Игорь Рудников

Учредитель

газеты,

журналист

Игорь

Рудников.

Депутат

Калининградской

областной

Думы

 
 

НАПИСАТЬ ПИСЬМО

Ваше имя (по желанию).

Если вы рассчитываете на ответ, сообщайте адрес своей эл. почты или телефон.

Текст письма*

Защита от автоматического заполнения

Введите символы с картинки*

* - обязательные поля

Новые колеса / Кёнигсберг - Калининград / ЖИВЫЕ И МЁРТВЫЕ В КЁНИГСБЕРГЕ. В архивах пылятся карточки с именами наших солдат, но они никому не нужны

  • ЖИВЫЕ И МЁРТВЫЕ В КЁНИГСБЕРГЕ.
    В архивах пылятся карточки с именами наших солдат, но они никому не нужны

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

Наша сегодняшняя “прогулка” по Кёнигсбергу - не для слабонервных. Скорее, это скорбное шествие. По концлагерям, которые существовали на территории Восточной Пруссии.

Измывались лагерные палачи

Истоки национал-социализма в общих чертах известны всем, кто учился в школе. Во-первых, последствия экономического кризиса (с 1929 по 1931 год только в Кёнигсберге обанкротились 513 предприятий, а число безработных составило 33 тысячи человек). Во-вторых, пестрота и разрозненность политических сил (“левые” в итоге так и не смогли договориться между собой). В-третьих, умелое жонглирование фразами. Нацисты говорили такие вещи, которые на фоне проигранной первой мировой и унизительного Версальского договора воспринимались населением как живительный бальзам. Быстрое возрождение страны... расширение “жизненного пространства” для немцев в Европе и за её пределами... защита чистоты арийской крови... война как фактор естественного отбора и воспитания и т.д., и т.п.

Неудивительно, что после прихода нацистов к власти на территории Восточной Пруссии были созданы десятки концлагерей (по данным польского Красного Креста, только под Кёнигсбергом их было тридцать). Крупнейший из них - Шталаг-1-А - располагался в нынешнем посёлке Фурманово Багратионовского района. В 1939 году он был построен на месте бывшего полигона. До середины 1940 года в нём содержались только польские военнопленные, затем туда доставили французов и бельгийцев.

Русские военнопленные появились здесь в июле 1941 года - и очень скоро составили абсолютное большинство. Их содержали в специально отведённой зоне, куда не разрешался доступ медицинскому персоналу. Люди гибли от незалеченных ран, от истощения, воспаления лёгких и туберкулёза, от дизентерии, тифа, заражения крови, сердечной недостаточности... над ними измывались лагерные палачи.

Мёртвым грузом

Лагерь Stalag 1-B Хоенштайн в окрестностях нынешнего п. Краснополье Правдинского района. Фотография 1942 года

По документам, количество умерших в Шталаге-1-А приблизительно равнялось четырём сотням польских, итальянских и француз­ских военнопленных, пяти сотням бельгийцев и нескольким десяткам тысяч русских. Поляков, французов, бельгийцев хоронили в отдельных могилах, наших - закапывали в рвах. До сих пор многие из них так и числятся пропавшими без вести.

Именных списков военнопленных на территории области не сохранилось. Однако, по мнению россий­ских исследователей, в некоторых немецких архивах лежат мёртвым грузом десятки тысяч карточек учёта военнопленных, куда скрупулезно заносились сведения о каждом лагернике: фамилия, имя, отчество, дата и место рождения, вероисповедание, национальность, воинское звание, воинская часть, гражданская профессия, место и дата пленения, состояние здоровья на момент пленения, рост, цвет волос, особые приметы... На каждой карточке, кроме того, были личный номер военнопленного, отпечаток указательного пальца правой руки, адрес родственников, маршрут перемещения по лагерям, фотография. И на каждой - синяя прямоугольная отметка: “verstorben” (умер).

Фрагмент лагерной карточки красноармейца Ф.Ф. Хрущёва, погибшего от истощения и болезней в концлагере-филиале Шталага-1Б, который находился в 1,5 км от посёлка Хайдекруг (ныне - Липки Озёрского района). Крест в правом верхнем углу означает смерть заключённого

После войны лагерные постройки в Фурманово какое-то время ещё сохранялись: деревянные бараки, сплошь уставленные двухъярусными нарами; примитивные трубчатые сооружения-умывальники; асфальтированные дороги и ржавая проволока по периметру. Потом всё это снесли. А на кладбище поставили памятник всем, кто погиб здесь. Общий.

За колючей проволокой

Советские военнопленные в одном из концлагерей

Ещё один крупный лагерь - Офлаг-52-Эбенроде - располагался в Шталлупенене (ныне Нестеров). Он был образован в 1941 году, специально для советских военнопленных. При “комплектации” гитлеровцы осуществляли строжайший отбор: в этом лагере заключённые систематически подвергались самым изощрённым пыткам, поэтому “натура” требовалась “высшего сорта”. “Предпочтение” отдавалось славянам не старше 25 лет. В этом лагере, по самым приблизительным подсчётам, погибло около семи тысяч советских военнопленных.

Офлаг-60-Ширвиндт был в двадцати километрах от Пилькаллена (ныне пос. Добровольск Краснознаменского района). Он существовал недолго: с июля 1941-го по 30 июня 1942 года. В нём было уничтожено около четырёх тысяч военнопленных.

В Метгетене (ныне пос. А. Космодемьянского) и в Кёнигсберге на верфи “Шихау” существовали также смешанные лагеря - для военнопленных и штатских.

Известно, что во время войны на Кёнигсбергской бирже труда было зарегистрировано около 69 тысяч иностранных рабочих, в т.ч. 11,6 тысяч “остарбайтеров” с оккупированной советской территории. Большинство из них жили за колючей проволокой, днём их под конвоем выводили на работу. “Остарбайтерам” жилось полегче, чем военнопленным: они имели одежду, выделяемую, согласно инструкции, “в количествах, необходимых для сохранения работоспособности”. А иногда их подкармливали немцы, трудившиеся рядом с ними. Правда, делать это нужно было осторожно, чтобы никто из “своих” не стукнул в гестапо.

По 70 граммов хлеба в день

Марта Хильшер, уроженка Кёнигсберга, живущая ныне в Баварии, вспоминает, что её мать была арестована за то, что давала военнопленным хлебные карточки. А Людмила Михайловна Голикова попала в Кёнигсберг из Ярославля:

Отправка советских граждан на работу в Германию. Фотосъемка министерства пропаганды III рейха. 1942-1943 год

“Нас привезли в Кёнигсберг, на нынешний вокзал. Все немки такие нарядные ходят, в горжетках, а мы... Сидим (нас человек двадцать), плачем. Страшно... Потом нас повели в арбайтсамт, где-то в центре города он размещался. Выдали прямоугольные нашивки голубого цвета, белым было написано “Ost”. Вскоре меня вызвали, показали хозяйке...

На заводе “Шихау” было очень много подпольщиков из числа вывезенных на работы. Из Волковысских лесов прибыл человек для организации подполья (правда, всё это я узнала уже в гестапо). Им удалось отправить первую партию людей. Дело было поставлено серьёзно, потому что ехали на машинах, с пропуском. На границе задержали с проверкой, они вынуждены были принять бой. Оттуда ниточка привела в Кёнигсберг... (Людмила дала одному из военнопленных, с которым познакомилась на строительстве бомбоубежища, хозяйский компас. По компасу её и вычислили.)

Прибытие женщин из СССР на принудительные работы. 1943 год

Лёша меня выдал. Но я его не виню, его очень сильно избили <...> Когда меня уводили, хозяйка дала мне своё тёплое бельё <...> В концлагере много француженок было, были еврейки, но их перед самым приходом наших расстреляли. Как они плакали, как они хотели жить!..

Кормили нас ужасно: в день давали по 70 граммов хлеба и всё. Соли в пище не было совсем <...> Когда нас освободили, это был сумасшедший день. Помню, женщины поймали надзирательниц и остригли их нагло. Мы хохотали над ними как сумасшедшие...” (“Восточная Пруссия глазами советских переселенцев”)

Опыты над детьми

Вроде бы в Кёнигсберге имелся и специальный лагерь для пленных военных лётчиков. Кроме того, были лагеря в Хайлигенбайле (пос. Мамоново Багратионовского района) и Кведнау (ныне - Северная Гора).

Существовала в Кёнигсберге и целая сеть так называемых трудовых лагерей: “Берта” (Берлинерштрассе, ныне ул. Суворова), “Штайнфурт-АГ” (на вагонзаводе), В-2 (Шпайхердорферштрассе, ныне ул. Дзержинского, сов­хоз “Декоративные культуры”) и др.

За “остарбайтерами” надзирали специальные караульные команды, выполнявшие инструкцию Гиммлера:

“При применении мер поддержания порядка решающим соображением являются быстрота и строгость. Должны применяться лишь следующие разновидности наказания, без промежуточных ступеней: лишение питания и смертная казнь”.

Так что людей, угнанных в Восточную Пруссию на принудительные работы, похоронено в здешней земле много. Очень много...

В некоторых источниках упоминается и о единственном в своём роде лагере под названием “Киндерхайм”. Недалеко от Кёнигсберга находилось созданное под эгидой СС “экспериментальное” закрытое заведение (нечто среднее между концлагерем и сиротским приютом), куда из России, Польши и Чехии привозили детишек в возрасте 5-10 лет. Здесь им давали немецкие имена, заставляли учить язык и разговаривать исключительно по-немецки. Они не имели права общаться между собой. Утром и вечером - вместо молитвы - они должны были твердить нечто вроде мантры: о том, как безмерно они благодарны Рейху и фюреру за то, что им, славянским “недочеловекам”, даётся шанс принести пользу Великой Германии.

Над узниками “Киндерхайма” ставились психологические опыты по “промывке мозгов”: немецкие учёные пытались понять, можно ли будет подавить “ген потенциального сопротивления”, если всех детей на оккупированных территориях изымать из семей и воспитывать в таких вот “киндерхаймах”.

Пляски “фрау Тодт”

Один из концлагерей

Кроме того, дети “отрабатывали хлеб”, своими тонкими пальчиками приклеивая кусочки янтаря к заготовкам декоративных панно и шкатулок (известно, что Германия и в годы войны продолжала торговать с Западом, а янтарь всегда был ходовым товаром).

Седьмого апреля 1945 года “Киндерхайм” - со всеми детьми-заключёнными - должны были уничтожить, но этому помешало восстание, поднятое в соседнем “взрослом” лагере советскими и польскими военнопленными. Которые гибли десятками, с голыми руками кидаясь на вооружённую охрану. (Кстати, на основе этих событий написана книга Я. Зараховича “Сокровища кардинала”.)

...А вот узникам концлагеря “Штутгоф” не довелось дожить до освобождения. 21 января 1945 года немецкое командование отдало приказ собрать в Кёнигсберге всех евреев, содержавшихся в лагерях Хайлигенбайля, Шиппенбайля и др. Затем их под охраной погнали в Пальмникен (пос. Янтарный).

По сообщениям очевидцев, нацисты рассчитывали провести там “акцию по ликвидации”, а трупы скрыть в одной из шахт янтарного карьера. Но в Пальмникене оказалось слишком много народа, а в конце войны нацисты остерегались публично “вешать” на себя новые преступления. Поэтому узников погнали в сторону Пиллау (Балтийск), и в прибрежных водах около четырёх тысяч евреев были расстреляны. Спастись удалось лишь немногим. Этот чудовищный марш получил название “марша смерти”. Хотя, в сущности, марш смерти в Кёнигсберге начался ещё в 1933 году - и закончился вполне логично, буйной пляской “фрау Тодт” на развалинах древнего города...

Фашисты в погонах

Удостоверение эсэсовского “доктора” для входа на территорию концентрационного лагеря

Но у людей короткая память. А ведь сон разума, как известно, рождает чудовищ. И в городе, который, казалось бы, всеми своими довоенными стенами должен содрогаться от слова “фашизм”, устраиваются новые “марши смерти”. Доморощенные “арийцы” объясняют, “кто из ху”, гастарбайтерам. В смысле, бывшим нашим, советским, детям некогда единой страны...

А знаете, что самое страшное? Фашисты - это ведь не только скинхеды, бритоголовые, разрисованные - и потому легко узнаваемые (кого-кого, а их любой гастарбайтер за километр увидит). Увы, фашисты зачастую носят милицейскую форму. Об одном марш-броске, устроенном “наци в погонах”, читайте в следующем номере “НК”. “Порезвились” ребята в посёлке Долгоруково - где, насколько мне известно, в годы войны тоже был лагерь...

Д. Якшина

   

236040, г. Калининград
ул. Черняховского, 17
(второй этаж)
тел. (4012) 991-210

Архив номеров
Архив номеров