НАПИСАТЬ ПИСЬМО

Ваше имя (по желанию).

Если вы рассчитываете на ответ, сообщайте адрес своей эл. почты или телефон.

Текст письма*

Защита от автоматического заполнения

Введите символы с картинки*

* - обязательные поля

Новые колеса / Политика / Ветеран войны против Сталина. Участник штурма Кенигсберга Нуритдин Белалов считает его террористом

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

  • ВЕТЕРАН ВОЙНЫ ПРОТИВ СТАЛИНА.
    Участник штурма Кенигсберга Нуритдин Белалов считает его террористом

Не успели с площади Победы в Калининграде унести Ленина, как на горизонте замаячил образ другого «вождя всех времен и народов». Есть мнение, что люди старшего поколения, и прежде всего ветераны войны, поддерживают идею установки памятника Сталину и ждут не дождутся возвращения коммунистов.
Недавно в редакцию пришло письмо от Нуритдина Рамазановича Белалова, ветерана Великой Отечественной войны, инвалида, бывшего командира огневого взвода Клайпедско-Кенигсбергского полка II-й Сивашской Ордена Кутузова дивизии РГК. Вот что он пишет:
«Я категорически против установки памятника Сталину, потому что считаю его главным террористом ХХ века. До 1917 года в российской империи проживало около трех миллионов башкир, а через 30 лет осталось только 850 тысяч. Народ уничтожили! О том, что творилось в те страшные времена, я хотел рассказать депутату Калининградской областной Думы В. Ежикову, так как он является главным идеологом по восстановлению памятника вождю. 3 марта 2005 года я позвонил в областную Думу. Но разговор не получился. Ежиков стал кричать, назвал меня предателем и бросил трубку. Так меня, ветерана войны, сделали предателем в канун 60-летия Победы!»
…О том, что происходило в сталинские времена, сейчас говорят мало. НКВД, репрессии, политзеки, лагеря… В школьных учебниках вообще несколько строк. Зато нынешняя власть все чаще переводит тему в другое русло: мол, не все так было плохо...
Нуритдин Белалов - живой свидетель тех событий. Очевидец. Он знает, что такое сталинизм.
Комсомол - легкая кавалерия
Нуритдин Рамазанович родился в 1924 году в крестьянской семье в селе Казмаш Абзалиловского района Башкирии.
- Все, что тогда творилось, я видел собственными глазами. В каждой деревне были комсомольские вожаки. В селе Казмаш тоже жили двое - парень и девушка. Их называли "комсомол - легкая кавалерия".
- Первый раз слышу про "комсомол - легкую кавалерию", - удивилась я.
- Конечно! Об этом не пишут! Хотя они были ударным отрядом коммунистов. Помогали уничтожать священников, контрреволюционеров… Веру выжигали каленым железом.
Оскверняли русские церкви, мечети. Я видел храмы, стоящие без крестов и колоколов. К 1930 году полностью ликвидировали священников. Люди боялись об этом громко говорить. Только шепотом! Как-то раз, когда мне было лет пять, мы шли с бабушкой мимо школы. Видим, что-то горит. И молодежь вокруг - книги в костер бросают. Из школьной библиотеки! Сжигали все, что издано до революции, хотя там были учебники и по математике, и по химии. Ходили по домам, собирали духовные книги и тоже жгли.
Вокруг них, двух комсомольцев-активистов, собирались дети лет по 10-14 - все Павлики Морозовы.
- Что вы имеете ввиду?
- Предатели! По их доносам в домах делали обыски. В нашей семье было трое детей - две сестры и я. Так вот, старшая сестра к комсомольцам примкнула! Вокруг "вождя" все крутилась. Лет до 12-ти помогала группе "комсомольцев-легких кавалеристов". Эти двое вожаков - парень и девушка - ходили в солдатских ботинках, в телогрейках с ремнем, сбоку - наган. Парня-комсомольца звали Хажгале, а имя девушки я не помню. Она вскоре умерла. Круглый год носила красную косынку. Я ее без этой косынки никогда не видел! Видимо, голову простудила. У нас морозы-то ого-го какие!
Что творилось! В каком-то доме мясом запахнет, а комсомольский вожак уже знал, где мясо варится. Жили люди бедно, но с этим большевики не считались, отнимали последнее. Началась коллективизация, крестьян обложили непомерными налогами.
Молока нужно было сдать 300 литров - на одну корову. Масло, яйца, мясо, шерсть, шкура… - все вычищали. В декабре обходили дома и делали опись животных. Если не сдаешь налог - плати штраф.
- А если нет денег?
- Тогда забирали в лагеря. В Магнитогорске Челябинской области (от нашей деревни 50 км) действовали пять лагерей. Там держали украинцев. А наших, башкир, везли на север Иркутской области. Из нашей деревни до конца 1937 года увезли 86 человек. Попал в лагерь и мой отец, Рамазан Белалов.
10 лет лагерей
- В 1937 году отец работал экспедитором в колхозе. Однажды он поехал в райцентр покупать упряжь - сбруи, удила, вожжи… И вот приезжает домой. Дело было вечером, часов в десять. Отец даже не успел поужинать, умыться с дороги, как вдруг заходит к нам молодой человек в форме. В серой шинели, в буденовке со звездой, в сапогах. Никаких знаков отличия у него не было. Говорит: «Посидите, я буду делать проверку». Обыск, значит. Рылся везде - на столе, в бумагах, на полках… Даже золу в печке ковырял! Трудно это вспоминать!
Нуритдин Рамазанович горько усмехнулся и замолчал. Тяжело вздохнув, он продолжил рассказ.
- Я побежал на улицу, уткнулся в наш забор и заплакал… Соседи увидели, стали успокаивать. Ну вот... Потом отца положили на сани и повезли. Это было в декабре, как раз перед Новым годом. На улице мороз. Как сейчас помню, он крикнул матери: «Ханеват, береги детей!»
Отца отправили в Рыбинск Ярославской области. Там тогда сооружали гидроэлектростанцию. Чтобы строить коммунизм, нужна была бесплатная рабочая сила. Отца обвинили в участии в контрреволюционной буржуазно-националистической повстанческой организации и подготовке вооруженного восстания против Советской власти. Приговор - 10 лет исправительно-трудовых лагерей. Этим тогда занималась так называемая "тройка НКВД" БАССР. Меня стали в школе обзывать сыном врага народа. Тогда я даже побил одного парня - и меня перестали дразнить.
Моя бабушка говорила нам про папу: «Это божья кара!» Потому что он воевал за Советскую власть. С 1918 по 1921 год служил в Башкирской кавалерийской бригаде. Был контужен. Первого командира его бригады расстреляли в 1937 году. Вторым командиром был Александр Горбатых. Его в 1937 году арестовали, пропустили через камеру пыток и отправили в Магадан. В тридцатые годы была уничтожена почти вся бригада! В 1940-м по просьбе оставшихся маршалов Горбатых вернули из заключения.
Что интересно! В гражданскую войну мой отец служил под командованием этого Горбатых, а в Великую Отечественную у него служил я. В 1958 году он написал книгу «Годы и войны».
…Тогда люди исчезали постоянно. Забирали вечером или ночью. Сначала увезли председателя колхоза. Потом исчез парторг. Пока я доучился до шестого класса, учителей уничтожали дважды. В 1938 году приходим в школу с летних каникул, а преподавателей не хватает. Мы, ученики шестого класса, написали в районную газету «Оскон». Хорошо, что редактор наше письмо не отдал начальнику НКВД. А то бы нас тоже забрали. Тогда с детьми не церемонились. Достигших двенадцати лет расстреливали.
На фронте из села погибло 43 человека, а в лагерях - 85.
Голодовка
- Скажите, ваш отец вернулся из лагеря?
- Да! Из 86 человек домой вернулся только он один. Это целая история!
Зимой 1939 года мы получили от него первое письмо. Потом началась война. И вот надсмотрщик, старшина, говорит моему отцу. "Рамазан, сам знаешь, никто живым отсюда не выходит. А сейчас война! В Москве принимают ходатайства об освобождении. Говорят, можно объявить голодовку. Вдруг ты выдержишь?"
Терять было нечего и отец объявил голодовку. На шестые сутки потерял сознание, попал в лазарет. А тут как раз брат его матери - дядя, прислал из деревни посылку - килограмм сала. За счет этого сала и выжил! В декабре 1944 года его освободили. Но на этом мучения не кончились. Надо ведь еще домой добираться! Доехал до Челябинска, но в поезд сесть не мог. Не берут! А зима, холод… Чуть там не умер. Потом кое-как добрался до Магнитогорска. Оттуда до дома 50 километров! Он вышел на дорогу и отправился пешком! И тут ему Бог помог. Попались какие-то знакомые из села, посадили в сани и довезли. Когда приехал, то через порог не мог шагнуть. Заполз в квартиру. У него было полное истощение! Только чуть-чуть ожил, как пришла повестка из военкомата - на фронт.
И тут отцу повезло! Встретил человека - сына своего друга, который работал на металлургическом заводе в Белорецке. Он и заступился за него, сказал военным, что отец - металлург. Мол, я заберу его к себе на завод. Там он и работал до 1948 года. А иначе бы погиб! Куда отправляли политзеков? В пехоту! Средняя продолжительность жизни на фронте - семь суток. По всем вооруженным силам. А в пехоте и того меньше.
Январская атака
- Нуритдин Рамазанович, но вы-то на войне выжили. Как?
- На фронт я попал в 1943 году. Есть такая книга "Прокляты и убиты" Астафьева. Там все сказано. Астафьев - великий писатель! Как будто обо мне написано. Добавить нечего. А закончил я войну в составе 3-го Белорусского фронта на территории Кенигсберга.
- Расскажите о штурме Кенигсберга, - попросила я ветерана.
- Я тогда служил в артиллерии. 6 апреля 1945-го мы начали артиллерийскую подготовку, потом пошли в наступление. Продвигались со стороны Ладушкина. Стали занимать позиции и увидели такое!.. Поле - от Ладушкинской дороги до Берлинки - было сплошь усеяно трупами наших солдат. Оказывается, в январе 1945 года командование решило сходу взять Кенигсберг. 13 января пошли в наступление. С тех пор и лежали на этом поле убитые солдаты. Нам, артиллеристам, неудобно было заезжать на огневую позицию, приходилось ехать по трупам. Однажды подошли к одному. Лежит… Длинный такой красноармеец, голова разбита… Залезли в карман гимнастерки. Вынули документы. Оказалось, молдаванин, 1922 года рождения, призван в 1944-м. Мы документы запечатали в конверт и отправили по адресу. Больше никого не стали трогать. Страшно…
Об этом эпизоде молчат! Редко когда вспомнят, что в январе 1945-го была атака. Иногда так врут! Особенно по радио. Говорят, Кенигсберг освободили… Его не освободили, а взяли. У меня медаль за взятие Кенигсберга!
- Что вы увидели в самом городе?
- У меня до сих пор перед глазами стоит такая картина. Кругом стрельба! Ураганный огонь! И бежит женщина-немка, а за ней пятеро маленьких детей. Перебегают через улицу Суворова.
…Неизнасилованных женщин тогда, наверное, в городе не осталось, потому что нас к этому готовили. Воспитывали ненависть! Обозлены солдаты были страшно… Перед наступлением командир зачитывал бумагу. Говорил, для победы все средства хороши. А город?.. Кенигсберг был разрушен. Дома стояли только по окраинам. По нынешнему Ленинскому проспекту и до вокзала ходили только пешком. Даже танки не могли проехать. Тогда еще стояли многие памятники. Особенно жалко Королевский замок! Помню кладбище на Понарте (там устроили парк им. Гагарина) - очень красивое. Мы такое увидели впервые. Мрамор, золотые надписи. Потом все это стали грузить в вагоны и отправлять в Россию. Кое-где дорожки выкладывали могильными плитами.
На территории завода (ныне "Янтарь") был лагерь остарбайтеров из Украины. Людей увезли, а на их место в бараки поселили немцев - женщин, детей и стариков. Заставили работать - убирать территорию завода. Здоровых молодых мужчин среди них не было.
Потом я служил в Латвии, какое-то время работал в Ниде, окончил военную Академию. В Калининград попал в 1953 году. Уволился из армии в звании полковника в 1974 году.
Ветеранская организация подарила мне к 80-летию книгу Владимира Карпова «Генералиссимус». Цветная обложка с ликом вождя. Разукрасили его, красивым сделали… Там столько вранья! Я выбросил ее в мусорку.
Сейчас меня очень беспокоит возможность прихода к власти коммунистов. Поэтому я и позвонил в Калининградскую областную Думу. Я оставляю за собой право обратиться в суд за оскорбление, нанесенное мне депутатом Ежиковым. Если понадобится, дойду до Европейского суда по правам человека.
О. Рамирес


Если вам понравилась эта статья, переведите нам любую сумму.



Номер карты "Сбербанка"  4817 7601 2243 5260.
Привязана к номеру            +7-900-567-5-888.

Или через Yandex.Money

236040, г. Калининград
ул. Черняховского, 17
(второй этаж)
тел. (4012) 991-210

‎+7-900-567-5-888.

Архив номеров
Архив номеров




Федеральные СМИ,
которые пишут
об Игоре Рудникове

Новая газета

THE NEW TIMES