное жильё...

У нас активная молодёжь. Действует молодёжный и подростковый клуб, недавно проводились выборы “дублера мэра” от молодежного правительства. Ребята создали три партии, у каждой был свой кандидат, своя программа. Потом одну из партий уличили в подкупе избирателей - пепси-колу раздавали, жевательную резинку... Сняли их с выборов. Всё серьёзно!

Я создал ассоциацию городов Балтийского побережья - и теперь наши ребята ездят в Польшу, а поляки - к нам (и всё это за европейские деньги). Мы почистили реку Мамоновку, чистим озеро... Будут построены очистные сооружения (а это дополнительный плюс для инвесторов - к примеру, для завода по производству сычужных сыров, который у нас планируют открыть).

Мы вступили в международный антиалкогольный проект - и двадцать четыре из пятидесяти девяти участников реально бросили пить! У нас впервые за многие годы смертность снизилась, а рождаемость выросла...

Лебеди на тротуаре

Олег Васильевич Шлык мог рассказать ещё очень о многом... О. ШлыкНо главное в Мамонове видно без слов. По сравнению со многими другими городками нашей области, в Мамонове у людей ДРУГИЕ ЛИЦА. Нет печати обречённости. Нет апатии. Никто (по крайней мере, мы не видели) не шатается средь бела дня без дела (или в подпитии). Люди - заняты, но спокойны и доброжелательны. Да что там - люди! Лебеди, живущие на озере почти в центре города, выбираются на тротуар, чтобы получить свой кусок белого хлеба! И едят - с рук, шипя только для приличия...

В общем, Мамоново, с его свежевыкрашенными фасадами домов, огромным ухоженным парком, в котором сохранились кресты немецким воинам, павшим в первую мировую - рядом с православным крестом русским воинам и мемориалом, установленным шесть лет назад тем, кто погиб в Хайлигенбайльском котле... Мамоново, с булыжными мостовыми (вместо “дырявого” советского асфальта), аккуратными клумбами, чистенькими крышами - редкий пример того, как сегодняшний провинциальный городок может быть похож... на себя самого, на немецкой открытке.

Ну а наши “прогулки” - продолжаются.

Д. Якшина



Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.



Номер карты "Сбербанка"  4817 7601 2243 5260.
Привязана к номеру            +7-900-567-5-888.

Или через Yandex.Money